Глава 32

Музыка в клубе «Нау» грохотала так, что даже мысли путались. Настя сидела за стойкой, методично опустошая один стакан виски за другим. Её длинные светлые волосы рассыпались по плечам, а черное облегающее платье подчеркивало точеную фигуру. Но сегодня ей было не до флирта — в голове крутились события прошедшего дня, и каждая мысль отдавалась глухой болью где-то в висках.

Кирилл, понимающе кивал, подливая очередную порцию. Он давно работал здесь и знал, что когда Анастасия Станиславовна в таком состоянии, лучше не задавать лишних вопросов. Просто наливать и присматривать, чтобы не натворила глупостей.

— Еще один, — хрипло произнесла Настя, постукивая ногтем по пустому стакану.

— Может, хватит? — осторожно поинтересовался Кирилл.

— Налей, — отрезала она, и в её голосе прозвучали стальные нотки, от которых бармен невольно вздрогнул.

Север… Её Север! Столько лет прошло, а он словно призрак из прошлого материализовался прямо здесь, в её городе. И ведь не просто так — копает, принюхивается.

Виски обжигало горло, но не могло заглушить внутренней тревоги. Настя чувствовала, как постепенно теряет контроль — над ситуацией, над собой, над своими эмоциями. А она ненавидела это чувство больше всего на свете.

— Какие люди! — раздался за спиной знакомый голос с издевательскими нотками.

Наум. Только его сейчас не хватало. Настя даже не повернулась, продолжая гипнотизировать свой стакан. Но Наум не из тех, кто отступает. Он бесцеремонно забрал у неё виски, игнорируя возмущенный взгляд.

— Не ожидал, что новый следак так выведет тебя, — усмехнулся он, рассматривая янтарную жидкость на свет.

— Твоя танцовщица, — процедила Настя сквозь зубы, делая знак Кириллу налить ещё. Она специально выделила слово «твоя», вкладывая в него всю накопившуюся желчь.

Наум покачал головой, жестом останавливая бармена. Кирилл мгновенно испарился — он слишком хорошо знал, когда лучше не вмешиваться в разборки начальства.

— Пошли, разговор есть, — в голосе Наума появились властные нотки.

Настя фыркнула, всем своим видом демонстрируя недовольство. Но спорить не стала — себе дороже. Когда она попыталась встать с высокого барного стула, мир предательски качнулся. Твердые руки Наума подхватили её, не давая упасть.

— Осторожнее, детка, — прошептал он ей на ухо, и от его дыхания по коже побежали мурашки.

Настя ненавидела эту его способность — одним прикосновением, одним словом заставлять её тело предавать разум. Но сейчас ей никакого дела не было до физиологии. Им действительно нужно было поговорить, и чем скорее, тем лучше. Потому что появление Севера могло разрушить все, что они так тщательно строили последние годы. А этого Настя допустить никак не могла.

Несмотря на поддержку Наума, Настя все равно пошатывалась. Каждый шаг давался с трудом — виски явно было лишним. Музыка била по ушам, а разноцветные огни слепили глаза. Они медленно пробирались через толпу танцующих, и Настя невольно морщилась, когда очередной подвыпивший посетитель задевал её плечом.

— Черт бы побрал этот клуб, — пробормотала она, запнувшись о чью-то ногу.

— Ты же любишь «Нау», — усмехнулся Наум, крепче прижимая её к себе.

— Не сегодня.

На них оборачивались — еще бы, хозяин клуба лично сопровождает пьяную любовницу. Кто-то шептался, кто-то откровенно пялился. Настя чувствовала эти взгляды кожей, но сейчас ей было плевать на сплетни. В голове крутился водоворот мыслей, и все они так или иначе возвращались к одному человеку.

Север. Какого черта он здесь делает? После стольких лет… После того, как она… Нет, об этом лучше не думать. Особенно сейчас, когда Наум так близко. У него звериное чутье на любые эмоции, связанные с прошлым.

— О чем задумалась? — словно в подтверждение её мыслей спросил Наум.

— О том, что мне нужно еще выпить.

— Хватит. Ты и так уже еле стоишь.

Настя хотела огрызнуться, но промолчала. Наум был прав — она действительно перебрала. А ей нужна была ясная голова. Особенно сейчас, когда ситуация накалялась с каждым часом.

Они миновали VIP-зону, где на кожаных диванах расположились «сливки общества» — бизнесмены, политики, случайно затесавшиеся толстосумы. Некоторые приветственно кивали Науму, но тот лишь едва заметно кивал в ответ, не останавливаясь.

— Привет, босс! — раздался томный голос, и перед ними возникла Карина.

Настя почувствовала, как внутри все сжалось. Снова эта Каро, она следит за ней что ли? Карина была красива той яркой, вызывающей красотой, которая сводит мужчин с ума. Длинные темные волосы, идеальная фигура, кукольное личико. И полное отсутствие мозгов, как считала Настя.

— Не сейчас, — коротко бросил Наум, обходя девушку.

Но Настя успела заметить, как они обменялись быстрыми взглядами. Что-то здесь было не так, и это «что-то» ей определенно не нравилось. Впрочем, сейчас были проблемы посерьезнее, чем очередная любовница Наума.

