38

Лиле действительно хотелось гулять, но она не решилась. Осталась в палате дочитывать книгу. Но почему-то строчки расплывались перед глазами, а в голову лезли воспоминания о том, как муж сегодня мыл её в душе. Это было так странно. Нет, странно не то, что он это делал. Невероятной казалась его нежность. Он смотрел на неё любящим взглядом, а потом обнимал так осторожно, как будто боялся навредить. Лиля не понимала, откуда такие противоречивые ощущения. Эргаш её муж, и по идее, должен быть таким. Но тогда почему она закрылась рукой, подумав, что сейчас он её ударит, когда он всего лишь хотел погладить её по щеке?

— Виктор, а можно вас спросить? — решилась она.

Мужчина, сидящий за столом, обернулся.

— Конечно, если смогу, то отвечу, — улыбнулся он.

— Вы говорили, что раньше охраняли наш с мужем дом. Вы знаете, какие у нас были отношения? Может он меня бил раньше? — потупившись, произнесла она.

— Я не видел такого ни разу. Не думаю, чтобы Эргаш Фарходович стал бы вас бить. А вы что-то вспомнили? — взволнованно спросил Виктор.

— Нет, просто какие-то ощущения. Сама не знаю. Простите, что затеяла этот разговор, — Лилия от волнения принялась теребить пальцами край рубашки.

— Мой вам совет, Лилия Владимировна, не думайте об этом. Вы потеряли память и сейчас ощущения это — ложный советчик. Они могут увести не в ту сторону. Если вы не помните прошлого с вашим мужем, то живите настоящим. Посмотрите, как он относится к вам сейчас. По своему опыту я знаю, что человек не может кардинально измениться за те считанные дни, что он вас искал. Поэтому его отношение к вам не намного отличается от того, что было раньше. Ну, это я так думаю. Мы ведь только периметр охраняли, а в дом заходили весьма редко. Что происходило между вами и Эргашем Фарходовичем за закрытыми дверями особняка, я не видел, — поведал Виктор.

— Спасибо за совет, — слабо улыбнулась она.

Лиля отвернулась к стене и долго размышляла над словами Виктора. В конечном итоге она поняла, что мужчина прав. Если она не может вспомнить прошлое, то нужно жить настоящим. Оценивать людей по их теперешним поступкам. Пытаться заново жить и узнавать близких. Хотя Эргаш сказал, что ближе него у неё никого нет. Есть биологический отец, живущий в Анапе, но они виделись только один раз.

На следующий день была всё та же рутина. Утром пришёл доктор, тот самый, который осматривал в день поступления. Он глянул рану на голове, поинтересовался самочувствием и возвращением памяти. Сказал, что ещё несколько капельниц и можно будет выписывать домой. Поле пришла медсестра, чтобы сделать процедуру. И всё, больше в палату никто не заходил, за исключением нянечки, приносившей еду. Клиника была элитная. Лиля могла заказывать, что хочет на завтрак или ужин. Предполагаемое меню собирали в конце дня. Было уже шесть вечера. Только что закончился ужин. Лиля с тоской глянула в окно. Во дворе с прекрасными клумбами и маленьким фонтаном, дефилировали дамы. Было такое впечатление, что они не в больнице лежат, а как минимум на светском рауте находятся. Драгоценности сверкали на солнце, а халатики выглядели как шикарные платья. Было и несколько мужчин, но их кажущаяся на первый взгляд простой одежда изо льна, наверняка была от ведущих мировых модельеров.

Лиля оглядела себя. Её тёмно-синий костюм в голубую полоску был из мягкого хлопка. Девушка подозревала, что это не просто пижама. По качеству ткани и тому, как это было сшито, можно сделать вывод, наряд дорогой. Только вот в нём всё равно не выйдешь к тем модницам.

Неожиданно в дверь постучали. Охранник насторожился и позволил войти. Это оказался Эргаш. Он принёс два больших пакета и большой букет бордовых роз.

— Привет всем. Вить, я принёс одежду, которую ты просил. А тебе, душа моя, тоже одежда и новенький сотовый телефон. В интернете сейчас полно книг, можно читать.

— Здравствуйте, Эргаш Фарходович. Пойду тогда в душ, пока вы тут, — улыбнулся охранник и пошёл в уборную.

Эргаш кинул второй пакет на кровать, а розы положил на стол. После подошёл к ней.

— Здравствуй, любимая. Ты гуляла? — спросил он, положив ладонь на её висок.

— Нет. Как-то неудобно выходить на улицу в том, в чём спишь. Здесь все такие красивые ходят, — потупилась Лиля.

