59

Я наблюдаю за тем, как Демьян выпрямляется и степенно идет по гостиной. А ведь он так же хорош, как когда-то… Даже лучше стал, взрослей, мужественней. На секунду, увидев спину мужчины, я вдруг вспоминаю, как сравнивала ее со спиной Борьки. Похожи, черт, очень даже… Меня аж передёргивает.

— А ты далеко? — спрашиваю я, остановив движение Демьяна.

— У меня дела.

— А Борька сюда в твое отсутствие не заявится?

— Ну, во-первых, он не знает про этот дом, — отвечает Демьян, обводит взглядом пространство и с какого-то черта мне сообщает: — Я его купил для своей невесты.

— О, тебя можно поздравить со скорой свадьбой и статусом жениха? — стараюсь говорить мягко, но новость меня задевает. С какого хрена — сама не понимаю и не могу сдержаться, чтобы не произнести следующее: — Надеюсь, там все у тебя по настоящей любви.

Демьян на это никак не отвечает и продолжает:

— Во-вторых, с тобой останется Костя, можешь обращаться к нему по всем вопросам.

Он идет к лестнице и поднимается на второй этаж. А я откидываюсь на спинку дивана.

Что ж получается, Демьян мой спаситель? Вот как все обернулось, твою мать. Хотела быть от него подальше, а потом стала женой его отца, потом пусть и без согласия, но все же любовницей его брата, и вот сейчас я буду жить в доме его невесты. Херня какая… Господи, за что мне это все?

Прикрываю глаза и чувствую, как сон вновь пытается поглотить мое сознание. Поддаюсь, но слабо, позволяю себе лишь немного подремать.

В себя прихожу, когда слышу шаги на лестнице. Демьян спускается. Он сменил одежду, на нем сейчас лёгкая светлая рубашка и тонкие брюки. А еще Демьян надушился — шлейф парфюма заполнил пространство. Приятный запах, мужской, но не грубый. Парень явно идет на свидание.

— И кто она? — спрашиваю я зачем-то.

— Ты все равно ее не знаешь, — отвечает он, застегивая пуговицы на рукавах.

— Ну хоть имя скажи.

— Аня.

— Аня, — передразнивая, фыркаю я, — имя-то какое, простое.

— Хорошее имя, хорошая девочка, — усмехается Демьян.

— Так себе характеристика.

— Ну, не чета тебе. Ни с именем, ни с характеристикой, — продолжает усмехаться Демьян и вдруг подходит ко мне, доставая что-то из кармана. — Если тебе что-то понадобится, вот карта, — он протягивает мне кредитку. — Пин-код двадцать восемь, ноль, один.

Выпрямившись, он резко идет в сторону выхода. А у меня в голове кружится озвученные им цифры. Что-то очень знакомое…

— Твой день рождения, — вспомнив, произношу я вслух.

— Надо же, помнишь.

— Я все помню, Демьяш.

Он берется за ручку входной двери, но вдруг резко оборачивается:

— Второе мая, — называет он дату моего рождения, чем, признаться, сильно меня удивляет. — Я тоже все помню.

Но вот последняя фраза звучит скорее с досадой. Как будто он, твою мать, жалеет.

Он жалеет!

В голове не укладывается.

О чем он может жалеть? Вот о чем?

Что охмурил молодую девушку, лапши на уши навесил…

Жалеть должна я. О той боли, которую мне причинил этот человек. Нет, о встрече нашей я не жалею. Как и раньше я думаю, что все, что произошло, меня закалило — вот той самой болью.

Не успевает за Демьяном закрыться дверь, как она снова открывается. В дом заходит Костя, закатывая чемодан. Мой чемодан, тот самый, с которым я путешествовала по Прибалтике.

— Вещи привезли, — сообщает Костя, — куда их?

— Все спальни наверху? — интересуюсь, парень кивает, тогда я поднимаюсь с места и иду к лестнице, Костя следует за мной с чемоданом.

Оказавшись на втором этаже, вспоминаю, что Демьян сказал, что его комната справа. Напротив нее есть дверь, подхожу, нажимаю на ручку, дверь открывается. Беглым взглядом окидываю комнату: небольшая, но все, что нужно, в ней есть.

— Давай сюда, — говорю я Косте и захожу. Он закатывает мой чемодан и спрашивает:

— Что-то нужно?

— Я бы что-нибудь съела.

— Из еды ничего нет, но я могу заказать пиццу.

— Заказывай, — соглашаюсь я.

Костя уходит, а я открываю чемодан.

Вещей довольно много. Есть и нижнее белье, и платья, и джинсы. Достаю несколько вещей, самых необходимых, и загружаю их в шкаф. Обувь тоже есть, мои любимы е кеды, в них я прошла не один километр по узким и старым улочкам Вильнюса. Беру их, носки, джинсы и нижнее белье и со всем этим выхожу в коридор. Иду по нему, открываю двери в поисках душа. Он находится в самом конце, на крючке есть полотенце. Раздеваюсь, залезаю в ванную и мою только грязные ноги. После чего обтираюсь, одеваюсь и… замираю у зеркала.

Твою мать! Тихий ужас!

Лицо исцарапанное и припухшее.

Плюю на отражение и выхожу.

На первом этаже Костя играется с Алешкой. Весёлый лай моего зверя отражается теплом на душе.

— Можно мне выйти во двор? — спрашиваю я у Кости. Он с удивлением на меня смотрит.

— А почему вы у меня спрашиваете?

— Ну, полагаю, тебя оставили за мной следить…

— Ничего подобного. Демьян Игоревич лишь попросил за вами приглядывать, вы в таком… состоянии… И выполнять ваши просьбы.