Глава 51 · Желтоглазая госпожа

Прошло несколько недель. Признаться, более спокойного и «сытого» отдыха у меня еще не было. Королева разместила нас как дорогих гостей и, казалось, что она действительно нуждается в нашей помощи. Не совсем в нашей, а в помощи моих теперь уже мужей.

Элессар был занят больше всех. Да, ему вернули все титулы и богатства, репутацию его клана восстановили. Останки погибших захоронили со всеми полагающимися почестями!

Король светлых эльфов выслал сюда партию обратного зелья и в королевстве начались большие изменения! Суккубы и инкубы теперь не преследовались, а наоборот, им была обещана помощь в документах и проживании. Я написала письмо отцу со всем новостями и даже успела получить ответ. Он обещал заехать в гости.

Герцог, теперь ставший королем Невлингара вместо своего якобы брата, тоже планировал официальный визит в Сумрачные горы. Хотя я понимала, что он просто хочет быть поближе к Богине Белой Змее. Похоже, ранее их связывали романтические отношения.

Во всем нашем мире отменили рабство и запретили использование зелья забвения. Рогриса освободили из тюрьмы, но сейчас он должен был отрабатывать у Фаррана сумму, заплаченную за него в качестве штрафа. А зная натуру главы Гильдии Наемников, Рогриса ждут бесконечные укоры и наставления. Но так ему и надо!

Храм Белой Змеи открыли для посещения всеми желающими, и на официальном уровне было восстановлено многомужество. Особенно для суккубов. Полагаю, это было сделано с двумя целями. Во-первых, теперь я вполне законно и не боясь осуждения, могла жить в Сумрачных горах одновременно с четырьмя мужьями. А во-вторых, Ее Величество надеялась, что где-то еще остались суккубы и наша раса не прервется.

— В крайнем случае именно тебе и твоему Рамбласу придется восстанавливать численность инкубов и суккубов, — заявила она как-то мне.

— Ваше Величество, погодите-ка, — уточнила я. — Клан Белоголовых тоже мне восстанавливать?

— Ну да, — легко ответила она. — Да и драконов не помешает, у тебя же четверо мужей!

Я лишь обхватила ладонями лицо, не смея перечить. Богиня рассмеялась.

Кстати, она отказалась от имени Мэлвенна и заменила его на Мелинда, чтобы уже не ассоциироваться со злодейкой. И всех мужей бывшей королевы она отпустила, предварительно дав им обратное зелье. Мужчины были в шоке, узнав, как их обманывали все эти годы. Оказалось, они боялись свою жену, находясь в полной зависимости. Пообещав не распространяться о тайнах королевского двора, они вернулись к своим семьям.

Королева публично призналась в том, что натворила много ошибок, и представила меня как «Желтоглазую госпожу» из предания. Не знаю, поверил ли народ, но теперь я могла не опасаться преследования и заниматься чем угодно. К счастью, мне удалось отговорить королеву отливать огромную скульптуру в мою честь и обойтись лишь официальной благодарностью.

Так что пока двое из моих мужей были заняты, мы с Деоном катались на лошадях по паркам столицы. Герой получал любимые яблоки даже в середине зимы, что ему очень нравилось. А Деон не в силах сидеть сложа руки, иногда помогал королеве в казначействе. Считать он любил.

В один из дней наконец-то вернулся Аш, и даже не переодевая своей пропахшей дымом мантии, ворвался в наши комнаты. Его глаза горели огнем, радостное предчувствие сквозило в каждом его движении.

— Дэя!! — воскликнул он, усаживаясь рядом со мной за стол. — У меня удивительные новости!

От дыма защипало мои глаза, горло запершило, но все же я постаралась сдержать кашель.

— Что случилось?

Мы как раз ужинали и в кои-то веки все остальные тоже присутствовали за столом.

— Я полностью освободился от своего бремени, и теперь не являюсь жрецом храма в Бемьене!

— Правда? Он сейчас пустует? — удивилась я, вспоминая, сколько ценных вещей там хранилось. — А как же твоя служба Черному Дракону?

— Меня заменил серый дракон! Теперь жрецом стал он!

— Пятый муж Мэлвенны? — уточнил Рамблас, сидевший напротив.

Аш кивнул.

— Похоже, он мечтал об этом.

— То есть ты сейчас не видишь будущего? — догадалась я.

Аш еще раз кивнул.

— Вот и отлично! — воскликнула я. — А то мне надоело быть такой предсказуемой!

Дракон рассмеялся:

— Ты и сейчас предсказуема! Могу даже без своей способности сказать, что ты планируешь сейчас сделать!

— Да ладно? — удивилась я, тайно готовясь поцеловать его. — И что же?

