Глава 4

— Бабуль я дома.

С кухни доносился соблазнительный запах моего любимого мясного пирога. Бабушка, наверное, решила испечь его в честь моего первого рабочего дня.

— Девочка моя, ты уже вернулась. Я на кухне. Иди, переоденься, вымой руки и за стол.

Заскочила на кухню и, поцеловав бабушку в щечку, потянулась за кусочком пирога. Несильный шлепок по руке и строгое:

— Кому сказала руки вымыть и переодеться, — но нежный взгляд портил всю картину, — Я тебе в комнату занесла сегодняшнюю газету, там опять про твоего кумира написали.

Весело подмигнув, радостно побежала к себе в комнату. Действительно, пора бы уже переодеться. Длинная расклешенная юбка цвета спелых слив и строгая белая блузка уже успели порядком поднадоесть. Хотелось поскорее надеть домашние брюки и легкую свободную майку с коротким рукавом.

На глаза попалась газета, про которую упомянула бабушка, на первой странице которой было написано про нашего императора Саронта — Ардана Катрана. И будет сказано без всякой иронии, всеми уважаемого и любимого императора. А в частности моего кумира.

С того времени, когда император Ардан взошел на престол и до сегодняшнего дня, а это уже около 500 лет, ни разу не было времени, когда народ жалел о провозглашение его монархом Саронта. Если только в самом начале, когда он только встал у власти. Многие люди, думали, что на престол взошел истинный наследник своего отца, предыдущего императора — Люциана Жестокого, который довел государство и народ до полной нищеты. Они злились и ругались, но знали, что ничего изменить уже нельзя, но вскоре кардинально поменяли свое мнение.

Лет с пятнадцати я начала интересоваться не только изучением ларийского языка, но и увлеклась чтением газет и журналов. Вот тогда-то я и наткнулась на статью о нашем императоре. В ней рассказывалось о бале устроенном в честь его дня рождения, а также упоминались все его выдающиеся заслуги и преобразования. Из-за своего юношеского максимализма я отнеслась к этой статье очень скептично и для того, чтобы удостовериться в своих мыслях решила почитать в библиотеке, находящейся недалеко от приюта, всю информацию про Ардана Катрана. Ну не верилось мне, что можно быть настолько идеальным правителем. Я даже не могла объяснить, почему я была так зациклена на этом. Читая про него, про то, что он сделал и делает сейчас, я не заметила, как начала восхищаться этим человеком. Он стал для меня кумиров, человеком, который действительно заслуживает носить корону Саронта.

Читая про то, как весь народ уже ждал того момента, когда наше государство выгонят с позором из Альянса Единства и удивлялись, как другие державы так долго терпели, я поражалась стойкости и упрямству императора. Несмотря на то, что даже собственный народ его не поддерживал, он смог буквально за 10 лет поднять Саронт с колен и поставить наравне с другими государствами.

За все это время, наша империя, ее, наверное, теперь можно так называть, стала одной из самых сильных и влиятельных держав во всем мире. Император также смог изменить те порядки, которые увековечили его предки. Да и его взгляд на законы и традиции совершенно отличался от взглядов его почивших родственников.

Главным стремление императора Ардана была забота о его народе. Сделать людей живших на землях Саронта довольными и счастливыми, вот что он считал своей главной прерогативой. И только он смог изменить отношение к женщинам, которых когда-то считали лишь вещью, предметом, сувениром, но никак не человеческим существом, достойным уважения и любви.

Сейчас, спустя полтысячелетия, благодаря нынешнему императору, девушкам и женщинам в нашем государстве разрешалось многое. И работать, и учиться, и заниматься многими вещами, которые в принципе должен делать мужчина. Он в буквальном смысле поставил женщин наравне с мужчинами, но при этом сказал, что женщина должна оставаться женщиной, а не уподобляться мужчине. Лишь в плане власти и одежды его взгляды остались прежними.

По мнению императора Ардана, у аппарата государственной власти и управления мог стоять лишь мужчина. Это ограничение не имело ничего общего с унижением ее достоинства, а связано с самой спецификой государственного строя. В Саронте глава государства — это не пустое слово. Он должен нести ответственность за внутреннюю и внешнюю политику, национальную безопасность, возглавлять армию. В тоже время женщина, согласно нашему новому законодательству, имеет полное право участвовать в политике, занимать важные государственные посты и должности

Из одежды женщинам разрешалось носить дома все, что угодно, но на работе, в учебном учреждение или в другом общественном месте, они могут носить только длинную юбку любого покроя и строгую блузку или кофту. Длина юбки может варьироваться. Минимальная длина могла быть на ладонь ниже колена, максимальная до пола. Рукава блузки или кофты тоже должны были быть или длинными или три четверти. Одежда могла быть любого цвета. Исключением являлись женщины-военнослужащие. Им, как людям, служащим в воинской части, разрешалось носить штаны.

