Глава 12 · Полный трындец

— Про кого? Леррана Моро? — Кокордия приложила к уху ладонь, а потом мне показалось, что она пробурчала себе под нос что-то нехорошее.

Видимо, у них с герцогом любовь и понимание.

— Для меня он заносчивый и наглый мальчишка, — подбородок моей новой подруги обиженно задрожал. — Смелый, конечно, но его наглости это не умаляет! Знаешь, что он заявил несколько лет назад, когда мы пожаловались ему на то, что Савад отказывается платить аренду? Что его не интересует крысиная возня родов, разбирайтесь, мол, сами! Еще проблемы опальных целителей, лишенных дара, он не решал. И что у него есть дела посерьезнее.

— Да-а, — протянула я и подперла голову кулаком.

На этом Кокордия не остановилась, мне нравилась ее манера подходить ко всему серьезно, с чувством, с толком, с расстановкой. И благодаря ей я узнала кое-что новое о месте, в которое занесла меня судьба.

Королевство Рэнвилль довольно обширное, а герцогство Моро занимает его северо-восточную часть. Эти земли долгое время были независимыми и присоединились к короне позже всего, по сути являясь государством в государстве.

Жители Моро с подозрением относятся к прогрессу техническому и магическому, недолюбливают южан и население столицы и центра, а по менталитету ближе к тем самым нардам, с которыми страстно воюют уже не первое столетие.

Здесь традиции предков сильны, люди — консервативны, основательны, как и горы, которые тянутся грядой вдоль границ герцогства.

А еще, судя по всему, я попала в период позднего феодализма. Власть аристократов пока еще держится, но на пятки наступают ушлые дельцы и крупные промышленники. Я когда-то интересовалась социологией и политэкономией, поэтому немного в этом понимала. И знала, какие проблемы могут у нас возникнуть.

— На твоем месте на этого выскочку Леррана я бы не рассчитывала. Его отец был еще куда ни шло, а он… — она махнула рукой, ставя на нынешнем герцоге крест. — Солдафон и есть.

— Нет, ты не права. Надо налаживать контакт, — произнесла я мягко. — Смотри, когда нам будет, что ему предложить…

Его люди участвуют в стычках с горцами, значит, есть раненые. Постоянно нужны лекарства и сырье для них, так ведь? А у нас все самое лучшее, отборное, и свой маг земли имеется. Пусть неопытный, но молодость не порок.

Мой личный опыт подкреплен современными знаниями, я могу внедрить новые технологии и провернуть в медицине мини-революцию.

Что? Есть свои целители? Пфф! Да они в глаза не видели тот же аппарат Илизарова. И вообще, пока лично не убежусь в их магической силе, не поверю. Так-то!

А реабилитация отважным воинам нужна? Даже если травмы были получены много лет назад?

Нужна, конечно! И тут на помощь придут уникальные методики Ольги Анатольевны, живительные минеральные источники, диеты, механотерапия и лечебная гимнастика. А чудесный климат графства Готар как нельзя лучше поспособствует выздоровлению.

Так что нам есть, что предложить сиятельному герцогу Леррану Моро. Подумаешь, всего-то надо приструнить жадных соседей, не мешать, а то и поддержать нашу инициативу. И наказать тех, кто разрушил монастырь Пресветлой Матери.

— Понимаю, что на первый взгляд это кажется неосуществимым, я не питаю иллюзий. Но все начинается с малого, а я такой человек, что уж если загорелась, то сделаю. Непременно сделаю, — в подтверждение своих слов я сжала кулак. — Но мне нужны союзники. Ты, Костадин, Дафина, Марика, малыш Замир. Ради чего прозябать в бедности и терпеть подножки от соседей, когда у вас буквально из всех щелей хлещет жидкое золото?

Кокордия слушала внимательно, ни слова не проронила. И теперь молчала, переваривая информацию.

— Ты рассуждаешь очень смело и здраво, от женщины я такого не ожидала, — вымолвила она наконец.

— В прошлой жизни мне пришлось много крутиться, пахать, чтобы чего-то достичь. Я, знаешь ли, не могла похвастать богатыми родителями или голубой кровью. Но то, что достается с трудом, больше ценится.

