Глава 37

Глава 37

***

Сатаев оглядывал собравшихся возле него Батмановых, и это ему совсем не нравилось. Он предчувствовал начало крупных проблем, а интуиция его подводила весьма редко.

Камалу Мурадовичу сунули под язык лекарство, и как только оно подействовало, Сатаев услышал:

-Кто эта девушка?

-Явно не ваша знакомая, - отрезал Рустам.

Глава клана как будто бы и не заметил резкости ответа.

-Мне нужно с ней поговорить. Что она делает в доме Шахова? Она ведь явно не русская.

Сатаев чуть не поперхнулся.

-Вас это не касается, - отрубил сразу. Знал, что начни он что-то объяснять, это лишь ухудшит ситуацию.

-Тем не менее, я настаиваю, - старик тоже стоял на своем.

Рустам подумал, что получит от Клима хороший нагоняй. И справедливо. Не надо было их пускать. Но у Батмановых за время нахождения Клима в тюрьме скопилось много претензий по совместному сотрудничеству. А не пустить их показалось Рустаму проявлением неуважения, что только обострило бы конфликт. К тому же, до Клима они дозвониться не смогли, а о том, что он вышел на свободу, им стало известно. Короче говоря, положение было из разряда "хотели, как лучше, а получилось, как всегда".

-Нет, Камал Мурадович. Поймите меня правильно. Вы бы не похвалили ни одного из ваших подчиненных за подобное самоуправство. Вернется Клим Александрович, задайте все интересующие вопросы ему. Так будет правильно.

-Вас кто так учил со старшими разговаривать?! - тот парень, которого привела Ясмин, гневно смотрел на Сатаева.

Начбез не удостоил сопляка ответом, а обратился к главе рода.

-Камал Мурадович, я пустил вас на территорию, потому что знаю вас как уважаемого человека и не хотел вас обидеть. Шахова нет, он улетел по делам. Дозвониться до него вы не можете, потому что он занят. Как только у него появится возможность, он с вами свяжется. Все вопросы касаемо девушки тоже задайте ему.

Батманов, не удовлетворенный тем, что услышал от Сатаева, поднялся с лавки.

-Я тебя услышал, Рустам. Я свяжусь с Шаховым, - после чего направился к автомобилям, на которых он и его люди сюда приехали.

Сатаев выдохнул лишь, когда процессия покинула пределы охраняемого участка. И пошел в дом разыскивать Ясмин.

Ясмин

Вернувшись в дом, спрашиваю у Марины вазу и поднимаюсь к себе. На душе неспокойно. Кто этот старик? Он назвал меня именем моей матери. Он знал её? Мы с мамой очень похожи, но подумать на меня, что это она, невозможно. Между нами разница в возрасте...

Астры ставлю в воду, но они уже не радуют. Я хожу от стены к стене, точно зная, что рано или поздно ко мне придет Сатаев.

Вместо него в дверь стучит Марина.

-Ясмин Михайловна, спуститесь в кабинет, пожалуйста. Вас Рустам Давидович ждет.

-Хорошо, - кричу из-за двери.

Мне нужно несколько минут. Почему я так волнуюсь? Я же ничего плохого не сделала. Выходить в сад мне Сатаев не запрещал.

Глубокие вдохи и выдохи успокаивают. И я иду в кабинет.

Сатаев стоит возле окана, смотрит на улицу и потирает модную небритость на подбородке.

-Ты его знаешь? - огорошивает вопросом.

-Кого?

-Камала Мурадовича Батманова. Однофамильца твоего... Или родственника? - опять пытливый взгляд начбеза выводит меня из равновесия.

-Послушайте, в чем вы меня всё время подозреваете? Нет, я не знаю этого человека. Вы же, наверняка, собирали на меня информацию. Знаете, что мы жили вдвоем с мамой...

-Её ведь Аиша звали?

-Аиша... - эхом отзываюсь. Уже знаю, к чему ведет мужчина.

-Камаловна? - раздается еще вопрос.

-Камаловна, - киваю головой.

-Батманова... - это Сатаев уже не спрашивает. А просто тянет в пространство. Скорее, для себя.

Проходит минут пять нашего общего молчания.

-Он - ее отец? - теперь уже спрашиваю я.

-Очень может быть. Вы не общались? Она что-нибудь рассказывала о своих родственниках?

-Нет, конечно, не общались. Разве похоже, что мы знакомы? А о родственниках... Мама рассказывала лишь то, что забеременела от русского. Которого, возможно, убили. Напуганная, она сбежала. И больше никаких связей не поддерживала. Никогда. Во всяком случае, никого из родственников не упоминала. И всё, - развожу руками, потому что, если коротко, это вся история.

-Тридцать три несчастья, - бормочет Сатаев.

-Кто? - напрягаюсь я.

-Да ты!

-А я при чем?

Он тем же жестом, что и в начале разговора, проходится по подбородку.

-Если разобраться, то не при чем. Но если это твои родственники, то проблем не оберешься.

Я молчу. Что я должна говорить? Не было у меня никогда никакой родни, кроме матери. И исходя из того, что я читала про их обычаи, вряд ли они захотят вспомнить про наше родство. Мама родила меня вне брака. Я беременна и не замужем.

-И что теперь? - озвучиваю то, что меня беспокоит, глядя на Сатаева.

-Поживем- увидим. Только не трясись. Всё у тебя будет хорошо.

Я вздыхаю и выхожу из кабинета.

Клим

Федя заходит в мой номер, сдирая с шеи галстук. Он редко бывает таким взвинченным. Проходит сразу к бару, плещет себе виски в стакан.

-Будешь? - спрашивает у меня.

-Буду. Заколебали, - подвожу черту под сегодняшним днем.

-Но ты - монстр! - хвалит меня друг и наливает выпивку.

-Угу, - говорит уже не хочется. Но мы выдержали и достигли успеха - контракт наш.

Федор протягивает мне стакан. Я отпиваю обжигающую жидкость. Несколькими жадными глотками. Надо.

У меня звонит сотовый. Первый порыв - не брать. Но вдруг это Ясмин?

Это не она. Чувствую разочарование, нажимаю "ответить". Потому что это Камал Батманов, один из тех, с кем я сотрудничаю. Выгодно, надо сказать. Мне нужно было с ним связаться, когда я вышел из тюрьмы, но ворох проблем был велик и без этого.

-Здравствуйте, Камал Мурадович! Собирался связаться с вами по возвращении...

-Здравствуйте, Клим Александрович, - отношения у нас сугубо деловые. Но мне не нравится тон у старика. Раньше он так не разговаривал. Даже, если был чем-то недоволен.

Он продолжает:

-Я заезжал сегодня к вам. Не застал. Но видел вашу гостью Ясмин Михайловну Батманову...

Мне уже хочется завершить наш разговор.

-Возможно, это моя внучка, - он явно не намерен терять время, - Я бы хотел поговорить с девушкой.

-Зачем? Она вас знать не знает...

-Я в курсе всей истории между вами. Если это моя внучка...

-То что? - мой голос делается таким же, как и у него. Пусть даже Ясмин тысячу раз его внучка, забрать я её ему не позволю.

-То она запятнала честь нашего рода, - слышу я полнейшую чушь.

Как от этих новоявленных родственников отвязаться?