Глава 29 - Островок безопасности

Сайрон тяжело переводит дыхание, его серый костюм покрыт еще большими следами боя, а тень, вернувшаяся к нему, будто бы тоже "устала". Он оборачивается ко мне, его глаза ярко горят в темноте.

– Ты в порядке? – спрашивает он, его голос звучит мягче, чем обычно.

Я киваю, хотя ощущение липкого ужаса всё ещё держит меня в своих тисках.

– Да… но… она… она ..– мой голос дрожит, и я снова чувствую, как на глаза наворачиваются слёзы. – Рахнира…мы с ней дружили с первого курса…

Сайрон кладет руку мне на плечо, его прикосновение тёплое, но твёрдое, как будто он пытается передать мне свою уверенность.

– Это был Хаос, – коротко говорит он. – И он сделал всё, чтобы манипулировать тобой. Но ты справилась. Ты сильнее. Уже этим ты помогла Рахнире. Не позволила с помощью её тела принести себе вред.

Я пытаюсь выдавить слабую улыбку, но вместо этого просто киваю.

Мы идём дальше по узким коридорам, пока, наконец, не выходим в огромный зал, где собраны все выжившие — студенты, раненые и те, кто сумел сбежать от ужаса, который обрушился на нас.

Зал выглядит как сцена из фильма-катастрофы. Вокруг разбросаны импровизированные носилки, покрытые простынями, которые уже пропитались кровью. Студенты стонут, кто-то кричит от боли, а кто-то просто сидит в углу, уставившись в одну точку, будто потерял способность думать. Воздух наполнен звуком плача, стонами и запахом медикаментов, пота и железа. Тишина здесь — редкий гость. Каждый сантиметр этого места пропитан страхом и отчаянием.

Но посреди всего этого хаоса резко выделяется Моргот. Его высокая поджарая фигура возвышается, как непоколебимая скала, двигаясь от одной запечатанной двери к другой. Его костюм со светящейся цифрой “тринадцать” покрыт трещинами и обугленными следами, а на левой руке видна глубокая рана, из которой сочится темная кровь. Но он не показывает ни боли, ни усталости.

Такой же резкий, энергичный и дерзкий.

А вокруг него змеятся тени, которые кажутся теперь намного чернее, чем всегда.

Это просто освещение или…это какой-то тревожный знак?

Моргот стоит, держа в руках массивный бластер. Его взгляд постоянно скользит по залу, выискивая любую угрозу. Словно он готов в любой момент броситься в бой, даже если это будет его последней битвой.

Когда мы подходим ближе, он бросает на нас короткий взгляд, но его лицо остаётся таким же холодным и одновременно язвительным:

– Как прогулка? Или решили перенести свидание сюда?

Сайрон бросает на Моргота тяжелый взгляд, его голос звучит ровно, но с оттенком усталости:

– Если это твоё представление о свидании, то мне жаль тех, кто осмеливался идти с тобой на ужин.

Моргот хмыкает, его ухмылка становится ещё шире, а взгляд — ещё более дерзким.

– Ну, извини, что я не свечи и не музыка. Хотя, если честно, мне кажется, я делаю этот зал куда романтичнее, чем он заслуживает. – Он качает головой, жестом указывая на разбросанные носилки и раненых. – Не находишь, Сайрон? Смерть, кровь и отчаяние... В этом есть какая-то поэзия.

Очаровательно, этот мужик вообще знает о словах – сочувствие и деликатность?

Сайрон не отвечает на провокацию, вместо этого он сосредотачивается на Морготе, его голос становится более резким:

– Твоя энергия. Она меняется. Что с тобой происходит? Ты подпитывался? Голоден?

Значит и правда его энергия потемнела.

Моргот на долю секунды задерживает взгляд на своих руках, где тени, словно живые, извиваются и пульсируют, прежде чем снова поднять глаза на Сайрона. Его тон остаётся язвительным, но в нём слышится едва уловимая нотка напряжённости:

– Ты же знаешь, Сайрон, я голоден всегда. Прости иногда это заметнее. Но не переживай, я справляюсь.

– Это не ответ, – жёстко перебивает Сайрон, его взгляд становится ледяным. – Ты знаешь, о чём я говорю. Если они возьмут над тобой верх, мы потеряем тебя. А после этого – не только тебя.

Моргот фыркает, его ухмылка становится ещё более язвительной.

– Ты так говоришь, будто я уже на краю. Расслабься, Серый. Я ещё держусь. А если что, ты всегда можешь меня пристрелить. Хотя, признаюсь, я бы посмотрел, как ты пытаешься.

Сайрон делает шаг вперёд, его голос становится ниже, но ещё более напряжённым.

– Я не собираюсь обсуждать этот бред. Повторюсь, если ослаб – отдохни. Сейчас ты нужен. Не только физически, но и как успокоение для остальных. Гарант безопасности.

Моргот смотрит на него в упор, его лицо на мгновение становится серьёзным. Но потом он снова ухмыляется, словно смывая с себя напряжение.

– Трогательно, Сайрон. Я почти прослезился. Но давай не будем превращать это в сеанс групповой терапии. Ты лучше скажи, что там на нижних уровнях? Ещё сюрпризы от Хаоса? Или, может, ты нашёл там горячий кофе и решил не делиться?

Сайрон выдыхает, его выражение остаётся суровым.

– На нижних уровнях все разрушено. Основной удар пришелся туда.

Но самое отвратное, – он поджимает губы. – Это сфераксиды, как мы и думали. А значит, все фертильные женщины в особой опасности. Сам понимаешь.

Моргот кивает, его ухмылка слегка тускнеет, но сарказм в голосе всё равно остаётся.

– Как всегда, радостные новости. Ладно, тогда нужно запечатать этот зал, поставить ловушки, а нам пойти зачистить очаг. Есть шанс, что успеем вернуть студенток еще неоплодотворенными.

Меня всю передергивает от этих слов и в этот момент один из раненых, поднимает руку и тяжелым хрипом зовет:

– Стражи, сюда. Я должен сказать нечто важное.

Я присматриваюсь и вижу, что это тяжело раненный Сунт Айбот.

И судя по кровоточащей ране на груди – Серебряный Страж умирает.

Первым делает шаг к нему Моргот, его тени змеятся следом, словно живое напоминание о том, что внутри него скрывается нечто большее, чем просто живое существо. Сайрон идет следом, его лицо остаётся хмурым.

А уже после, подхожу я:

– Что ты хотел? – Раздраженно цокает языком Моргот .- Мы вообще-то торопимся спасать твоих же студенток.

– А я вообще-то умираю, если ты не заметил, – сердито хрипит Сунт Айбот. А после вздыхает. – Ладно, что ноксарцы не самая отзывчивая раса. Что с тебя взять. В любом случае, у меня есть важная информация. В очень глобальном смысле.