Эли

Именно такой теплой компанией мы и дошли до соседки, у которой была Зося. Груня всю дорогу несла какой-то бред, при этом филигранно выуживая из мужчины личную информацию. С уважением посмотрела на свой недооцененный набор костей. В итоге о мужчине стало известно: 1 – не женат; 2 – невесты нет; 3 – детей на стороне нет; 4 – имеет титул (какой выяснять не стали, Груня мне громко шепнула «нам все равно, какой, у нас вообще вместо титула шиш с маслом», в этом месте я первый раз за вечер покраснела); 5 – имеет приличное денежное довольствие; 6 – здесь прикупил небольшой дом; 7 – любит детей и зомби (ну, не то, что прям без ума от зомби, но, очень лоялен, поэтому, пользуясь случаем, Груня его фактически вынудила признаться в любви к ней до гроба, чьего – непонятно). Эли отправился на разговор с соседкой сам. Нас попросил подождать у калитки. Искренне не понимала, почему по поводу своего ребенка и своего зомби я не могу предъявить претензии сама. Мужчина мягко улыбнулся и сказал, что решение таких вопросов должно лежать на мужских плечах. Где ж ты был, голубь сизый, всю мою сознательную жизнь. Ничего, что я как-то, до этого, без тебя справлялась? Лезть в бутылку не стала. Хочешь быть героем – кушай, не обляпайся. Мрачно смотрела, как он подходит к крыльцу. Дальше у меня, в основном, путешествовали брови, активно пытаясь встретиться с линией роста волос на голове. Эли постучался и дверь открылась. Вышла женщина, мужчина ей улыбнулся. Все… Лицо дамы озарилось таким счастьем, что я решила, что где-то на землю снизошли боги. На всякий случай оглянулась, осмотрела тылы, может, что происходит, а я ни в одном глазу. Нет, все чисто. Вернулась к созерцанию сцены схождение ангела к смертным. Соседка щебетала что-то нежно – ванильное, приблизившись к мужчине вплотную и взяв его руку в свои. Груня начала нервничать. – Я не понимаю, ты правда не видишь, что у нас мужика уводят? – спросила она, воинственно уперев руки в бока. – У кого «у нас»? Я на него и не претендую. А если ЭТО твое счастье – дерзай, борись за него. – ответила, достав из остатков корзинки бутерброд и откусив от него. – Ты полоумная что ли? Я твое счастье устраиваю, а ты в остроумии упражняешься! Я поперхнулась бутербродом. – Так, никто тебя не уполномочивал устраивать мое счастье. Я, как-то, без костлявых разберусь. – повернулась к сладкой парочке на крыльце и для себя решила, если в течение пяти минут не вернут мне ребенка, пойду за ним сама, а эти двое пусть так и стоят, слюнями друг друга мочат. Вдруг мимо что-то просвистело и с глухим стуком шмякнуло женщину по темечку, она рухнула вниз. Эли, округлив глаза, стоял и смотрел на даму у своих ног. – Груня, если это ты, я тебе прибью дома. – тихо сказала сквозь зубы. – Никто же не видел! А хороший мужик, он, знаешь ли, на дороге не валяется. Этот если сейчас к нам не пойдет, я его на руках в дом занесу. Это ж надо, три женщины в доме и ни одного мужика. – Как-то ты погорячилась с количеством женщин. Думаю, ребенка и зомби можно исключить. – Вот видишь! Ты одна женщина, и можешь изменить ситуацию, но ничего не делаешь! Еще и мою помощь игнорируешь. – Помогла уже. Стой здесь и не двигайся. – пошла к крыльцу. – Что, не выдержала дама напора вашего обаяния? Я, пожалуй, заберу ребенка, а вы оставайтесь. Может женщине помощь какая нужна. Не провожайте, дорогу знаем. – приоткрыла дверь и крикнула Зосю. Солнце мое выскочило с радостным улюлюканьем. Подхватила ее на руки. – А что это за дядя? – спросил ребенок. Очень хотелось ответить, что это рухнувшая мечта Груни о беззаботной жизни. Но, решила не смущать мужчину, находящегося и так в шоковом состоянии. – А дядя спасатель. Видишь, сейчас тетю спасать будет. – А с тетей что? – Тетя пала под напором несбыточных мечт. – Как это? – Ну, как… Когда сильно надо, но «надо» пока еще не сдал последние рубежи. Хотя, как по мне, капитуляция была неизбежна. – посмотрела на Эли, он густо покраснел. Развернулась и пошла в сторону калитки. Груня топталась снаружи. – Ну? – спросила она – Что ну? – Он идет к нам? -переспросила Груня. – Нет, Джели говорит, что дядя сейчас тетю спасать будет. – ответила за меня Зося. – Тьфу. – прокомментировала Груня и искренне