Глава 32. Тая

Глава 32. Тая

— Кр-р-рыса! Крыса! Крыса! — это первое, что я услышала, выбегая из-за стола.

— Да куда вы все? — воскликнула Агнесса Винировна.

— Там Чоки выбрался из спальни! — пояснила я на ходу.

Вот только как?! Неужели сам открыл дверь?..

Дома он научился этому трюку за несколько недель, но я не ожидала, что на новом месте кот так быстро справится. Иногда мне казалось, что Окорочок — это человек запертый в теле животного.

— Полундр-р-ра, Бор-р-ря! — доносился крик попугая из гостиной. — Крыса! Кр-рыса! Ебашь веслом!

Баксик кружил под высоким потолком и продолжал выкрикивать ругательства.

— Чоки! — позвала я кота, замечая его на спинке дивана. Толстопоп прохаживался туда-сюда, нетерпеливо дергая хвостом, наблюдая за полетом птицы и утробно мяукая. — Кис-кис-кис, — я звала, медленно приближаясь. — Ай! — взвизгнула, закрывая голову руками, когда Баксик решил спикировать и пролететь над нашими головами.

— Кр-р-расавица! Кр-р-расавица! — заголосил попугай, делая круг почета и усаживаясь на массивной кованой люстре. — Кр-р-расавица! Тая! Детка! Детка! Детка! — он ритмично раскачивал головой.

— Ты смотри какая хорошая память, — процедил сквозь зубы Троицкий, заходя с другой стороны от кота.

— Слишком хорошая, — прошептала я, боясь спугнуть Чоки. — Мальчик мой, иди к мамочке. Иди ко мне. Кис-кис-кис, — я протянула руку.

— Мау, — издал из себя кот и прыгнул, вытянув лапы с выпущенными когтями. — Ма-а-ау, — не оставлял попыток поймать попугая, важно расхаживая по кожаной обивке.

— Андрей, ты только не пугай Чоки. Я сама его возьму на руки, — попросила я.

— Боишься, что я случайно сверну ему лысую шейку?..

— Хр-р-реначь! Хр-р-реначь!.. Андрюша! Андрюш-ша! Да! Да! — высказался Баскервиль после моих слов.

Я, наверное, в десятый раз за вечер залилась краской, прекрасно зная, в какой именно момент жизни Баксик пополнил свой словарный запас. Надрывную интонацию нельзя было спутать ни с чем другим.

— Да заткнись ты! — огрызнулся бывший, указывая мне взглядом, чтобы я хватала кота. — Константин, закрой дверь!

И Константин тут… просто отлично! Свидетелем выступления пернатого были не только мы.

— Не делай резких движений, — произнесла я почти шепотом, протянув руки и медленно пробираясь между журнальным столиком и диваном.

Но у живности на вечер были свои планы.

Баксик, словно истребитель, спикировал с люстры, мазнул крылом по удивленной кошачьей морде и просочился в щель между закрывающейся дверью и косяком.

— Константин, ловите! — выкрикнула я, когда Окорочок с непрекращающимся утробным мяуканьем кинулся вслед.

Дворецкий с невозмутимым лицом и невероятной ловкостью подхватил кота на руки, подбросил немного, перехватил удобней, не позволяя ему вырваться из гостиной и продолжить охоту на Баксика.

— Готово, Таисия Леонидовна, — отчитался мужчина.

— Мау, — высказался Чоки, глядя Константину в лицо.

— Все же с хинди было проще, — сокрушался Константин, держа Чоки на вытянутых руках. — Что мне с ним сделать?

— Приготовить на обед. Думаю, в запечённом виде, мы его не сможем отличить от курицы, — схохмил Троицкий.

— Индейки, Андрей Сергеевич. Судя по размеру и весу.

— Очень смешно, — произнесла я, забирая кота. — Я отнесу его в спальню.

— И запри дверь на ключ, — посоветовал мне Козлюшенька.

— Пф-ф-ф, — фыркнула я из вредности, прекрасно понимая, что именно так и придется поступить. Ведь другого выхода нет, или минут через двадцать вновь придется носиться по дому и разнимать враждующую парочку.

— Тая, запри кота! — прилетело мне в спину, когда я направилась к лестнице.

— Пф-ф-ф, — повторила я еще более презрительно, даже не поворачивая головы.

— Да что тут у вас происходит? — спросила Агнесса Винировна, появляясь из столовой. — Ужин остывает. Андрюша, ты что обидел Таю, почему она уходит?

— Ба, не говори глупости. Тая просто возвращает кота в спальню, чтобы он ничего не испортил.

— Да?.. Ну ладно. Константин, подавай. Рыба, наверное, совсем остыла, — распорядилась хозяйка дома крепким поставленным голосом.

