Глава 28. Тая

Глава 28. Тая

— Мне кажется, тебе пора к врачу, Троицкий, — ответила я на предложение Козлюшеньки. — Когда поедешь навещать Агнессу Винировну, попроси, чтобы тебе сделали томографию головного мозга. Ну или не затягивай так туго галстук, ты лишаешь себя кислорода, — добавила я, возвращаясь к полке с травами и освобождая место под новые сборы.

— Поэтому я и здесь, — сказал Андрей.

— Твой ответ невпопад только подтверждает мою теорию про галстук. В соседнем отделе девочки помогут правильно завязать узел. Только скажи, что от меня.

«И надеюсь, тебя там придушат», — добавила я про себя, стоя к бывшему спиной и слушая его шаги. Но судя по звуку, он подошел ближе, игнорируя совет.

— Я еще вчера забрал бабушку.

Эта новость не оставила меня равнодушной, и я повернулась к собеседнику лицом.

— Правда? Я рада. Она меня очень напугала.

— И меня тоже, — подтвердил Троицкий. — Но не все так хорошо, Тая, как могло бы показаться на первый взгляд. Бабушка так и не помнит последние месяцы. Они стерлись из ее памяти. По дороге домой, ба только и говорила о нас. О нас с тобой, Тая.

С последними словами я перестала улыбаться, почувствовав давно забытую тупую боль в груди.

— Я бы хотела оказаться на ее месте, — произнесла я, чувствуя, что старые эмоции вновь возвращаются.

Но Андрей не слышал меня и продолжал говорить чистейший бред.

— Я бы не приехал к тебе, но бабушка ждет, что вечером я привезу в ее дом жену с курсов.

— Каких еще курсов?..

— Да любых. Связанных с твоим занятием… Ничего лучше я сразу не смог придумать.

— Раз ты так филигранно врешь, тогда скажи, что я заболела, — я всплеснула руками.

— В субботу ты была абсолютно здорова… — бывший попытался лишить меня аргумента.

— Так бывает, Андрей. Сегодня человек здоровый, а завтра уже слег с температурой или хуже того — умер.

— Я уже пообещал бабушке, что ты приедешь, — припечатал Троицкий.

— Что ты сделал? — спросила я пискляво. — Да какое ты имел право так поступать?! И вообще, — я завелась не на шутку. — Что скажет Лисенок? А?

— Я все объяснил, и она не против, — ответил без запинки бывший, выводя меня из себя еще больше. — Алиса понимает, что этот спектакль во благо.

Я больше не смогла стоять в непосредственной близости от Козлюшеньки и направилась вдоль стеллажей, поправляя холщовые мешочки и прозрачные колбы.

— Удивительная девушка. Ты бы не менял ее на Настеньку, такое понимание дорогого стоит. Уж поверь, — кивала я, равняя банки, наполненные сухими травами. — А перед тем, как обещать Агнессе Винировне, нужно было поинтересоваться у меня. Хочу ли я вновь оказаться рядом с тобой и изображать любовь. Но я могу ответить на этот вопрос прямо сейчас. Нет, я не хочу! — сказав последнее в глаза бывшему, я попыталась спрятаться от него за прилавком. Андрей не позволил мне этого сделать, крепко взяв за руку. — Отпусти, — произнесла я тихо, но с угрозой. Не хватало устроить скандал прямо тут, чтобы девчонки из соседних отделов сплетничали и при удобном случае рассказали Анисию о моей стычке с бывшим.

— Я прошу тебя, — вкрадчиво сказал Троицкий. — От нас зависит здоровье ба. Я не стал бы просить, Тая, если дело касалось лично меня. Но бабушка… она же всегда хорошо к тебе относилась. Мне иногда казалось, что ба любит тебя больше меня…

— Ой, вот не надо перекладывать на меня свои обиды и детские травмы. Отпусти, — я еще раз попыталась освободиться от захвата. — Ты надел кольцо? — спросила я ошарашенно, когда опустила взгляд на мужскую руку.

— Да.

— Тогда действительно все серьезно, — хмыкнула я, вспоминая, как в день размолвки Троицкий чуть не оторвал себе палец, чтобы демонстративно оставить кольцо передо мной на столе.

— Всего лишь несколько дней.

— Для меня эта целая вечность рядом с тобой.

— Я заплачу. Сколько ты хочешь?

— Что?... — воскликнула я. — Хотя, чему я удивляюсь. Все в твоей жизни решают деньги.

— Не передергивай, — зарычал Троицкий.

— И не думала. Сказала лишь правду, — ответила я. — Отпусти руку, мы не одни. Клиенты, — я взглядом указала на вход.

Андрей оглянулся, отпустил мое предплечье и медленно пошел вдоль стеллажей. Вот же упрямый баран! Я надеялась, что получив отказ, он уйдет.

— Добрый день, чем могу вам помочь? — я обратилась к двум женщинам средних лет.

— А Анисия сегодня нет? — разочарованно спросила одна из них.

— К сожалению, у него проблемы со здоровьем. Но он скоро обязательно встанет на ноги, — я поспешила добавить, глядя на разочарованные женские лица. Вот что действительно умел делать Анисий, так это очаровывать своих покупательниц. Еще ни одна женщина не ушла отсюда без приобретения. И многие из них обязательно возвращались снова и снова. Но моего обаяния хватило лишь на продажу двух щепоток мяты и чабреца. — Хорошего вам дня, — произнесла я, протягивая бумажный пакет и не переставая улыбаться.

Троицкий успел обойти отдел дважды и сейчас вертел в руках цветок.

— И сколько времени ты тратишь на такое? — спросил он, когда мы вновь остались одни.

— Около четырех часов, иногда больше. Тут очень тонкая работа. Лепестки хрупкие.

— И за четыре часа работы ты просишь триста рублей?

— Да.

— М-да, — Троицкий закатил глаза.

— Если ты хочешь купить мыло, пожалуйста. Если нет, то извини, у меня много дел.

— Хочу, — бывший принялся неаккуратно сгребать с моих полок упакованные в целлофан фигурки и относить их к кассе.

— Ты что делаешь?!

— Поддерживаю бизнес своей “жены”, — когда у него освободились руки он изобразил кавычки в воздухе. — Покупать сено твоего Ананисия и не проси, не буду.

— Анисия, — кажется, в тысячный раз исправила я.

— Да хоть Педрисия.

— Ты мерзкий.

— Да плевать, — огрызнулся Троицкий. — Пробивай. Буду каждый день принимать ванну и вспоминать о тебе.

— И это мерзко, — отозвалась я.

— Нисколько, — бывший сгрузил на прилавок содержимое одной полки и принялся за вторую. — Часть я подарю бабушке и расскажу о твоей трагичной кончине, чтобы уж отгоревала один раз и забыла. Думаю, это она точно вынесет. Придется, конечно, несколько недель врать ей, а когда ба окрепнет, тогда и скажу. Вот члено-зайчики и цветочки и останутся от тебя на память.

— Ты идиот, Троицкий.

— Да уж какой есть.

— Ну все, хватит! — рыкнула я. — Я согласна помочь Агнессе Винировне. Приеду после закрытия отдела.

— Нет, Тая. Я заберу тебя в шесть с вещами из дома. Ба ждет нас к семи на ужин.