Глава 43. Тая

Глава 43. Тая

— А ты уверен, что нас пропустят? — спросила я, осматривая дорогущий жилой комплекс сквозь лобовое стекло автомобиля.

Андрей взглянул на меня немного снисходительно.

— А по какой причине нас не должны пропустить? — он взглядом показал мне выходить из машины.

— Не знаю, тут такое все дорогое и респектабельное, — говорила я, кутаясь в шарф, под порывами уже по-настоящему зимнего ветра.

— Тая, — обреченно выдохнул Троицкий и повел к нужному подъезду.

Изначально наш план был — записаться на прием к Анатолию и поймать его, так сказать, на горяченьком, но терпения ни у меня, ни у Андрея не было. Хотелось все знать здесь и сейчас.

— Доброе утро, — поздоровался с нами консьерж, — могу я просить в какую вы квартиру?

— В какую мы квартиру? — спросила я шепотом, прячась за спину Андрея.

— В пятнадцатую, — без запинки ответил Троицкий. — К Бобковскому. Мы его постоянные пациенты.

— Так рано? — с сомнением уточнил консьерж.

— Семейные кризисы не выбирают время, — назидательно сказал Андрей и потащил меня к лифту.

— Надеюсь он дома, — произнесла я, когда золотистые двери закрылись.

— Я узнавал, приемы в клинике он начинает не раньше полудня. Любит батюшка поспать… — сообщил Андрей.

— А что мы ему скажем? — спросила я, когда лифт остановился.

— Будем импровизировать, — хмыкнул Троицкий, покидая лифт. Он нажал кнопку звонка, и мы принялись ждать.

— Кажется, ты ошибся, — произнесла я, когда прошло пару минут, а дверь нам так и не открыли.

Андрей еще раз с силой нажал на блестящую круглую кнопку, и наконец послышались приглушенные шаги, потом щелчок замка, и уже следом мужской голос:

— Киса, ты уже выходишь из ванной? Доставили выпечку.

Что ответила Киса я не расслышала…

— Благословите, падре, — пробасил Троицкий, толкая плечом дверь, хватая за лацканы атласного халата ничего непонимающего отца… доктора Анатолия и вдавливая его вглубь квартиры.

— А-а-а, — заголосил Анатолий визгливо, отчего я прыснула смехом. Кажется, мы застали мужчину за его утренними процедурами красоты. Лицо блестело от крема, а под глазами красовались патчи. — Кто вы? — спросил он, часто перебирая ногами под напором Андрея. — Ах, это вы… — выдохнул с явным облегчением, точно нас узнавая.

— Мы, — согласился Троцкий.

— Доброе утро, — произнесла я, когда Анатолий перевел взгляд на меня.

— Доброе, — мужчина недовольно передернул плечами, освобождая от рук Троицкого бордовые лацканы халата. — А я говорил Агнессе, что у вас не все потеряно, — добавил он ни без удовольствия в голосе. Горделиво тряхнул головой, отчего золотистый патч слетел с лица и шлепнулся прямо на ботинок Андрея.

— Это твое, — угрожающим голосом произнес бывший, отлепляя гелевую каплю и вкалывая в ладонь Анатолию. — А что еще ты сказал моей бабушке?

— А вот не нужно меня пугать, — фыркнул доктор Анатолий. — Пуганый. Ага! Всяких видел за свою практику, — он вскинул явно крашеную бровь. Почему я раньше не обратила внимания на слишком ухоженную внешность святого отца?..

— Да я даже и не начинал, — процедил сквозь зубы Троицкий. — Рассказывай, святой отец. Не стесняйся, сбрось груз со своих плеч.

— Котик, кто эти люди?.. — ошарашенно выдохнула брюнетка. Та самая — из торгового центра.

— А вот и матушка, — хохотнул Троицкий, довольно нахально оглядывая едва прикрытую полотенцем девушку.

— Андрей! — произнесла я возмущенно.

Доктор Анатолий хмыкнул, будто понял, что я сейчас мечтала его Кисе хорошенько проредить шевелюру.

