Глава 19

POV. Эдуард

Этой ночью я так больше и не уснул. Душу обуревали разные мысли. Лет с тринадцати я пытался нащупать почву под ногами, найти свое место в мире. Батрачил в автосервисе, потому как рано уяснил простую истину – если умеешь работать руками, никогда не останешься без деньжат!

Однако ба настаивала, чтобы я закончил одиннадцать классов. (Старший брат Сашка доучился лишь до девятого, сходил в армию и, вернувшись, открыл сервис).

Кухонные часы показывали пять утра. Настежь распахнул окна, заливая небольшое кухонное пространство волшебным мягким светом. Солнечная макушка выглядывала с запада. Она золотила морскую гладь, наполняя все вокруг безмятежным свечением. Рассвет над морем – поразительное зрелище!

В нашей московской хрущевке на одной из стен висели фотообои с изображением морского побережья. Совсем мальчишкой, я мучил бабушку вопросом, когда же мы отправимся в отпуск? Иногда подолгу любовался этой жизнерадостной картиной, представляя, как мы с братом будем загорать, плавать, рыбачить и снова шел к бабушке умолять отвести нас на море.

Как-то раз Сашка настучал мне по башке. Сказал, что ба, итак, гробит здоровье, лишь бы нас прокормить. Тогда мы решили, что непременно заработаем много денег и покажем ей море…

Впервые после смерти бабушки я не чувствовал себя таким одиноким. Заварил свежую заварку, и, оставив её настаиваться на подоконнике, вернулся в спальню Ангелины.

Мне необходимо было смотреть, прикасаться, вдыхать запах её кожи… Уже выработалась пагубная зависимость от наших поцелуев. Когда её острый язычок порхал по моему лицу, сердце начинало молотить с безумной скоростью. Я словно погружался под воду, испытывая состояние невесомости.

Земное притяжение оказалось бессильным перед нашей страстью…

Лина сладко посапывала. С одной стороны, не терпелось увидеть привычное слегка надменное выражение штормовых глаз, а с другой просто хотелось, чтобы она выспалась…

Я был невыносимым и знал это.

В каждой мало-мальски привлекательной женщине видел призрак мамы. В глубине души я так и не смог принять, почему она нас бросила?! После смерти бабушки мое мнение о представительницах прекрасного пола только ухудшилось…

Нормальные парнишки зарабатывали деньги и ни перед кем не отчитывались! Всё что могли дать женщины – свое тело! Я рано в этом убедился – в четырнадцать переспал с девчонкой из компании брата…

Сашка часто устраивал квартирники в прокуренной подсобке автосервиса. В ту пору он задирал нос – спал с Катькой – дворовой знаменитостью: её фотографии напечатали в каком-то глянцевом журнале.

На самом деле Катя считалась местной давалкой. Я сказал об этом брату в лицо, а он затаил смертельную обиду. Правда, через неделю пришел извиняться – застал Катюшу у Витали между ног!

Тем вечером было что-то вроде вечеринки: море дешевого пива, девчонки-медички из ближайшей общаги подтянулись. Сашка даже не пригласил, а я и не совался – ковырялся с железяками в боксе, когда ко мне присоединилась чернявая студентка Женя.

Она полчаса болтала обо всякой ерунде, а потом, загадочно улыбаясь, начала поглаживать член через джинсы: так опешил, что сперва, молча, наблюдал за тем, как миниатюрная ладонь ловко управляется у меня в ширинке. Вскоре ярко-алые губы накрыли мои, прикосновения стали более настойчивыми… Я воспламенился. Все ощущалось гораздо острее, чем когда ублажал себя в душе как неопытный сосунок.

Решил, во что бы то ни стало, доставить девчонке удовольствие, но внутри у нее было слишком влажно – член все время выскакивал! Я не на шутку разнервничался, а когда удалось-таки проникнуть под правильным углом… Мама дорогая! Возбуждение достигло пика, и я кончил спустя пару минут.

Понял по глазам Жени, что облажался. На прощание предложил встретиться еще раз. Через губу, но моя первая женщина все-таки согласилась: она пригласила меня в общагу. Несмотря на то, что я был младше на четыре года на этот раз взял инициативу в свои руки… Мы трахались три раза подряд! Мог бы продержаться до утра, но из клуба вернулись ее подружки…

Со временем я научился заниматься сексом мастерски.

Отсутствие деньжат не мешало иметь бурную половую жизнь. Кто бы что не говорил, а девчонки обожали напор: уверенная поза, масленый взгляд, нарушение личных границ. И неприступная крепость раскрывала свои двери под нажимом моего обаяния.

Думал, увлечься кем-то до потери мозгов – враки!

Чушь собачья.

Система дала сбой лишь однажды – в тот день я впервые увидел Ангелину…

POV. Ангелина

Терпкий бодрящий запах свежезаваренного чая проник в ноздри, и я сладко потянулась. Разлепила веки, упираясь взглядом в чашку дымящейся жидкости на прикроватной тумбочке. Я бодро присела, протягивая руку к напитку, как вдруг обнаружила под донышком кружки клочок бумаги.

