Глава 16

Мы шли в сторону водопада. Солнце клонилось к горизонту и улицы заполонили прохожие. Кто-то спешил домой, кто-то наверняка, как и мы, направлялся отдохнуть и отметить главный праздник всех учащихся и работающих — пятницу, а кто-то просто наслаждался последними теплыми деньками. Шум воды становился все громче.

— А где ваш этот менестрель находится? — не выдержала я, когда мы начали спускаться вниз по улице к водопаду.

— Скоро уже придем, потерпи, — ответила Натка, — ребят, — окликнула впереди идущих, — а мы сегодня поем или танцуем?

— Ты, как всегда, и поешь, и танцуешь, — хмыкнул один из парней, — а я поиграю, наверное, ну и потанцую. Дом, ты с нами?

— Поединки? — лениво спросил друг, парень кивнул. — Ну, разочек можно.

Оказалось, что то место, куда мы направлялись, было разделено на три сектора: караоке, клуб-ресторан и зал поединков, где каждую неделю менялись виды соревнований, если я все правильно поняла. Решила, что сначала хочу посмотреть, что за поединки и как это проходит, а потом уже можно и потанцевать. Петь не умела от слова совсем и даже в душе этого не делала. Пугалась эха, которое там появлялось, да и домашних не хотелось доводить до истерики. Медведь на моем ухе здорово потоптался.

Мы завернули за угол последнего дома перед водопадом. Здесь было потрясающе, даже красивее, чем днем. Нет, гораздо, в тысячи раз красивее. Солнечного света здесь уже не было, царствовали сумерки, фонари рассеивали тусклый белый свет, вокруг летали светлячки, словно крохотные лампочки, висящие в воздухе, пахло свежестью. Вдохнула полной грудью и прикрыла глаза от удовольствия. Прислушалась. Откуда-то, словно издалека, слышались переливы птичьих песен. Такая гармония и умиротворение царили здесь, что я была готова остаться возле водопада и никуда не идти.

— Пойдем, — Натка потянула меня за руку, — у тебя столько кавалеров, могли бы и пригласить тебя на свидание, — она укоризненно посмотрела на Доминика, за что получила от меня локтем в бок.

— Я приглашал, — тут же откликнулся Лекс, идущий впереди, — но меня отшили. Видишь, Натка, какой я несчастный. Никто меня не любит, а от тебя, подруги, даже жалости не дождешься, не то что помощи.

— Ой, не паясничай, иди, под ноги смотри, не запнись, — и в этот же момент Лекс споткнулся. Мы втроем прыснули со смеху.

— Ведьма, ты, Натка, я всегда это знал, — сказал Лекс через плечо и пошел дальше.

— Тут и без тебя такие страсти кипят, будто ты и сам не знаешь.

— Знаю, — они так и продолжали переговариваться, идя на расстоянии, — но Доминик доказывал, что это неправда. У меня нет ни причин, ни желания ему не верить.

— Не слушай его, — хмыкнула Натка, — он просто еще сам не поверил своему счастью. Ай, — она выдернула руки и отскочила от нас вперед, потирая бока. Видимо, на это раз мы уже вдвоем ткнули разговорчивую подругу. — Ой, да разбирайтесь сами, — хохотнула девушка, — я помочь хотела, — она шутила, и все это понимали.

— Помогать надо тому, кому эта помощь нужна, — Лекс дождался Натку и подхватил ее под руку. Теперь они шли в двух шагах впереди от нас. — Мне, например.

— Ты такой пронырливый, что сам себе помочь можешь, — хмыкнула Ната.

Я молчала. Пусть говорят, что хотят, тем более в такой атмосфере веселья и задора все равно никто не воспринимал ничего всерьез. Я улыбалась, слушая их, Доминик тоже, несмотря на то, что про нас сочиняли небылицы.