— Это мои небезнадежные пациенты. Ты собирайся, Кис, я скоро освобожусь, — мужчина жестом пригласил нас в гостиную. Сам сел в кресло, закинув ногу на ногу, а нам указал на диван. — Слушаю вас.

— Это мы слушаем, — Троицкий вальяжно откинулся на спинку. — Что за представление вы для нас разыграли? И, надеюсь, история с наследством была придумана лишь для того, чтобы объединить нас?

— Естественно, — фыркнул Анатолий. — Разве видно, что я нуждаюсь в деньгах? Кстати, этот катализатор придумала сама Агнесса. Но вы и без него превосходно реагировали на раздражители. Ваше присутствие сейчас здесь, только в очередной раз это доказывает.

— Анатолий, — вмешалась я в монолог. Семейный доктор был настолько увлечен своим триумфом, что с блаженной улыбкой на лице рассматривал собственное отражение в зеркальной стене, изредка поправляя влажные волосы и придавая им нужную форму. — Приступ Агнессы Винировны был разыгран? — уточнила я.

— Естественно, — отчеканил Анатолий. — Общая проблема сближает. Не всех, конечно, но если партнеры все еще сохранили друг к другу трепетные чувства…

— Я не могу в это поверить… — произнесла я.

— Ну, бабуля, — Троицкий двумя руками взлохматил себе волосы. — Я сам чуть не получил инфаркт, — пробормотал он, задумавшись. — Тая, идем. И, падре, не нужно напоминать, что наш сегодняшний визит останется для моей бабушки в тайне?

— Не могу обещать…

— А лучше это сделать. Иначе про Кису станет известно всем. Кто знает, как отреагирует общественность, узнав, что великий Бобковский увел женщину у собственного клиента, — пригрозил Андрей.

— Я все понял, — заверил Анатолий.

Троицкий поспешил на выход, а я торопливо семенила за ним, сгорая от любопытства.

— Откуда ты узнал? — спросила, когда мы оказались за пределами квартиры.

— Про что? — уточнил бывший, вызывая лифт.

— Про Кису.

— Да просто предположил. Видел я эту Кису полгода назад на одном мероприятии, и она была глубоко замужем. Собирала подолом платья песок своего муженька. Анатолий мальчик по сравнению с прошлым супругом.

— Ты шутишь?

— Если бы.

— Ужас какой, — я передернула плечами от отвращения. — Фу. Никогда не понимала, что молоденькие девушки находят в старичках.

— Деньги, Тая. Они находят в них деньги. Не все, конечно, некоторые…

— Не смей сейчас шутить про Анисия.

— Да разве может быть Ананисий темой для шуток?

— Андрей! — я зло пыхтела ему в спину. — Я и слова плохого не сказала про Лисенка.

— Она девушка легкая и необидчивая, можешь говорить.

— Анисий тоже не злопамятен, — зачем-то стала защищать пока еще своего парня. — И как Алиса тебе позволила жить с бывшей женой? — давно хотела спросить, но не представлялось возможности.

— У меня аналогичный вопрос, — с ухмылкой ответил Троцкий, открывая пассажирскую дверь автомобиля.

— Не думаю, что я должна у Алисы спрашивать хоть на что-то разрешения, — ответила я с ехидной улыбочкой на губах. Ну не признаваться же мне, что никакого разговора с Анисием не было?..

— Вспомни говно, вот и оно, — хмыкнул Троцкий, замечая на экране моего телефона имя звонившего. — Не ответишь?

— Отвечу. Забыла включить звук после ночи, — я догадывалась о причине звонка. Торговый центр уже работал, а я не открыла отдел. — Алло, — произнесла на выдохе.

— Таисия, с тобой все в порядке? — уточнил парень немного раздраженно.

Андрей хлопнул дверью, громко откашлялся, демонстрируя, что хочет быть услышанным.

— Да, все хорошо. Спасибо, — ответила я.