Может это многих возмущает, но мне это кажется сущей мелочью, по сравнению с тем, что он для нас и нашего государства сделал.

Отбросив мысли о своем кумире, села перед зеркалом, сняла очки и распустила косы. Глаза от долгого ношения очков сильно устали, но сделать я ничего не могла. По-другому цвет глаз не скрыть. Устало потерла глаза и вздохнула от огорчения. И почему люди так остро реагируют на какой-нибудь дефект во внешности человека? Какая им, по сути, разница? Я бы и не носила бы вовсе эти очки, но терпеть не могу, когда в меня тычут пальцем и перешептываются за спиной. Спасибо, в приюте уже такое проходила. Повторения больше не хочется. А вот волосы меня радовали, прямые, послушные. Расчесывать их было одно удовольствие. За всю мою жизнь ни разу не возникало желания их отстричь. Наоборот внутри что-то противилось. Вот и выросли до пола. Отложила расчёску в сторону и собрала простую косу. Вспомнив, что мне предстоит еще разговор с бабушкой насчет переезда, спускалась вниз без настроения. Накрытый стол ждал меня. Бабушка стояла спиной ко мне и резала салат.

— Ну и почему мы такие грустные?

— Бабуль, ну ты же меня не видишь?

Внучка, услышав только твои шаги, я могу сразу определить в каком ты настроение.

Всегда поражалась этой ее способности. Ведь действительно стоит мне только войти в комнату, где находится бабушка, она каким-то странным образом улавливает мое настроение. Сев за стол, начала любоваться бабушкой. Какая же она у меня хорошая. Не устаю благодарить Небеса за такого человека в моей жизни.

— Бабуль, мне сегодня сказали, что я должна переехать в преподавательский корпус. Все преподаватели обязаны там жить.

— И в чем проблема, родная? Собирай нужные тебе вещи и переезжай, — повернулась ко мне лицом бабушка.

— А как же ты? Я не могу бросить тебя одну!

— Со мной точно все будет в порядке. А ты ищешь себе отговорки. Нас будут разделять какие-то 20 минут пешком. В свободное от работы время можешь заскочить к своей любимой бабушке, — ее руки нежно обняли меня за плечи и прижали к себе, — и если не ошибаюсь, выходные и праздники ты опять будешь проводить дома со мной.

Обняла бабушку за талию и прижалась крепче. Раз моя любимая старушка не против, как поем пойду собирать вещи.

— Но ведь тебя не только это беспокоит, Риль? — спросили меня, когда я уже закончив кушать, собралась убирать посуду со стола.

Ну вот скажите мне, как она это делает?

— Я жду ответа, Риль и не надо отводить глаза.

За моим глубоким вздохом последовало:

— Меня назначили куратором группы таэров.

— Куратором? Таэров? Ты конечно еще молода и неопытна, но это же прекрасно. Раз они на первом курсе, значит им примерно по 16–17 лет. Ты сама их не намного старше, думаю, общий язык с ними быстро найдешь.

— Бабуль не первый. Я куратор второго курса. Насчет общего языка с трудом верится. За год от этой группы уже 6 кураторов отказались и все не по своей воле. Они сейчас в медцентре при академии лежат с разными видами увечий. Знаешь про этих студентов, что говорят? Я бы еще поняла, если бы просто слухи, но ты бы видела страх на лицах преподавателей с моей кафедры, когда они думали, что кто-то из них станет куратором таэров. По их словам они просто монстры. Нет, ты не подумай плохого, это на меня никак не повлияет. Отказываться от них точно не собираюсь. Я просто не знаю, как быть куратором.

