Глава 8. Подозрительное

ОН Спустя неделю Белый Змей оставался не найденным. Он бросил свои земли, загородный дом и все нажитое имущество, спасаясь бегством. Отвергнутые вступили в ряды Красного Дракона, окончательно вливаясь в нашу отмороженную компанию. Но я слишком хорошо понимал стратегию поведения Арто и предполагал, что скоро он себя проявит. И как бы это проявление не оказалось для меня фатальным. Змей будет планировать вторую атаку гораздо тщательнее. Я поднялся из-за рабочего стола и направился в подвал восстановленного ресторана, теперь работавшего в прежнем режиме. Количество посетителей уменьшилось на десять процентов, теперь о заведении шла дурная слава, повезло, что банда Арто никого не убила и присутствующие в момент разгрома отделались легкими травмами да легким испугом. В тренажерке привычно пахло тяжелой резиной, кислым потом и крахмалом. Покрытие поскрипывало под фирменными удобными кроссовками, продавливаясь под моим телом. Около ста килограммов чистых мышц. Еще бы. Усмехнулся, поймав в зеркале злой оскал. Это все шрам, пересекавший половину лица. Наверное, именно из-за него феечка решила меня отвергнуть. Семь дней в делах. Ремонт ресторана, контроль, выговор и серьезная беседа с Дайске, который до сих пор потирал переломанную челюсть, с опаской на меня поглядывая. Он быстро регенерировал. Я растил из него преемника, а получал пока только гору проблем. Несерьезное отношение к женщине босса, потеря драгоценного времени, не говоря уже о том, что они упустили Белого змея и теперь Арто бродит где-то там, вынашивая садистский план мести. Привычно приступил к разминке, позволив себе ненадолго отвлечься на мысли о девушке, плотно засевшей где-то в центре мозга раскаленным болезненным прутом. Ее образ постоянно фоном присутствовал в моей голове, то и дело там всплывали белые пряди и кружевное белье в компании со яркими стонами, окрашенными ароматом лотоса. Однако время шло, а она и не думала звонить или заявлять о своем отношении. Я погрузился в работу, адски тренируясь по вечерам, чтобы ночью спокойно спать, а не усмирять двойной стояк. Разочарование постигло меня в первый же вечер. Никакая ударная нагрузка не способна так легко отвратить сильный мужской организм от перспективы соития с подходящей парой. А мое тело привыкло к встряскам разного рода, кроме этих. Не зная близости, я спокойно относился к отсутствию секса. Сейчас обнаружил, что за пару суток привязался к Ванессе, словно к опиату. Желание видеть ее, вдыхать ее запах, держать в руках такое хрупкое тонкое тело, способное, как ни странно, выдержать мой напор, выгрызало во мне туннели червяком сомнения. Этот гаденыш нашептывал: не жди, позвони сам, найди, присвой, запри и вбивайся в столь сладкие глубины, лови черные звезды в ледяных радужках. И я был на грани того, чтобы поддастся этим уговорам. Кредо. Проклятый кодекс, нарушенный мной. Она уже должна была почувствовать. Я сжал штангу, навесив на нее несколько тяжелых блинов. Вкладывая ненависть к себе в физическое упражнение, яростно выдохнул, поднимая вес. Сам не в восторге от своего подлого поступка. Феечка… маленькая, идеальная для меня. Если она уйдет из моей жизни, едва появившись, я… Не знал. Понятия не имел, что будет. Тоска. Потеря смысла. Боль. Весь мой бизнес, все миллионы, активы, репутация – все это обращалось в бесполезный пшик, если рядом не присутствовала желанная. И опять же, раньше мне это не мешало, потому что я не представлял, каково это: чувствовать такую близкую женщину, ее ершистый характер, умиляться на влажный язычок, когда она тянется, чтобы лизнуть головку члена и не воротит от меня свой чуть вздернутый милый носик. Я выдохнул, поднимая штангу. Не воротила. Да простит меня Верховный, у меня не было выбора. Интуиция подсказывала: девчонка слишком независима и привыкла к свободному полету. Если бы я не решился… Снова подъем. Резкий выдох. Сможет ли она понять? Простить? Как воспримет новость? Ахр! Слишком мало времени вместе, масса повисшей между нами холодной недосказанности. А я не привык говорить о чувствах и наворачивать круги вокруг жертвы. Я старался действовать прямо и открыто. Что ж, вот и еще один повод себя