Эпилог

Эпилог

Три года спустя

— У меня к вам серьезный разговор, — шепчу я Агнессе Винировне, убеждаясь, что Андрей и Константин заняты малышками.

Детские визги отлично слышны с улицы, как и мужские выкрики и смех. Наши с Троицким двойняшки опять устроили безобразие во внутреннем дворе особняка и, судя по тому, как отчаянно Баскервиль и Чоки прячутся от “ангелочков”, развлечения девочек связаны с водой.

— Я слушаю, — старушка сурово свела брови на переносице и поправила массивные очки. — Что мой внучок опять учудил?

— Не опять, а снова, — наябедничала я, поглаживая совсем еще маленький животик. Да-да, совсем скоро, мы станем счастливыми родителями в третий раз. Как я на это решилась? Сама не знаю. Наверное, Троицкий опоил меня чем-то. Не иначе.

— Я слушаю, милая, слушаю.

— У нас на днях возник спор, — прошептала, косясь на Баксика, который только что залетел через окно и стал покачиваться на массивной люстре. — Вы знаете, что Андрей мечтает о сыне. И он…

— Что он?! — Агнесса Винировна стрельнула в сторону открытой двери, ведущей к детской площадке с качелями, горками, неглубоким бассейном и прочими прелестями для крох, хитрым взглядом.

— Он хочет назвать его… Простите, Виниром.

— Чего?! — воскликнула старушка, совершенно забыв как манерно до этого себя держала. — Все же боженька не уберег… Склонность к подобным поступкам у него точно от матери… Ну надо же такое выдумать. И чем аргументировал он свое желание?

А я продолжала ябедничать.

— Тем, что у наших дочерей красивые имена. Агнесса и Ванесса, и, если мы назовем сына, к примеру, Борисом, — предложила я имя, которое нравилось мне. — То, когда он вырастет, подумает, что мы его любим меньше.

— Как раз если вы назовете сына Виниром, парень в какой-то момент подумает, что родители почему-то его возненавидели с рождения. Надо же такому в голову прийти. Винир… — старушка всплеснула руками от возмущения. — Какое поле для издевательств. Только представь, как он будет знакомиться с девочками, когда вокруг Захары, Тимуры, Артуры и тут, здрасьте, забор покрасьте, я Винир. Боже! — она аж схватилась за сердце. Довольно театрально, поэтому я не придала этому жесту должного внимания. — Мы не должны этого допустить!

— Да! — я активно поддакивала, переполненная радостью, что нашла союзника. Правда, переполненная я была не только радостью, но и килограммом черешни…

— Эта проблема решается просто, — Агнесса Винировна лихо рассекла воздух сухонькой ладонью. — Время переубедить моего внука у тебя еще в запасе. Но! Если вдруг он предложит очередного Винира, ты делай несчастное лицо и отвечай подрагивающими надутыми губками: “Любимый, я не хочу плохих ассоциаций. Так звали моего бывшего”. Ни один мужчина в здравом уме не захочет иметь хотя бы напоминание о сопернике в своем доме. Уж поверь! Если бы ни эта хитрость, мой Сережа сейчас был бы Аркашей. Хотя он и есть… Арка-ша, — произнесла старушка, словно ругательство и потянулась к портсигару.

— Ар-р-каша, три рубля и жопа ва-а-аша, — подал голос Баксревиль, но с очередным раздавшимся с улицы детским визгом притих, втянув голову.

— Эм, вы обещали, — напомнила я. — Когда девочки гостят у вас — никаких сигарет и… травяного чая.

Старушка тяжело выдохнула.

— Верно. Это все, Таечка, старость проклятая. Память стала подводить.

Я не верила ни одному слову Агнессы Винировны. Казалось, что с появлением правнучек, она только молодела и заряжалась озорством от них. Или они от нее…

— А вот и мои крошки, — запричитала старушка. — Где же вы таких жеребцов урвали?

Я всегда знала, что дочери вьют из своих отцов веревки, а теперь убеждалась в этом собственными глазами.

Наши же девочки умудрялись вить веревки из всех представителей сильного пола.

