= 37 =

Каро так и не поняла, как позволила себя уговорить, но провела в доме родителей Яна еще целую неделю. Уступать приятно, когда предложение звучит искренне. В доверии нет слабости, когда тебе рады.

Ян – коварный соблазнитель – так расписал ей все прелести лечения на природе, что Каро сама себе завидовала. Главное, он пообещал с оформлением справки в институт и больничного листа на работу, ведь прием в поликлинике Каро пропустила. А еще съездил к ней домой и привез учебники и тетради, на электронную почту сбросил лекции и задания по самым важным предметам, а кое с кем договорился, что пропуски зачтут за реферат.

Алла Викторовна и вовсе категорично заявила, что никуда не отпустит Каро, пока та не выздоровеет. И Сергей Платонович, отец Яна, ее поддержал. С ним Каро познакомилась буквально через день, когда ей разрешили вставать и обедать вместе со всеми в столовой.

- Ты похож на отца, - сказала она потом Яну. – Ты из-за него стал ученым?

- Мне с детства хотелось, чтобы он видел во мне не надоедливого пацана, а интересного собеседника. Но это поначалу, потом я увлекся биохимией.

- А мама? Она кем хотела тебя видеть?

- Она всегда говорила, чтобы я занимался тем, что мне нравится.

- М-м-м… Ян, мне неудобно спрашивать… - Кое-что все же беспокоило Каро. – Но если не спрошу…

- Не дрейфь, моя королева. Кхм… Это означает…

- Не бойся, - буркнула Каро. – Мой словарный запас не такой уж и бедный, дерзкий Шико.

- Ты определенно выздоравливаешь, - невозмутимо заметил Ян. – Так о чем ты хотела спросить?

- Алла Викторовна… она часто меняет решения? Человек настроения?

- Мама? – Он расхохотался. – Нет, мама никогда не меняет решений.

- Но как же… - Каро нахмурилась. – Я была ей неприятна… а потом…

- Ты услышала наш разговор случайно. Мама до этого плохо к тебе относилась?

- Нет.

- Она тебе лично говорила, чтобы ты оставила меня в покое?

- Нет, конечно.

- Зато потом сказала… что?

- Не скажу, - усмехнулась Каро. – Это наше, личное.

- Люди могут ошибаться и заблуждаться, это не преступление. А по поводу мамы… и ее принципиальности… Хочешь историю?

- Ага.

Каро вообще предпочла бы сидеть так вечно: вместе, на ее кровати. Ян облокотился на спинку, подложив подушку, а Каро устроилась в его объятиях.

- Мама до пенсии преподавала в школе. И у меня химию вела, соответственно. Так вот, она лишила своего единственного сына золотой медали, потому что была уверена, что я не знаю химию на «отлично». Хотя, по ее меркам, как сын учителя, я должен знать предмет на «супер отлично». И у меня одна «четверка» в аттестате. Представляешь?

- Да ладно! – удивилась Каро. – Правда? Учительские дети, наоборот, блатные.

- Только не для моей мамы. Она принципиальная, и не меняет решений. Ей можно верить.

Каро дурела от тепла и заботы, которыми ее баловали. Ян уехал вечером в воскресенье, но она больше не боялась его родителей. Болезнь отступала благодаря Алле Викторовне, не брезгующей и народными средствами: Каро пила отвары, промывала нос морской солью, терпела ментоловые прогревания. Ее даже в баню затащили, настоящую, русскую, когда температура окончательно спала. Алла Викторовна сказала, что лучшего способа избавиться от хвори нет, и Каро визжала под веником, чуть не потеряв сознание с непривычки. Ян смеялся, когда она рассказывала ему о впечатлениях, и обещал лично «отмассажировать» в выходные.

Каро пыталась помочь Алле Викторовне по дому, но она обычно находила какое-нибудь несложное задание, а потом отправляла Каро учиться. Чаще всего они вместе возились на кухне: Каро нравилось смотреть, как Алла Викторовна готовит, а та с удовольствием передавала Каро нехитрые секреты.

Сергей Платонович обычно работал в библиотеке, и Каро встречалась с ним только за столом. Отец Яна мало с ней общался, но всегда находил, что сказать лично: справлялся о здоровье, хватил цвет лица или интересовался успехами в учебе.

Каро звонила и Эйре, предупредить, что все еще болеет.