Мы перешли через мост, переброшенный над прудом, и по широкой тропинке пошли к подножию скалы. Там оказалась лестница, высеченная прямо в камне. Забравшись по ней, первое, что увидела — это подсвеченное невысокое здание, на котором огромными светящимися буквами было написано «Менестрель». Мы пришли. Шум воды здесь, наверху, был не таким громким, поэтому я смогла расслышать звуки музыки, доносящиеся из этого здания. Тут тоже были городские улицы с яркими домами. Доминик сказал, что это квартал развлечений, а построили его здесь, чтобы не мешать обычным городским жителям.

В глазах рябило от множества светящихся вывесок, но прочитать что-либо было невозможно, слишком далеко они находились. Вокруг менестреля было большое свободное пространство, видимо, ночная громкая музыка даже в квартале развлечений не доставляла никому удовольствия.

— Иномирный ночной клуб, — хмыкнула я, когда подошла к двухэтажному зданию, откуда звучала музыка.

Доминик пропустил меня вперед. Мы прошли сквозь какую-то светящуюся рамку и попали в ярко освещенный холл. Низкие диванчики, обтянутые белой кожей, большая гардеробная и множество зеркал. Скинули одежду и отправились к одной из дверей, над которой вспыхивала надпись «Ты не устоишь».

— Какое странное название, — прокричала я, чтобы Доминик меня расслышал.

— Это не название, это намек на то, что нас там ждет. Каждый раз новая игра и новые правила.

— Видимо, будет что-то сногсшибательное, — резко понизила голос, когда вошла в сектор игр.

Играла заводная мелодия, но не очень громко. Звукоизоляция отличная.

Я огляделась. Высокие потолки, не меньше восьми метров, по периметру стояли диванчики, возле которых на белых стендах проецировалась картинка с непосредственного места игр. В центре было построено нечто странное: деревянные столбы разной высоты, между ними — узкие доски, которые соединяли все столбы между собой в хаотичном порядке. И над этими досками постоянно пролетали шары, какие-то валики двигались вокруг некоторых столбов, и еще странные предметы, которые мешали тем, что сейчас играли. Внизу была натянута сетка, а над ней какая-то белая пелена, которая словно туман то уплотнялась, то становилась практически прозрачной. И прямо на моих глазах один из парней, который пытался перебежать по доске с одного столба на другой, столкнулся с летающей боксерской грушей и полетел вниз.

Мой испуганный крик застрял в горле, только взвизгнуть и успела, прикрыв рот ладонью. Пелена под парнем уплотнилась, принимая его в свои объятия, а потом растворилась, опуская его на сетку.

— Иди садись, мы взнос заплатим, — подтолкнул меня Доминик к свободному диванчику.

— Круто, — выдохнула я, когда девчонки расселись рядом, — я думала, тут какие-нибудь азартные игры, а тут целый квест с препятствиями.

— Ну, выигравшие всегда получают вознаграждение. Взносы немаленькие, половина из них идет победителю. Сейчас парни расскажут, в чем суть сегодняшней игры, — сказала Ната.

К нам подошел официант, которому мы сделали заказ. Я доверилась выбору подруги, потому что ничего не понимала в меню, которое нам принесли.

— Ух, я сегодня за себя не отвечаю, — потерла Натка руки.

— А я напьюсь, — нервно улыбнулась Латания, — настроение плохое, — пояснила она.

— Не переживай, — потрепала ее Ната за плечо, — найдут тех уродов, что руны подкинули, у тебя все станет, как прежде, а их выгонят и, наверное, даже судить будут.

— Туда им и дорога, — жестко ответила Латания.

Ребята пришли одновременно с официантом, который принес множество коктейлей. У наших парней глаза полезли на лоб от количества выпивки.

— Что? — фыркнула Ната. — У нас тут сейчас такой нервоз начнется, когда вы туда полезете, — ткнула она в необычный экран, который транслировал все происходящее наверху.

Парни уже повязали себе на руки разноцветные тканевые ленты и рассказали о правилах игры на сегодня. Оказалось, что каждого из них воздушники поднимут на столбы в разных местах игровой площадки. Во всем этом лабиринте спрятаны карточки с подсказками. Им нужно не упасть и найти все подсказки, чтобы, спустившись, в табличке своего цвета написать правильный ответ. Кто первым соберет все подсказки и даст правильный ответ, тот и получит призовой фонд.

