ГЛАВА 17
- Ты уверен, что способен убить меня? – медленно подбираясь к Маркусу мягкой, хищной походкой, Катя улыбнулась.
- Ты прекрасно знаешь, что да, – он снял пистолет с предохранителя. Черное дуло смотрело прямо в грудь. - Ты больше не Катя, не моя жена. От нее осталась лишь оболочка, тело. Души внутри нет. Во всяком случае, ее.
- Нет, я - это она. Просто я стала лучше, сильнее, могущественнее, – она остановилась в пяти шагах от Маркуса.
- Не подходи ближе! Я выстрелю, – в его взгляде читалаcь хoлодная решимость.
- Но ты за этим сюда и пришел. Только трудно, ведь так? Ты любил меня, и до сих пор чувства не умерли, - протянула Катя мурлыкающим тоном.
Маркус положил палец на курок и чуть надавил. Еще несколько секунд,и он выстрелит, пробив серебряной пулей ее сердце. Но она не боялась.
Встретилась с черными, словно сама царица тьма, глазами. Раньше он мог загипнотизировать ее взглядoм,теперь же многое поменялось. Ее ментальные способности мощнее. Она легко подчинит его.
- Любимый, опусти пистолет. Ты не хочешь меня убивать, – сладко произнесла Катя. Каждое слово должно врезаться в разум Маркуса и сломать его защиту. Но он даже не шевельнулся. Чертовски сильный вампир. Ну ничего. Долго не продержится. – Не надо проливать кровь.
Она подошла настолько близко, что дуло оружия уперлось в область сердца. Рискованно, но Резенфорд-младший почти подчинился. Боролся, но уже запутался в силках, попалcя в паутину ее власти. Не мог отвести взгляда. Медленно опустил руку с пистолетом. Катя улыбнулась и забрала оружие. Теперь он не опасен. Совсем ручной, но ненадолго. Гипнотические чары, наложенные на чистокровного вампира, скоротечны. Ничего. Много времени не понадобится.
Катя привстала на цыпочки, даже теперь, когда она носила туфли на двадцатисантиметровой шпильке, он был выше. Прошептала ему в губы:
- Поцелуй меня. Хочу вспомнить вкус твоих прикосновений.
Маркус выполнил ее приказ, буквально захватив ее рот в страстный плен. Изголодался, бедняжка. Поспорить она не могла, любовник он шикарный.
Но пора поставить жирную точку.
Одну руку Катя положила ему на плечо, другую, с пистолетом, подвела к его груди. Нажала на курок. Γромкий выстрел неприятно ударил по чувствительным барабанным перепонкам и на несколько секунд оглушил. Маркус рухнул на пол. Катя склонилась над ним. Он был прекрасен, как Бог красоты, но безнадежно мертв. Но самое главное, в душе по этому поводу ни капли раскаянья, жалости и сожаления. Только пустота и умиротворенность. Последняя ниточка, связывающая с прошлой жизнью, оборвана.
Катя слизнула с пальцев попавшую на кожу после выстрела кровь Маркуса. Она с горчинкой, как у любого вампира, но именно его вкусна, словно нектар.
Да здравствует свобода…
Катя вскрикнула и подскочила на кровати. По спине тек холодный пот, из глаз слезы. Сердце бешено стучало у горла, дышалось тяжело, как после пробежки на длительную дистанцию.
Сбоку раздался щелчок выключателя, и на прикроватной тумбочке вспыхнул желтоватый свет настольной лампы. На Катю в упор смотрел Маркус. Его взгляд был встревоженным и сочувствующим.
- Снова кошмар?
Она кивнула. Ее трясло, как при лихорадке.
Слезы застлали глаза,и Катя обняла мужа, крепко прижимаясь к нему. Хотелось удостовериться, что он здесь, живой, а его смерть лишь сон.
Она чувствовала его дыхание возле виска, тепло тела и равномерное биение сердца. Но кошмар не отпускал, а могильной плитой давил на грудь.
- Во сне я убила тебя, – бесцветным голосом произнесла она. – Я не была собой, была вампиром. Полной противоположностью мне нынешней. Злобной тварью. Ты хотел застрелить меня, но я загипнотизировала тебя, забрала пистолет и пустила пулю в твое сердце. Твоим же любимым оружием с гравировкой! Что, если сон вещий?!
Катя с отчаяньем посмотрела ему в лицо.
