Глава 14

Кристоф проводил ко дворцу Невест и, коротко поклонившись, опустился на одно колено. В ту же секунду из травы выскользнула синяя молния и, обвив его руку, прошелестела:

— Открыть портал?

— Да, Тиль, открывай.

На душе было неспокойно. Искрящаяся, безумная и бездумная радость прошла и… Мы вновь ничего не обсудили. Что значили эти поцелуи? И этот подарок?

«Почему нельзя сказать словами?!»

— Спасибо, что подождала, но я бы и сам мог дверь открыть, — из кустов выбрался Гамильтон. — Показывал Тиль парк.

— Она живет здесь всю жизнь, — я нахмурилась, — что она не видела?

— Она маленькая и отдельно от своего человека не ползает. Повезет же его супруге, — лающе рассмеялся мой компаньон.

Рассмеялся и бросил на меня очень выразительный взгляд. Мол, тебе и повезет.

— Прекрати, — вздохнула я.

В выделенных мне покоях было тихо. Тина что-то выписывала на огромный лист из крошечной книжицы, а Марон… Марон взглядом левитировал водяной шарик.

«Ничего себе, уже перешел на следующий уровень», восхитилась я и на цыпочках проскользнула в свою спальню.

Вытащив цветы, я поразилась тому, что часть из них уже превратилась в камень. Немного мутноватый, не ограненный камень, но… Что-то, а придать все этому великолепию немного блеска я смогу.

«Наверное. Вряд ли окаменевшие цветы сильно отличаются от камней», пронеслось у меня в голове.

Но я не успела ничего сделать — по уже окаменевшим соцветиям пробежал блик и огранка сама сбой появилась на изящных лепестках. Еще пара минут и на прикроватной тумбочке лежал черный шнурок с нанизанными на него сине-серебристыми цветами.

— Земное Древо, — ко мне подкрался Гамильтон. — Красиво.

— Ты знаешь о нем? — заинтересовалась я.

— Конечно, — с толикой нежности произнес пес, — его сажали во всех мирах. У нас оно тоже до сих пор есть, хоть его бутоны все чаще опадают не распустившись.

— Быть может, его родной мир погиб, — с сочувствием произнесла и погладила цветы кончиками пальцев, — я буду о вас заботиться.

Гамильтон что-то хотел сказать, но я скрылась в ванной комнате.

Утро принесло на себе не только Драконью Жрицу, но и вести. Донельзя мрачная леди Илзерран бросила на стол плотный конверт:

— Это предварительный рейтинг невест.

— Что такое рейтинг? — спросила Тина.

— Таблица успеваемости, — хмыкнула я, — у кого больше баллов — тот умничка, а кто в хвосте — тот… Я.

На плотном пергаменте сияли весенней зеленью имена всех невест. Цифры же делились на три лагеря — такой же зеленый у тех, кому хватало баллов на верхние строчки. Желтый у тех, кто замер между верхним пределом и мной. Только мои цифры ушли в минус.

«Ты — чудовище отбора», напомнила я сама себе, стискивая этот злосчастный пергамент. «У тебя не может быть достойных цифр. Когда ты, идиотка, начала воспринимать все в серьез?!».

— Леди Фоули-Штоттен?

— Все хорошо, — я заставила себя разжать кулак. — Просто… В минус-то за что? Ясное дело, что чудовище отбора должно идти в хвосте, но чтобы уж так… Не понимаю.

Я что-то говорила, поворковала с леди Илзерран, покивала в ответ на ее слова об обеденном собрании невест, а после попыталась уйти к себе.

— Поплачь, — хмуро произнесла Тина.

— Что за глупости, — на моих губах играла лучшая улыбка.

— Ну на, — подруга протянула мне смутно знакомое дешевое колечко. — Там еще магия не развеялась.

— Что за…

— Просто надень, — Марон сощурился, — у тебя же хорошее настроение, верно?

— Не то чтобы хорошее, — я взяла колечко, — обычное.

Едва лишь я надела кольцо, как рядом со мной соткался черно-серый шар. Сердито пожужжав, он устроился над моей макушкой.

— Ты еще помнишь, как мы его выиграли? — спросила Тина. — Я случайно его нашла.

Сдернув с руки кольцо, я засунула его в кармашек на платье и признала:

— Да, мне плохо. Теперь я могу идти и страдать?

— Можешь, только зачем? Ты вспомни, как вежлива ты была с принцем-бастардом, — хмыкнул Марон. — Не думаешь, что это тебе от него привет?

Меня будто ледяной водой окатили.

«Кажется, я разучилась доверять людям», промелькнула мыслишка.

— О, на лбу морщинки появились, — хихикнула Мина. — Давай оставим Марона левитировать каплю, а сами выберем тебе платье. Все-таки замер силы — не просто испытание, а одна из важнейших вех!