Глава 37. Тая

Глава 37. Тая

Было трудно рассказывать голые факты, без эмоций и обвинений.

Я не смотрела на Андрея — нашла взглядом баннер, извещающий о скидках, и сосредоточилась на ярких цифрах. Протараторила текст, что за прошедший год выучила наизусть. Ведь я сотни раз репетировала его у себя в голове. И только сегодня смогла озвучить.

Когда я замолчала, Троицкий спросил:

— Это все?

— Да, это все, — ответила я.

— Ты больше от меня ничего не скрываешь? — уточнил он, опираясь бедром на крыло автомобиля. Мы так и не покинули стоянку Торгового центра.

— Я от тебя никогда ничего не скрывала, — произнесла как можно ровней, открыла дверь и села на пассажирское сиденье.

Не хочу расспросов или слов сожалений… хотя вру, очень хочу! Хочу, чтобы Троицкий признался какой он самовлюбленный и вспыльчивый Козлюшенька! Чтобы просил прощения, обязательно стоя на коленях с огромным букетом цветов в руках! Я бы ему и гороха под ноги насыпала… Чтобы, показал свои сгрызенные локти! Но к чему сейчас извинения, если прошло столько времени?..

Андрей еще пару секунд подпирал автомобиль, потом резко оттолкнулся бедром и направился к водительскому сиденью.

Я чуть приоткрыла окно, с появлением Троицкого в салоне стало неимоверно душно. Теперь, когда я смогла поговорить и рассказать всю правду, чувствовала себя еще гаже. Андрей ничего не сказал мне в ответ. И никак не прокомментировал, услышанное. Управлял автомобилем, глядя на дорогу. А мне было жизненно необходимо знать, что он верит мне!

Не знаю зачем. Не могу даже себе объяснить, почему мне так нужна его реакция, но… нужна! Хоть какая-то! Хоть словечко…

Проклятый Козлюшенька…

Зачем он вообще просил всё ему рассказать? Чтобы я снова это пережила? Я и так прекрасно всё помнила.

В кармане завибрировал телефон, и достав его, я прекрасно знала, чьё имя увижу. На экране высвечивался входящий звонок от Анисия. Бросив мимолетный взгляд на Андрея, я провела пальцем по дисплею, отключая звонок. Я не готова сейчас говорить, перезвоню позже.

Бывший словно превратился в камень. Лицо, руки и шея напряжены. Как он зубы себе еще не раскрошил от злости, я не знаю. Как и причины такого состояния. Снова не поверил мне? Ожидал услышать признание в том, чего не было и быть не могло?

Быстрей бы доехать до дома Агнессы Винировны… и?.. И вновь остаться с Троицким наедине…

От обрушившейся на меня реальности захотелось выть в голос. Жаль, что это никак мне не сможет помочь и ничего не исправит.

— Как бабушка? — я осмелилась нарушить молчание, стараясь переключиться со своих тревожных мыслей.

— Думаю, нормально, — как ни странно, сразу ответил Андрей. — Я забыл мобильник в спальне. И раз Константин не звонил мне на рабочий номер, значит, все с ба хорошо.

— М-м-м, ясно, — ответила я, отворачиваясь к окну.

Наконец мы въехали в коттеджный поселок и как только автомобиль остановился, я поспешила войти в дом.

— Чоки! — воскликнула удивленно, замечая котика в холле. — Как ты выбрался?!

Константин помогал мне снять пальто.

— Это я выпустил вашего питомца по просьбе Агнессы Винировны. Эм-м-м, млекопитающее издавало из себя такие пугающие звуки, что мы распереживались за его здоровье, — отчитался он.

— Это кот, Константин, — сказала я, покачивая головой.

— У меня есть по этому поводу сомнения, — ответил дворецкий. — Андрей Сергеевич, как прошел ваш день? — он переключился на Троицкого.

— Тебе лучше не знать, — ответил тот и направился к лестнице.

Я малодушно не спешила подниматься в спальню. Просто не представляла, как вести себя с ним наедине. Боже… да тот поцелуй в коридоре не принёс мне такого раздрая в душе, как наш разговор на парковке…

Я взяла кота на руки и принялась гладить его толстую спинку, стараясь успокоиться. Руки подрагивали.

— А как ты провел день? Не голодный? Баскервиль тебя не сильно доставал?

— Баскервиль закрыт в комнате Агнессы Винировны, и, Таисия Леонидова, раз Андрей Сергеевич так быстро ушел, то я передам слова хозяйки вам. Она просила зайти к ней после того, как вы поужинаете. Я накрываю на стол?

— Да, спасибо.

Слова дворецкого вынудили меня идти в спальню. Громкий разговор Троицкого по телефону был слышен еще в коридоре. Мужчина не кричал, но был близок к этому. Не знаю с кем он и что обсуждал, но я бы не хотела оказаться на месте его собеседника.

— Можно? — спросила, дождавшись паузы и открыла дверь.

— Это и твоя спальня, — обронил Козлюшенька.

— Сомневаюсь, — ответила я тихо и опустив кота на пол, проверила корм, долила воды, делая вид, что не замечаю внимательного взгляда бывшего. Он присел на край подоконника, прокручивал смартфон в руках и смотрел на меня так… Пугал, одним словом. — У тебя что-то случилось? — я не выдержала и спросила.

Андрей болезненно рассмеялся, а потом ответил:

— Случилось. Тай…

— Извини, — я прервала Троицкого, почувствовав вибрацию мобильного в кармане. — Мне нужно ответить Анисию. Некрасиво будет сбрасывать во второй раз.

— Да, конечно, — ответил он, швыряя свой смартфон на кровать.

Я ждала, что Андрей возьмет одежду и уйдет в ванную, но он не спешил этого делать. Что-то искал на полках шкафа.

— Алло, — мне пришлось принять вызов при бывшем.

— Была занята? — спросил Анисий, пропустив приветствия.

— Раздевалась, только вошла в дом, — от лжи мои щеки покрылись румянцем. — Как твое самочувствие? Как нога? — поинтересовалась я, присаживаясь на кровать. Чоки запрыгнул мне на колени и начал тыкаться в шею, привстав на задние лапы.

— Лучше, думаю скоро смогу выйти на работу.

— Это было бы замечательно. Да уйди, — Окорочок сходил с ума от ревности. Терся мордой о подбородок, тыкался носом ухо и сопливил его. Еще бы, столько мужчин покушались на меня. Один по телефону, второй стоял ко мне спиной и перекладывал свои футболки с места на место в приступе перфекционизма. — Успокойся, — я тихо рассмеялась от действий любвеобильного кота. Было жутко щекотно. — Тебя я люблю. Только тебя! — я чмокнула Чоки в сморщенный нос.

На что Троицкий резко обернулся, наградив меня тихим и гневным: «Блядь!», после чего скрылся в ванной комнате, оглушительно хлопнув дверью.

— Что там у тебя громыхнуло? — поинтересовался Анисий.

— Дверь. Сквозняком захлопнуло, — соврала я, гадая над причиной очередной вспышки злости Андрея.

Вероятно и правда у него что-то случилось.