Спустя полчаса пришла очередь наших ребят поучаствовать в игре. После того как закончилась предыдущая игра, всю площадку затянуло белой пеленой, а потом все вернулось в прежнее состояние. Как сказали парни, таким образом организаторы заменили старые подсказки новыми и поменяли места тайников. Наших ребят подняли на столбы. Прозвучал звук, напоминавший гонг, и началось веселье. Помимо наших пятерых в игре участвовали еще трое незнакомцев, среди которых была девушка. Парни, которые отказались от игры, сидели рядом, а мы болели за наших. Доминик, Лекс, Адан, Сориан и Нартус устремились по узким деревяшкам, уклоняясь от препятствий. На «экранах» было по три изображения с разных ракурсов, которые сменялись другими картинами. Я следила за Домиником и Сорианом. Болела и за того, и за другого, но за Доминика, наверное, больше. Однако, даже несмотря на это, дух захватывало, когда кто-то оказывался на волосок от падения или вовсе падал. Я постоянно вскрикивала, пугаясь за ребят, даже за Лекса. Умом понимала, что им ничего не грозит, но все же было страшно. Четверо все-таки сорвались и не добрались до финала, в том числе Нартус и Адан. Последний был так счастлив, что поучаствовал, и захлебывался, делясь впечатлениями. Его глаза горели, а с лица не сходила улыбка. Слышались крики и даже отборная ругань от участников, когда им встречались особенно сложные препятствия, такие, как натертая чем-то скользким доска, ведущая вниз. Именно с такой и свалился Адан, поскользнувшись и не сумев удержать равновесие.

— Саш, ты бы хоть закусывала, вроде я собиралась напиться? — сказала Латания.

— Что? — метнула на нее взгляд и снова повернулась к экрану.

— Я говорю, ты второй бокал практически залпом выпила, но ничего не съела. Такими темпами даже до танцев не доживешь, пусть даже алкоголя в этом немного.

Я взглянула на бокал, в котором на дне плескалась жидкость нежно-розового цвета. Так увлеклась игрой и переживаниями за своих фаворитов, что не заметила, как уговорила два коктейля. Отставила бокал на стол, взяла какой-то замысловатый бутерброд и снова уставилась на экран. Там как раз Доминик карабкался вверх по той деревяшке, с которой упал Адан. Затаила дыхание, переживая за друга. Как только он, наконец, забрался наверх, облегченно выдохнула и чуть было не прикусила себе пальцы — бутерброд доела и не заметила.

— Ты так за него переживаешь, — протянул Нартус, опрокидывая в себя рюмку синеватой жидкости, — мне даже завидно.

— Не мешай девочке, — хмыкнула Ната, — пусть переживает, видишь, она ничего вокруг не замечает.

Я отмахнулась от них. Было куда интереснее наблюдать за происходящим на «арене», чем пререкаться с друзьями.

Через четверть часа практически одновременно четверо оставшихся спрыгнули вниз и устремились к своим табличкам. Повсюду болельщики выкрикивали имена игроков. Я, сжав кулаки и подпрыгивая на месте, наблюдала за Домиником, все же ему победы желала больше. Но, к моему удивлению и к удивлению, наверное, всех, победил Сориан.

— Ты не перестаешь удивлять, — обняла его, поздравив с победой, — честно, я болела не за тебя, но горжусь, что в моей группе учится такой ловкий парень.

— Да всем понятно, за кого ты болела, — ухмыльнулся он, — но спасибо за поздравление.

Еще долгое время мы обсуждали игру, парни делились впечатлениями, а Сориан заявил, что угощает всех и весь денежный приз пойдет на оплату нашего веселья.

Понаблюдав за еще одной игрой и дойдя до нужного состояния, отправились на танцы. В соседнем зале звучала громкая музыка, и толпа разгоряченной молодежи отдавалась танцу в полумраке помещения, которое освещалось только мигающими лампами под потолком и тусклым светом бра у столов.

