Глава 66

В тускло освещенном кабинете следователя Северского царила гнетущая атмосфера. Вечерний свет едва пробивался сквозь жалюзи, отбрасывая длинные тени на стены, заваленные папками с документами. Дмитрий в который раз перечитывал материалы по делу Насти, когда дверь без стука распахнулась. На пороге появился Михаил Старостин с бутылкой виски и двумя стаканами.

— Хватит себя изводить, — произнес Михаил, проходя внутрь и закрывая за собой дверь. — На тебе лица нет.

Он молча разлил янтарную жидкость по стаканам и придвинул один Северскому. Тот залпом опрокинул виски, даже не поморщившись.

— А что я должен делать? — глухо спросил он. — Сидеть сложа руки, пока эта мразь Наум методично уничтожает её в этой чертовой клинике?

Старостин присел на край стола, внимательно глядя на друга.

— Послушай, я кое-что разузнал, — понизил он голос. — Наум платит главврачу огромные деньги не только за содержание Насти. Он требует регулярные отчеты о её состоянии. И знаешь зачем? Эти бумаги нужны ему для полного контроля над наследством.

Северский нахмурился, снова взяв в руки завещание Станислава Робертовича. Он перечитывал этот документ десятки раз, но только сейчас начал понимать, куда клонит Михаил.

— Вот! — его палец остановился на ключевом пункте. — Смотри: «В случае смерти наследницы все имущество переходит в благотворительный фонд помощи детям-сиротам. При этом опекун обязан вернуть половину средств, полученных от управления активами».

— Теперь понимаешь? — Старостин подался вперед. — Пока Настя официально жива, но недееспособна, Наум полностью контролирует её состояние. Но если она умрет…

— Ты с ума сошел? — Северский резко встал, опрокинув стакан. — Предлагаешь её убить?

— Тише ты, идиот! — зашипел Михаил. — Я говорю об инсценировке. Если она официально умрет, все права Наума на управление имуществом аннулируются. Более того, ему придется вернуть половину присвоенных средств. А там такие суммы, что его партнеры по бизнесу живьем сожрут.

Северский медленно опустился обратно в кресло, обдумывая услышанное. План казался безумным, но в нем была своя логика.

— Это слишком рискованно, — наконец произнес он. — Если нас раскроют…

— А есть другой выход? — Старостин налил еще виски. — Сколько она еще протянет на их препаратах? Месяц? Два? А потом — вечный овощ. Ты же видишь — Наум методично выводит её из игры, просто делает это медленно и якобы законно.

В кабинете повисла тяжелая тишина. За окном моросил дождь, капли монотонно барабанили по стеклу, создавая тревожный аккомпанемент их разговору.

— Даже если мы решимся, — произнес Северский после долгой паузы, — как это осуществить? Клиника под круглосуточной охраной, везде камеры, персонал предан Науму.

— У меня есть кое-какие мысли, — Старостин понизил голос. — Помнишь Сашу-патологоанатома? Он мне должен. И есть еще пара ребят, которые помогут. Главное — все рассчитать по минутам.

Следующие дни превратились в бесконечную череду тайных встреч. В тесной квартире Старостина, пропахшей крепким кофе и сигаретным дымом, собирались люди, которым Северский доверял как самому себе. Бывшие сослуживцы, проверенные временем друзья — каждый понимал риски, но никто не отказался.

На столе были разложены фотографии клиники «Светлый путь», планы здания, графики дежурств персонала — результат нескольких недель тщательного наблюдения.

— Значит так, парни, — Северский остановился перед собравшимися. — Задача максимально сложная и рискованная. Нужно вытащить человека из психушки. Причём так, чтобы все думали, что он мёртв.

— Твою мать, Север, ты совсем охренел? — присвистнул один из присутствующих. — Это же не просто побег устроить. Тут целая операция нужна.

— Именно поэтому я позвал лучших, — Северский развернул на столе чертежи. — Три этажа, круглосуточная охрана, видеонаблюдение. Пациентка находится в 237-й палате.

План операции вырисовывался постепенно. Ключевым моментом должна была стать инсценировка смерти Насти. Это был единственный способ вырвать её из-под контроля Наума — только полностью уверившись в смерти своей подопечной, он ослабит бдительность.