- Что-то серьезное? – спросила она. – Почему ты сразу не сказала? Может, помощь нужна? Ты где?

- Нет, всего лишь ангина, но температура потрепала, - ответила Каро. – Спасибо, все в порядке. Я пришла бы, но меня не отпустят.

- Ты в больнице?

- Нет, за городом.

- За городом?

- Да, у подруги, - соврала Каро, поморщившись.

Эйра предупреждала, что не любит, когда ей лгут. К тому же, она чувствовала ложь – как сейчас, судя по наступившей тишине. Но Каро не могла сказать, что она дома у Шико! Надо было спросить заранее, не против ли он.

- Чара устала ждать, поэтому я провожу занятия без тебя, - довольно холодно произнесла Эйра, когда Каро решила, что уже не дождется ответа.

- Да, я… понимаю, - отозвалась она. – Попробую найти наставницу как-нибудь в другой раз.

- Я не говорила, что не буду с тобой заниматься, - оборвала ее Эйра. – Мы еще не приступали к практике, пару занятий можно наверстать. Позвони, когда сможешь прийти, детка.

- Эйра, я, наверное, не смогу. Копятся долги по учебе, скоро сессия…

- Все равно позвони, как вернешься в Москву. Встретимся, поговорим.

Разговор оставил неприятный осадок, но что Каро могла изменить? Только повиниться при встрече, если Ян не захочет скрывать от Эйры их отношения.

По телефону Каро с ним это не обсуждала – заметила, что Ян избегает упоминать щекотливую тему в доме родителей. А в выходные он не приехал. Объяснил, что очень занят, но Каро все равно расстроилась. Даже Алла Викторовна заметила это.

- Не переживай, - попросила она. – У Яна так бывает. Издержки профессии…

- Да, конечно, - согласилась Каро. – Кафедра, научная работа, студенты…

Но внутри звенело: «Даже в воскресенье?!»

Ян пообещал отвезти ее к врачу в среду, а до того времени Каро предписывалось продолжать лечиться и учиться.

- Как не приедет? – удивился Сергей Платонович за ужином. – Он же всегда после кладбища…

- Сергей! – воскликнула Алла Викторовна, перебивая.

Каро насторожилась.

- Хочешь сказать он, наконец, отпустил прошлое? – Сергей Платонович определенно не понял намека. – Что ты так на меня смотришь, Алла?

- Сережа… - Алла Викторовна многозначительно кивнула в сторону Каро.

- Хочешь сказать… - Сергей Платонович уставился на нее и замолчал.

- О чем вы? – спросила Каро, отложив вилку. – Я чего-то не знаю?

Прежняя Каро ни за что не стала бы вмешиваться – промолчала бы, сделав вид, что ничего не слышала. Но она отогрелась в доме Русановых, почувствовала себя если не нужной, то хотя бы не лишней.

- Ты не была в комнате у Яна? – Алла Викторовна смущенно отвела взгляд. – Не видела там… портрет?

- Нет, не видела. – Каро и не задумывалась, что никогда не заходила в комнату к Яну. – А что за портрет?

- Ян был женат, несколько лет назад. Более десяти лет назад. Его жена погибла, ее машина сбила. Нелепая смерть…

- На портрете его жена? – догадалась Каро.

- Завтра годовщина ее смерти, - сказал Сергей Платонович. – После кладбища Ян всегда приезжает к нам, чтобы помянуть Лару.

- Так он, наверное, из-за меня… не приедет. – Каро едва нашлась, что ответить. – Не хотел, чтобы я знала.

- Сергей… - простонала Алла Викторовна. – Ну зачем ты…

- Все хорошо, - перебила ее Каро. – Я в порядке. Это же давно было. Вы Яну не говорите, что я знаю, вот и все.

Сердце билось с перебоями. В памяти всплывали обрывки фраз, которым Каро раньше не придавала значения. И тот страх, что испытал Ян, когда ее чуть не сбила машина, тоже стал понятен.

«Почему ты не сказал мне сам? Почему?» - крутилось в голове, как навязчивая мелодия.

Ян обнажил ее, вывернул наизнанку, добился откровенности… А сам продолжает хранить секреты. И все же Каро решила, что не будет ни о чем расспрашивать. Захочет – расскажет, а нет… Что ж, в следующий раз она так легко ему не доверится.