Музыка напоминала нечто похожее на то, что играло в наших клубах, но с примесью каких-то латиноамериканских направлений и без басов, которые отдавались дрожью в теле. Молодежь Теллуриса, оказалась, мало чем отличается от молодежи Земли. Выпивали, танцевали, но не было здесь даже намека на атмосферу разврата. Парни не навязывались девушкам, девушки не пытались привлечь к себе внимание сексуальностью. Они отдыхали и веселились, делали то, для чего и построили это место. В моем мире, к сожалению, такие места имели дурную славу. Не без оснований.

— Я переживала, что у вас тут какие-нибудь особые танцы будут, — перекрикивая музыку, сказала Натке.

— Он есть, один, — ответила подруга, покачивая в такт музыке головой. — Его обычно включают в полночь. Ничего сложного, не переживай.

Я не переживала. Один танец пропущу, зато в остальное время смогу расслабиться. Отдамся танцу и не буду ни о чем думать. Все потом, сегодня я хотела веселиться и развлекаться, тем более, столько поводов накопилось.

На втором этаже в этом же зале была ресторанная часть, где стояли столики и суетились официанты. Поднявшись туда, я на несколько секунд решила, что внезапно оглохла.

— Магия, — пояснил Доминик, когда понял причину моего удивления, — танцевальная площадка накрыта куполом, который практически не пропускает звук.

Сориан, как и обещал, оплатил один из больших столиков с видом на танцпол. Парни остались делать заказы, а мы с девчонками решили не откладывать и отправились сразу танцевать. Сначала было немного непривычно, все же двигались здесь немного иначе, чем в клубах Земли. Не было этих конвульсивных подергиваний под музыку, движения были более плавными, не такими резкими. Оглядевшись, я поняла, что стесняться не стоит, или это во мне говорил алкоголь, который я выпила, пока наблюдала за игрищами. Хотя из-за нервов даже не чувствовала опьянения. Главное, чтобы оно не накрыло внезапно.

Вскоре рядом появились и парни, которые присоединились к всеобщему веселью. Смеялись, танцевали, поднимались наверх, чтобы отдохнуть, выпить и поболтать. Я старалась находиться всегда рядом с Натой, все же не знала, чего ожидать от выпившей молодежи. Замечала, что Лекс и Доминик бросают на меня взгляды. Первый — хитрые. Он каждый раз ухмылялся, когда я подносила бокал с коктейлем к губам, а Доминик — обеспокоенные. Уж чего он боялся, не знала: того, что я переберу алкоголя, или того, что могу натворить, поддавшись атмосфере расслабленности. Он что-то говорил Лексу, но я не слышала. Себя знала хорошо и свой организм тоже. Натка мне все рассказала о том, что я пила, бояться было нечего, перепивать и делать глупости не собиралась.

В полночь, как и обещала подруга, зазвучала музыка, и все вокруг поднялись и поспешили вниз.

— Идем, — потянула девушка меня за руку и махнула Адану, который, как и я, никуда не собирался.

— Нат, мы же не знаем, как двигаться, — попыталась освободиться от захвата, — идите, мы посмотрим и подождем.

— Нет, пойдем с нами, ты все поймешь в процессе, — Доминик пришел на помощь Натке и, ухватив за талию, повел вниз.

— Дом, я не знаю движений, отдавлю всем ноги и обязательно с кем-нибудь столкнусь, — пыталась вразумить парня. Сзади слышала похожую речь от Адана.

— Сашка, ты мне не доверяешь? Я же сказал, переживать не о чем, а если отдавишь мне ноги, то я ругаться не буду.

— Я предупредила.

А на танцполе народ выстроился в четыре шеренги парами. Мы пристроились рядом с остальными. С одной стороны от нас стоял Сориан с какой-то девушкой, с другой — Лекс с Наткой. Доминик положил одну руку мне на талию, второй взял за руку. Я огляделась, положила ладонь на его плечо.

— С левой ноги шаг вперед. Потом с нее же — два назад. Поворот, наклон, — проинструктировал Доминик, — потом два шага вперед, один — назад, один в левую сторону. Вперед, — скомандовал он.