— И это верно. Иногда я думаю, что аристократы из опоры трона и щита государства превратились в мерзкий ленивый придаток. Честь растеряли вместе с магией.

Кокордия повозилась в кресле и торжественно сжала деревянные ручки.

— Знаешь, мне нравятся твои слова. Я готова поддержать как смогу…

— Так-так, погоди, — перебила я, вспомнив фразу, которую обронила та во время разговора. — Ты говорила, что Савад вам не платил аренду. А можно поподробней?

Кокордия стыдливо отвела взгляд.

— Увы, мой сын, а потом и твой старший брат, Лайнель, который исполнял обязанности главы рода после смерти Алаиса, были слишком доверчивыми и мягкотелыми, ведомыми. Савад владеет двумя суконными мануфактурами, поэтому ему нужны сочные пастбища для овец. Он уговорил Алаиса отдать одну из наших пашен в аренду на десять лет под пастбище…

— Пашню под пастбище⁈ — от возмущения я чуть не задохнулась.

Мда, похоже, сынок Кокордии страдал одной из степеней слабоумия.

Графиня разочарованно покачала головой. Из пучка выпала тугая прядь и пощекотала ей кончик носа.

— Апчхи! Да-да, вот такие дела. Но после окончания сроков Савад не убрался с наших земель со своими вшивыми овцами, а просто перестал платить! И это еще не все…

Я открывала и закрывала рот, как рыба, пока Кокордия рассказывала вещи, от которых мое не терпящее несправедливости сердце рвалось в клочья.

Савад и ему подобные доброхоты на пару с бездарными главами рода угробили экономику графства. Крестьяне с каждым годом все больше нищали, в городах распоясались купцы и ростовщики, мутные банки плодились, как грибы после дождя.

Люди, чтобы расплатиться с кредиторами, отдавались чуть ли не в рабство, рос уровень преступности. Молодняк и подмастерья создавали «братства» и протестовали против произвола гильдий и дельцов.

В общем, полный трындец.

На этом фоне бородатые нарды с гор казались просто идеальными соседями. Душками.

А может, мой старший братец Лайнель, видя ситуацию и будучи не в силах на нее повлиять, просто слинял? Бросил старую бабку и жену с тремя детьми, а теперь живет себе где-нибудь на островах и в ус не дует.

Ладно, с его пропажей тоже разберемся. Позже.

— Костадину даже не с кого брать пример, я боюсь, что он вырастет таким же бестолковым, как его брат и отец.

— Нет, — твердо сказала я. — У мальчишки есть стержень. Но мужчины, на которого он мог бы равняться, нет. Тогда… надо его где-то достать.

Кокордия горько усмехнулась.

— Похитить?

— Нет, мужиков я еще не воровала. Ничего, что-нибудь придумаем. Как я уже говорила, выход есть всегда, даже если ты умер.

Беседа измотала меня и загрузила мозг чуть более, чем полностью. В голове звенело, и мне требовалось проветрить мысли в одиночестве.

Завтра будет новый день. Вот тогда и продолжим.

Еще в той жизни я приучила себя отдыхать, даже если приходилось это делать через силу. О собственном теле тоже надо заботиться.

Пожелав Кокордии добрых снов, я отправилась в свою комнату. Наспех приняла ванну и, застыв перед зеркалом, приготовилась к вечерним процедурам. С теплотой отметила, что на столике дымится лекарственный отвар. Уж не знаю, Марика его принесла или Дафина, завтра обязательно поблагодарю.

Булькать мокротой я долго не планировала, поэтому перкуссионный массаж грудной клетки — то, что доктор прописал. Следом легкий массаж шеи и головы…

Как мне нравились длинные светлые волосы Олетты! Сама я последние лет двадцать носила короткую стрижку, уже и забыла каково это — быть русалкой.

Внутри пробуждались странные чувства. Как будто мне снова двадцать четыре.

Я тряхнула головой. Да ну, глупости какие-то.

Из отражения на меня смотрела женщина, чей путь только начинается. И тут вспомнилась сказка из нашего мира:

— Зеркало, зеркало на стене, кто всех прекраснее в нашей стране? — слова вырвались сами по себе, а в следующий миг я отшатнулась и взвизгнула.

Потому что старое зеркало ответило!