Глава 39

Я глубоко вздохнула, чтобы не показывать, что это предложение несколько напугало меня.

- Хорошо, - согласилась я, и, закрыв дверь, подошла к столу ректора.

Эти двое были очень похожи, словно бы вылеплены из одного теста. Или у них в Министерстве все на одно лицо? Не знаю.

- Насколько нам известно, - начал первый, тот, что стоял дальше от выхода, - вы в Тёмной академии находитесь временно.

- Всё верно, - подтвердила я.

Лицо Лютариона было чуть бледнее обычного. Сейчас это бросалось в глаза.

- В таком случае, - продолжил первый, - скажите: как вы можете охарактеризовать ректора Лютариона?

Я возмущённо уставилась на задавшего мне этот нелепый вопрос служащего.

- Если вам неудобно отвечать в присутствии ректора, - наконец, выдавил из себя он, - то мы можем попросить его ненадолго покинуть свой кабинет.

Всё ясно, эти двое сюда пришли не просто так. Значит у Лютариона неприятности. Надо что-то делать.

- Покинуть свой кабинет! – буркнул Лютарион, и направился на выход.

- Зачем же! – нахмурилась я, собираясь задержать его. – Не надо, я всё и так вам скажу! Всё равно то, что я о нём думаю мне незачем скрывать. Ректор, как его там, Лютарион, кажется?

Мне очень не хотелось оставаться тут одной.

- Именно так, - скривился в подобие улыбки второй служащий. – Прошу вас, ректор, это не займёт у нас много времени.

Он кивнул, и вышел за дверь. Мне всё больше и больше это не нравилось.

- Ну, так вот, - продолжила я, - Ваш Лютарион - просто монстр! Заставляет ходить в этой ужасной форме, требует неукоснительного соблюдения правил, и вообще, кажется, не вылезает из своего кабинета! Могли бы хоть обезьянку посадить за перебор бумаг, тогда у вашего ректора было бы больше свободного времени.

Я подчеркнула слово “вашего” в надежде дать правильный акцент ситуации.

- Очень интересное видение, - заметил первый, делая несколько пометок свой блокнот.

- Неприязнь к ректору, слишком занятой, импульсивна, - тихо прошептал мне на ухо Тропус.

- Хорошо, - продолжил служащий, - а что именно вам не нравится в форме Тёмной академии?

- Да вы только гляньте на эту мешковатую мантию! – ответила я. – В такой - волей не волей становишься бесформенной массой среди бесформенной массы. А у меня, между прочим, есть отличное платье, которое по достоинству оценила добрая часть академии!

- Очень интересно, - бесцветно ответил первый. – А как насчёт ректора? Лютарион успел оценить ваше платье?

Вот он – вопрос, ради которого меня задержали в кабинете. Ну что ж, тут я точно знала, что следует ответить.

- О, разуется! – возмущённо ответила я, отмечая на лицах служащих повышенную заинтересованность. – Едва он меня увидел, так сразу потребовал сменить его на эту безобразную мантию. Так ругался, так кричал на меня, так причитал насчёт правил академии, а что бы оценить – где там! Чурбан ваш ректор, одним словом.

- То есть, - подытожил первый служащий, - он не оказывал к вам какие-то не свойственные знаки внимания? Что насчёт формы - нам понятна ваша позиция. В вашей академии, насколько мне известно, ректор Миракса отменила обязательное ношение формы. Однако это скорее исключение из правил, постичь тайный смысл которого мы пока что не в состоянии.

- Знаки внимания? – усмехнулась я. – Мне думается, что ваш ректор не способен на какие-либо знаки внимания, если это никак не связано с академией. Он оказывает знаки внимания исключительно ей.

- Вы обращались за помощью к нему? – спросил второй.

- Да, обращалась, - согласилась я. – Я немного заплутала, и мне нужно было попасть в свою аудиторию, он проводил меня.