загрустила Стало очень ее жалко. Понимаю, что это иррационально, но в душе проснулось какое-то щемящее чувство к Груне. Она же заботится обо мне, переживает. Может по-своему, но искренне, сердечно. – Все, идемте домой. Раз нам дали сегодня день, будем отдыхать. Покушаем, потом погуляем и поиграем. Груня, у нас есть обед? – Конечно, есть. Что ж, я бы ребенка без горячего что ли оставила? Рагу в печи стоит. Томится. Готово уже, наверное. Я обняла ее и подмигнула. – Не грусти. Все у нас будет. С такими-то помощниками мы еще сами кого хочешь за пояс заткнем! Груня повеселела, и мы пошли домой. Дома умылись и сели кушать. В дверь постучали. – Кого нелегкая принесла? – спросила раздраженно и пошла открывать дверь. Снаружи стоял Эли. Я удивленно посмотрела ну мужчину. Если мне не изменяет память, мы попрощались. – У меня есть приказ. Осмотреть и помочь. – проговорил он, общаясь исключительно с полом в прихожей. Что такое приказ я знаю. Умри, но сделай. Но в текущей ситуации я сама отказалась от помощи. Или у них все жестко? Командир – самодур? Эли, думаю, человек хороший, подставлять его не хочется. – Мы обедаем. Присоединяйся. После осмотришь. Помогать нам, кажется, не нужно. – сдвинулась, чтобы пропустить мужчину. Он протиснулся мимо, тихо поблагодарив. Когда он зашел в гостиную, Груня раскладывала рагу. Прямо так, с половником в руке, она плюхнулась на стул. – Пришел? Сам пришел? – радостно спросила она. Эли покраснел. Я показала ему на стул, принесла приборы. Груня положила покушать. Ну, как положила. Просто горой сложила ему в тарелку все, что оставалось в кастрюле. Подумала, что еще пару таких гостей и мы разоримся. Мы с азартом наблюдали, съест все Эли или нет. Был бы тотализатор – сделала бы ставку. Эли съел все. Куда это поместилось- загадка. После обеда поблагодарил нас и отправился с Груней по комнатам. Мы с Зосей пошли во двор гулять. Ребенок рвал цветы, я ей плела венок, сидя на дровах. Вышел мужчина. Осмотрел двор и дрова. – Их нужно порубить и сложить. Такие вы в печь не сможете положить. У вас есть топор? – Есть! Есть у нас топор! Бегу-бегу за ним! – крикнула Груня и унеслась в дом. Откуда у нас топор? Я пересела подальше. Эли снял камзол и рубашку, оставшись в брюках и сапогах. Я покраснела и вспотела. К своему стыду, раздетого мужчину, пусть даже по пояс, я в своей жизни еще не видела. Поэтому залипла, смотря, как он рубит дрова и под кожей перекатываются мышцы. – Хорош, да? – раздалось возле уха. Я вздрогнула и повернулась. Рядом, подложив руки под челюсть, сидела Груня и томно вздыхала. – Откуда у нас топор? – спросила ее. – В дровах валялся. Я же утром их тоже рубила. – Так ты сама можешь? – Могу. Но на то, как Эли их рубит, можно смотреть вечно. Красавчик. Груня подскочила с дров, сбегала в дом и принесла крынку с водой. – Попей, милый! Успеешь еще поколоть все! Такой хозяйственный мужчина. А мы все одни, да одни. Ни помочь, ни защитить нас некому. Так еще и ребенок на руках. Кому ж такая докука нужна? Мужчина взял кувшин и начал пить. Капельки воды стекали по подбородку на грудь, остужая разгоряченное тело, покрытое испариной. Он бросал на меня быстрые взгляды. Я покраснела. Нужно как-то прекратить сводничество Груни. Нет у меня опыта отношений. И не хочу. Ни одолжений, ни снисхождений до меня. Мне уже рассказывали, что я и по статусу, и по профессии человек даже не второго, третьего сорта. И должна визжать от радости если за ручку дадут подержаться. А уж если пригласят в койку – бежать, теряя тапки. А я не хочу так. Лучше уж одной. У меня вон Зося есть, ее поднять нужно. Сейчас еще и Груня. Встала и пошла в дом чернее тучи. Ходят тут всякие. Жить спокойно мешают. Через некоторое время услышала на улице то-ли смех, то-ли плачь Зоси. Выбежала на крыльцо. Эли держал на руках девочку и подкидывал вверх. Она при каждом полете заливисто смеялась и просила: – Еще! Увидев меня, он поставил ее на землю и подошел. – Я, пожалуй, пойду. – Хорошо. – Извини, я, наверное, обидел тебя сегодня. Подняла на него удивленные глаза. – Могу я завтра прийти? У вас печь поправить нужно. Мебель кое-какую подремонтировать. Крышу проверить. – Хорошо. Эли взял мою руку и поцеловал. Мне? Руку???