Глава 2. Прием

Через неделю наша ракета совершила торжественное припланечивание на Марсе, рядом с быстро разросшимся городом виргов. Десять лет назад, хотя нет, уже двенадцать, первая наша экспедиция, возглавляемая капитаном Русланом Петровичем Смирновым, космонавтом 1 ранга, выпускником нашего Калужского Космического Университета, приближалась к красной планете и поймала сигнал неопознанного происхождения. Капитан принял смелое решение и повел ракету к источнику этого сигнала. В результате люди обнаружили на планете обломки космического корабля явно инопланетного происхождения. В разбившемся звездолете были найдены сорок гуманоидов. Они были едва живы. Наши их перенесли на ракету, параллельно по плану миссии обустраивая защитный купол и устанавливая кислородные реакторы. На ракете, в земных условиях виргам стало легче, но места было мало. В тесноте их состояние не особо улучшилось. Но они стали издавать звуки. Наши космонавты держали их в изолированных боксах, не зная, чего ждать от этих зеленых человечков. А вирги действительно были зелеными, в остальном очень походили на людей. Только пальцы на ногах у них были длиннее человеческих, возможно, потому что ходили они босиком. Постепенно виргов перевели под купол и стали искать с ними общий язык. Эти гуманоиды оказались удивительно восприимчивыми. Через пару месяцев они уже сносно говорили по-русски и рассказали свою историю. Их звезда в соседней системе Барнарда стала стремительно остывать. А вирги были теплолюбивыми гуманоидами. Доверившись своим ученым, они организовали миссию по переселению на Марс, так как эта планета была достаточно близка к Солнцу, и предполагалось, что температура здесь будет комфортной для их жизни. Так же они были убеждены, что планета необитаемая. Насколько можно будет приспособиться к Марсу, они не знали, но делать им было нечего, пришлось рисковать. Собрав сорок отважных первопроходцев, они отправились в исследовательскую экспедицию, уже на середине пути до них дошло сообщение, что их звезда потухла совсем и Вирг погрузился в ледяную ночь. Это значило одно: отважные первопроходцы остались последними представителями своей планеты. При попытке припланетиться их пилоты потеряли управление из-за низкой гравитации Марса, и звездолет рухнул. Разгерметизация привела к утечке кислорода. Электромагнитное поле летающего корабля тоже дало сбой, из-за чего давление стало стремительно падать. Виргам оставалась пара дней. Они готовы были умереть. Но тут появились земляне и спасли их. Да, состав воздуха Земли и Вирга отличались, как и давление. Но и адаптационные системы инопланетян поражали. Эти зеленые человечки легко подстроились под сложные условия Марса и стали чувствовать себя здесь как дома. Люди явно уступали им в живучести. За десять лет вирги навели свои порядки на красной планете. Они всегда радостно встречали исследовательские миссии с Земли, но сразу дали понять, что это теперь их дом. Люди сомневались, что у пришельцев из другой системы есть оружие, и не видели в них угрозу, но их способность к адаптации заинтересовала наших ученых, которые втайне мечтали заполучить хотя бы одного вирга в лабораторию, а там ух!.. Но пока люди поддерживали дружеские отношения с инопланетянами. Ведь обжитый Марс соответствовал нашим интересам. *** Мы с друзьями нарядились в парадную университетскую форму: белые прямые брюки и двубортный пиджак с серебряными эполетами. Выглядели мы солидно. Студентов-землян торжественно встретила делегация принимающей стороны. Пока мы спускались по трапу-эскалатору, каждый из нас с любопытством рассматривал виргов, выстроившихся внизу в ряд. Конечно, в земных СМИ не раз публиковали фото зеленых гуманоидов. На кадрах были четко изображены люди, только с зеленой кожей. Как будто это земляне, просто отдельной расы. Но сейчас, видя их вживую, мы почувствовали, что они другие, от них шла другая энергетика. Одеты они были все в облегающие зеленые костюмы, похожие на наши скафандры для выхода в открытый космос: легкие, эластичные и прочные. Каждый из них был шире в плечах любого нашего богатыря, и их ступни не уступали плечам по мощности. Я насчитала пять встречающих. Первым стоял коренастый мужчина с седыми волосами. Еще один мужчина тоже был взрослым и очень серьезным. Оставшиеся трое явно были студентами: две фигуристые девушки и один парень. Парень на фоне преподавателей выглядел даже стройным. Увидев его гибкое сильное