Глава 56

Голос Вадима раздался ближе, и я заметалась по комнатам, ища хоть что-то способное мне помочь. Влажная одежда противно липла к телу, и кожа чесалась…

Водка. Вот же гадость. Я сорвала с себя рубашку и достала из-за резинки носка зажигалку. Главное, чтобы она оказалась исправной. Ведь мне так и не удалось её проверить. С первым же щелчком из трубочки вырвался крохотный язычок пламени. Трясущейся рукой поднесла источник огня к ткани, и она вспыхнула практически мгновенно. Ухватив за рукав, я швырнула тряпку к входу. Покрытая свежим, ещё не просохшим лаком древесина пола зашипела и задымилась. И именно в этот момент дверь распахнулась. На пороге стоял Вадим. Он смотрел на меня с дикой улыбкой и с предвкушением взмахнул битой, как заправский спортсмен.

— Детка, ты скучала без меня?

Я рванула в гостиную, точно зная, что там должны лежать упаковки со стройматериалом, доставленными для выполнения моих исправлений. Как только я оказалась на месте, подтащила доску и подперла дверь.

Время. Оно пока было на моей стороне. Пожар заметят, и охрана окажется здесь раньше, чем я успею сгореть. Наверняка. Наверное. О, небо, я ведь не могу здесь умереть. У меня ведь совсем другие планы.

В дверь сыпались оглушительные удары, а я, ощущая каждый, навалилась на доску.

— Тварь! Я доберусь до тебя и сломаю каждую кость! — орал Вадим. — Ты сдохнешь здесь, сучка! Сдохнешь!

Пахнуло дымом, и я понадеялась, что обезумевший похититель отступит. Но он будто не замечал разгорающегося за его спиной пожара и фанатично долбился в дверь. Доски прогибались и скрипели.

По моим щекам градом катились слёзы. Стопа, которую я чуть раньше подвернула, пульсировала болью, плечо ныло, и я кусала разбитую губу, чтобы не забиться в истерике. Каждое окно в доме было заколочено снаружи, и выбраться отсюда я не смогу. Какой же идиотский горе-архитектор вычеркнул из строительного проекта дома запасной выход? Я обязательно выскажу всё Булатному… Игорь. Ему ведь выслали видео. Он не мог не понять, что я имела в виду, говоря о встречах, а вид на термоизоляцию за моей спиной, послужил дополнительной подсказкой. Он просто обязан был догадаться, где я. Ну, на крайний случай, ему мог в этом помочь брат. Почему же никто не спешит на помощь? Где охрана?

Я продолжала держать запор, но неожиданно давление на него прекратилось. Из-за двери торжествующе раздалось:

— Знаешь, а ведь я могу ждать тебя снаружи, сучка! Сама выползешь или сгоришь здесь заживо!

Для верности ублюдок саданул по двери ещё раз.

— Урод! — заорала я в ответ, впервые за всё время побега. Усевшись на наклонную доску, взвыла от безысходности. — Пожалуйста, пожалуйста… Не хочу так умирать…

Дым сочился из-под двери и заполнял комнату. Проверив окна, в очередной раз убедилась, что выбраться через них не удастся. Единственным выходом оставался центральный и именно там меня поджидает Вадим.

В очередной раз зашлась кашлем и согнулась почти вдвое. Вытирая слёзы и сплёвывая горькую слюну, я поняла, что выбора у меня не осталось. Гибнуть здесь или попытаться вырваться из горящего дома? Ответ был очевиден. Сдаваться я не имею права. Я никогда этого и не делала.

Выдернув доску из-под дверной ручки, я освободила себе путь наружу. В коридоре было не продохнуть от дыма. Опираясь о стену, наощупь я шла к выходу. И уже у самого порога поняла, что огня нет. Там где я бросила рубашку, осталось тёмное пятно, а обгорелые остатки ткани лежали на мотке тлеющей изоляции.

Охнув, попятилась и в последнюю секунду заметила движущуюся со стороны лестницы тень. Вадим вынырнул из завесы дыма и замахнулся битой. Слишком длинная, она зацепилась за стену, и мужчина выругался, перехватив орудие дальше по рукоятке.

Ужас не парализовал меня, а наоборот — встряхнул выбросом адреналина. Вместо того чтобы бежать прочь, я закричала и прыгнула вперёд. Вадим никак не ожидал такого поведения от затравленной жертвы и шагнул назад. Ударившись в жесткое тело, я дико завизжала. Мужчина выронил биту, чтобы ухватиться за меня.

У меня никогда не было хорошего маникюра. Ногти я вечно ломала и подпиливала на бегу дешевой картонной пилочкой. Примитивное бабское оружие, вот только сейчас у меня ничего не было, кроме этого. Приложив все имеющиеся во мне силы, я впилась в мужское лицо ногтями и дёрнула их вниз.

Вадим взревел, отпуская мои плечи. Мне было достаточно мгновения, чтобы протиснуться мимо него и броситься к порогу. Сбежав по ступеням, я вскинула голову и, вскрикнув, попыталась остановиться, по инерции влетев в объятья бегущего мне навстречу человека.