35

Кир зашёл в квартиру и обнаружил друга на кухне. Он ставил контейнеры с едой в холодильник.

— Я заказал ещё и на завтрак, так что, еды хватит. Что, наркоманы, будут молчать? — обернулся Леонид, захлопывая холодильник.

— Будут, Лёня, ещё как будут, — улыбнулся Кир, бросая на стол пачку денег.

— Стоп, я думал, ты им деньги повёз, — удивился Леонид.

— Лёнчик, ты что, на солнце перегрелся? Для наркомана самое главное в жизни, что? Правильно, друг мой, наркотик. Я им привёз его столько, что надеюсь, они счастливы, там, на небесах. Не волнуйся, всё хорошо. Ну, передознулись парни, такое часто бывает, — спокойно ответил Кир.

— Блин, ты так спокойно об этом говоришь. Иногда и мне становится страшно рядом с тобой, — нервно выдал мужчина.

— Лёня, не забивай свою светлую голову моими грехами. Эти твари намеревались расправиться с девушкой, которую я хочу. Она моя. А ты знаешь, что если я что-то считаю своим, то уже не отдам. За своё я буду глотки всем рвать, — Кир подошёл к раковине и вымыл руки, — Давай пожуём немного.

— Хорошо, но я вот думаю, Эргаш твой брат. Тебе его не жалко? — Лёня поставил один из контейнеров в микроволновую печь.

— Жалко у пчёлки, а я не пчёлка. Я не забываю хорошего, Лёнчик, и ты прекрасно это знаешь. Теперь ты директор предприятия, которое создал батя. Это тебе подарок за труды. Кстати, переедешь в мой дом. Я скажу крёстному, он напишет завещание на дом на тебя. Пригляди там за дядей Димой вместо меня. Но у меня при всём этом великодушии, есть маленький недостаток. Я никогда и никому не прощаю плохого в свой адрес. И да, могу ответить тебе на твой вопрос. Мне его не жалко. Более того, я предвкушаю тот день, когда зайду в ворота своего нового дома.

Леонид поставил перед другом контейнер и подал вилку.

— Прости, тарелки мыть не хочется. Кстати, насчёт Эргаша. Халита назначила ему встречу завтра в гостинице, но время мы не знаем. Миша обещал сообщить нам новости.

— Отлично. Значит, заведу будильник на пять утра и уеду. Необходимо всё подготовить. Ты сидишь дома, и ждёшь новостей. Если будет известно время встречи, сразу звони.

— Понял тебя, — произнёс мужчина, ставя свой контейнер с едой на стол.

Они с другом поели, а потом Кир пошёл собирать необходимые вещи. В сумку упали две инсулиновые ручки, разного цвета. Они завтра понадобятся. На Кира была сделана липовая справка, что он диабетик. Он запасся для достоверности портативным прибором, измеряющим уровень сахара. Инсулиновые ручки содержали жидкость, но не ту, что предполагалось. Благодаря справке, они спокойно прошли регистрацию и проверку в аэропорту. Кир продумал всё до мелочей. Осталось совсем немного, и он осуществит свою месть.

Рано утром Кир быстро позавтракал. Надев старые потрёпанные джинсы и футболку, он, уехал из дома. Вернулся только к двенадцати дня и сразу пошёл в душ. Торопиться было некуда, Миша сообщил, что любовники назначили встречу на четыре часа дня.

***

Эргаш нервничал всё больше. Вечером хотел снова напиться, чтобы забыть все невзгоды, но сдержал себя. Сейчас было не время предаваться унынию. Нужно как-то стабилизировать ситуацию, и в первую очередь найти жену. Только каким образом это можно сделать, он не представлял. Когда начинал думать об этом, то голова болела не хуже чем с похмелья.

Утром позвонила Халита и назначила встречу на четыре часа дня. Эргаш от злости чуть не швырнул телефон в стену. Он надеялся, что любовница хоть что-то подскажет, всё же она по образованию юрист. Но девушка не торопилась, как будто ничего не происходит. Эргаш не вышел на завтрак, а пообедал без аппетита. Новостей из полиции не было и он не нашёл ничего лучше, как убить ожидание, просмотрев очередной бухгалтерский отчёт.