Аш усмехнулся:

— Если скажу, ты не сделаешь. А мне очень хочется, чтобы ты это сделала!

— Так нечестно! — вставил реплику Элессар. — И вообще, мне тоже ясно понятно, что Дэя сейчас тебя поцелует, а потом потащит в спальню. Да, милая? — его лукавые зеленые глаза сверкнули. Остальные тоже кивнули.

— Это я, в самом деле, такая предсказуемая? — я обвела всех присутствующих возмущенным взглядом. За столом послышались короткие смешки.

— Дэя, не теряй времени и иди уже, — проговорил Рамблас. — Мы же понимаем, что вы соскучились друг по другу! Обещаем не отвлекать.

— Только нас не забудь, — добавил Деон.

— Я ей «забуду», — проворчал Элессар и нетерпеливо взмахнул рукой. — Идите уже, а то я тоже ввалюсь к вам позже.

Аш пожал плечами, как бы говоря, что совсем не против, но я уже ухватила его за рукав и потянула в сторону спальни.

— А вот это придется снять, — заявила я ему, на ходу снимая его мантию. — У меня от твоего дыма глаза щиплет!

— Как скажешь, любимая, — шепнул он, и вот мы уже оказались в моей спальне. Впереди вечер и целая ночь, а остальные дела подождут.

— Неужели, теперь ты свободен? — спросила я, стягивая с него одежду и обнимая удивительно горячее тело.

— Собственно, я всегда был свободен, но служба господину отнимала все мое время! — начал рассказывать он, не отрывая взгляд от меня. — Долгие годы я жил, выполняя его поручения, но моя судьба изменилась, когда одна очень нахальная и самоуверенная наемница проникла в храм.

— Не такая уж и нахальная, — я обиженно надула губы.

— Когда я благословлял прихожан и в том числе задел и твою ладонь, будущее, которое мелькнуло перед глазами, очень мне понравилось! Я решил сделать все, чтобы оно исполнилось! — с этими словами Аш легонько толкнул меня на кровать, в плен мягких перин и подушек. А затем сам оказался там же.

Он оперся руками на матрас, нависнув надо мной. Мир вокруг нас замедлился, и я почувствовала, как в горле пересохло от волнения.

— Хочешь сказать, что не был участником пророчества?

— Нет. Пророчество было точно о тебе и об Элессаре, все же он единственный потомок своего клана. Остальные могли быть кем угодно!

— Как это?

— Ты могла выбрать любых мужчин, главное, чтобы это были именно те расы, что участвовали. То есть вместо меня мог оказаться совсем другой дракон.

— Где бы я нашла другого дракона? — засомневалась я.

— Да хоть бы и пятого мужа Мэлвенны. Он, уверяю, был бы не против.

— Пф-ф, — вот еще, — фыркнула я. — Он же старый!

Аш закашлялся.

— Тогда никогда не спрашивай мой возраст!

— Что? Неужели ты тоже старик? — рассмеялась я. — А если я тебя все же расспрошу?

— Даже под пытками не признаюсь! — захохотал Аш, а потом, насмеявшись, погладил меня по плечу. — Дэя, я люблю тебя!

Я вздохнула, слышать признание от дракона было так неожиданно. В какой-то момент я даже думала, что не нужна ему.

— Правда? — переспросила я, обнимая его крепче и внимательно рассматривая его черные глаза с яркими оранжевыми огоньками в глубине.

— Правда, — сказал он, и эти огоньки замерцали, стали увеличиваться, угрожая превратиться в обжигающее пламя!

И я совсем не была против сгореть в нем вместе с ним. Потянувшись за поцелуем, я попала в плен его мягких, но требовательных губ. Аш не стал тратить время на прелюдии и ласки, отложив на потом нежности. Он просто увлек меня в водоворот страсти, его руки и губы были везде, я даже не помню, как оказалась тоже без одежды. Моя кожа пылала, близость с ним была как лесной пожар, безудержная и страстная! Резкие и даже грубые движения, какие бы ни позволил себе ни один из моих мужчин, окрасили секс с Ашем в совершенно другие дикие и необузданные оттенки!

— Погоди-погоди, — шептала я, но в ответ слышала лишь, как он хриплым голосом произносил мое имя, отправляя меня на вершину блаженства.

— Дэ-э-эя! Моя! Дэ-э-эя, как же я хочу тебя! Постоянно! Ах, ах… — проговаривал он в такт своим толчкам, когда входил в меня, вбиваясь яростно и даже жестко, но ничуть не больно.

— Аш, ах! — только и оставалось выкрикивать мне, надеясь, что спальня не сгорит дотла от нашей страсти.