ГЛАВА 18. С НАМИ ФОКУС НЕ ПРОЙДЕТ

Через час мы переоделись и спустились к ужину в общую столовую. В ней стояло 3 массивных стола, на 6 персон каждый.

Нас посадили с величествами, Алисой и Герхардом.

— А сухую рыбу куда дели? — всполошилась я.

— Положили в кладовую, миледи — сказал Желли.

— Ооо, спасибо огромное! Завтра все дружно будем ее есть! А тут пиво варят? — спросила я

— Да — ответил Герхард.

— Прекрасно, ради Машулиного приезда купим пиво в городе и отметим наше воссоединение да знакомство! — подхватила Наташа — Хоть сможем отдохнуть по-человечески.

— Вы пьете пиво? — удивился обаяшка.

— Да, а что такого? — спросила его с удивлением Натали.

— Просто пиво — это напиток для обычного населения — попытался объяснить он помягче. Но мы с Наташей уже взбесились.

— Ну так и мы не графини — язвительно сказала Наташка.

— Мы, ваше благородие, люди простые — поддержала я подругу с улыбкой, говоря специально деревенским говором — ваших королевских тонкостев не разумеем.

— Да и короля в нашей стране свергли сто лет назад — говорила Наташка зло. Что с ней? Когда она успела поругаться с обаяшкой? Вроде так мило в карете общались.

— И кто же у вас правит? — спросил Андрон.

Наташка пустилась в историю про президента, про то, как его всем колхозом раз в 6 лет выбирают и т .д. Я не хотела ее прерывать, лишь улыбалась и поедала вкусный кусок мяса.

— Так что содержание праздной царской семейки, которая только и умеет, что казну на свои балы растрачивать нам ни к чему — закончила жестким финальным аккордом Наташка.

— Ну да, не справился, не оправдал надежды народа — пинок под зад от населения — наконец вставила я свои 5 копеек — у нас равенство. Никому не позволено унижать других. И считается дикостью, когда богатые сидят за одним столом, а бедные за отдельным во время приёма пищи. У нас в обществе выскочек не любят — теперь я смотрела ехидно в глаза Андрону.

— Вы на что-то намекаете? — начал заводиться Андрон

— О нет, что вы, ваше высочество, я не намекаю, я прямо говорю: все ваши знатные семейки изрядно зажрались. Вы даже не замечаете, как себя ведете с людьми — у меня появилось настроение поругаться.

— Ага, как унижаете, оскорбляете, дискриминируете своим поведением — у Наташки, видимо, оно тоже появилось.

— Девочки, вы что? Так нельзя — испуганно сказала Алиса.

Ээх, нас бы сейчас на баррикады! Еще не ту речь толкнули бы.

— А что нам сделает ваша королевская семейка? Убьет? Ой как страшно — сказала я спокойным тоном, разрезая ножом и вилкой овощи на тарелке.

Тут Андрон внезапно вытаскивает меч и приставляет к моему горлу.

— Значит не страшно? — говорит он с издевательской ухмылкой. Решил власть свою надо мной показать.

Это он, конечно, зря. Сеня называл нашу компашку «крейзи троица», потому что у нас троих была одинаковая странная реакция на опасные события — мы зверели и вели себя неадекватно по меркам других людей, потому что напрашивались ещё больше.

Ну собственно я и веду себя в своей обычной манере — зверею. Глаза наливаются кровью, из ноздрей пускаю пар. Спешу на корриду, бью копытом, готовлюсь затаптывать тореадора:

— На слабо меня решил взять, гандон вонючий? Ты на кого полез, мамин пирожок? — улыбка превращается в оскал. Наташка сзади тоже вскочила с лавки. Обаяшка, видимо, заодно с братцем решил включить властного короля и направил свой меч на Натусю.

Мы то с Наташей прекрасно понимали, что они блефуют. Убивать им нас не с руки. Мы еще не выполнили свою миссию в их мире. Но они же не знали, что мы дуры конченные. А вот сюрприз!

В следующий момент я специально подставляю шею еще больше под лезвие Андрона и резко двигаюсь ему навстречу. Тем самым перерезаю сама себе шею. Я как раз задеваю артерию и кровь хлещет на Андрона. В тот же самый момент Наташка рукой хватает лезвие меча обаяшки, прислоняет его к своему животу и с усилием делает шаг навстречу, пронзая себя его мечом. Мы негласно подгадали момент и нанесли увечья себе одновременно.

Алиса вскрикивает и бросается ко мне. За соседним столом кричат служанки. Оба величества в шоке. Вы бы видели их глаза!

Я медленно начинаю садиться на лавку обратно, победно смотря Андрону прямо в глаза. Кровь хлещет из раны фонтаном. Алиса зажимает рукой мою рану и орет, чтобы служанки принесли полотенца.

Наташка берет лезвие меча руками и вынимает меч из себя. Она с таким же презрением, не отрывая своих глаз от глаз обаяшки, медленно садится на лавку с прямой осанкой, как королева.

— Вы что стоите, совсем ополоумели? — Алиса уже орёт на двух королевских братьев — они из-за вас кровью истекают. Да у вас сердце есть?

Герхард, берет одно из полотенец, принесенное служанками и прижимает его к животу Наташки.

— Ты сумасшедшая — говорит Андрон в шоке.

— запомните, вы, щеглы в королевских панталонах, мы не боимся смерти. Можем себя убить и без вашей помощи — я не говорила, я шипела от злости, а кровь текла сквозь ладонь Алисы при каждом моём слове — но мы прекрасно понимаем, что наша смерть не в ваших интересах, соколики. Мы еще не выполнили миссию, которую Боги вашего мира уготовили для нас.