Наконец-то пора было выезжать. Как и прежде он не взял с собой охрану. Им было ни к чему видеть, с кем он встречается. К тому же, вся охрана с фирмы дяди Алишера, и ещё не факт, что они не стучат ему по тихому, о делах, творящихся в доме. Единственные, кому он мог доверять, это Андрей и Юра. Но у парней законный выходной. Благополучно добравшись до гостиницы, Эргаш припарковал машину на стоянке. Когда открыл дверь автомобиля, чтобы выйти, увидел мужика, стоящего очень близко. Он был в джинсах и рубашке, на голове бейсболка, а на глазах большие солнцезащитные очки.

— Здравствуй, братишка, — мужчина снял очки.

Эргаш выпучил глаза от изумления, на него смотрел он сам. Вернее человек, как две капли воды похожий на него.

— Ты кто? — испуганно промямлил Эргаш, потому что мужчина перегородил ему выход.

— Я же говорю, твой брат. Брат близнец, — мужчина достал из сумки ручку, в следующий момент она впилась ему в плечо.

Эргаш был в таком шоке и недоумении, что в первые секунды не подумал бежать или кричать. Эта мысль посетила уже тогда, когда игла инсулиновой ручки впилась в кожу. Руки и ноги моментально стали неметь. Теперь он мог только шевелить зрачками и еле слышно говорить.

— Что это, — прохрипел он.

— Препарат на время вызывающий паралич мышц. Скоро ты даже разговаривать не сможешь. Через минуту наступит полное онемение. Подвинься, я сяду за руль.

Кир видел, как удивлён и глубоко шокирован брат. Он как будто впал в прострацию. Спросил кто он, и сидел с приоткрытым ртом. Это дало беспрепятственно открыть колпачок ручки и сделать инъекцию. Потом Кир постарался, как можно быстрее переместить брата на соседнее кресло. Он особо не церемонился, а уже через минуту сидел за рулём.

— Не волнуйся, Эргаш, я всё объясню. Я знаю, что ты меня слышишь, — сказал Кир, вынимая из кармана пиджака брата сотовый телефон.

«Халита, прости. Служба безопасности сообщила, что нашли Лилию. Я должен быть там. Встретимся в другой раз», — написал он смс, а потом показал Эргашу.

— А вот теперь пора в путь, — улыбнулся Кир, отъезжая со стоянки, — Ну, не злись, Эргаш, я сейчас всё объясню. Хочу рассказать тебе одну правдивую историю. По моей просьбе много лет опрашивали нужных людей, чтобы собрать эту информацию. Итак, слушай.

Кир вывернул на дорогу и поехал, стараясь быть аккуратным. Позвонила Халита. Он принял вызов, а она орала в трубку, что пришлось потратиться на такси, чтобы доехать до гостиницы, а тут такое сообщение.

— Не злись, любовь моя. Сейчас мне некогда. Нужно ехать в больницу, где лежит Лиля. Девка не должна сбежать. До встречи, — ответил ей Кир и бросил трубку.

Положив телефон в сумку, висевшую через плечо, он посмотрел на брата. Тот сидел неподвижно, и даже глазами не моргал, смотря прямо перед собой.