- Просыпайся, моя засонька! – было выведено крупным четким почерком. Хихикнула, но тут же серьезно свела брови.

Засонька! Что это ещё такое?! Неужто Эд, и, правда, заделался романтиком?! Уму непостижимо!

- Эдик…?! – позвала в нерешительности, однако ответа не последовало.

Тогда я поднялась с кровати, быстро приняла душ, прошлась щеткой по волосам и, натянув короткий черный сарафан на тонких бретелях, вышла на кухню.

Брови полезли вверх, стоило обнаружить щедро сервированный завтрак: овсяная каша с орехами, яичница-глазунья, тарелка с фруктами, овощной салат и сырники со сметаной…

Эдик постарался на славу. Жаль, от всей этой кутерьмы совершенно испарился аппетит. Схватила яблочную дольку, распахивая балконную дверь.

Я выглянула вниз, обнаружив, как черный внедорожник медленно покидает территорию двора. Сердце пронзил укол сожаления. Расстроилась, что не удалось повидаться с ним до съемок…

***

Мы уже второй час снимали с Цветковым сцену финального поцелуя героев, но режиссер оставался недоволен.

- Слишком пресно! СКУКОТА!!! – орал Потемин, в очередной раз заставляя переснимать.

- Дерьмо! – прошептал Макс мне на ухо. – Что ему надо?! Может, высосать тебе мозг через рот?! – устало предложил партнер.

- Да уж… – нижняя губа распухла, а кончик языка слегка онемел.

Целоваться с Максом примерно то же самое, что елозить губами по наждачной бумаге. Ноль ампер!

- СТОП! Перерыв на пятнадцать минут! – рявкнул Потемин, подскакивая с места.

Мы, наконец-то, разомкнули объятия, направляясь к трейлеру. За время планерных съемок успели неплохо узнать друг друга.

Макс оказался добродушным парнем с хорошим чувством юмора. Он попросил какое-то время поддерживать легенду про наши отношения, ссылаясь на то, что его мама попросту не выдержит правды…

Сегодня вечером киношники устраивали корпоративную пиратскую вечеринку на побережье. Еще в Абхазии мы договорились появиться там вместе.

- Не подскажете, где найти Ангелину Железнову?! – я повернула голову, врезаясь взглядом в огромную корзину белых тюльпанов. Их было несколько сотен, не меньше.

- Вообще-то это я…

- Тогда распишитесь! – поставила закорючку, растерянно хлопая ресницами.

- Э-э-э… Ничего себе! А есть какая-то записка?!

- Нет, но отправитель просил передать, что цветы от неисправимого романтика!

- Ох! – щеки залил румянец стыда.

- У тебя появился поклонник?! – хитро подмигнул Макс, когда курьер скрылся из виду.

- Что-то вроде того… – ответила уклончиво.

***

Большинство коллег сразу отправились на корпоратив, мне же пришлось задержаться в режиссерском трейлере ещё на полчаса. Поспешила домой, как только удалось избавиться от нудной болтовни Потёмина, однако ни Эдика, ни Бори с Олей там не оказалось.

Я водрузила корзину с белоснежными тюльпанами на подоконник, испытывая давно забытое чувство умиротворения в груди. Даже Антон никогда не дарил таких шикарных букетов. Вынуждена была признать – мне уже безумно нравилась эта игра…

На пиратскую вечеринку хотелось облачиться в нечто дерзкое, но в то же время не выглядеть доступной. Остановившись возле раскрытого шкафа, я стала внимательно разглядывать его содержимое.

Вскоре выбор пал на красный топ без бретелей, сладострастно стискивающий грудь, и стильную черную мини юбку. Я собрала волосы в высокий хвост, перетянув его атласной лентой. На ноги надела босоножки на плоском ходу. Придирчиво осмотрев себя в зеркале, пришла к выводу, что выгляжу сногсшибательно.

Сегодня мне хотелось танцевать…

Минут через семь добралась до места проведения вечеринки. Ахнула от того, насколько преобразилось побережье за съемочным павильоном. Там пришвартовалась внушительных размеров яхта, а на берегу натянули тент и расставили столы.

- Якорь мне в глотку, если пущу хоть одну сухопутную крысу на борт! – рассмеялся Цветков, одной рукой поправляя треуголку, а другой – протягивая мне коктейль.

- И тебе здравствуй, Максим! – ошарашено улыбнулась, принимая загадочный напиток.

Басы сотрясали пространство вокруг, стробоскопы подсвечивали безветренную морскую гладь. Коллеги на всю катушку отдавались безудержному веселью. Даже суровый помощник режиссера Галкин беззастенчиво увивался за гримершей Людочкой.

- Безжалостная Ангелина, вот ты где?! – обняла меня за талию Олька.

