Глава 22. Ника

Когда мы с Алисой приземляемся в Милане, меня вдруг охватывает тревожное чувство. Мне начинает казаться что мыс ней тут не просто так, что меня в Италии ждет кто-то или что-то. Но эта мысль, возникнув на мгновение, тут же улетучивается. Глупости все. Я еду немного поработать и совсем чуть-чуть развлечься.

Милан встречает солнечной погодой и ярким голубым небом. В первый же день, оставив вещи в номере, мы с Алисой идем прогуляться по городу. Который очень уютный. Почти на каждом углу продаются цветы, еда — вкусная, а собор… О, собор производит на нас с дочерью особенное впечатление. Белый, в готическом стиле, он тянется в самое небо. И особенно он прекрасен на фоне розового закатного неба.

— Хочешь, мы тут поужинаем? — спрашиваю Алису, кивая на ресторан, откуда открывается вид на площадь.

— Конечно! — мы обе проголодались. Ходить два часа по центру… Ребенок бы давно уже где-нибудь сел и отдохнул, но мне так нравилось гулять, что Алиска даже не пикнула.

Мы идем в ресторан, а я думаю о том что я транжира! Самая настоящая. Адвокат вон, и места посоветовал где дешевле всего можно поесть… А я… Я веду себя так, будто я до сих пор жена миллионера, а не его вдова. Хотя нельзя сказать, что вдова миллионера должна побираться, деньги, помимо мной заработанных, есть. Только совать руку в карман Алисы не хочется. Неизвестно что завтра будет, так что бюджет у нас средненький, но на который можно прогулять с чистой совестью.

К счастью, один из столиков оказывается свободным — все-таки в ноябре в Милане не сезон, людей значительно меньше. Мы с Алисой заказываем пасту, десерт, салат и чай с кофе. А потом долго разговариваем и смеемся. Площадь по правую руку, рядом галерея, а небо потихоньку потухает, но все равно безумно красивое.

И, вдыхая запах Италии, я с наслаждением рассказываю об истории собора, о том как его строили и как в детстве, живя в деревне, я мечтала съездить в Италию. И как не верила, что это возможно.

На следующее утро мы отправляемся на выставку. И она меня не разочаровывает. Правда для Алисы подобное мероприятие оказывается чрезмерно утомительным. Бесконечные ткани, фурнитура и модели кроя для ребенка увлекательны только первый час, и поняв что Алиса уже измотанна и еще чуть-чуть, и начнет капризничать, я, сверившись с планом, отправляюсь искать то самое кафе, которое советовал адвокат. Тем более что после вчерашнего посещения ресторана денег остается только на недорогие заведения. Хорошо мы погуляли. Но мне не жалко. Оно того стоило.

Купив еды, мы присаживаемся за ближайший свободный столик, обсуждая выставку. Я намеренно расспрашиваю Алису что ей понравилось, потому что на самом деле ей тут находиться скучновато. Но когда она вникает в процесс, то уже не воспринимает наше времяпровождение как каторгу.

Я перекладываю тарелки с подноса на стол, слушая как дочь описывает понравившиеся ткани и фурнитуру, когда она вдруг резко замолкает и заметно бледнеет. Я поворачиваюсь в панике, и… У меня самой сердце будто останавливается. К столам с блюдами подходит мужчина, по повадкам и фигуре напоминающий Данилу! Это кажется иллюзией. Но он похож слишком сильно!

Иллюзия рассыпается когда он встречается со мной взглядом — лицо у мужчины совсем другое. Но вот выражение… Я не могу отделаться от ощущения, что это и есть Данила. Но Данила умер! Просто… Просто я до сих пор его люблю и скучаю. Вот и вижу в посторонних людях мужа. Точнее, я ищу его…

Отворачиваюсь и произношу, очень тихо:

— Он просто похож, Алисочка. Иногда так бывает.

Мы обедаем, и чтобы как-то отвлечься, я напоминаю дочери, что сегодня мы отправимся в картинную галерею. Последний раз мы были в Третьяковке, где-то год назад. А потом… Потом уже было не до искусства.

Странного мужчину мы встречаем на выставке. Он тоже разглядывает ткани, о чем-то спрашивает консультантов и, судя по всему, приехал именно покупать. Говорит он по-итальянски. Местный?

Он немного темнее нежели Данила, волосы, загар… Да и сейчас, разглядывая незнакомца, я замечаю что он более худой, хоть и такой же широкоплечий каким был муж. Когда мы идем ужинать, разумеется в то же кафе, я успеваю уже забыть про этого мужчину. И в тот момент когда мы с Алисой увлеченно делимся впечатлениями, к нашему столику подходит этот же незнакомец и произносит по-русски, с легким акцентом:

— Здравствуйте, синьоры. Можно вам составить компанию?

И в этот момент меня бросает в жар. Мой мозг кричит: «Скажи нет! Скажи тут занято!». Но я и сама не понимаю почему отвечаю:

— Конечно, садитесь!

Боже! Я хочу общаться с этим человеком! Вся моя сущность просит это… Перевожу взгляд на Алису. Та сидит, не шелохнувшись, разглядывая огромными серыми глазами незнакомца. Но вроде она тоже не против…

— Меня зовут Марко, а вас? — весело представляется мужчина. На его губах — широченная улыбка. Он немного суетлив, и в этом сильно отличается от покойного мужа. Тот вел себя размеренно, с достоинством. Но если этот человек итальянец, то понять его можно: менталитет, он такой.

— Я Ника, а это Алиса, моя дочь.

— Очень приятно, — по-прежнему улыбается, но вижу, Алиску прям разглядывает. А после переключается на меня. И тоже так смотрит… Несмотря на улыбку, взгляд у мужчины тяжелый.

В голове бьется мысль: «Это все выглядит очень странно! Надо бежать!»

Но я чувствую какое-то странное притяжение к этому незнакомцу, и уходить мне почему-то совсем не хочется.