тело, идущие рядом со мной сокурсницы дружно мечтательно выдохнули: – Ах… Юный вирг приветливо улыбался, еще не зная, что попал, став главным объектом вожделения нашего курса! – Уважаемые земляне! Рад приветствовать вас на Марсе. Я профессор Люсик, ректор Марсианской звездной академии, – громко заговорил седой вирг, стоило двадцати студентам и шести членам экипажа выстроиться в шеренгу напротив встречающих, – Мой коллега, преподаватель вселенской истории шмадт Тривос и лучшие студенты, ваши будущие сокурсники, проводят вас в центральный зал поселения, где вас ждет торжественный обед, после которого я подробно расскажу о нашей будущей совместной работе. После посадки я, как и все мои сокурсники, предпочла бы полежать, но хозяин – барин. Нас повели через плотно стоящие бараки, в которых гудело и пыхтело, я сразу догадалась, а Полина подтвердила мои мысли – это были хозблоки с компрессорами, вырабатывающими воздух и очищающие воду в замкнутом цикле городка, а также генераторы, работающие на солнечных батареях и отходах жизнедеятельности исследователей. Привели нас не в зал, а на площадь. Прямо под куполом, отделяющим пригодную для жизни территорию от неприветливого Марса, расположилась сцена, перед ней стояли ряды столов и лавок, вокруг раскинулась засаженная пожухлой травой поляна. В отдалении там и тут возвышались кубы жилых и учебных зданий. Местная архитектура была завезена виргами со своей планеты. Люди успели построить здесь только лабораторию и обслуживающие корпуса. Кормили нас в основном растительной пищей. – Я не козел, я такое не ем, – отодвинув от себя тарелку, возмутился Карл. Полина неохотно ковыряла в тарелке и осторожно пробовала рагу из местных овощей в удивительно вкусном пряном соусе. Мне все нравилось. Я никогда не была мясоедом, поэтому вегетарианская кухня виргов мне пришлась по вкусу. Напиток, которым нас угощали, тоже был странным, но пришелся мне по душе. Он напомнил мне свежевыжатый сок сельдерея: яркий освежающий вкус. – Дорогие студенты с Земли. Мы рады приветствовать вас в гостях, – дипломатично начал профессор Люсик, я так увлеклась трапезой, что не заметила, когда он успел подняться на сцену, – Особенно мы рады видеть тех, кто справился с нашим заданием. Студенты бокса номер шесть, выйдете на сцену. Я ждала этого звездного часа, поэтому без лишней скромности встала и, расправив плечи, пошла, куда позвали. Полина и Карл шли рядом, я физически ощущала их поддержку и смятение, ведь они шли получать почести, не заслужив их. Яна и Аня не были отягощены совестью, поэтому на сцену выбежали раньше меня, сияя улыбками, как рождественские елки. На сцене нас ждал профессор и симпатичный студент, на которого наши девочки уже смотрели как на шоколадный торт со сливками. – Подскажите, у кого вырос самый большой жималюск? – со странным выражением на лице спросил профессор. – У меня! – смело сказала я и сделала шаг вперед. Аня с Яной тут же поникли, а Полина и Карл смотрели на меня с гордостью. Ко мне подошел симпатичный зеленый парень и вручил зеленый диплом с благодарностью. – Мы награждаем вас этим дипломом, каждый из вас получает автоматом зачет по биологии Вселенной и пять за экзамен по этому же предмету. Но если вы начнете его прогуливать, награду мы отменим. Понятно? – сурово разглядывая нас, уточнил профессор. Мы дружно кивнули. Зачет и экзамен автоматом – это была для нас по-настоящему королевская награда. – Кроме того, вы будете жить в отдельном общежитии для отличников учебы, – продолжил радовать нас, – И сейчас наш лучший студент Соул проводит вас. – И мы проводим! – тут же оживились зеленые студентки, что встречали нас. Они стояли у сцены и смотрели на Карла так плотоядно, что даже мой не самый сообразительный друг испугался. – Идем? – спросил Соул и предложил мне руку. Он смотрел на меня так, будто я была его девушкой, любимой и единственной в этой Вселенной. Так на меня еще никто и никогда не смотрел. Я растерянно вложила свою ладошку в его, и мы пошли. – Как тебя зовут? – спросил Соул, когда мы ушли достаточно далеко от центральной площади. – Татьяна, – представилась я. – А меня Аня, – тут же вклинилась улыбчивая шатенка. – А я Яна! – хихикнула ее рыженькая подружка. – Моя подруга Полина и друг Карл, – представила я свою банду. – Карл твой парень? – спросила одна из увязавшихся за нами виргиек. – Нет, – сказали мы с Карлом хором и засмеялись, глядя друг на друга. – Мы давно дружим, – пояснила