— Инсценировать смерть можно, — задумчиво протянул Александр. — Есть препараты, которые дают все признаки клинической смерти. Но это чертовски опасно, особенно учитывая количество психотропных в её организме.

— А если просто подменить тело? — предложил кто-то. — Найти похожее, немного замаскировать…

— Слишком рискованно, — покачал головой Северский. — Наум наверняка потребует тщательного осмотра.

Александр подошел к столу, сложив руки на груди:

— У меня есть надежный человек в морге — Игорь. Он свой, ему можно доверять. Сейчас там есть подходящая… жертва автокатастрофы. Возраст, телосложение — все совпадает. И лицо… после аварии опознать будет сложно.

В комнате повисла тяжелая тишина. Все понимали — они переходят черту, за которой нет возврата. Использовать тело погибшей девушки казалось кощунством, но другого выхода не было.

— С документами что? — Северский нарушил молчание.

— Игорь все подготовит, — кивнул Александр. — История болезни с ухудшением состояния, остановка сердца от передозировки лекарств, заключение о смерти. Все будет выглядеть естественно — никто не станет копать глубоко.

Они продолжали обсуждать детали до глубокой ночи. Каждый шаг должен был быть выверен с точностью до секунды. Малейшая ошибка могла стоить им не только карьеры, но и свободы.

Северский связался с бывшими сослуживцами из спецназа, которые согласились помочь с проникновением в клинику. Старостин занялся документами — справками о смерти, результатами вскрытия. Каждый понимал — времени на подготовку мало, но спешка могла все погубить.

— Дим, — сказал Старостин, когда они в очередной раз проверяли план действий, — после этого пути назад не будет. Ты готов потерять все — звание, должность, репутацию?

Северский долго молчал, глядя в окно на ночной город. Наконец повернулся к другу:

— Я уже все потерял в тот момент, когда мои документы легли в основу её приговора. Какой смысл в погонах и должности, если я не могу спасти любимого человека?

— Любимого? — Старостин внимательно посмотрел на друга. — Так вот оно что… Когда ты успел?

— Сам не знаю, — Северский провел рукой по лицу. — Может, я никогда и не переставал её любить? А может, влюбился в неё снова, когда вновь встретил. Просто в какой-то момент понял — без неё все остальное не имеет смысла.

Они продолжили работу над деталями операции. Костя, специалист по электронике, изучал систему безопасности клиники. Александр готовил медицинские документы и договаривался с персоналом морга. Михаил налаживал связи с нужными людьми в самой клинике.

— Смотри, — Старостин указал на схему дежурств, — в ночную смену работает минимум персонала. Три медсестры, два санитара. Охрана — четверо по периметру, двое на входе. В три часа ночи обход отделения.

— А главврач?

— По четвергам у него лекции в институте, учит студентов науке о психических расстройствах человека, поэтому уходит пораньше. Это наш шанс — сделаем все в четверг ночью, когда его не будет.

Каждая деталь требовала тщательной проработки. Как отвлечь охрану, как проникнуть в здание, как вывести Настю незаметно для камер. Нужно было учесть все — от погоды до возможных случайных свидетелей.

— С документами порядок? — Северский просматривал поддельные справки.

Александр разложил на столе медицинские документы:

— Документы почти готовы. Свидетельство о смерти, заключение патологоанатома, акт о кремации. Все с печатями и подписями. Сам видел — не подкопаешься.

— Кремация? — недоуменно спросил Северский.

— Да, так надежнее. Никто не сможет потребовать эксгумации, — пояснил Александр.

— А что с телом? — спросил Михаил.

— В морге будут наши люди. Подменим во время транспортировки. Дальше — вывозим Настю. Все уже готово, — Северский стиснул зубы.

— Север, ты понимаешь, что если что-то пойдет не так, мы все сядем? И это в лучшем случае.

— Понимаю. Поэтому каждый шаг должен быть выверен идеально. Вот смотрите, — он начал расчерчивать схему операции. — В четверг вечером Костя глушит камеры. Саша проникает в палату под видом дежурного врача…

— А охрана? — перебил Михаил.

— У меня есть копии пропусков и график дежурств. В эту смену будут нужные люди. Саша вводит препарат, фиксирует остановку сердца. Дальше все по протоколу — реанимация, констатация смерти, оформление документов.

