Глава 9

Ксюша

Две ярко-красные полоски на тесте для определения беременности расплываются перед глазами. Дрожащими руками сжимаю злополучную палочку, означающую так много.

Две маленькие линии разделяют жизнь на до и после, на жизнь с Глебом и без него. Мозг дизайнера лихорадочно подсовывает названия оттенков красного: амарант, карминовый, гренадин, алый… Пытается заместить неизвестность понятными определениями.

Но, как ни прячься от реальности, факт остается фактом.

Я забеременела. Вернее, залетела, забыв принять одну-единственную таблетку. Кто-то назовет это случайностью, безалаберной оплошностью, но эта забывчивость слишком много мне стоит. Стоит всего!

Мозг снова пытается подтасовать факты. Убеждает, что из-за погрешности в приеме противозаточных таблеток возможны гормональные всплески, а вследствие – две полоски на тесте, которые не значат беременность.

Вот только на самом деле я знаю и чувствую – во мне зародилась новая жизнь. Меня тошнит по утрам, и грудь стала полнее.

Я беременна. И это начало конца.

Я в точности помню каждое слово Глеба, обозначающее его позицию чайлдфи. Как мы наперебой доказывали друг другу, как здорово жить для себя. Смеялись вместе над узколобостью семейных пар, которые не развиваются, а погрязают в быте и детях. Мы твердо решили, что наша жизнь устраивает нас, и пусть я потом поменяла свое мнение и захотела детей, но события последних двух недель доказали мне, что малейшее сомнение в верности Глеба способно свести меня с ума!

Вздрагиваю, вспомнив тот короткий период, когда сомневалась в нем, когда подозревала, когда увидела с другой женщиной и чуть не поверила в крах наших отношений. Тогда я так боялась потерять мужа, что выбрала его и поверила ему, поставив крест на своих тайных желаниях иметь полноценную семью. Ради него. Ради нас.

А теперь… Теперь абсолютный хаос царит в мыслях. Вопросы возникают в голове и остаются без ответов. Я не знаю, что делать. Ни черта не понимаю. Просто сижу в ванной на полу и гипнотизирую две красные полоски и бормочу:

– Исчезните, исчезните…

Вцепляюсь в волосы руками и сжимаю голову пальцами до боли. Я не в состоянии осознать, что со мной сейчас происходит.

Надрывно и глухо звонит телефон за дверью, напоминая, что за пределами моего убежища продолжается жизнь. Мне нужно ехать на деловую встречу, потом в строительный магазин, потом в кулинарию, а вечером приедет Глеб.

Хохочу как безумная, пытаясь понять, как в этот график впишется ребенок.

Он сюда совершенно не вписывается, он никуда не вписывается, я не смогу быть хорошей матерью, а я буду матерью-одиночкой, потому что Глеб разведется со мной. Или нет? Почему-то я никогда не думала о варианте случайной беременности, потому что мне всегда казалось, что моя жизнь под контролем. И вот теперь, когда контроль ускользает сквозь пальцы, как вода, я чувствую себя потерянной и одинокой, никому не смея рассказать о своем состоянии.

Мама скажет рожать! Безусловно, она скажет, что поможет, и я даже не сомневаюсь, что примет нас с ребенком.

Господи! О чем я думаю? Я же еще не сказала Глебу, что беременна, а я уже размышляю о неминуемом разводе и переезде к маме. Вдруг он тоже передумает, когда узнает о ребенке? Ведь я же не помышляю о том, чтобы избавиться от плода. Даже мыслей таких не возникает.

Глеб же не скажет прервать беременность?..

Собираю себя в кучу и одеваюсь на выход. Хочу выглядеть идеально, чтобы хоть внешне не показывать миру бурю внутри. Преувеличенно бодро улыбаюсь весь день, прислушиваясь к ощущениям.