— Так вот, история. Жили, были Лейла и Фарход. Жили себе, не тужили. Оба учились в институте. Лейла даже на экономический смогла поступить. Карим очень любил единственную дочь. Он не стал рано выдавать её замуж. Но вот он заболел раком. Знал, что ему осталось, не так много времени. Тогда Карим решил выдать её за сына своего друга. Лейла и Фарход с детства ненавидели друг друга. Но как это водиться у нас, родители сказали: «Стерпится, слюбится», — а дети согласились. Не знаю, чем родители надавили на нашего папашу, а вот о Лейле скажу. Нажали, так же как и на тебя. Карим сказал, что если дочь не согласиться срочно выйти замуж и не забеременеет наследником, фирма достанется брату Карима, Алишеру. У того было двое сыновей. Дочери он собирался отписать только дом, за который на зарплату простого смертного даже налог не заплатить. Лейла согласилась, вскоре даже забеременела. Но у неё получилась двойня. Фархода мало интересовала жена и её положение. Он пропадал на работе, встречался с любовницей, а перед тестем делал вид, что у них всё хорошо. Лейла никому не сказала, что ждёт двоих детей. Озвучила только, что это мальчик. Дед был счастлив, а муж всё больше раздражался и бесился. Знаешь, характером ты пошёл в папашу, братец. Наконец Лейле надоели постоянные ссоры и скандалы с мужем. Не бил он её, кстати, только, потому, что она беременная была. Осточертело ей и то, что муж, уже особо не скрываясь, трахает свою секретаршу прямо на работе. Лейла напросилась в гости к институтской подруге. Та уезжала на каникулы, на родину, в маленький провинциальный городок, где одна больница на весь город. Карим отпустил, дав денег. Беременность протекала легко, и ничего не предвещало беды. К тому же, до родов оставалось почти три месяца. Лейла обещала, что погостит не больше трёх недель. Но что-то пошло не так. Перед самым отъездом из гостей, у мамы начались роды. Её увезли в захолустный роддом, где она нас и родила, семимесячных. После родов ей сказали, что ты родился здоровым, а вот я в реанимации. Даже если и выживу, то буду слабоумным. Типа подозрение на болезнь Дауна. Мама тут же позвонила своему отцу. И что ты думаешь, сказал Карим? Он приказал оставить меня в роддоме. Написать отказную. Якобы в семье Атоевых никогда не было, и не будет слабоумных уродцев. Лейла звонила с телефона в кабинете гинеколога, а та всё слышала. Врач рассказывала, что ни одна слезинка на лице Лейлы не появилась. Она была абсолютно спокойна, когда просила заявление на отказ. А когда писала его, даже ручка в руках не дрогнула. Доктор спросила, как она меня назовёт, а та только рявкнула: «Да хоть выблядком назовите, мне какое дело?» Через семь дней её и тебя выписали из больницы. Она на поезде уехала домой. Даже не поинтересовалась, жив я ещё или нет. И потом не позвонила, не узнала, выжил ли я, а если похоронили, то где можно найти могилку. Я для неё перестал существовать. Она как будто и не рожала меня. По приезде мужу о втором сыне не сказала. Я, тем временем, маленькими пальчиками цеплялся за жизнь. Меня перевели из реанимации к обычным детям. Сердобольная нянечка, видя, что я восточной внешности, дала мне имя Кирман, что означает крепкий. Так и записали в свидетельстве о рождении Кирман Фарходович Дибаров. Но дело в том, что девушка терапевт, которая осматривала меня после родов, была молода и неопытна. Месяц назад диплом врача получила. Мальчик Кирман, попавший в детский дом, оказался с очень высоким айкью. В семь лет я сбежал из детдома. Не выдержал. Нас били, плохо кормили и одевали. Я носил ботинки, в которых пальцы скрючивались. Но по счастью меня подобрал один человек. Он дал мне свою фамилию и отчество, а мои документы забрал у директрисы и сжёг. Так в семь лет меня переименовали. Появился на свет Кир Валерьевич Трубачёв. Мой приёмный папа был не бедный, имел большие связи в криминале. Он собрал информацию на родителей. Потом подкупил охранника в доме, чтобы знать каждый твой шаг. Мама заставила любимого сыночка играть на пианино, я тоже научился. Английский или язык предков, пожалуйста. Эргаш обрезанный, мне не трудно это сделать. Брат мусульманин, что же, я тоже выучил все молитвы, хоть и крещёный. Я как две капли похож на тебя. Знаешь, чем мы отличаемся, братец? Незначительно отпечатками пальцев и тембром голоса. А ещё я на четыре сантиметра ниже тебя. А так, у нас, как у близнецов, даже ДНК одинаковое. Знаю, сейчас ты спрашиваешь мысленно, зачем я всё это затеял. Ну, старался быть как ты. Всё просто, хотел отомстить семейке Атоевых или нет, мама же по первому мужу Дибарова. Не важно, хотел отомстить за то, что бросили подыхать в детском доме как собаку. Даже не вспомнили обо мне ни разу. Ах, да, у истории есть продолжение. Братья выросли, маму постигла участь деда. Она умерла от рака. Но перед смертью мама написала завещание и заставила тебя жениться на девушке Лилии, маленьком чуде. Да, чуде, потому что таких светлых и чистых девочек уже не существует, почти. Эргаш возненавидел девушку, как в своё время Фарход Лейлу. А Кирман сам не заметил, как влюбился. Видел её вчера в больнице и понял, что эта девочка создана для меня. А вот ты любишь Халиту, но я открою тебе глаза, брат. Мама не зря запретила жениться на ней. Она собрала на девицу некий компромат, а потом и я подсуетился. Это Халита заказала убийство Лилии. Думаешь, из-за любви к тебе? Нет, всё деньги. Её отец разорён, а она не привыкла, хлеб с солью есть. Предлагаю послушать несколько файлов.