Сделала все, как он просил. Ноги никому не отдавила, и то радость.

— Отлично, Саш, — подбодрил он после первой серии шагов, — только смотри на меня, а не на ноги. Все получится.

Мы кружились в танце. Сначала было страшно и неловко, но это ощущение быстро прошло. Танец оказался незамысловатым. Доминик инструктировал о каждом шаге. Я, наконец, смогла расслабиться, но, оказалось, рано.

При очередном повороте Доминик раскрутил меня и отпустил, отвернувшись и поймав партнершу Сориана. Медленно в моей голове происходило понимание того, к кому в руки попаду я. Не успела развернуться, как на талию легла одна рука, а вторая ухватила мою правую руку.

— Ну привет, — улыбнулся Лекс, кружа в танце.

Я испуганно смотрела ему в глаза. Все шаги вылетели из головы мгновенно, и я чуть было не упала. Лекс держал крепко и даже бровью не повел.

— Расслабься, Саша, это на пару секунд, и я не кусаюсь. Шаг вперед, два назад, поворот, — командовал он, продолжая улыбаться. Я медленно выдохнула и положила дрожащую руку на его плечо. — Умничка, — подмигнул он, — вот и все, ты осталась жива, — хмыкнул и отпустил, возвращая Доминику.

— Ты как? — сразу нахмурился он.

— Нормально, — выдохнула и улыбнулась. И правда, нормально. Ну, наступила один раз Лексу на ногу, ничего, мне позволительно, а он не кусается, не рычит и в монстра не превращается.

— Ты отлично держишься, — улыбнулся Доминик, подхватил за талию и покружил на месте, заставив меня взвизгнуть и рассмеяться.

Танец закончился, когда парни заключили девушек в кольцо своих рук. Было интересно поучаствовать в этом, даже несмотря на столкновение с Лексом лицом к лицу, не пожалела, только вопросов появилось уйма, и мне срочно требовалось утолить свое любопытство.

— А почему именно этот танец танцуют все? — спросила, поднимаясь к столику.

— Традиция, — протянул Доминик. — Говорят, раньше это был один из придворных танцев. На балу дебютанток мужчины приглашали девушек на этот танец, и они не могли отказать. Балы уже давно ушли в прошлое, а эта традиция осталась. Это такой повод для знакомства, приглашаешь любую девушку и знакомишься с ней. Ну, и это здорово, как-нибудь посмотришь сверху, как это выглядит, когда множество пар танцуют один и тот же танец.

— Представляю. Классный флешмоб. И хорошая традиция.

Глубокой ночью, когда все уже были в изрядном подпитии, Натка уговорила нас переместиться в песенный зал. Танцевать все уже устали, поэтому согласились с предложением, и мы оказались в небольшом уютном зале с мягкими диванчиками и невысоким подиумом, который здесь играл роль сцены. Здесь не было экрана с всплывающими фразами, люди выходили на сцену, вставали у странного микрофона, который походил на кристалл ромбовидной формы, и пели песни наизусть. Я сразу предупредила, что петь не буду, как бы меня ни уговаривали, а вот послушаю с удовольствием. Заказала себе горячего чая и чувствовала, как расслабленность накрывает с головой.

Вскоре на сцену вышла Натка. Заиграла тихая лиричная музыка, подруга запела. Я и представить себе не могла, насколько красивый у нее голос. Она пела местную песню о разлуке, на ее глазах наворачивались слезы, которые она небрежно смахивала, продолжая петь. Видимо, сильно скучала по своему Тхимару. Я почувствовала, как к горлу подкатил ком, была готова и сама расплакаться вместе с Наткой. Оглянувшись, поняла, что женская половина зала разделяла чувства подруги. Решила немного проветриться и успокоиться, была уверена, что это алкоголь так действовал на меня.