И наконец понимаю, что радость моя не притворная. Из меня льется счастливое предвкушение. Как по щелчку пальцев, что-то во мне переключилось. Сегодня капризные дети в магазинах не раздражают. Наоборот, присматриваюсь к ним, умиляюсь и заряжаюсь оптимизмом.

Ноги сами по себе заносят меня в отдел фурнитуры и мебели для детских. Яркие расцветки радуют глаз, и я даже делаю пару фото и заметок в телефон.

Руки чешутся нарисовать собственный дизайнерский проект детской комнаты. В двух вариантах. Для мальчика и для девочки. Даже останавливаюсь и приваливаюсь к стене от полноты ощущений, которые трудно выдержать. Они меня просто переполняют. Благо никто не видит, как я стою в закутке напротив рулонов с розовыми обоями и глупо улыбаюсь.

Весь день проходит в мыслях о моем маленьком, но таком грандиозном секрете. В кулинарии закупаю праздничное меню и дома надеваю красивое платье.

Глеб не опаздывает в последние две недели, не нарушая свое обещание уделять мне больше времени, но, когда я слышу голоса, сразу сникаю. С кем это он приехал?

Когда открывается дверь, выхожу встречать гостей. Надо же, свекровь.

– Лилия, добрый вечер. Какая неожиданность, – улыбаюсь манерной рыжей, которая забыла, что есть такое понятие, как возраст.

Призывает называть ее по имени и вести себя как с подружкой. Глеб общается с матерью редко, поэтому я не понимаю, что она у нас забыла, и перевожу вопрошающий взгляд на мужа.

– Ах, какая ты красотка, Ксюшенька! – щебечет свекровь, целуя воздух возле обеих моих щек и проходя из холла в гостиную. – А твоя гостиная – просто шедевр! Глеб, как тебе повезло с женой, не устаю повторять. И умница, и красавица! Отбегу в дамскую комнату, – оповещает она нас, но и оттуда кричит что-то про кафель и смесители.

– Мама позвонила и напросилась в гости, – кривится Глеб, оглядывая меня с ног до головы, подходит и притягивает к себе. – Кажется, она испортила нам вечер? Что за событие у нас сегодня? Мама, конечно, всегда несет ахинею, но вот насчет жены она права. Ты идеальная!

Глеб

Ксюша явно разочарована приходом мамы, что вкупе с шикарным столом и ее нарядным видом означает лишь одно – она решила устроить нам романтический вечер.

Я обожаю свою жену, как и все ее инициативы, маленькие спонтанные праздники, поездки за город в выходные, неожиданные встречи с друзьями. Со временем я все больше утопаю в рутине, но моя неугомонная блондиночка держит меня в тонусе. И сейчас, когда она явно расстроена, я как никогда рад, что так совпало, что именно сегодня мне доставили браслет, который я заказывал для нее. Совершенно случайно заметил, как она рассматривала его в телефоне на странице своей любимой ювелирной сети, и решил купить, заказав также гравировку, из-за чего доставка заняла больше времени.

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​– Никакого события, я просто решила, что нам не помешает немного романтики, – отвечает Ксюша на заданный ранее вопрос, целуя меня в подбородок. – Но, как только твоя мама уйдет, мы обязательно наверстаем, так что не страшно.

– Даже так? – четко улавливая намек, улыбаюсь я. – Ну, я тоже сегодня кое-что приготовил. Закрой глаза.

– Подарок? – сразу же загораются глаза Ксюши, а лицо озаряет широкая улыбка. – Покажи быстрее!

– Закрой глаза и протяни руку, – настаиваю я, и она слушается, нетерпеливо переступая с ноги на ногу.

Я достаю из кармана пиджака бархатную коробочку и, достав платиновый браслет, аккуратно надеваю его на ее тонкое запястье. Улыбка Ксюши становится еще более сияющей, когда она открывает глаза и видит, что именно это за браслет.

– Глеб… – выдыхает она, широко раскрытыми глазами глядя на новое украшение. – Я же хотела именно его! Ах ты жучара, неужели смотрел мою историю в браузере?!