Кир взял в руки свой телефон и, нажав на воспроизведение, положил его на приборную панель автомобиля. Из динамика раздалась запись.

— Эргаш отложил свадьбу. Прикинь, эта его дебильная мамаша не хочет такую невестку как я. Сучка старая. Я столько времени это планировала. А она заявляет, типа поженитесь после моей смерти. Мне полгода осталось. Ага, это минимум полгода ждать, а потом ещё год, пока траур пройдёт.

— Да уж, не повезло. Ты же вроде хотела после свадьбы деньги у Эргаша выпросить на бизнес отца?

— Да плевать мне на папашу. Бизнес не мне достанется, а брату. Да, на мамашу и братика я тоже срала. Я всю эту авантюру не ради них затеяла. Знаю, что отец денег в банке взял, но ничего не вышло. Он вот-вот бизнес продаст. Отдаст долги банку и там останется пшик. Да, на жизнь хватит, но не на такую роскошную как прежде. Мне придётся донашивать свою одежду годами и покупать китайскую косметику. Я и китайская косметика, это в самом плохом сне не придумать.

— Да, ситуация конечно. Он же не отказывается от тебя ради мамы. Просто отложил свадьбу. Подожди немного. И не дави на него, чтобы с крючка не сорвался.

— Разумеется, не буду давить. Сейчас я должна быть само сочувствие и понимание. Не зря же я себе всё зашивала. А знаешь, как было трудно ломать комедию изображать девственницу. Ах, Эргаш, я ещё девушка, я не хочу так. Он целый месяц меня добивался, потом говорил, что любит. Перед тем как лечь с ним, я сделала пластику и чуть не провалилась, когда изображала невинную девочку ничего не смыслящую в сексе. А ещё, чтобы общий приятель нас познакомил, мне пришлось у него в ногах поползать, и литрами его сперму выжрать. Сучонок похотливый. Что бы ни случилось, я выйду замуж за миллиардера Дибарова. Я достойна, жить красиво.

— Привет Халита, это я, Женя.

— Ну, чего дальше? Зачем звонишь?

— Постой, как это? Ты нам полмиллиона за смерть девки обещала. Да, эта сучка выпрыгнула из машины и разбилась. Всё получилось не так, как ты заказывала. Но девка мертва. Она разбилась. Ты сказала, что Дибаров даст нам полмиллиона. Вот и плати, давай.

Эргаш слабо зашевелился, действие препарата закончилось. Кир остановил машину на обочине. К этому времени они уже выехали за город.

— Видишь, Халита не только тебя обманывала, сделав восстановление девственности, она ещё тебя под статью подвела. И трахалась одновременно с тобой и посланным к ней моим человеком. Не веришь? Вот видео.

Кир сунул в лицо брату свой телефон. На экране Халита страстно отдавалась Красавчику.

Эргаш был в шоке, что его похитил, и не кто-нибудь, а его родной брат близнец. От рассказа брата, Эргаш был готов сам придушить мать, если бы смог. Но сейчас он не мог ничего, ни пошевелить пальцем, ни сказать хоть слово. Его словно парализовало. Потом начались откровения о Халите, Эргаш был в ярости. Он чувствовал, что действие препарата стало проходить, теперь он мог еле шевелиться. Брат сунул ему по нос телефон, где Халита занимается сексом с другим. Мозг чуть не взорвался от этого видео. Ведь он так её любил, а она всегда только играла им как несмышлёным юнцом.

— Сука, — еле выдавил из себя он.

— Ты прав, братец, она сука, — ухмыльнулся Кир.