Малышки гордо восседали на мужских спинах и управляли своими “ашадками” ухватив их за уши. Ася светилась от счастья ударяя пяточками по бокам Константина, а Ванька верховодила любимым папулей.

— Пр-р-р, — скомандовала Агнесса Винировна. — Спешиваемся. А то вы их так загоните и они… бэ-э-э, — она вывалила язык и закатила глаза.

— Умрут? — предположила Ася.

— Бог с тобой, моя красавица. Устанут. Ну давайте, слезайте, идемте есть мороженое.

Дважды повторять не пришлось. Мороженое — это волшебное средство от всех капризов и нехочух.

— А вы идите… Идите! — Агнесса Винировна спроваживала нас. — Дальше мы сами.

Я приложила к уху ладонь, как бы говоря — звоните, если вдруг что.

— Да-да, — отмахнулась счастливая старушка и поспешила за правнучками, пока охая и ахая Константин поднимался с колен.

— Надеюсь, дела вас не задержат, — простонал дворецкий.

— И не надейся, — хмыкнул Андрей, отлепляя влажную футболку от тела. — У нас столько запланировано на эти выходные, что мы вернемся лишь к вечеру воскресенья или, возможно, задержимся до понедельника. — Так ведь, Тай?

— Хватит пугать, — ответила я рассмеявшись. — Мы скоро вернемся, — пообещала я.

— Благодарю, Таисия Леонидовна. Великодушие и человечность всегда вас красили, — со льстивым придыханием ответил Константин.

— Я могу позвонить своей маме, и она вам поможет, — предложила я.

Мужчина испугался, закашлялся.

— Не нужно! — выпалил он. — С последнего визита Марии Федоровны, мы еще не успели привести все в порядок, согласно ее рекомендациям, да и приступы гипертонии Агнессы Винировны только-только сошли на нет.

Да. Моя мама способна залюбить всех и каждого. Это факт. Единственный, кто это терпит в течение долгих лет, так это только папа. Ну и Андрей нашел к ней подход. И то, лишь после нашей второй официальной свадьбы.

— Умеешь ты уговаривать, — хмыкнул Троицкий на ухо, приобнимая меня и направляя к лестнице.

— Это врожденный дар. А разве мы не спешили по делам?.. — прошептала я в ответ. Совершенно точно уверенная, что планы на выходные у нас были минимальные.

— Ну не могу же я выйти на улицу в таком виде? — уточнил Андрей, увлекая меня на второй этаж. — Сейчас переоденусь и едем, — сообщил он, закрывая дверь на ключ, ставшей уже нашей, спальни.

— А у тебя и брюки промокли? — спросила я удивленно. — Зачем ты их снимаешь?

— Угадай? — хмыкнул Троицкий, зашвыривая футболку за кровать и стягивая штаны вместе с боксерами.

— Ты с ума сошел?.. А если… — возмутилась я без огонька и бросила мимолетный взгляд на запертую дверь.

— Никаких если, госпожа Троицкая. Я все предусмотрел. Ключ в замочной скважине, живность внизу, дети, ба и Константин на кухне, — он двинулся на меня.

Ну, до чего же мой супруг красивый. И это не просто слова, и любовь не застилает мне глаза. Троицкий — шикарный и… хитрый мужчина. Ведь прекрасно знает, как его обнаженное тело на меня действует. Особенно сейчас. Когда я стала жутко ненасытной.

— Я… как-то… все… неудобно… — я выставила руки перед собой и пятилась, прекрасно зная, чем закончится эта охота. — Ой, — пискнула, ощущая ногой торец кровати.

— Тише, — Андрей не дал мне упасть, а мягко уложил на постель, не забывая при этом расстегивать пуговки сарафана. — Как мне нравится это платье, — урчал он, целуя лицо, шею, торопливо спускаясь к груди. — Доступ ко всему самому сладкому за считанные секунды.

Не терять времени зря, мы научились с появлением наших девочек.

— Только платье?..

— Не вредничай, — рассмеялся Троицкий растягивая бюстгальтер и с рычанием целуя грудь. — Тайка, ты с каждым днем все красивей.

— Ты сейчас говоришь это им, — я взглянула на свою отяжелевшую полную грудь — или все же мне? — спросила я капризно.