Они подошли к неприметной двери с надписью «Только для персонала». Наум достал ключ-карту, провел по считывателю. Замок щелкнул, открывая путь в святая святых клуба — административную часть здания, где находился кабинет хозяина.

— Дамы вперед, — Наум галантно придержал дверь.

Настя поморщилась от этого показного джентльменства. Она слишком хорошо знала истинную сущность этого человека, чтобы верить в его показную учтивость. Но выбора не было — им действительно нужно было поговорить. И чем скорее, тем лучше.

Грохот музыки стал глуше, когда дверь захлопнулась за их спинами. В коридоре царила почти больничная стерильность — белые стены, яркий свет, никаких украшений. Только камеры наблюдения в углах напоминали о том, что это не медицинское учреждение, а всего лишь изнанка ночного клуба.

Кабинет Наума всегда производил на Настю гнетущее впечатление. Тяжелая дубовая мебель, темные обои, массивные шторы — все здесь кричало о власти и деньгах. Но сегодня даже привычная обстановка казалась особенно давящей.

Настя рухнула на кожаный диван, не заботясь о приличиях. Платье предательски задралось, обнажая стройную ногу почти до бедра. Она заметила, как потемнел взгляд Наума, и медленно закинула ногу на ногу, прекрасно понимая эффект своих движений.

— Остынь, я сегодня не хочу, — произнесла она с ленивой усмешкой, намеренно покачивая ногой.

Наум прислонился к массивному столу, скрестив руки на груди. В тусклом свете настольной лампы его фигура отбрасывала причудливые тени на стену.

— Что скажешь насчет Севера? — его голос прозвучал неожиданно резко.

Настя почувствовала, как сердце пропустило удар. Вот оно — то, о чем она не хотела думать весь вечер. То, от чего пыталась спрятаться на дне стакана с виски.

— Ничего. Темная лошадка, — она постаралась, чтобы голос звучал равнодушно.

— Да, согласен. Ни кола, ни двора, ни котенка, ни ребенка. Была жена и то бывшая…

— Жена? — Настя не смогла сдержать возгласа. Внутри что-то оборвалось, словно струна лопнула. Значит, женился. Пока она… А он…

— Бывшая, — уточнил Наум, внимательно наблюдая за её реакцией. — Ты досье читала? Я сегодня с утра положил тебе его на стол.

— Нет, не когда было, — соврала Настя. На самом деле она просто не смогла заставить себя открыть папку. Слишком много воспоминаний, слишком много боли.

— Был женат три года, развелся. Во всем досье одна карьера!

Наум говорил что-то еще, но Настя уже не слушала. В голове крутились обрывки мыслей. Женился. Развелся. Почему? Как она выглядела, его жена? Была ли похожа на…

— Может грохнем? — слова Наума вывели её из задумчивости и прозвучали как удар хлыста.

Настя почувствовала, как кровь отхлынула от лица. В груди что-то болезненно сжалось. Только не Север. Кого угодно, но только не его. Она попыталась справиться с предательской дрожью в голосе:

— Угу, и сразу жди маски-шоу! Второй следак!

Наум недовольно поморщился. Настя говорила дело — убирать следователя такого уровня было слишком рискованно. Это неминуемо привлекло бы внимание не местных органов, а федералов. А такая шумиха им сейчас ни к чему.

— Припугнем? — предложил он, присаживаясь рядом с Настей.

От его близости у неё перехватило дыхание. Не от желания — от страха. Страха за человека, которого она когда-то… Нет, об этом лучше не думать. Особенно сейчас.

— Тоже не вариант, — она покачала головой, стараясь, чтобы голос звучал рассудительно. — Зачем себя светить? Пусть копает. У тебя же есть свои люди в ментовке — подключи, чтобы знать, далеко ли Северский зайдет в своих «раскопках».

Наум задумчиво побарабанил пальцами по подлокотнику дивана. В его глазах появился тот особый блеск, который Настя научилась распознавать за годы их связи. Так бывало всегда, когда ему в голову приходила очередная «гениальная» идея.

— Я к нему Каро запущу, — наконец произнес он. — Развлечения мужику понадобятся, а здесь свой человек в его постели будет прекрасным дополнением.

Настя почувствовала, как к горлу подступает тошнота, и на этот раз дело было не в выпитом виски. Каро… Чертова кукла с идеальными формами и пустой головой. Она представила, как та будет виться вокруг Севера, как будет смеяться его шуткам, как будет…

«Север никогда не любил глупых», — мелькнула спасительная мысль. Но тут же пришла другая, куда более тревожная: «Двенадцать лет прошло — вдруг вкусы поменялись?»

— Ау! Ты чего зависла? — окрик Наума вырвал её из мучительных размышлений.

Наум пристально смотрел на нее, словно пытаясь прочитать мысли. Его взгляд был тяжелым, изучающим. Он слишком хорошо знал свою любовницу, чтобы не заметить, как её задела тема Севера. Вот только причину этого беспокойства он видел совсем не там, где следовало.

— Я устала, — произнесла она, поднимаясь. — Поеду домой.

— Останься, — Наум притянул её к себе. — У меня есть идеи, как снять напряжение.

— Не сегодня, — она мягко, но решительно высвободилась из его объятий. — Я слишком много выпила, да и был тяжелый вечер.

— Машину вызвать?

— Нет, такси возьму.