— Тогда почему мне позвонили и сказали, что отдел закрыт?

— Так сложились обстоятельства. Были срочные дела.

— Ты могла бы предупредить меня.

— Прости. Действительно не могла. Я скоро буду на месте.

Я коснулась предплечья Андрея, привлекая к себе внимание и прошептала:

— Мне надо в торговый центр. Пожалуйста, — протянула заискивающе.

Троицкий кивнул, но лице стало кислым-кислым.

— Я не ожидал такой безответственности, Таисия, — бубнил Анисий. — От кого угодно, только не от тебя. И ты не могла бы заехать ко мне вечером, я хочу поговорить с тобой.

Кажется, бывший расслышал последнюю фразу — он бросил на меня заинтересованный взгляд, вскинув брови.

— О чем? — спросила я.

— Это не телефонный разговор, — заверил меня Анисий.

— Хорошо.

Я попрощалась и сбросила вызов.

— Думаешь, Анисий хочет бросить тебя? — спросил Козлюшенька не скрывая радости в голосе.

— Я бы бросила. Что я за девушка, что ни разу не навестила своего парня, который болеет?

— Ты сейчас серьезно, Тай?

— Серьезно.

— А у тебя было время? Он же свалил все свои проблемы на тебя.

Троицкий был до противного прав. Я приезжала в торговый центр к девяти, покидала его с закрытием и вряд ли бы нашла в себе силы ехать куда-то кроме дома.

— Андрей, — произнесла я неожиданно для себя, — у тебя сейчас есть немного свободного времени?

— Для Педрисия нет.

— А для меня? — уточнила я и попросила отвезти меня к Анисию. Не могу я так больше. Столько лжи вокруг, что я уже начинаю в ней теряться. Я тоже захотела серьезно поговорить с Анисием и желательно прямо сейчас. Последние дни состояли из одних недомолвок. Я так больше не могу.

— Ты решила бросить его первой?

Я проигнорировала насмешку Троицкого, прокручивая в голове слова, что хотела бы сказать Анисию, и подходила к нужной двери уже во всеоружии. Я не стала предупреждать о своем приходе, чтобы избежать лишних расспросов по телефону.

— Таисия?! — удивился Анисий, открыв мне дверь. — Что ты тут делаешь? А кто сейчас в отделе?

— Никого, — ответила я честно. — Я могу войти?

— Входи, — парень посторонился, аккуратно ступая на больную ногу.

В квартире пахло благовониями и кофе.

— Я решила не откладывать разговор на вечер, а решить проблемы сразу, — сказала храбро.

— Наверное, это и к лучшему, — более доброжелательно ответил Анисий, хромая в сторону кухни. — Сегодня приедет мастер, оценит стоимость ремонта Махабатти. Кстати, эвакуатор оставил отметины на кузове…

— Ты спускался осматривать машину?

Когда Троицкий высадил меня у подъезда, я заметила на стоянке у дома цветастый автомобиль. Константин действительно быстро организовал его перевозку.

— Конечно. Не волнуйся, — Анисий подставил вторую кружку под сопло кофемашины, — те дни, что ты работала за меня, я тебе зачту, и вычту их из общей суммы.

— Какой суммы?..

— Из суммы ремонта…

— Но… — от такого поворота разговора я растерялась. — А как же страховка?

— Она не покроит всех затрат. Я узнавал. А твой бывший вряд ли захочет мирно решить вопрос.

Я онемела. Правда. Хлопала беззвучно ртом, не понимая, что мне можно на это ответить. Единственное, что крутилось на языке… это, любимое и емкое слово Троицкого.

— И я нашел тебе помощницу в отдел, — рассказывал Анисий, ставя передо мной кофе, чуть его проливая. — Вы сможете с ней работать два через два. Да, денег у тебя будет меньше, и я буду забирать половину, чтобы тебе оставалось на жизнь.

Я продолжала слушать и не узнавала Анисия. Словно видела его впервые.

— Анисий, — произнесла я твердо, прерывая его, — нам нужно расстаться.