- Если так, то страдать из-за моей смерти ты не будешь, - он улыбнулся, но улыбка не затронула холодные глаза.
- Я боюсь, Маркус, - она судорожно сжала его плечи. – Если старейшина будет побеждать, прошу тебя, сделай все, чтобы я не стала вампиром. Что угодно, даже убей. Я не хочу быть монстром.
- Не станешь, я обещаю, - муж прижал ее к себе и поцеловал в макушку. - А теперь давай спать. Когда проснешься, воспоминания о кошмаре поблекнут,и станет легче.
Катя мотнула головой.
- Эти сны могут вернуться сейчас…
- У меня есть идея.
Маркус откинул одеяло и встал с постели. Подошел к письменному столу и начал рыться в одном из ящиков. Вернулся, держа в руках округлый серебряный медальон с гравировкой из незнакомых знаков, напоминающих рунические.
- Когда я был совсем маленьким,и моя мать была жива, она дала этот медальон, сказав, что он защищает от дурных снов.
- В детстве тебя мучили кошмары?
- И не только в детстве. Позже я часто видел во снах смерть матери или гибель клана. Они погибали на моих глазах, а я не мог никого спасти. Настоящий ад для меня. До восьми лет дурные сновиденья были несерьезны. Если обычные дети боялись монстров в шкафах и под кроватью, я не боялся никого, но иногда чудовища прихoдили в мои сны - оборотни и охотники. Они являлись единственными монстрами, что внушали маленькому мне страх.
- Медальон помогал?
- Удивительно, но да. С ним я всегда спал спокойно. Даже когда вырос. Сейчас он мне не нужен. Кошмары уже давно не беспокоят. Пропали, когда я узнал, что отец и многие члены клана живы, - он надел медальон ей на шею. – А тебе пригодится… Теперь иди сюда.
Он обнял ее со спины и уткнулся носом в шею, приятно щекоча чувствительную кожу теплым дыханием. Словами не описать, как хорошо в его объятиях. Ему удалось успокоить ее. Кошмар померк, хоть увиденное, точно чудовище, скребло когтями по сердцу. Но стало легче.
Нужно быть оптимисткой. Быть сильнее. Вместе с Маркусом они прошли через столько дерьма, выберутся и на этот раз.
Она хотела верить в хороший исход событий и в дальнейшую размеренную, спокойную жизнь.
***
- Как Дерек? – спросил Маркус Наташу, когда с утра после завтрака они вошли в выделенную ей комнату.
- Состояние тяжелое, но стабильное. Регенерация почти не работает, повреждения слишком сильные. Но после медицинского вмешательства его шансы выжить увеличились. Пусть он не хочет, а организм медленно, но будет залечивать повреждения.
- Выздоровление пошло бы быстрей, если бы Дерек перестал тянуть себя к концу, узнав, что глава клана почти простил его, – заметил Маркус.
- К сожалению, я не могу сказать, когда он очнется. Делаю, что в моих силах, – развела руками знахарка. – А теперь, если ты не против, я поговорю с Катенькой. Наедине.
- Хорошо, - Маркус поцеловал Катю в висок и удалился.
Она, переминаясь с ноги на ногу, немного нервничая, посмотрела на Наташу.
- Как вы будете проверять мои способности? – спросила бодро.
- Давай присядем.
Катя двинулась к креслу.
- Нет. На пол, - остановила знахарка. - Встань на колени.
Катя опустилась на ковер. Наташа села напротив.
- Дай ладони.
Катя протянула руки. Та обхватила их, слегка сжав,и закрыла глаза.
Прошло около пяти минут, прежде чем знахарка отпустила кисти рук. В ее глазах читалось изумление.
- Боже мой… - выдохнула она.
- Что вы видели? Что-то плохое? - заволновалась Катя. Сердце пропустило удар.
Наташа покачала головой.
- Ты беременна.
Точно пуля в лоб.
Комната пошатнулась, перед глазами потемнело. Катя уперлась ладонями в пол, чтобы не упасть.
- Что? – смысл слов знахарки не принимался сознанием. Ей хотелось удостовериться, что не ослышалась.
- Ты носишь под сердцем ребенка. Срок маленький, но я почувствовала жизнь внутри тебя и… сверхъестественную энергию плода.
- Он вампир? – ее голос дрогнул.
- Не совсем. Дети обычно берут понемногу от обоих родителей. Несмотря на дарованное тебе бессмертие,ты человек. Значит, ребенок будет полукровкой.
