Глава 6

– Напиваешься? – кивает Илья на мой бокал. – Присоединяйся. Всё-равно банкет за твой счёт, хотя ты ещё и не в курсе, – усмехаюсь про себя. Он молчит, только губы поджал, руки заснул в карманы брюк, раскачивается на пятках задумчиво. – Нет, спасибо, я завязал. – Алкоголик, что ли? Раз в завязке? Илья не обижается, наоборот, будто бы давится смехом. Словно я его забавляю, как заморская зверушка. – Алкоголизм – это степень хард. Просто… как-то решил разом избавиться от всех зависимостей. – Ну и удачи тебе в этом. Опрокидываю в себя остатки бренди. Крепкая, мать её, штука. Морщусь невольно. Зато в груди становится тепло и приятно, и голову накрывает пушистое облако пофигизма. – Слышу пессимизм в твоём голосе. – То, что ты говоришь, невозможно. – Почему? – У всех есть зависимости. Если от одной избавился придётся другая. Кто перестал пить, начинает жрать. Кто перестал курить, начинает играть. Кто с игроманией завязал, ищет острых ощущений в экстриме. Ты, кстати, не игроман? – оценивающим взглядом прохожусь по нему. – Сноуборд. Целина. Все дела. – Разбираешься в этом деле? – Нет, фильм смотрела про сноубордистов, там и понахваталась теории. – Практиковать планируешь? – Рекомендуешь попробовать? Ты профессионал? – А чего это ты меня так пристально расспрашиваешь? – Да так… хочу понять, с кем мне жить придётся ближайшие несколько дней. И Новый год встречать. Эта мысль настигает меня в самом конце. Хочется накрыть голову руками и заорать от безысходности. В городе остался изменщик, тут подселенец появился. Везёт, короче, как утопленнику. – Значит, съезжать не собираешься? – Куда? – выплёвываю возмущённо. – Куда, мать твою я съеду? В сугроб? – Да… – тянет Илья, – кажется, у нас нет других вариантов. Илья отворачивается к стойке, за которой возникает официант, просит чашку зелёного чая и садится напротив меня в свободное кресло? – Веган? – смотрю подозрительно. Он отрицательно мотает головой. – Обожаю стейки. Прожить не могу без них. – Праноед? Шизотерик? Апологет свободной любви? Мастер рейки? На последнем определении Илья закашливается. Судя по его развесёлому взгляду, я его забавляю. – Я обычный парень, без этих… наклонностей. – Круто… повезло… мне… – говорю с паузой перед каждым словом, это как бы увеличивает степень самоиронии. – Ну а ты, Марина? Мастей… эгкх… рейки? – Нет… мне далеко… Я так… средней руки менеджер, которая надеялась весело встретить Новый год. – Ага. В гордом одиночестве? – с натянутой улыбочкой указывает на очевидный факт. А я бешусь. Интересно, как бы он заговорил, если б мы с Женькой вдвоём в номер въехали? У нас был бы тройничок? Почти как бывший хотел. Только не ЖМЖ, а МЖМ. Наоборот. Эта мысль меня и огорчает, и веселит. – Не твоё дело. – Хочется показать ему язык. – Ладно, я в номер возвращаюсь. Надеюсь, мы будем там редко сталкиваться. Ты на горе весь день, я в баре. Договорились? – Встаю и пихаю телефон в задний карман джинсов. Прежде чем уйти, даю указание: – Ляжешь на диване. Его мой директорский тон лишь веселит сильнее. – Сама на нём и ложись, командирша. Мне кровать нравится. – Слушай, ты не хочешь проявить лояльность, уступить даме место? – Не-а, не хочу, – отрезает он. А я, уже не в силах продолжать эти споры, фыркаю, отворачиваюсь и иду к лифтам. Но невольно замедляю шаг у стойки ресепшна. Там странная парочка: девушка в банном халате и мужик в костюме Деда Мороза. Ещё и в полный драбадан похоже. – Никакой ошибки нет, – невозмутимо кидает им администратор. – Вот копии паспортов. Морозов Николай Викторович, Морозова Олеся