Я уже давно приметила выход на балкон за легкими шторами. Предупредила ребят и выскользнула на свежий воздух. Кожа мгновенно покрылась мурашками. Да, середина сентября уже не радовала теплыми ночами. По небу проплывали облака, закрывая лунный серп, звезды перемигивались. Вдохнула полной грудью и повернула голову вправо, да так и замерла — открывался потрясающий вид на город, лежащий внизу. Свет уличных фонарей отражался в бегущей реке переливами, небольшие вывески яркими пятнами то и дело вспыхивали на разных улицах, окрашивая их и делая волшебными. Я обхватила себя руками, чувствуя, что замерзаю, но продолжала наслаждаться видом на ночной город.

— Ты замерзнешь, — раздался позади голос Доминика.

— Душно там, а здесь хорошо. И красиво.

— Простынешь, Сашка, пойдем обратно.

— Иди, — улыбнулась ему, — я тоже скоро приду. Не беспокойся.

— Ну, тогда иди ко мне, — он сам подошел и обнял меня, прижав спиной к своей груди.

От него исходило тепло, которое согревало и расслабляло. Было и приятно, и немного неловко. Про нас и без того ходило много слухов, а мы только больше поводов давали с каждым днем. Но… вечер был таким замечательным, настроение — отличным, а Доминик — привычным, как всегда, внимательным и таким уютным, что я решила не думать ни о чем, просто расслабиться и насладиться этим мгновением. Откинула голову ему на грудь и продолжала любоваться.

— Сашка, мне, конечно, все нравится, но холодно на улице уже, пойдем внутрь.

— Прости, — высвободилась из его рук и обернулась. — Задумалась. Спасибо, ты чудо. Не знаю, за какие такие заслуги ты мне встретился?

— За все хорошее? — улыбнулся он, вновь обнял меня, прижав к груди, и тихо сказал: — Наверное, мы друг другу встретились, чтобы помочь.

— О чем ты? — подняла голову и взглянула в темные глаза. Его помощь мне была понятна, но я ничем не помогала ему, и его слова показались странными.

— Помочь оправиться от прошлых обид и разочарований, — потрепал меня по голове, — пойдем, оба простудимся.

Его слова оказались для меня такими неожиданными, что я не смогла ничего ответить. Кивнула и пошлепала обратно. Странно это все. Хотя, наверное, Дом и возился со мной, потому что понимал, какие чувства вызывает у меня Лекс. Сам пережил предательство той, в которую был влюблен. В какой-то степени наши ситуации оказались схожими, и помогая мне, он помогал самому себе. Не зря же Натка с Лексом говорили, что он стал улыбаться чаще с моим появлением.

Так мы и вернулись вдвоем за столик, чем заслужили новые ухмылки друзей, но никто ничего не спрашивал и не говорил. Натка шмыгала носом, утирая слезы, а на сцене пел Сориан в дуэте с той самой девушкой, с которой танцевал традиционный танец.

Ночевать отправились в ближайший гостевой дом. Таких в квартале развлечений оказалось много. Я уже еле ноги переставляла от усталости.

Нам с Наткой и Латанией сняли трехместный номер. Мы быстро приняли душ, чтобы хотя бы немного освежиться, и попадали по кроватям без задних ног. Сон неизбежно утягивал меня в свои объятия, но Натка решила с ним побороться за мое внимание.

— А я видела, как вы обнимались с Домиником, — повернувшись на бок, сказала подруга.

— Я ни с кем не обнималась, м-м-м, как хорошо, — протянула Латания и засопела.

— Что у вас с ним? — не глядя на меня, продолжала допытываться Ната.

— Ничего, и мне не нравится, что ты сталкиваешь нас лбами, — проворчала я и все-таки закрыла глаза.

— Я подшучивала, хотела позлить Лекса.

— Давай в следующий раз злить его без нашего участия.

— Поняла, устыдилась, больше не бу-уду, — зевнула Ната, — но он тебя обнимал. Я не настолько пьяна, чтобы мне почудилось. Я же даже передумала на балкон выходить, не хотела вам мешать.

Отвечать я не стала. Сил не было, желания тоже, да и бесполезно что-то доказывать. Он меня обнимал, согревал, беспокоился обо мне. Как и всегда. С самого первого дня знакомства.

В сон провалилась с улыбкой на лице.