Глава 24. Ника

Мы разговариваем с Марко почти час… Болтаем о всякой ерунде и, несмотря на легкий акцент, у него нет проблем с подбором слов. Говорит он по-русски не хуже нас. И время проходит незаметно. Можно сказать что пролетает. А я смотрю на этого мужчину и не могу оторваться. Неужели влюбилась? Не понимаю. Но хочется чтобы он никуда не уходил, хотя это конечно же неприлично.

— Спасибо что скрасили нам обед, — улыбаюсь, — Но у нас с дочерью еще куча дел…

Я не жду что он попросит номер телефона. Потому что мы из России, а он житель Милана. И для Марко не секрет, что мы скоро уедем, как только закончится выставка. Однако мужчина меня приятно удивляет. Он достает свой сотовый и кладет его на поверхность стола:

— Я могу просить ваш контакт?

— Можете, — отказать я не в силах. И мы обмениваемся не только номерами телефона, но и страничками во всех социальных сетях. Более того, Марио предлагает вечером встретиться!

— К сожалению, не получится, — улыбаюсь, — Сегодня мы отправляемся в Пинакотеку Бреру…

— А после?

— После ребенку надо будет спать, — не то чтобы я хочу отказать Марко, но гулять допоздна с ним и Алисой — это неправильно. А оставить дочь в номере — тоже неправильно, это даже хуже чем таскаться по городу на ночь глядя. Все-таки страна незнакомая, мало ли что. Марко с пониманием кивает:

— Тогда у меня предложение: встретиться завтра это же время. — Затем смотрит на часы и торжественно произносит: в два!

— Хорошо, — киваю, — Это было бы самым удобным.

И снова мысль: что же я за мать такая! Приехала в другую страну и тут же принимаю знаки внимания незнакомца! И ведь не одна приехала! А с дочерью! Причем еще и год не прошел как муж умер. Но почему-то отказать Марко я не могу. Он мне и правда слишком сильно напоминает Данилу. Не то чтобы голосом или повадками… Энергетически наверно.

Кое-как попрощавшись, мы с Алисой поднимаемся из-за столика и идем в дальний павильон с фурнитурой. Посмотрим его и домой, отдыхать. Потому что посещение галереи — тоже куча сил. А их у нас не так много.

И только мы оказываемся возле одной из витрин, Алиса дергает меня за руку и тихо произносит:

— Мама, мама…

— Чего? — чуть нагибаюсь. Вот я коза! Я же и не спросила у ребенка, хочет ли она общаться с Марко. Почти весь обед она молчала и внимательно на него смотрела, словно фриц на допросе.

Да что со мной не так сегодня? Совсем мозг отказывает. Может это акклиматизация так действует? Хотя нет. Это я на мужика повелась. Бывает. Хотя… И когда такое было? Только когда я Данилу первый раз увидела. А так ни до, ни после подобного со мной не происходило.

— Мам, это папа, — произносит Алиса, а я чувствую как меня бросает в жар. Нет, этого быть не может. Ребенок просто не хочет верить что отец умер, поэтому и надеется что Марко — это он. Так бывает.

— Малыш, папа умер.

— Нет! — машет своими хорошенькими хвостиками, — Разве ты не заметила? У него пальцы такие же! Ногти! Та же родинка на руке, голос… Он смотрит как папа! Он и есть папа!

— Деточка, в мире много очень похожих людей, — мы отходим в угол. Мое сердце колотится как сумасшедшее. Хотела ли я чтобы Марко оказался Данилой? Хороший вопрос… Нет, я не буду на него отвечать, потому что тогда, при такой логике, я допускаю вероятность что мой муж жив…

— Нет. — Алиса распаляется, — Завтра проверь его. Ты же помнишь где у него родинки, какие у него руки. Посмотри еще раз! Он нас обманул! Он сказал что умер, а сам не умер! Он нашел нас.

— Девочка моя, шанс встретить двойника на самом деле намного выше чем чем можно представить, — я и сама вдруг начинаю думать о том, что Марко подозрительно похож на Данилу. Но от этой мысли волна горя подкатывает к горлу. Что, если и правда Марко — это Данила? Тогда что? По моим щекам градом текут слезы, и я отворачиваюсь к стене, чтобы успокоиться. Еще и на выставке плакать! Нет, нельзя.

Видя мое состояние, ко мне подходит какая-то пожилая женщина, и обеспокоено начинает что-то спрашивать по-итальянски, потом по-английски. Алиса моментально реагирует и на пальцах обьясняет, что помощь нам не нужна.

Успокоившись, я кое-как подтверждаю, что у меня все хорошо. Что мне не нужна помощь. Народ тут добрый, и это приятно. Но не могу же я объяснить причину! Что я вдова, что ребенок сирота, и что мы почти смирились с этим, а тут к нам пристал знакомиться ваш соплеменник, и он сильно напомнил мужа?

Нет, глупости это все. Я же читала в интернете, что по всему миру у каждого человека есть двойники. Минимум по семь человек. Так что зря я тут нюни распустила.

Мы выходим из здания, я высмаркиваюсь и привожу себя в порядок. Глупости это все. Никаких воскрешений и инсценировок смерти нет и быть не может. Данила утонул, а Марко — обычный итальянец, которого заинтересовала милая женщина с ребенком. И не стоит придумывать что-то особенное. Руки смотреть, теории заговора строить. Иначе я сойду с ума.

Поэтому мы возвращаемся в номер и я укладываю Алису поспать хотя бы час, пообещав что подумаю над ее предположением. Сама принимаю душ и, высушив волосы, немного крашу глаза. Чтобы не плакать. Хватит с меня. И хватит жить прошлым. А с Марко, если он завтра явится, мы пообедаем. Парень он приятный. А заодно что-нибудь по-расспрашиваю про Италию. Красивая страна. Я бы и на подольше сюда приехала… Но это пока что только мечты.