Все же Агнесса Винировна удивительная женщина. Невероятно сильная! Дай бог ей здоровья еще много лет. Не представляю, как смогла бы пережить, если бы с ней случилось что-то серьезное. Да и Андрей, каким бы он не был Козлюшенькой, но бабушку он свою любил по-настоящему.

— И зачем ты сбежал? — спросила я у Чоки перед приоткрытой дверью в спальню. — У тебя все есть, — я прошла в комнату и проверила чашку с водой, добавила корм в другую посудину. — Дверь в ванную комнату приоткрыта. Что тебе не хватает? Ты скучаешь? Посиди полчасика, — я опустила кота на пол, ощущая вину, что оставляю его одного — Ну не смотри на меня так. Я скоро вернусь, — пообещала и закрыла дверь, провернув в замке ключ.

На самом деле возвращаться в спальню не хотелось от слова совсем. Это ведь означало, что я останусь с Троицким наедине, и нам придется провести всю ночь рядом друг с другом. В одной постели! А после того, что произошло в коридоре, я не доверяла сама себе…

— А вот и Тая, — Агнесса Винировна заметила меня, стоило переступить порог столовой. — Садись быстрей за стол. Мне кажется, ты похудела.

— Не думаю, — отозвалась я, занимая свое место и пытаясь вспомнить, как я выглядела год назад.

— Мы не виделись всего неделю, а ты так изменилась, — произнесла внимательная старушка. — Другая прическа. Новая одежда. Питомец, — перечисляла, не отводя от меня внимательного взгляда. — Нам точно нужно видеться чаще.

— Да, — согласилась я, с трудом вдыхая воздух.

— Как хорошо, что вы погостите у меня. А то я пропущу всю вашу жизнь. Вот так в следующий раз приедете, и я узнаю, что у меня есть правнук, — Агнесса Винировна весело рассмеялась, а у меня вышло нервное покашливание. Троицкий тоже извлек из себя какие-то звуки, больше похожие на матерное похрюкивание. — А я не хочу пропустить этот момент.

— Не пропустите, — ответила я, взглянув на Андрея исподлобья.

— Да, ба. Мы обязательно сообщим.

— Да вы мои дорогие, — Агнесса Винировна осталась довольна нашими ответами и сосредоточилась на еде. — А, — через пару минут, она оживленно осмотрела нас с Троицким, — я могу попросить вас о маленьком одолжении.

Андрей отложил вилку и улыбнулся.

— Зная тебя, ба, одолжение будет немаленьким.

— Оно совершенно ничего не будет вам стоить, — заверила она.

— Если ты попросишь правнука завтра с утра. Мы с Тайкой не успеем.

Я, не раздумывая, пнула бывшего ногой под столом. Ну зачем он вновь поднимает эту тему?!

— Ну что я не знаю, как появляются дети? На это нужно минимум девять месяцев, — фыркнула Агнесса Винировна, поднимая пустой бокал для вина, прося жестом Константина наполнить его.

— Смею напомнить, что вы принимаете лекарства, — с почтением, но не терпящим обсуждения тоном, произнес дворецкий.

— Ах, да, — недовольно выдохнула она. — Я совсем забыла.

— Бабушка, так что за просьба? — Троицкий вернул разговор в опасное русло, за что получил еще один ощутимый тычок.

— Если у вас родится сын, — с этими словами я не пожалела себя и дернула ногой, стараясь попасть по голени бывшего. Троицкий резко убрал ноги и улыбнулся мне, когда я ударила воздух. — Не называйте его Федором. Ужасное имя.

— Хорошо, мне и самому не нравится это имя, а тебе Тай? — уточнил бывший. — Ну что ты молчишь?

— Я думаю, — я откашлялась, — нам рано говорить на эту тему, — ответила, сжимая вилку.

— Глупости, — отрезала Агнесса Винировна. — Жизнь скоротечная сучка. Сегодня ты выбираешь имена своим детям, а завтра не можешь застегнуть бюстгальтер. Руки не дотягиваются.

— Ба, конечно, спасибо, что ты просветила нас в свои трудности, но я бы хотел о них не знать, — Агнесса Винировна отмахнулась от слов внука. — Но мы обещаем, что никогда не назовем нашего сына Федором. Так ведь, Тай?

— Так, — согласилась я, желая всем своим видом Троицкому онеметь.

— Вот и замечательно, — на губах старушки вновь появилась добродушная улыбка. — А как называть вам дочку, я даже и подсказывать не буду. Разве могут быть тут какие-то варианты кроме Агнессы? — она испытывающе смотрела на меня, вынуждая в очередной раз согласно кивнуть.