— Вам! Вам! — заверил меня Троицкий, снимая с меня трусики. — М-м-м, ты идеальная.

— Я знаю, что ты врешь, — ворчала я, притягивая мужа к себе в нетерпении повиливая бедрами.

— Я никогда тебе не вру, — возмутился он, покрывая мой животик поцелуями.

— Андрюш, — захныкала я. — Если кто-то сейчас заметит, что мы не ушли, и… Мы не успеем… Я тебя побью. Честно-пречестно!

— Ты ж моя девочка, — шептал Троицкий, медленно вторгаясь между ног. Неторопливо и сладко, что я закрываю глаза. — Любимая, — начал двигаться, а по моему телу побежали мурашки. — Отзывчивая.

— Угу, — я то ли подтверждаю, то ли стону, растворяясь в ощущениях. — Ты только не останавливайся…

Как я вообще могла думать, что смогу жить без Козлюшеньки?.. Дурочкой была. Другого объяснения нет. Впрочем, теперь он ни разу не дал мне повода так о нем думать. Самый лучший отец и муж, о котором можно только мечтать.

За время материнства я не бросила увлечение мыловарением. Оно стало для меня настоящей отдушиной — когда терпение было на пределе, я уходила в свою небольшую мастерскую и занимала руки. А через пару часов к девочкам возвращалась добрая и веселая мама.

Но теперь у меня есть собственный отдел со множеством сверкающих витрин и полочек, выполненных из дерева. В нем можно было купить мои творения, или же выбрать материалы и попробовать себя в роли мыловара. Честно признаться, прибыль отдела едва покрывала все расходы. Но Андрей настоял, чтобы я так и продолжала заниматься любимым делом. И я ему благодарна за это.

— Вот сюда, — показываю супругу, куда поставить коробку с новым товаром на стойке. Прошу девочек побыстрей его расставить, записываю, что нужно докупить и после обещаний, что все будет сделано в ближайшее время, выхожу в холл торгового центра.

Андрея я замечаю сразу, потому что рядом с ним… Лисенок? И правда она! Я с трудом узнаю ее в беременной неповоротливой девушке. Она придерживает объемный живот руками, что ей не мешает эмоционально о чем-то рассказывать. Я подхожу, когда уже она заканчивает свою речь словами:

— Кто бы могу подумать, да?! Ой, привет, Тая, — она искренне мне улыбается. — Поздравляю. Андрей уже похвастался будущим сыном.

— Спасибо, — ответила я. — И я тебя поздравляю. Так неожиданно.

— Это правильная формулировка происходящего, — расхохоталась она. — Мы об этом сейчас и разговаривали с Андрюшей, — я перевела взгляд на мужа, он одним лишь взглядом показал — не спрашивай. А меня раздирало любопытство. — А теперь вот, — девушка продемонстрировала колечко на пальце. — И вот, — погладила живот.

— Сынок? — спросила я.

— Мы не знаем. Знать пол ребенка до рождения — плохая примета, — затараторила Алиса. — Ой, а вы-то знаете. Но у вас все точно будет хорошо. Это я стала жутко суеверной. Тьфу-тьфу-тьфу, — она поплевала через левое плечо. — Но я такой не была, вы же помните? — я неуверенно кивнула. Лисенок всегда была очень своеобразной девушкой. — Любимый меня заразил всякими… Лошадь фыркает – будет ненастье. Или, к ясной погоде суп выкипает больше обычного. Кто бы мог подумать, да? Какая связь между супом и погодой? А ведь есть! А вот и он! — она достала разрывающийся телефон из сумочки. — Ну все, я побежала. А то точно получу по жопе. Пока-пока, — она поцеловала нас по очереди в щеки и приняла вызов. — Уже иду. Нет, я не ела сладости. Я помню, что доктор посадил меня на диету. Ну ты мне что, не веришь?

Я дождалась, когда Алиса отошла на приличное расстояние.

— Она же не за Анисия вышла замуж? — спросила я с ужасом в голосе.

— Нет, — сказал Андрей. — Если верить ее словам, то все было как романе https:// /reader/lisyonok-i-prochie-nepriyatnosti-bandita