- Называй меня сегодня Долговязый Джим Бин! – хохотнул Боря, неловко клюнув в щеку.

Ребята повязали на головы банданы с черепами, украсив руки переводными тату.

- Я подойду чуть позже… – хитро подмигнул Макс. Краем глаза заметила, что к вечеринке присоединился его друг, продюсер Голышев.

- Лина, кстати, ты следующая танцуешь на корме! – жизнерадостно просветила бывшая соседка.

- Что? Какие еще танцы?! – Боря услужливо протянул нам по коктейлю, а Оля, запыхавшись, принялась объяснять.

- Киностудия объявила конкурс на самый горячий танец на корме яхты! Я только что закончила, сейчас очередь Наташки, а потом ты!

- Может быть, я вообще не хочу участвовать?! – закатила глаза. – Неужели так трудно…?! – мощный рев мотора оборвал мою гневную тираду.

Черный тюнингованный джип на огромных шипованных колесах лихо притормозил на парковке. Обе дверцы распахнулись. С одной стороны из автомобиля выбрался Эд, а с другой выпорхнула каскадерша Аня. Их тут же обступили коллеги. Шумно вздохнула, обнаружив, как брюнетка в коротком платье-тельняшке – буквально повисла у Бесова на плече.

Эдик расслабленно улыбался, переговариваясь с помощником режиссера.

- Лина, твоя очередь! Пойдешь танцевать на корабле?! – тонкий голос подруги вернул к действительности.

- Да! – сходу согласилась, поднимая большие пальцы вверх.

***

Я поднялась по ступеням, спешно забираясь на палубу. Администраторша в костюме морской дьяволицы указала на небольшой помост на корме. Дыхание замедлилось, стоило обнаружить там шест. В эту секунду я уже жалела о столь поспешном решении.

Что это за танцы? Кто вообще это придумал? И ради чего я, собственно, буду позориться перед всем честным народом?

Музыка резко оборвалась. На побережье образовалась странная оглушающая тишина. Секунда, и она сменилась нетерпеливыми аплодисментами.

- Лина!

- Лин-а-а-а!

- АНГЕЛИНА!

Десятки оценивающих пар глаз уставились прямо на меня. Судорога сладостного предвкушения пронеслась от ногтей до кончиков волос. Я попала в ловушку зрительского внимания и задышала чаще. Выпитые коктейли ударили в голову. Плавно провела пальцами по волосам, упираясь задницей в деревянный шест.

И тут я увидела его.

В дырявой майке с черепом и тесных черных штанах, перетянутых грубым кожаным ремнем, Эдик выглядел как матерый пират. Йо-хо-хо и бутылка рома. Не хватало только говорящего попугая на правом плече.

Мужчина был единственным, кто полностью игнорировал мое восхождение к шесту. Сосед как ни в чем не бывало разговаривал с Аней.

Какого черта он творит?! Мы же вчера всё решили?! Одна неделя. Курортный роман, будь он неладен! А потом расходимся как в море корабли… Почему же тогда не обращает на меня никакого внимания?!

Музыка поглотила раздражение. Я стала покручивать бедрами, отдаваясь танцу целиком. Восхищенные взгляды мужчин воспламенили каждую клеточку тела: опускалась, прогибаясь в спине, словно кошка, а затем разводила бедра, карабкаясь по шесту вверх.

Мельком перевела взгляд на Эда, ощутив, как всё вокруг расплывается, превращаясь в белый шум. Он смотрел в упор, поглаживая подбородок пальцами. Такой красивый, что стало трудно дышать…

Кажется, Аня потянула его за плечо. Внутренности сковало от неконтролируемого чувства ревности. Хотелось накинуться на неё с кулаками!

- Он мой! М-о-о-о-й! – шептала трясущимися губами, продолжая тереться бедрами о раскаленную деревяшку. В трусиках стало очень тепло.

Бес продолжал поглощать меня потемневшим взглядом.

- О да. Так… – невинно улыбнулась, сдернув шелковую ленту с волос.

Я стала водить клочком ткани по шее, медленно спускаясь к ключицам, и наконец, скользнула в ложбинку между грудей.

Губы Беса растянулись в невозможной улыбке. Она была настолько заразительной, что я еле сдержалась, чтобы не рассмеяться в ответ.

Тем не менее, отбросила ленту в сторону, стягивая резинку с хвоста. Тяжелые золотистые пряди рассыпались по плечам. Энергично тряхнула головой, так что волосы разлетелись в разные стороны…

Бедра ерзали по шесту, дыхание сбилось, а груди загрубели настолько, что хотелось поскорее избавиться от топа.

В меня словно бес вселился…

Танцевала только для одного мужчины, и уже была близка к помешательству. Эд кивнул, не отрываясь от меня. Наши ненормальные взгляды ели друг друга, вели собственный диалог.

Осознание происходящего обрушилось как снежная лавина. Я провела указательным пальцем по губам, впервые в жизни испугавшись своих чувств…