— Какая разница первый или второй курс? Дети есть дети. А в тебе я не сомневаюсь. Хоть с виду ты та еще колючка, но внутри у тебя столько нерастраченного тепла, что на всех этих бедных детей с лихвой хватит. А своих преподавателей меньше слушай. Много они знают в академии. А ты будешь дурой, если поверишь этим нелепым слухам. Я, безусловно уверена, детей оклеветали и подставили. Эти напыщенные аристократы и высшие лорды, учащиеся в академии терпеть не могут детей из приюта, всегда пытаются унизить и оскорбить их, а преподаватели и не думают мешать этому беспределу. Защитить ведь их некому. Ты как никто другой должна понять этих сироток. А как быть куратором и так прекрасно знаешь. Ты работала в книжном магазине три года. Вспомни, неужели за это время среди стольких книг и пособий тебе не попадалась о кураторстве. Даже если успела позабыть, дам тебе только один совет. Для того чтобы стать хорошим куратором для таэров, тебе всего лишь надо заслужить их доверие и любовь. Ты будешь с ними следующие семь лет, за это время им всем понадобится твоя доброта и понимание.

Я услышала все, что мне сказала бабушка, но зацепили меня только одни слова:

— Каких еще сироток? Ты о чем, бабуль? — мы же о моих студентах разговаривали, а куда она разговор увела?

— Риль, тебе что, твои коллеги не рассказали? Аристократы, да и обычные люди не хотят отдавать своих детей в таэры. Поэтому уже с давних пор в таэрат входят только сироты. Детьми, они растут в приюте, который находится под опекой самого императора. Попадают туда дети только с определенным даром. А позже их отдают учиться в академию на факультет таэров. Почему тебе об этом ничего не рассказали? — всем своим видом бабушка выражала возмущение.

Вопрос бабушки меня тоже возмутил. Обязательно у Зиры поинтересуюсь, почему мне ни о чем не рассказали. А вот к своим коллегам я даже подходить не буду, с ними и так все понятно.

— Бабуль, не волнуйся, я обязательно все узнаю. Мне только одно интересно, почему за все то время, что я живу в Саронтеэ, ни разу не слышала о таэрах?

— Так эта не та тема, которую будут обсуждать всегда и везде. Без необходимости о них даже не поднимают разговор.

— А откуда тогда ты это знаешь?

— По молодости я работала в приюте, где росли будущие таэры. Вот там все и узнала.

Так вот почему бабушка рассказывала про таэров с таким видом, будто все про них знает, и так остро отнеслась к этой теме.

— Ладно, бабуль, думаю, на сегодня хватит. Ты иди, отдыхай, я здесь уберусь и сразу пойду собирать вещи, — говоря эти слова, я уже убирала со стола грязную посуду.

— Хорошо, Риль. Спокойной ночи, родная.

— Сладких снов, бабуль.

Закончив все дела, я попыталась уснуть, но из головы никак не выходили мысли о моей группе. Не удержалась от смешка. “Преподаватель-сирота станет куратор группы состоящей из одних студентов-сирот”, как же иронично звучит. Интересно, как отреагирует моя группа, когда узнает правду. Но неужели бабушка права насчет таэров и их действительно кто-то подставил лишь только потому, что у них нет семьи? В таком случае, какого этим студентам? Что они ощущали, когда раз за разом от них отказывались кураторы, а по академии начали гулять такие жестокие слухи и домыслы?

Засыпала я с мыслью о студентах и принятом решении стать опорой и поддержкой для них, по крайней мере, на время обучения в академии.

Проснувшись утром, быстро собралась. Хотелось поскорее выскочить из дома и оказаться в академии. Когда завтракали, в дверь постучали. Это был посыльной, которого из академии отправили за моими вещами. Хотела уже отказаться, потому что собрала я только нужное, и заняло все это две небольшие сумки, сама без труда бы донесла, но бабушка, не слушая моих возражений, отдала мужчине сумки.

— Раз академия отправила человека за твоими вещами, нечего отказываться от его услуг. Это его работа, вот пусть и работает.

Спорить с бабушкой было себе дороже, поэтому быстро поцеловав и попрощавшись, выскочила за посыльным, но его и след простыл. Пройдя уже полпути, застыла на месте. Небо резко посерело от набежавших туч, молния прочертила небо, а за ней грянул гром. Негромко выругавшись, ускорила шаг. И почему я только не взяла зонт? Сейчас не хватало только дождя. С каждым ударом грома я ждала его и, как будто услышав мои мысли, с неба начал покрапывать мелкий дождь.

Как только я прошла через ворота СГА, хлынул настоящий ливень. Хотелось со всех ног броситься в корпус и оказаться в тепле. Я уже успела замерзнуть, а по телу пробегала мелкая дрожь. В корпус я заходила промокшая до последней нитки, а в туфлях противно хлюпала вода. Вытерев лицо ладонью, заметила недалеко стоящую Зиру, она видимо поджидала промокших преподавателей, так как держала в руках махровое полотенце.