– Как будто я когда-либо брал твой телефон, – не удерживаюсь от закатывания глаз. – Всего лишь случайно увидел, когда ты просматривала сайт. Я же рядом сидел.

– Ну ладно, прости, – целует меня благодарная жена. – Спасибо большое, мой внимательный мужчина! Ты настоящий волшебник!

– Кстати, об этом, – усмехаюсь я. – Там есть гравировка с внутренней стороны.

Ксюша нетерпеливо снимает браслет в форме обруча с руки и восхищенно ахает, увидев надпись «Always». Да, ее любовь к вселенной Гарри Поттера с возрастом не угасла.

– Это же лучше названия факультета? – интересуюсь у нее вкрадчиво, потому что изначально задумал написать там «Слизерин».

Так уж вышло, что у моей блондиночки самым любимым персонажем является выпускник и декан этого факультета Северус Снейп, ему же и принадлежит фраза «Always». Хотя я, в отличие от своей жены, считаю его не романтичным влюбленным с трагичной судьбой, а идиотом, который бездарно упустил свой шанс замутить с понравившейся девчонкой.

– Лучше всего, что можно было здесь написать, – любовно проводя пальцами по надписи, шепчет Ксюша, а потом снова целует меня, на этот раз с куда большим энтузиазмом.

– Ну все-все! – отстраняю ее со смехом. – Не забывай, что мы не одни. Мама сейчас придет. Уверен, она столько времени торчит в ванной, потому что залипла на своем отражении в зеркале.

– Я бы не удивилась, - хмыкает Ксюша, снова надевая браслет. – Пойдем на кухню, будешь резать салат, пока я сервирую на третью персону. Уверена, твоя мама не станет есть горячее, учитывая ее последнее увлечение.

Я люблю свою мать, но иногда ее помешанность на внешности выходит за рамки, и это нереально бесит. Вместе с инфантильностью, безответственностью и любовью к драматическим сценам. Месяц назад она объявила, что становится сыроедом, чтобы сохранить молодость. И это при том, что она отлично выглядит даже без таких радикальных мер, посещает спортзал, у нее есть диетолог и отличный косметолог, не говоря уже о хирургических операциях по подтяжке кожи и бог знает чего еще! Однако, чем старше она становится, тем хуже воспринимает собственный возраст и «угасание» как она это называет.

Нарезаю ей салат из овощей, оставляя его без соли и заправки. Не понимаю, как можно есть такое, отказавшись от одной из самых огромных радостей жизни, а именно – вкусной еды. Пахнет в кухне просто умопомрачительно, потому что у нас сегодня, похоже, настоящий пир. У меня уже слюнки текут, потому что обед был давно и я голоден, как волк. Дорезав салат, несу его на стол и только успеваю налить себе воды, как в комнату вбегает мама, находящаяся в состоянии полной истерики. Слишком привычный с детства вид, чтобы он обеспокоил меня, потому что она склонна раздувать из мухи слона.

– Что это?! – размахивая градусником в воздухе, орет она, глядя то на меня, то на Ксюшу. – Это ваше? Вы вообще в своем уме?!

Да что там такого, неужели у нее температура сильно поднялась? Кинув взгляд на Ксюшу, вижу, что она побледнела, и это становится первым сигналом для тревоги.

– Ксюш, о чем она? Ты понимаешь? – спрашиваю ее, но она не отводит взгляд от разъяренной мамы.

– Вы два идиота! – кричит та. – Как вы могли такое допустить?! Какой, к черту, ребенок, когда было ясно сказано, что дети вам не нужны? Или вы оба настолько безответственные, что залетели?

«Залетели? Ребенок?»

Постепенно до меня начинает доходить. Я смотрю на предмет, которым размахивает мама, и понимаю, что так выглядят не только градусники, но еще и тесты на беременность, которые я видел в кино. Какого черта здесь происходит?!