— Транспортировка в морг? — уточнил Александр.

— Да. Там подмена и вывоз через черный ход. Машина уже подготовлена — медицинская, с документами.

— А если очнется раньше времени?

— Не должна. Сань, сколько действует препарат?

— Часа четыре гарантированно. Но нужно учитывать её состояние, другие лекарства в организме. Это чертовски опасно, Север.

— Знаю. Но выбора нет. Наум её там угробит — медленно, но верно.

— Ладно, — вздохнул Михаил. — Но нужна полная информация по охране и системе безопасности.

— Будет. Костя?

Костя склонился над ноутбуком, изучая систему видеонаблюдения клиники. Его пальцы быстро бегали по клавиатуре, выводя на экран схемы подключения камер и коды доступа.

— Система старая, советская еще, — пробормотал он. — Взломать можно, но нужно время на подготовку. А вот электронные замки новые поставили — придется повозиться.

— Сколько времени нужно? — спросил Северский, нависая над его плечом.

— Дня три на изучение системы и подготовку оборудования. Еще день на тест. Камеры завязаны на центральный пост. Но есть уязвимость в программном обеспечении. Можно запустить цикличную запись — охрана будет видеть пустые коридоры. У меня есть человек, который сможет устроить небольшое отключение электроники. Минут на десять система отключится.

— Сколько времени нужно на взлом?

— Минут десять, не больше. Но придется действовать изнутри — нужен физический доступ к серверной.

— Это я беру на себя, — кивнул Михаил. — Проникну под видом техника связи. У меня есть нужные документы.

Северский понимал, что после операции придется залечь на дно надолго. Наум наверняка задействует все свои связи, чтобы найти Настю. Потребуется время, чтобы его бдительность ослабла, чтобы он поверил в реальность её смерти.

Команда погрузилась в последние приготовления. Костя программировал закладки для системы видеонаблюдения. Александр рассчитывал дозировки препаратов. Михаил отрабатывал маршрут проникновения. Игорь доводил до совершенства документы.

— Значит так, — скомандовал Северский. — Завтра проверяем снаряжение и экипировку. Послезавтра репетируем каждый свою часть. В среду генеральная репетиция. В четверг работаем. Связь только через защищенный канал. Никаких звонков, встреч, контактов.

За день до начала операции Северский еще раз встретился со Старостиным. Они сидели в полутемной квартире, перебирая последние детали плана. На столе лежали документы, карты, схемы маршрутов отхода.

Дмитрий молча протянул другу две связки ключей и небольшой пластиковый кейс.

— Увези её и спрячь, — произнес Северский, глядя в глаза другу. — Здесь ключи от машины, которую я подготовил. Она ждет в морге у Игоря. В бардачке найдешь адрес, где стоит еще одна машина, чтобы замести следы. Все точки забиты в навигатор — не заблудишься.

— Север, ты что задумал? — напрягся Старостин.

Дмитрий покачал головой.

— Тебя Наум не станет проверять, а вот моя персона будет под прицелом. Мне нужно остаться здесь, доиграть свою роль. В последней машине в навигаторе забит адрес дома, который я купил, ключи тоже здесь. Береги её.

— Это неправильно, — возразил Михаил.

— Правильно, Миш. В доме все готово: запас продуктов, медикаментов, все необходимое для длительного автономного существования. Установлена система раннего оповещения о приближении посторонних. В кейсе карты на твое имя и на имя Саши — чтобы ни в чем не нуждались.

Старостин понимал логику друга — если Северский внезапно исчезнет, Наум сразу поймет, кого искать. А так у них будет время поставить Настю на ноги.

— Она будет спрашивать…

— Будет, — кивнул Северский. — Скажи ей, что я найду её. Обязательно найду.

Они проверили оружие, средства связи, документы. Все было готово. Оставалось только ждать назначенного часа. Северский чувствовал, как нарастает напряжение — каждый понимал, что права на ошибку у них нет.

В последний раз они собрались вместе, чтобы проверить готовность каждого участника операции. Костя подтвердил работоспособность электронных закладок. Александр доложил о готовности медицинской части. Михаил сообщил, что все пути отхода чисты.

Завтра начнется операция, которая либо спасет Настю, либо уничтожит их всех. Промежуточных вариантов не существовало.