— Доброе утро, Риль. Держи, — вручила мне его дух, как только я к ней подошла поближе, — Вытирайся и пойдем, провожу тебя в твою комнату, твои вещи уже там, так что переоденешься в сухое. Хорошо, что ты пришла пораньше, успеешь познакомиться со своей группой. Они уже должны быть в академии.

— Доброе, Зира. А как же другие преподаватели? Ты разве не каждого с полотенцем встречаешь? — сушить длинные волосы в коридоре не было никакого желания, поэтому вытерев лицо и руки, накинула полотенце на плечи.

— С чего бы это? Я прислуживать кому-либо не нанималась. Если преподаватели не ночевали в академии, это их вина.

Я ведь тоже преподаватель, почему тогда ко мне другое отношение? Вскинула брови в немом вопросе.

— А что еще мне остаётся? Ты самая молодая из преподавателей, да к тому же такая наивная, — ну я бы насчет наивности поспорила, но прерывать Зиру не стала, — Это я еще молчу про то, что 7 и 8 курсы вообще тебя старше. Кто, кроме меня, будет о тебе, здесь заботится? Ты же не знаешь, какой здесь отвратительный преподавательский состав, это я про характер, но ты сама понимаешь, их здесь не из-за него держат. Они одни из самых умных людей нашего государства, но это не отменяет того, какие они на самом деле лицемерные личности. Я не говорю про всех, но многие из них просто омерзительны. Поэтому у меня к ним стойкая антипатия, вот например как тебя аллергия на цитрусы.

— Об аллергии знает только моя бабушка. Она проявилась у меня около четырех лет назад, когда я впервые попробовала цитрус. Откуда о ней знаешь ты? — требовательный тоном поинтересовалась я.

Ну, хм я узнала об этом… – под моим взглядом Зира будто растерялась и не знала, что мне ответить, - Я узнала… нет, прочитала в твоей…анкете. Точно анкете. Помнишь, которую заполняла для того, чтобы работать в СГА? Так вот, ты там указала эту информацию.

Задумавшись, попыталась вспомнить эту анкету. Неужели я это написала и забыла? Да быть того не может.

— Зира, ты что-то путаешь. Я такого в анкете не писала. Там даже вопроса такого характера не было.

— Риль, это действительно правда. Зачем мне тебе врать. Я сама видела твою анкету и там же прочитала про твою аллергию. Даже не спорь со мной. Просто ты на этот вопрос, наверное, не обратила внимания и непроизвольно написала ответ, — и не дав мне ответить, поспешила к лестнице. — Все хватит разговаривать, у нас осталось не так много времени, а тебе еще переодеваться и волосы сушить.

Будь Зира все еще человеком, она бы, скорее всего, сейчас бежала впереди меня, а так, было странно наблюдать за духом, пытающимся плыть по воздуху быстрее обычного.

Да почему же так быстро, еле за ней успеваю. По какой причине она так себя ведет? Что она не договаривает? Своим странным поведением она лишь заставляет еще больше задаваться вопросами. Интересно, я на них получу когда-нибудь ответы?

Добравшись до лестницы, она сказала:

— Поднимайся на третий этаж, я буду там тебя ждать, — и исчезла, как не бывало. Интересно ее поведение можно как-нибудь объяснить?

Когда я поднялась на третий этаж, Зира действительно там ждала меня. На ее лице играла улыбка, а о недавнем разговоре она как будто забыла.

— Ну что, пойдем, покажу тебе твою комнату? Тут недалеко.

длинный коридор, заметила множество дверей находящихся параллельно друг к другу. Интервалы между комнатами были небольшими. Скорее всего, выделенная комната будет маленькая, но мне не привыкать. Я не очень требовательна в этом вопросе. Прожив большую часть жизни в приюте в маленькой комнатушке и к не такому привыкаешь.

Посмотрев, следую ли я за ней, Зира подошла к пятой по счету двери от лестницы. На ней была табличка с моим именем.

— Так смотри, у нас на каждой двери стоит защита. Никто кроме хозяина комнаты зайти не сможет, но для того чтобы защита признала тебя, ты должна прикоснуться к ручке двери.

Последовав совету духа, я почувствовала, как мою руку что-то укололо. Резко одернув ее, увидела, как посередине моей ладони выступила маленькая капля крови.