ненавидеть. Предал ли я законы нагов, кончив в девчонку без ее желания? Безусловно. Но гораздо сильнее предал сам себя. Я отнял у нее то, что не имел права забирать. Свободу выбора. Завет Змеицы о том, что женщина руководит процессом в отношениях нагов. Должен ли я теперь вмешаться? Нет. Привязал к себе самым наглым способом. Осталось дождаться, когда она вернется. Если вернется. Выкинув тревожные мысли из головы, я продолжил тренировку. Изматывающие жилы веса, растяжка, бег, что угодно. Заставить себя волочить ноги из зала, а потом просто лечь в кровать и забыться беспокойным сном. Проснуться посреди ночи от ощущения тонкого тела в своих мозолистых, грубых пальцах, застонать от невозможности близости. Снова пойти в зал и опять по кругу, до самого утра. А с рассветом… – Отлично выглядите, босс! – Дайске подошел к моему письменному столу. – Есть новости об Арто? – только это меня волновало. Пусть остальные так думают. – Нет, босс! – расстроенно ответил ученик, склоняя голову в повинном кивке. Но в обстоятельствах нет его вины. – Как рестораны? – В двух филиалах проблемы с рыбой фугу, реконструкция главного завершена, уже принимаем резервирование на приватные комнаты. Охрана работает в штатном режиме, четко, слаженно. Никаких признаков присутствия врага, – отрапортовал парень. Дайске очень хотел загладить свою вину. – Можешь быть свободен, – отмахнулся от парня. Я незаметно передавал ему часть своих полномочий. В Красном Драконе остальные члены банды присматривались к нему, то и дело проверяя мальца на прочность. Он умудрялся одерживать победу в любой заварушке, потому что, как и я, вырос на улице. Самая жестокая школа выживания. Может быть, через несколько лет я смогу полностью отойти от дел. Перед глазами снова встало женское милое личико. Черт… Это хуже зависимости. Пытка влечением. Кто бы мог подумать, что это так тяжело… ОНА Спустя четыре недели… Я сидела на унитазе в офисе и недоуменно пялилась на чистую ластовицу. Задержка. Загибала пальцы, мысленно прикидывая. Уже больше недели не наблюдается никаких симптомов приближающихся критических дней. А ведь специально нагружала себя дополнительной работой и оставалась допоздна, чтобы не вспомнить красавчика нага, который так и не позвонил. Доигралась. Забитый мозг забыл даже про женский цикл, что уж говорить о мужике. Я уже начинала мысленно его тихо ненавидеть. – Черт, черт, черт! – Я быстро надела трусики, вытащила смартфон из сумочки и набрала номер своего постоянного врача. Приятный женский голос ответил не сразу, звучал удивленно. – Ванесса? Ты ведь недавно проверялась. Или произошло что-то из ряда вон? – Да как сказать… можно сегодня подойти? – Я нервно дернула дверь кабинки, запамятовав, что она заперта. Дверца бестолково пошатнулась, но осталась на месте. – Эм. Хорошо, дорогая, сделаю для тебя исключение. Можно в любое время с десяти утра до трех дня. Жду. – Врач положила трубку. Короткий разговор ничуть меня не расстроил, я знала, сейчас у Розы Антуан много клиентов, еще и я, вклинившаяся без очереди. А что делать? У меня никогда в жизни не было задержки! Цикл был похож на самые точные часы, вплоть до того, что даже время прихода крови совпадало! И это как раз очень типично для фей, ведь мы созданы для любви. Так говорят. Не зря наш народ такой темпераментный. И, признаться, за последние недели это сыграло со мной злую шутку. Он мне снился. Я просыпалась в поту с рукой в трусиках, неосознанно пытаясь себя удовлетворить во сне. Его губы, большое тело, шрам на правом глазу, грубые мозолистые пальцы на нежной коже, его запах… Уголь и пепел, душный, но такой желанный. Сначала я ждала его появления. Хоть какой-то весточки, знака внимания, крохотного букета или смс. Но нет, пустота. Следом появилось разочарование. И не только в наге. Все мужчины потеряли сотню пунктов в моих глазах. Я подумала, что больше не хочу близости. Ни с кем. Пусть проклятие донимает меня, не давая возможности кончить самостоятельно, но ненависть ко всему, связанному с мужчинами, была сильнее. Я старалась выбросить из головы такой желанный образ, растоптать его и забыть это приключение как нечто веселое, но не слишком удачное. А теперь