Глава 3

Анна

Словно почувствовав мой взгляд, Гриша обернулся, посмотрев на меня с улыбкой, на которую я ответила по привычке такой же улыбкой, но на этот раз совсем не испытывая радости.

Я ненавидела Гришу за то что он всё испортил, за то что обманул моё доверие, за то что позволил разочароваться в себе и предал.

Наверное, не будь у нас с ним всё так хорошо, этой ненависти не возникло, так как я могла быть подготовленной к плохому повороту событий. Но когда отношения стабильные, когда ты чувствуешь любовь мужа и платишь ему тем же, подобный удар бьёт особенно сильно.

Тут подойдёт выражение «гром среди ясного неба» – а всё хорошо, а потом бац, и ты полностью разочаровываешься в своём мужчине.

– Мы тебя уже заждались. Что на ужин? – Встав с дивана, Гриша, как обычно, встретил меня поцелуем, но заметив мою реакцию, которую я не смогла скрыть, тут же спросил: – Что-то не так?

– Всё нормально. Просто... – так, Аня, держись, если и устраивать скандал, то только не в присутствии Дениса, – немного устала.

– Прекрасно тебя понимаю. У меня у самого сейчас дел выше крыше. Можно сказать, что кручусь как белка в колесе. Кстати, а почему ты мне звонила? Что-то случилось?

О да, милый, случилось. У тебя есть дочь, у меня есть документ, подтверждающий это, в дополнении к которому идёт разбитое сердце. И я разрываюсь между желанием сразу открыть все карты и выждать и проследить за тобой.

Последний вариант довольно двоякий, ведь я несколько дней буду себя изводить и то, что я эффектно появлюсь перед мужем и его любовницей, может ни к чему не привезти. Я и так знаю, что он мне изменяет, так что нет смысла устраивать шоу. Но такая отсрочка может помочь мне подготовиться к разводу, чтобы в дальнейшем не всплыли никакие подводные камни и сюрпризы от Гриши.

Поэтому, всё же, пусть муж пока думает, что у нас всё хорошо, а я за эти дни найду юриста и проверю все наши документы.

В любом случае сделать из себя полную дуру я не позволю, а заберу всё, что мне причитается, а то и больше.

– Просто хотела узнать, не задержишься ли ты сегодня на работе. – Как же неестественно и натянуто прозвучал мой голос. Я буквально через силу выдавливала из себя слова и Гриша, знавший меня как облупленную, не смог этого не заметить.

Бросив быстрый взгляд на сына, муж взял меня за руку и увёл в спальню. Закрыв дверь, он внимательно посмотрел на меня, словно пытаясь одним лишь взглядом пробраться в мою голову и прочесть мысли, и спросил:

– Ань, произошло что-то о чём я должен знать?

– Если бы это было так, то ты бы уже это знал.

– И вот почему мне кажется, что я тебя обидел?

Мрачно усмехнувшись, я вдруг поняла, что не смогу несколько дней жить под одной крышей с предателем. Меня уже чуть ли ни наизнанку выворачивает от его вида.

Гриша смотрит на меня с такой заботой и нежностью, что это трудно вынести, зная, как сильно он передо мной виноват. Он просто не заслуживает, чтобы я и дальше жила с ним как ни в чём не бывало до его отъезда в якобы командировку, кормила и обхаживала.

Это прямо попахивает самоунижением – заботиться о мужчине, пусть и через не хочу, который тебя изменяет.

– Потому что всё дело в том, что я знаю правду. И сейчас мне хочется одного, влепить тебе пощёчину, а то и не одну, и высказать всё, что я думаю о твоём мерзком поступке. Но скажи спасибо, что я сдерживаюсь ради Дениса.

Сразу же поменявшись в лице, Гриша упёр руки в бока и покачал головой, то ли отгоняя какие-то мысли, то ли сообразив, что это из-за своей тупости он попал в такой просак.

– Ань, ты должна понимать, что у меня не было другого выхода. Он мой брат и я не мог бросить его в беде. Ты бы и сама поступила точно также.

Ничего не понимаю, причём здесь его брат? Гриша уже несколько лет не вспоминал о Богдане, как и все его родственники. Дело в том, что близнец моего мужа был малоприятным человеком, который в своё время вытянул из их родителей все сбережения, живя по принципу – удовольствия на первом месте. Азартные игры, наркотики, алкоголь и доступные женщины – вот что интересовало Богдана.

Мне кажется, я никогда не встречала более мерзкого человека, настолько самоуверенного, эгоистичного и влюблённого в самого себя. И, что всегда казалось мне чем-то невероятным, он воспитывался в тех же условиях, что и мой муж. Но если Гриша многого достиг, то Богдан чуть ли не оказался на самом дне.

Насколько мне известно, сейчас брат моего мужа работает на заправке, так и не женившись, но каким-то чудом окончательно не спившись. Свекровь как-то вскользь упомянула, что он стал исправляться и взялся за ум, хоть никто из его родни так и не горит желанием возобновлять общение с ним.

– Гриша, только не говори мне, что ты одолжил ему деньги?

Муж передёрнул плечами и тут же настороженно посмотрел на меня.

– А ты разве не...

– Пожалуйста, скажи, что я ошибаюсь!

– Нет, я не давал ему деньги, но... Он уже несколько лет борется с раком и я всё это время потихоньку ему помогал, зная, что он не потянет лечение. Поверь, это уже не тот Богдан, который пришёл пьяным на нашу свадьбу, чуть её не сорвав. И недавно у него была последняя операция и я...

– Сколько! Сколько ты на него потратил?

Вспомнив матершинные тосты, попытки потрогать меня и скотское поведение Богдана, который, как мне кажется, вообще не воспринимал женщин за людей, слёзы моей свекрови, стыдящейся сына, который ударил своего же отца, я с силой сжала руки в кулаки. Это была первая и последняя встреча с этим вечно пьяным мужчиной, о которой я хотела бы навсегда забыть.

– Почти семьсот тысяч, – еле слышно ответил Гриша, снова попытавшись оправдать себя.

Но я его уже не слышала.

Почти семьсот тысяч! При том, что наши сбережения за эти года составляли восемьсот двадцать тысяч.

Какая же я идиотка! Это же надо было доверить вклад мужу и не проверять его, позволив спустить наши деньги на лечение человека, который сам себя медленно убивал, не слушая мольбы родителей и сбегая с рехабов.

Это были наши деньги, мои, мужа и сына, но Гриша решил воспользоваться ими на своё усмотрение, лишив нас финансовой подушки.

А вдруг что-то произойдёт? Жизнь такая непредсказуемая штука, что всегда надо откладывать на чёрный день.