— Что теперь со мной будет? — прохрипел Эргаш по слогам, язык еле ворочался.

— А ничего не будет. Больше уже ничего, — улыбка не сходила с губ брата.

Эргаш видел, как он достал инсулиновую ручку и снял колпачок. Его руки ещё плохо слушались. Он даже не смог сопротивляться, когда в шею вонзилась игла. Через несколько секунд его дыхание участилось, а в горло как будто булыжник воткнули. Дышать стало трудно, и он дёрнулся, но совсем незаметно.

— Мгновенный яд это — чудо, — произнёс Кир, но брат уже не слышал, он смотрел на мир остекленевшими глазами.

Кир снова завёл машину. Осталось ехать не так долго. Деревня, которую он выбрал, была в соседнем районе. От города, где жил Дибаров час езды до этого районного центра. Потом ещё двадцать минут по просёлочной дороге, которая шла лесом. Это была грунтовая дорога, сильно поросшая травой.

— Я выбрал для тебя заброшенную деревеньку, братец. Когда-то там жили мусульмане. И погост соответственно мусульманский. Только вот беда, его тоже забросили. Но ты должен радоваться, я вырыл тебе на нём могилу собственными руками. Навещать не обещаю, а вот мамочку навещать буду, за это не беспокойся. Я же примерный сынок Эргаш. Ха-ха.

Кир, как и в прошлые разы с трудом добрался до кладбища. Некогда грунтовая дорога еле угадывалась и была вся в ямах и выбоинах. Остановившись, у ржавых ворот кладбища, он вытащил брата и поволок по земле. Потом скинул его в яму вырытую неподалёку. Лопата торчала в куче земли, а перчатки валялись возле неё. Надев перчатки, Кир тщательно закопал труп, а потом прошёлся по могиле ногами, притаптывая землю.

— Прощай братишка, теперь всё твоё, моё. Прекрасная девушка Лилия моя жена. Мне она родит детей, а не тебе, — злорадно сказал Кир, а после посмотрел на небо и заорал, — Слышишь, мама, я тебе отомстил! Встречай своего любимого сыночка в аду! Я к вам присоединюсь, но позже, когда буду старый и больной! Ты не волнуйся, мама, у тебя будут внуки, но от сына, которого ты выкинула из своей жизни! Я своих детей не брошу, какими бы они не родились! И Лилию не брошу, как планировал Эргаш после пяти лет брака! Теперь у этой девочки есть только два выхода, жить со мной или уйти вслед за твоим любимым сыночком! Но я обещаю, она будет счастлива со мной и не захочет разводиться! А ты наблюдай с небес и думай, что ты натворила!

Через некоторое время Кир приехал на съёмную квартиру, не забыв заехать в магазин.

— Лёнчик, ты заказал нам ужин? Давай выпьем за упокой души моего брательника. Хочу его помянуть, — сказал Кир, ставя на стол дорогой виски.

— Ну, можно и помянуть, Кир, если хочешь, — из комнаты появился Леонид.

— Меня зовут Эргаш, Лёня. Теперь только так и никак иначе. Я Эргаш Фарходович Дибаров. Не ошибись. Сейчас дам номер его мобилы. Будешь звонить на этот номер, как и на мой. Завтра ты улетаешь домой. В понедельник тебе на работу. Дальше я сам справлюсь. Миша с Витей помогут, — строгим тоном сказал Кир.

— Понял, Эргаш. Нужен буду, звони. Что с заводом думаешь делать? — Лёня поставил разогреваться ужин.

— Всё до банального просто. Дибаров решил расширить свой бизнес. Он прикупил заводик Мацука. Ты, разумеется, останешься его директором на хорошем окладе. Дом твой, как и обещал. Я говорил с дядей Димой, он не хочет туда переезжать. Так что можно даже дарственную оформить. Я ему скажу. Но не забывай, старик на твоём попечении. Да и на моём тоже.

— Понял, если он будет совсем плох, перевезу к себе и найму сиделку, — улыбнулся Леонид, ставя тарелку с едой.

Кир налил в стопки виски, а после поднял свою.

— Ну, пусть земля ему будет пухом. Спи спокойно, дорогой брат, — произнёс Кир с пафосом и захохотал.