за нас Поля. – Вот мы и пришли, – сообщил Соул, остановившись у красного куба. Это здание стояло рядом с высоким и вытянутым корпусом. – Это учебный блок, – подтвердил мои догадки юный вирг, – Вы будете жить ближе всех к нему. Он провел нас внутрь и пояснил: – На первом этаже общие помещения: столовая, диванная, спортотека и библиотека. На втором этаже десять спален. В каждой свой санблок. Вы можете выбрать себе любую комнату. Если вам что-нибудь понадобится, меня можно найти в соседнем здании. Там общежитие виргов. Комната номер сорок, третий этаж. Последние фразы явно были предназначены только мне. Он произнес их тихо, внимательно глядя мне в глаза. – А что делают здесь наши жималюски? – удивленные возгласы Ани и Яны отвлекли меня от Соула. Я посмотрела на девочек и действительно увидела рядом с ними свой цветок. Он уже успел слегка поникнуть. – Зачем вы их сюда принесли? В лаборатории для них были созданы идеальные условия! – возмутилась я и кинулась к своему питомцу, осматривая свернувшиеся в трубочку лепестки. – Не волнуйся, – ласково улыбнулся мне Соул, – Жималюски такие же живучие, как и вирги. Их трудно взрастить, и еще труднее после этого уничтожить. – Да, у нас так и не получилось вырастить их на Марсе. Вам придется обо всем нам рассказать! – затараторили студентки-виргийки. Они были копией Ани и Яны, только зеленые. – Что? За десять лет вы так и не сумели их вырастить? – удивилась я. Мне показалось, что Соул смутился, потому что ответил он нехотя, бросив неодобрительный взгляд на своих сокурсниц. – Да, жималюски очень важный для виргийцев цветок. Для нас он как для вас собака. Но у нас не получалось адаптировать его к условиям Марса. – На ракете были воссозданы условия Земли… – начала я. – Но и у нас тут условия больше похожие на ваши. Так что их можно и нужно пересадить в почву. Когда они приживутся, Марс преобразится, – мечтательно поведал мне Соул. – Да? И как он преобразится? – полюбопытствовала я. Мне все пока казалось подозрительным. И симпатия парня, который видел меня впервые, и этот цветок, который смогла вырастить только я. Я красиво пою, но дело разве в этом? – Я с удовольствием тебе расскажу. Если позволишь посадить его, – хитро прищурился Соул и как будто затаил дыхание. – Прямо сейчас? – воскликнула я, а про себя подумала: «Нет, что-то тут нечисто!» – Чем быстрее жималюск окажется в почве, тем легче приживется. Я глянула на своего малыша, у него совсем обвисли лепестки, и тычинки уже больше напоминали лопнувшие шарики, а не веселые иголки. – Ладно, давай быстро его пересадим, а ты мне пока о нем расскажешь. Ты знаешь, где взять лопату? Соул довольно улыбнулся и кивнул. Он взял ящик с моим цветком, и мы зашагали на поле между нашими корпусами. За спиной послышался шорох и девичий визг: – Карл, а можно, я посажу твой цветок? – Почему это ты должна сажать его цветок? Я красивее! – Девочки, не ссорьтесь, – с легким самодовольством прогремел Карл. Мой друг, несмотря на красоту, не был избалован женским вниманием. Любой землянке было достаточно провести с ним пару часов, чтобы понять, какой он зануда и ворчун. Мы с Полей уже привыкли и любили его за преданность и миролюбивый характер, но таких терпеливых леди, как мы с подругой, еще поискать. – Я посажу его цветок, – усмехнувшись, заявила Полина. «Моя девочка!» – одобрила я не оборачиваясь. Солнце над нашими головами сияло так ярко, что моим глазам было бы тяжело выдержать его яркость без специальных солнечных очков. Соул забежал в здание своего общежития. Оно было крупнее, чем наш привилегированный корпус, и более спокойного коричневого цвета. Вернулся ко мне он уже с лопатой. – А у вас тоже есть диванная комната и все прочие удовольствия? – спросила я, наблюдая, как ловко он выкапывал ямку. – Нет, удовольствия для отличников. А простым студентам положена только библиотека. Хочешь отдыхать, сначала научись работать! – улыбнулся мне парень и осторожно повалил набок ящик, в котором грустил мой жималюск. Я не ожидала от двадцатилетнего парня такой чуткости. Он бережно подобрал корешки моего цветочка и аккуратно перенес в ямку цветочек, полил водой и присыпал обратно грунтом. На Марсе была ужасная почва, скорее это был гравий. Я с сомнением и тоской погладила свернувшиеся лепесточки моего любимца. – Все будет хорошо, малыш. Мы будем тебя прикармливать, и ты обязательно полюбишь эту планету, – тихонечко пообещала я цветку. Мне показалось, что он