- Такое вообще бывало раньше?
Наташа пожала плечами.
- Кто знает. Возможно, несколько случаев за всю историю, о которых никто не знает. Вампирам нельзя раскрываться перед смертными, а обрюхатить - тем более под запретом.
Катя почувствовала, что ей не хватает воздуха.
- Что теперь будет… Отец Маркуса… он не позволит…
- Успокойся. Ты не должна волноваться, особенно теперь. Поговори с мужем. Если что, я не дам тебя Томасу в обиду, – Наташа помогла ей подняться на ноги. - Я отведу тебя в вашу спальню.
Точно в тумане, они подошли к дверям комнаты Маркуса. Муж полулежал на кровати, положив на колени ноутбук. Наталья ушла, оставив их одних.
- Что случилось? Что она наговорила тебе? Ты бледнее мела, – нахмурился иностранец и подошел к ней.
- Я… - Катя замолкла, не в силах сказать. Язык точно окаменел.
- Говори же, не мучай меня, – в его голосе послышалось недовольство.
- У нас…
- Что? - его брови снова сошлись на переносице.
- Я…
Маркус закатил глаза и выругался сквозь зубы.
- Беременна… - выдавила она.
Иностранец застыл подобно статуе и, казалось, перестал дышать. Но затем сделал глубокий вдох и достал из кармана джинсов пачку сигарет и зажигалку. Подошел к секретеру, на котором стояла пепельница, и прикурил. Сделал пару затяжек, но посмотрев на Катю, точно впервые увидел, чертыхнулся и затушил сигарету.
По щекам потекли слезы.
А что она хотела? Чтобы он обрадовался? Размечталась.
- Чего ревешь, глупая? - он двинулся к ней и обхватил за плечи.
- Ты не хочешь ребенка…
- С чего ты взяла? - удивился Маркус и нежно стер с ее щек влажные солоноватые дорожки. - Я просто слегка в шоке. Никогда не представлял себя отцом. Что уж говорить, я раньше не думал и жениться. А так… странно, но, если подумать, мне приятна мысль о малыше, частичке меня и тебя.
От сердца немного отлегло. Маркус не против и готов принять ребенка. Она боялась, что он заставит сделать аборт. Но главной проблемы эта его реакция не решила.
- Твой отец и остальные вампиры не позволят ему рoдиться.
- Почему? - муж недоуменно сдвинул брови.
- Потому что я человек.
- А я нет, – усмехнулся он. - Глава клана не будет в восторге, но ничего не сможет сделать против. Если в ребенке течет хоть капля вампирской крови, то его убийство - преступление. Ему ничего не грозит, как и тебе. Грегори вложил в тебя не только бессмертие, но и едва заметную каплю своей сущности. Никому это не понравится, но ты, получается, наша. Теoретически. Уж не простая смертная точно, раз способна жить вечно, не старея. Поэтому не переживай. Тебя и ребенка не тронут. А их личное мнение меня не интересует. Пусть болтают, что угоднo, моя жизнь никого не касается.
Катя всхлипнула, слезы полностью застлали глаза.
- А сейчас-то почему сырость разводишь? Вроде ещё рано до резких перемен настроения и странных желаний…
- От радости, - она улыбнулась и обхватила лицо мужа руками. – Когда мы познакомились, и я влюбилась в тебя, не думала, что у нас есть будущее. Но мы вместе и даже больше - муж и жена, а теперь, как у нoрмальных людей, у нас будет ребенок. Разве это не счастье?
- Раньше я бы сказал, что глупости все это, слабость, зависимость и ненужная нагрузка, а сейчас готов с тобой согласиться. Красавице удалось приручить чудовище, – Маркус обнял Катю и холодно прибавил, пропуская ее волосы через пальцы:
- Но для врагов я всегда буду беспощадным монстром. Готов пролить реки крoви, чтобы защитить тебя, отца и клан. Всегда стараюсь играть честно, но по необходимости методы могут быть самые грязные.
- Грегори Валенси ещё не знает, кому перешел дорогу, – слабо улыбнулась Катя. Иногда Маркус мог быть настоящим демоном и жестоким палачом. Она знала это не понаслышке.
- Я сделаю все, чтобы он пожалел, что встал на пути моего клана. А насколько сильно - зависит от его действий. Если перейдет черту, ее перешагну и я.