это! Задержка! Естественно, я принимала меры против нежелательной беременности, учитывая то, что раньше увлекалась походами в клуб и случайными связями. У фей иммунитет к человеческим болезням, поэтому барьерные методы исключались. Я пользовалась препаратом, действие которого закончилось неделю назад, и по традиции должны были начаться критические дни. Но нет. Пусто. Глухо. Странно. Помотала головой и метнулась в офис. – Девочки, мне нужно отбежать, – махнула рукой коллегам, – вернусь через пару часов. Форс-мажор! Мелисса и Эльтирра просто кивнули, продолжая что-то печатать. Учитывая мою работоспособность в последние дни, никто не заметит отсутствия. Я сделала оформление рекламных постов на пару месяцев вперед и посетила производство три раза, чтобы сформировать рекламную стратегию для новинок сезона. Учитывая траты на ночь с нагом, этот всплеск оказался очень даже кстати. Премия мне не помешает. Бегом спустилась по лестнице, запрыгнула в свою любимую белоснежную ласточку и вжала педаль газа, несясь в клинику. Воображение рисовало разные картины возможной задержки. Сбой цикла, какая-то болячка, дисбаланс… беременность. Последний вариант казался самым маловероятным, но тут в груди защемило, и память услужливо подсунула сладостный момент секса с нагом. Он кончил в меня, в форме змея! Нет, нет, нет! Не может быть. Это просто болячка. Болячка! Так и убеждала сама себя до самых дверей клиники. Потом провела в ожидании приема около получаса, листая дурацкий журнал в приемной. И тут случилось непредсказуемое. Пальцы привычно перевернули страницу, а там… ОН! Кэйташи Кондо, миллиардер, филантроп. Длинная статья посвящена восстановлению главного ресторана в центре Москвии. Он стоял, широкие плечи буквально затянуты в деловой костюм. Такое ощущение, что он на нага едва налез. Кэйташи стал будто бы еще больше с нашей последней встречи. Узкую талию и бедра подчеркивал особый крой. Дорогущая брендовая одежда резала мое сердце без ножа! Я жадно всматривалась в знакомые черты, с неудовольствием отмечая, что не только не забыла его образ, но и, наоборот, вырезала в памяти до самых мельчайших подробностей. Твердая линия губ, легкая усмешка над словами интервьюера, взгляд, полный превосходства над простыми смертными. На меня он смотрел совсем не так. А дальше я стала приглядываться к тексту. Сначала там шло нудное обсуждение ремонта ресторана. Кэйташи заметил, что последние недели много времени проводит в зале по психологическим причинам. Тогда ему задали главный вопрос, при виде которого мое слабое сердце сделало резкий кульбит. – Вы все еще являетесь одним из самых завидных женихов в Москвии. Скажите, кто-то покорил сердце неприступного нага или у девушек все еще есть шанс? – Есть одна женщина. Она подчинила не только мое сердце, но и все остальные части. Я совершил недопустимый поступок и теперь даю ей время на раздумье. Никто не в праве забирать у человека свободу. – Ответ получился довольно туманным. Интервьюер съехал с темы и перешел на особенности ведения бизнеса в Москвии. А я смотрела на черные печатные буквы и пыталась понять, что именно за ними скрывается. Какой недопустимый поступок он имеет в виду? Говорит обо мне или о ком-то еще? И главное… зачем мне свобода, если в ней нет Кэйташи… – Госпожа Риптих, прошу. – Медсестра пригласила меня в кабинет, и я откинула журнал прочь ,словно ядовитую змею, способную убить каплей яда. После тщательного обследования, включавшего в себя так же и ультразвук, доктор улыбнулась и показала мне экран. – Как я и думала, плодное яйцо, маточная беременность. Срок около пяти недель, но… Хм, необычно. – Она приблизила кадр. – Сердце уже вовсю бьется. Похоже, отец ребенка не человек… Роза посмотрела на меня и тактично замолчала. А я… поняла, о чем говорил чертов наг! Что у него за сперма такая, которой не страшны противозачаточные?! Я нервно выдохнула, не в силах поверить в происходящее. Я так молода, и ребенок… На пике карьеры. Незапланированная беременность перевернет всю мою жизнь. – Хочешь послушать сердечко? – Аппарат скользнул внутри живота, надавливая чуть сильнее. Из динамиков послышался звук. Тук-тук. Тук-ту-ду-дук. Тук-тук… По моей щеке скатилась слеза.