даже приподнял свой вялый бутончик, реагируя на мой голос. – Ты разговариваешь с этим растением? – удивился Соул, отвлекая меня от наблюдений. – Да! А что? Я ему и песни пела, – усмехнулась я. Пусть сразу поймет, что я немного сумасшедшая. Прежде чем смотреть на девушку влюбленными глазами, неплохо бы для начала узнать ее. Мое заявление парня не испугало, он с интересом уточнил: – А твои друзья пели своим росткам? Я рассмеялась: – Что ты! Карл вообще не любит пачкать руки, поэтому растениеводство – это точно не его. А Полина больше по технике. Это она помогла настроить в нашем блоке правильную гравитацию, среднюю между Землей и Марсом. После этого ростки и появились. – Думаешь? – с сомнением переспросил Соул. – Уверена! – кивнула я и добавила, – Я пойду. Очень хочется отдохнуть. Ведь завтра уже нужно идти учиться. – Да, вам будет первое время нелегко. Я слышал, что на Земле один урок длится всего сорок пять минут, – направившись в сторону моего корпуса, поделился своими знаниями Соул. – Это в школе. В университете почти полтора часа. – У нас два, – убил меня вирг. Я вздохнула. Что тут скажешь? Зато третий курс у них всего полгода! И домой. У порога моего элитного общежития я заметила клумбу с отростками жималюска. Кажется, все пересадили свои цветочки в марсианскую почву. Соул проводил меня и даже поднялся на второй этаж, игнорируя мои попытки попрощаться. Там стоял жуткий шум. У одной из комнат две виргийки гнусавили, перекрикивая друг друга: – Ну, Карл, ну, выйди к нам. Давай прогуляемся. У нас есть еще пара часов для знакомства. – Что здесь происходит? – грозно спросил Соул у однокурсниц, – Немедленно к себе. Завтра первый день занятий. Идите готовиться! – Да, староста, – понурив головы, откликнулись зеленые девчонки и поспешили удалиться. – Ты староста нашего потока? – уточнила я. Соул посмотрел на меня с нежностью, так нельзя смотреть на девушек, это запрещенный прием! Как после такого взгляда сохранить сердце в целостности и сохранности? – Да, и мне нужно сделать последнее объявление. Он подошел к стене у лестницы и нажал на зеленую кнопку высоко под потолком. Все двери моментально открылись. Земные студенты с недоумением вышли в коридор и вопросительно уставились на Соула. – Простите, что потревожил вас. Но у меня последнее объявление. В нашем студенческом городке существует комендантский час. В десять вам предложат кефир, и после этого вы не должны покидать свои комнаты. Будильник общий. Прозвенит в шесть утра. После чего вы будете полностью свободны в своих перемещениях. Всем все понятно? – последний вопрос Соул задал строго. Мы дружно ответили «да», и он удалился, напоследок вновь одарив меня своим ласковым взглядом. Я любовалась его фигурой, пока он не скрылся за дверью. – Кажется, кто-то влюбился, – раздался над моим ухом смешок. Я вздрогнула, возвращаясь в реальность. Полина смотрела на меня с искренней радостью. – Нет! – возмутилась я, но не так уверена, как мне бы хотелось. – Он красавчик, – похвалила мой выбор подруга. – Но какой-то подозрительный. Ты не находишь? – решила поделиться своими сомнениями я. Поля пожала плечами и уточнила: – Страннее Карла? Мы переглянулись и захихикали. – Что? Смеетесь? – высунул свой нос из комнаты наш красивый, но глупый друг, – А я не знаю, как мне отбиться от этих маньячек. Они так смотрят на меня, будто я бутерброд. – Вот об этом я и говорю. Они странные, – ухватилась я за замечание друга. – Аня с Яной весь полет смотрели на наших однокашников, как на леденцы, но вас это не смущало, – отмахнулась от нас Поля и зашагала в свою комнату. – Да? А то, что Соул ведет себя со мной, будто я его невеста, тебя не настораживает? – побежала я за ней. – Ну, может, ты где-то уже накосячила и действительно его невеста, – рассмеялась подруга. Я махнула рукой, понимая, что интуицию к делу не пришьешь. «Буду наблюдать! И докажу, что эти вирги не так просты, как хотят показаться», – решила я. Вечер я провела, разбирая вещи, книги, необходимые для учебы гаджеты. Ровно в десять в одной из стен отъехал люк, и в образовавшейся нише я обнаружила обычный стакан кефира. Приятный женский голос проворковал: – Выпейте ваш вечерний напиток и ложитесь отдыхать. Спокойной ночи! Я послушно выпила. Вкус у кефира был специфический, он не был кислым, скорее безвкусным. «Искусственный», – поняла я и легла на узкую койку. На удивление, стоило мне закрыть глаза, как я тут же провалилась в крепкий сон.