Вячеславовна. Адрес регистрации один и тот же. Штампы о браке у обоих стоят. Так что, молодые люди, идите в номер, совет вам, да любовь! Отель все равно переполнен, свободных комнат нет. Хватит вам и одного на двоих. Подумаешь, поссорились… Завтра помиритесь, а нам опять переселяй? Нечего занятым людям голову морочить! А-а-а… так, выходит, мы не единственные, кому выпало «счастье» делить номер на двоих по неволе?! От этой мысли я веселею. – Не понял, – удивленно приподнял соболиную бровь «Дед Мороз» Морозов, если я верно уловила фамилию. – Ты, что же, за три года времени не нашла чтобы на развод подать? Ну, Леська, ты и лентяйка… – Так я еще и виновата? – возмущенно фыркает девушка. – Вообще-то, это ты сам от меня ушел! Вот так же, под новый год! Исчез в одночасье, не сказав ни слова! А я три месяца искала тебя по моргам и больницам! Даже заявление о пропаже в полицию подала! Потом менты сказали, что ты за границу уехал… На ПМЖ. С бабой старше тебя в два раза… Я была уверена, что ты со мной уже развелся давно… И опять женился. – Хватит истерить, Лисенок… Я думал, ты давно покончила с нашим браком, вышла замуж и нарожала кучу детей! Но, если мы все еще женаты… – Ровно до того момента, как после праздников откроется ЗАГС! – Вот тогда и получите по отдельному номеру! – оскаливается ехидной улыбкой девушка-администратор, которой эти разборки с гостями резорта уже, наверняка, поперёк горла встали. – Приятного отдыха! – со слащавой интонацией желает она, а потом останавливает свой взгляд на мне. Приходится сделать морду кирпичом и уйти к лифтам. С гордой прямой спиной стою, а у самой ураган внутри гудит. И кулаки чешутся. Вот бы я им всем сейчас. И Илье тоже… Хам, каких мало! Ух бы я его отмутузила. По наглой красивой роже. Да… надо признать лицо у него приятное. Более чем. Высокий лоб, глубокие синие глаза с пушистыми ресницами, ровный нос и чувственные губы. Подбородок с ямочкой по середине. И тело – высокое, подтянутое, спортивное. Красавчик, словом. Я таких всегда боялась. Пока в университете училась, выбирала тех, кто поспокойнее и без огонька. Серединка на половинку, короче. Безопасные любящие заботливые парни. Красавцы курса на меня внимание обращали, надо сказать, но я с ними была холодна и без инициативна. Они и отъезжали со временем. Хотя вот Семёнов, моя тайная любовь, долго расположения добивался, чуть не сдалась. Но и ему надоело долбить в одни ворота. Уполз к Верке. Кстати, у них всё хорошо, даже сын родился. Так что, может, зря я его того… посылала. А выбрала я Женю – спокойного, надёжного. И изменщика, как выяснилось. Оказывается, у Жени были фантазии, да ещё какие. Вот так – в тихом омуте черти водятся. Ты ведь сама тихий омут, – шепчет язвительно внутренний голос. Может быть, но у меня всё под контролем. Под полным и тотальным. Поднявшись в номер, я достаю пижаму. Как удачно, я взяла фланелевый анти-секс в новогодней расцветке. Как бы Илья реагировал, если б я тут в шелках почти ничего не прикрывающих дефилировала? Тебе это реально интересно? – снова захлёбывается в возмущении внутренний голос. Нет ни капли. Скорее, мне бы было неуютно. Сажусь на бортик ванной, включаю душ, подставляю ладонь, о которую бьют колючие струйки воды из лейки. Жду, пока температура станет комфортной. Кап-кап-кап… что-то горячее, чем вода, капает на колено. С удивлением смаргиваю слёзы. Я не плакала, когда Женя изменил мне. Не плакала обсуждая своё будущее с подругой. Не плакала, когда меня по пути сюда занесло на машине. А вот сейчас хочется разреветься! Так, может, пора?