— Конечно, это же не просто больница. Она находится в сосновом бору. Используется ещё как санаторий и клиника пластики. В общем, многопрофильное учреждение для богатенького кошелька. Тут даже некоторых людей из запоя выводят. А что ты улыбаешься? Думаешь, все богатые люди отличаются культурой винопития? — серьёзно произнёс Эргаш.

В следующую секунду он осторожно обнял её, а потом зарылся носом в волосы. Лиле хотелось отстраниться, но он как будто читал её мысли.

— Ш-ш, не надо бояться. Я просто хочу побыть рядом. Соскучился, очень, — он с шумом втянул воздух, после так же ласково продолжил, — Как же ты прекрасно пахнешь. Это кружит голову и пьянит без вина. Я принёс тебе одежду. Давай помогу переодеться, а потом мы пойдём гулять.

— Хорошо, — нервно пискнула девушка.

Через несколько минут Лиля уже стояла перед зеркалом в длинном платье с широкими рукавами до запястья. На голове красовался платок из тончайшего кружева, обёрнутый вокруг головы и шеи особым образом.40393c

— Я всегда так ходила? — спросила Лилия.

— Да, только у тебя были строгие платки из плотного хлопка. Я сегодня купил тебе несколько кружевных. Напомню, этот наряд в целом называется хиджаб. Прости, я мусульманин и у нас в семье все женщины ходят именно так. Хотя ты первая русская невеста в семьях Атоевых и Дибаровых. Атоева эта фамилия моей мамы до замужества. Пойдём, сегодня не очень жарко. Чудесный вечер.

Эргаш взял её за руку и вывел на улицу. Здесь пахло цветами и хвоей. Воздух был такой свежий, что Лиля не удержалась и шумно вдохнула полной грудью. Они пошли по тропинке среди деревьев, кое-кто здоровался с мужем. Тот вежливо отвечал, но останавливаться и разговаривать не стремился. Лиля осмотрелась. Тут было красиво. Кругом тропинки для прогулок и лавочки для отдыха. Эргаш посадил её на одну из лавочек, после сел рядом. Обняв её за талию, он прижал Лилю к себе.

— Знаешь, без тебя так пусто в доме. Хожу по комнатам как дурак и ищу тебя взглядом. А ночью обнимаю твою подушку. Наволочка ещё хранит твой запах. Я приказал не менять её. А ещё наша кухарка Ольга взъелась на меня. Вы дружили с ней. Она говорит, что я виноват в том, что ты в тот день убежала от охраны. Я даже не стал с ней спорить. Я виноват. Если бы я не повёл себя в тот день как полная скотина, ничего бы не произошло. Взял и наорал на тебя. Прости меня, если сможешь. Я знаю, ты не помнишь этой ссоры, но всё равно прости. Ради этого я готов встать на колени. Хочешь, вот прямо здесь возьму и встану. Прости меня, Лиля. Это я виноват, что ты попала в беду, — грустно произнёс он.

Эргаш встал и, кажется, действительно готов был испачкать дорогие брюки в пыли.

— Ты что, не нужно, — остановила его Лиля, — Виктор вчера сказал, что раз я не помню прошлого, то должна жить настоящим. Я решила попробовать. Не представляю, как это получится. Я… а впрочем, я не хочу об этом говорить, — помимо воли её голос дрогнул, а глаза увлажнились.

Эргаш снова сел рядом, но уже с другой стороны. Он взял её руку в свою и стал целовать маленькую ладошку с внутренней стороны. «Нет худа без добра», — подумал он: «Плохо, что Лилия попала в такую переделку и потеряла память. Но с другой стороны, это шанс завоевать её любовь. Если бы она помнила, своего супруга, то сделать это было бы намного сложнее».

— Лиль, можно я тебе кое-что объясню. Вернее напомню. Я ненавижу, когда мне лгут, чего-то не договаривают, пытаются юлить. А ещё, когда моя жена говорит о своих проблемах с кем-то другим, а не со мной. Я не против того, что ты что-то спросила у Виктора или попросила совета, но это в первый и последний раз. Если тебя что-то тревожит, ты всегда можешь сказать мне. Более того, обязана сказать. Мы спокойно это обсудим. Вот сейчас ты запнулась, я хочу услышать продолжение, — строго произнёс он.

— Я тебя поняла. Пойдем, погуляем ещё. Тут очень красиво, — она поёжилась от этого голоса и встала.

— Не уходи от ответа, Лиля. Я не собираюсь злиться на тебя, — Эргаш взял её под руку и пошёл по тропинке.

— Прости, просто я не знаю, как сказать. Я тебя боюсь. Да, сейчас уже не так, как в тот первый день, когда ты появился в палате. У меня какие-то странные ощущения. Я сама себя не понимаю. Если бы я могла всё вспомнить, — тихо произнесла она, смотря под ноги.