— Не беспокойся, все так и должно быть. Теперь ты — хозяйка этой комнаты. Без твоего разрешения, никто даже порог переступить не сможет, ну конечно кроме меня, но я обещаю, без надобности не появлюсь, — даже кивнула в знак подтверждения своих слов, а после, хитро прищурившись, сказала, — Ну а теперь давай войдем и оценим твои покои.

Когда я открыла дверь в свою просто застыла на пороге. Одним словом, я была поражена увиденным. Мельком взглянув на Зиру, увидела в ее глазах задумчивость. Вместо маленькой комнатушки мои глазам предстала уютно обставленная большая гостиная в бело-голубых тонах. Было чувство, что эту комнату делали только для меня, настолько она мне понравилась. Напротив меня было большое окно с широким подоконником, по бокам которого висели голубые портьеры. Пройдя в комнату дальше, наступила на пушистый белый ковер, устилающий весь пол. Обведя гостиную глазами, заметила в правой стене две двери, а у левой стены стоял полукругом светло-голубой диван с маленькими подушками бело-синего цвета. Перед ним был круглый стеклянный столик. Повернувшись к входной двери, увидела большой книжный шкаф справа от двери. Он был пуст, видимо позже, я должна буду сама расставить книги, что меня несказанно радовало. Но повторно оглядев комнату, еще раз поразилась ее размерам. У меня не было слов, кроме:

— Как это возможно?

— Когда создавали эти комнаты, то использовали пространственный расширитель. Поэтому с виду маленькая комната, такая большая внутри. А как хранитель корпуса, я немножко подсобила и добавила кое-что от себя.

Разговаривая, Зира подошла к дверям не виденных мною помещений.

— Первая дверь ведет в твою спальню, там же сейчас находится твои вещи, внутри увидишь еще одну дверь — это ванная комната, а вот вторая комната рядом со спальней, если не ошибаюсь, твой личный кабинет, — прислушавшись к чему-то, дух удивленно добавила: — Так странно, такого еще не было.

Над ее словами мне не дала задуматься сама Зира.

— Так давай иди быстро приведи себя в порядок. Твой урок скоро начнется, до этого надо успеть познакомить тебя с твоей группой.

Она была права, по расписанию у меня сегодня было два занятия, первое начиналось через полчаса.

— Ты же знаешь, что первое твое занятие будет у пятого курса боевого направления. Ты уже все подготовила? Тебе неделю назад должны были прислать нужные учебные материалы и методические пособия, а с ними программу обучения ларийского языка распределённую по годам обучения студентов.

Кивнула, подтверждая ее слова. Я уже досконально изучила эти книги и еще сверху прикупила в книжном пару штук. Преподавание языка у всех студентов было распределено между преподавателями ларийского. Мне выпало в этом году вести ларийский только у вторых и пятых курсов, я была не против такого распределения, но все-таки небольшой страх присутствовал. Я не знала, как примут меня студенты и примут ли вообще.

Быстро зайдя в спальню, обустроенную в светло-бежевых тона, не стала заострять внимание на обстановке, но большую кровать посередине спальни, зацепила мой взгляд. Подивившись ее просто огромным размерам и в целом щедрости академии, перевела взгляд на большой шкаф находящийся напротив нее. Возле нее стояли мои сумки, которые позже зареклась разобрать.

Быстро приведя себя в порядок, выскочила из спальни. Одобрительно кивнув, Зира повела меня обратно на первый этаж к порталу.

— С тобой пойти не получится, привязана к корпусу, — огорченный вздох, — Поэтому сейчас я отправлю тебя к кабинету, в котором будет идти занятие у твоих таэров. Эмарил тебя встретит и представит им.

Хотела уже поинтересоваться, как я потом доберусь до того кабинета, где будет проходить мой предмет, нужный мне кабинет был под номер 357, но услышав слова Зиры, успокоилась.

— З52 кабинет. Давай Риль иди, портал уже настроен, осталось только зайти.

Как не удивительно, но страха у меня не было, хотя я сейчас должна буду впервые пройти через арку портала. Оглянувшись на Зиру, заметила на ее губах ободряющую, поддерживающую улыбку. Ну что, пришло время знакомиться с таэрами? Несмотря на мою браваду, легкий страх присутствовал во мне, но глубоко вздохнув и крепко сжав кулаки, шагнула в марево портала.

Я точно смогу это сделать!