- Понятно, - удручённо заметил второй, - а что насчёт остальных? Вы замечали, чтобы ректор проявлял к кому-нибудь из адепток нездоровый интерес?

- Да говорю же! – возмутилась я. – У вашего ректора есть только одна страсть – его академия. Только так я могу объяснить его, в сущности, скучное поведение.

- Это не наш ректор, - наконец, не выдержал первый. – Мы вообще имеем к Тёмной академии довольно посредственное отношение. Прошу вас, позовите ректора в кабинет.

Я сделала, как он просил, и Лютарион вернулся на своё место.

- Мы хотели бы задать ещё один вопрос, ректор, – сказал первый служащий. – Он касается вашего кабинета.

Они огляделись, бросая взгляды на испорченную мебель, и на следы мёда на стенах и потолке. Первое место по притягиванию взглядов оставалось за кофейным пятном на стене.

- Скажите адептка, - обратился первый служащий ко мне, - каким вы находите кабинет ректора?

- В нынешнем виде – просто ужас, - ответила я.

- Вы случайно не знаете, - спросил второй служащий. – Что здесь произошло?

- Ты не должна этого знать, - прошептал мне на ухо Тропус.

- Откуда мне знать? - пожала плечами я. – Мне ректор не докладывает обо всех происшествиях в своём кабинете, знаете ли. Мне вообще нет до него дела, уж простите за прямоту.

- Прямота – это хорошо, - заметил первый служащий, - прямота – это отлично!

- Ректор, - спросил второй служащий, - что произошло в вашем кабинете?

- Взрыв, - спокойно ответил он. – Кто-то из адептов оставил у меня банку с мёдом, и та взорвалась. Эту проделку я оценил по достоинству.

Он бросил быстрый взгляд на меня, словно бы говоря: “да-да, мне действительно понравилась ваша идея”

- И это банка причинила такой ущерб? – изумился первый. – Всего одна банка?

Ректор тяжело вздохнул.

- Вы осознаёте, где находитесь? – спросил Лютарион. – В нашей академии специфический юмор, и очень изобретательные умы. Конечно же, банка была с сюрпризом. Тут и первокурсник сообразит, что без магии не обошлось. И хорошо ещё, что меня не было рядом.

- Понятно, - ответил первый служащий, записав на листке пару слов. – А что насчёт этой адептки? Нам передали, что она слишком часто бывает у вас.

Ректор едва заметно покраснел, однако кажущееся на первый взгляд смущение он смог перевести в правильно русло.

- Да как вы смеете?! – повысил голос он. – Разумеется, она бывает тут столько, сколько ей самой нужно! Она взялась за помощь по обустройству моего кабинета, это необходимая для неё практика.

- Почему же вы сами не взялись за это? – спросил второй служащий.

Ректор замялся, и я тут же пришла ему на помощь.

- Ради рекомендации, разумеется! – соврала я. – Мы договорились, что он напишет рекомендательное письмо ректору Мираксе о моих дизайнерских способностях, если я смогу сделать из этого унылого кабинета нечто стоящее.

- И как? – без особого интереса спросил первый, - сможете?

- Разумеется, смогу! – отозвалась я.

- Минуточку, - проговорил второй. – Вы успели несколько раз встретиться, договориться о некой сделке, но всё ещё точно не помните имени ректора? Это странно.

- Нет тут ничего странного, - буркнула я, и лихорадочно стала соображать, как продолжить свою мысль.

Но Тропус шепнул мне на ухо свой вариант, и мне он понравился.

- А почему я должна запоминать имя того, - продолжила я, - кто не обращает на меня никакого внимания? А в деловых отношениях имена играют далеко не первую роль. Уж вам-то служащим, тем, кто даже не изволил мне представиться, это должно быть хорошо известно!

- Браво! – похвалил мою речь первый. – Думаю, у нас больше нет к вам вопросов. Вы можете идти.

Я демонстративно фыркнула, и быстро вышла из кабинета.