— Это правильно, что ты меня боишься. Сейчас я для тебя словно чужой человек. Но я не собираюсь тебя обижать. А откуда ощущения я могу сказать. Мы с тобой поженились несколько недель назад, но у нас не было близости. У тебя были некоторые проблемы со здоровьем. До этого несчастного случая ты посещала врача сексолога. Ты ещё девственница, Лиля. Вероятно, организм даёт сигнал, что ты не была ещё ни с одним мужчиной, отсюда и страхи. Я уверяю тебя, тебе не стоит шарахаться от меня при каждом прикосновении. Мы спали в одной постели, обнимались. Я всё понятно объяснил?

— Да. Теперь я понимаю, что происходит, — краснея, промямлила она.

Они ещё немного погуляли, а потом пошли в палату. Эргаш помог ей снова переодеться, заверив, что придёт завтра вечером. Потом он поехал домой в приподнятом настроении. Скоро он заберёт её домой. Она будет лежать на кровати в его объятиях. Пусть у них не будет поначалу близости, но он готов потерпеть. Со временем этот пугливый воробышек будет его. Для этого нужно сделать парочку вещей. Лиля не должна сразу вспомнить о своей жизни с настоящим Эргашем.

Приехав домой, Эргаш прошёл во флигель, где жили слуги. Это был маленький домик из двух комнат, кухни и уборной. На стук открыла Ольга.

— Подать ужин, Эргаш Фарходович? — спросила она.

— Не безрукий, сам разогрею. Поздно уже, отдыхайте. Я бы хотел поговорить с вами. Позволите войти? — в голосе сквозил холод.

— Конечно, это же ваш дом, — заволновалась Ольга, подумав, что сейчас их уволят.

— Семью на кухне соберите, — строго сказал он, проходя в небольшую комнату.

Через несколько секунд все сидели за кухонным столом. Эргаш заметил, что на плите стоит кастрюля и пахнет едой. Значит, тут готовят. «Хм, я почему-то думал, что она варит для семьи в большом доме». Эргаш посмотрел на лица троих людей, они были взволнованны и даже напуганы.

— Хочу вам сообщить, что скоро в доме всё кардинально поменяется. Я долго был в прострации. Сначала смерть мамы, потом это завещание. Свадьба с девушкой, которую я не любил. Но я очухался. В том числе и от своих грёз. Зачем я вам это говорю? Не затем чтобы вы меня жалели. Любимая женщина обманывала меня, и не только она. Халита сбежала с каким-то богачом за границу. Но есть и другие проблемы, о которых вам знать не нужно. Вы должны знать только одно, если хотите и дальше тут работать. Лиля потеряла память и не знает о наших отношениях до того момента, как я её нашёл в клинике. Поэтому, я вырву язык любому, кто проболтается об этом. Скоро хозяйка этого дома приедет сюда. Я собираюсь сделать так, чтобы она меня простила. Татьяна, ваша задача завтра, подготовить для нас комнату мамы и Олега. Она больше и уютнее. С завтрашнего дня я буду спать там. Лиля не должна знать, что до этого мы спали в другой спальне. И ещё. Скоро в доме поменяется вся охрана. Ваша задача, Ольга, готовить еду на всех, включая вас самих. Охрана будет забирать еду на кухне. Вы можете, есть там же, если хотите, — Эргаш бесцеремонно взял печенье в вазочке и стал есть.

— Мы питаемся скромно, а вам всегда готовили из дорогих продуктов. Один сыр не менее пятисот рублей за килограмм. Сколько тогда вы у нас из зарплаты вычтите? — спросила Ольга.

— Не нужно считать мои деньги, Ольга. Вы ничего мне не должны. Да, считаю, что необходимо чем-то занять мою жену по приезду. Поэтому Иван будет ездить с ней за покупками. Всё вопросы, касающиеся кухни к ней. Насчёт уборки дома и территории тоже. Не дело мужчине этим заниматься. Но напомню, выкину вас из дома в два счёта, если кто-то скажет жене правду о том, что я раньше бил или издевался над ней. Особо это касается вас, мать Тереза, — грозно произнёс Дибаров и встал.

— Похоже, это прозвище прочно приклеилось ко мне, — буркнула Ольга.

— Вам не нравится? А, по-моему, оно вам очень идёт. До завтра, — ухмыльнулся мужчина и ушёл.

— Что это с ним? Его муха доброты цапнула? — недоумевая, сказала Ольга, когда дверь закрылась.

— Не похоже. Слышала, каким тоном он всё это говорил. Эргаш даже когда хочет сделать что-то хорошее, говорит так, будто командует. В тридцать лет мужчину не перекроишь на новый лад. Но ты права, дорогая, странный он. Хотя, узнал про Халиту и понял, какое сокровище у него жена. Давно бы так, — произнёс Иван.