— Но так случилось, что нам глубоко плевать на вашу миссию. Сдохнем и глазом не моргнем — продолжила говорить моим тоном Наташка — а вот вам кобзда. Пока мы в ваших руках, вы можете контролировать нашу миссию, и быть в курсе всех событий. Где это видано, чтобы вся королевская семейка впрягалась за трех девиц неизвестного происхождения? Вы думаете, что мы совсем идиотки?

После этих слов голова у меня закружилась и я начала отключаться. Остатками сознания я слышала крик Алисы: «о, всевышние, Таня, помогите».

АНДРОН

Эта девчонка начала мне дерзить. Наталья, глядя на нее, начала хамить кузену. Да что они себе позволяют? Мы из королевской семьи, мой брат император! Видел я таких дерзких на публику. Сейчас напугаю смутьянку, и она затрясётся как лист на ветру, будет вымаливать прощение на коленях. Я резко одним движением выхватываю меч из ножен и приставляю к ее шее.

Но на Танином лице ни один мускул не дрогнул, она даже не моргнула. Смотрю, глаза наливаются кровью от злости. Сказала что-то похабное с использованием словечек своего мира про мои панталоны и резким рывком сама порезала свою шею о мой меч. Кровь хлестнула мне в глаза, забрызгав лицо, рубашку и камзол.

Одновременно с ней Наташа воткнула меч кузена себе в живот. Да они обе больные на голову. Я все видел в своей жизни, но такое! Говорю ей, что она сумасшедшая, а иномирянки в таком состоянии еще и огрызаются, как будто бессмертные. Девушек уложили на лавки.

Я просто в шоке. Они же кровью истекают, а ведут себя как ни в чем не бывало. Тут Таня начала падать, теряя сознание. Я бросился к ней.

Наташа тоже отключается, ее поддерживают кузен с Герхардом.

— Артефакт — кричу я брату.

Слуги помогают нам разместить обеих девушек на полу. Алиса продолжает зажимать рану на шее Татьяны. Герхард убирает руку с кровавым полотенцем от раны Натальи и Леон с помощью артефакта устраняет повреждения на животе, а потом залечивает перерезанные мечом пальцы.

Потом он оборачивается к Тане. Алиса убирает руку и кровь хлещет в разные стороны. На кухне паника среди слуг. Картина просто ужасающая. Кузен пытается направить артефакт на рану, но оттуда плещется кровь во все стороны. Артефакт весь в крови.

Мы втроем — кузен, я и Алиса пытаемся развернуть ее тело так, чтобы кровь не лилась фонтаном. Брату еле удалось запустить артефакт. Он засветился магическим светом и стал залечивать рану. По мере залечивания артефакт пришлось приложить к ране вплотную, чтобы залечить порез кровеносного сосуда.

Когда все закончилось, картина была ужасающая: на полу в огромной луже крови лежали две девушки. Я, кузен, Герхард и Алиса были полностью перепачканы в крови. Кровь была повсюду — на одежде, на лицах, на руках, на волосах.

Как будто мы сражались в многочасовом бою и выжили.

Мы сидели на полу, тяжело дыша.

Тут дверь столовой открылась и вбежали стражи. Они увидели эту картину и остолбенели.

— Вы их убили? — спросил Вильфанд.

— Если расскажу, то ты не поверишь — только и смог выдавить я из себя.

— Они живы, надо их помыть, переодеть и уложить в постель. Проспят часов по 10 — сказал кузен. А затем обвёл всех вопросительным взором — Кто-нибудь понял, что это было?

— Я первый раз такое вижу, милорд — сказал Герхард.

— зачем было доводить до такого? — закричала на нас с братом Алиса и заплакала — из-за вашей гордыни они могли умереть. Как вам не совестно?

Она очень громко плакала. Мы переглянулись с братом — нам даже возразить нечего было. Встали, подхватили девушек на руки.

— Уберите тут все — скомандовал я, а потом посмотрел на тело Тани в моих руках и добавил — пожалуйста. Алиса, идем мыть горесамоубийц в купели.

— Кардерия, принесите, пожалуйста, халаты для Алисы, Татьяны и Натальи — сказал Леон — Да и для нас тоже.

Мы отнесли девушек в купели. Наполнили магией воду в них. Помогли Алисе снять платья с девушек до сорочек. Усадили тела внутрь купели. Оставили Алису заниматься ими.

Затем поставили ширму и залезли в соседнюю купель. Вода в купели сразу окрасилась кровью.

— Андрон, Герхард, вы когда-нибудь видели такое? — начал мой брат потрясенно — она просто взяла мой меч руками и воткнула в себя! Ни тени сомнения, ни малейшего намёка на страх в глазах. Сплошная ненависть и презрение. Пальцы изрезаны, в животе дыра.

— А вторая лучше? — продолжал я — и как она вообще умудрилась резануть себя так сильно? Столько крови было. Я боялся, что прежде чем артефакт успеет залечить рану, она истечет кровью. И в страшном сне такое не приснится!

— Милорды, эти девушки не обычные. Они росли и воспитывались в другой культуре, в другом мировоззрении — устало объяснял Герхард — по словам Татьяны при нашей встрече у них во всем мире прошли революции, монархии свергнуты, власть полностью принадлежит народу. Органы власти выбираются — причем все: от правителя государства, до губернатора и наместника.

— Таня мне рассказывала про «крепостное право» — подала из-за ширмы голос Алиса — у них раньше знатные семьи владели простыми людьми. Люди были как собственность. Знать злоупотребляла властью и часто издевалась над ними. Поэтому в их культуре ненавидят таких людей, считают их узурпаторами. Сейчас у них тоже есть богатые купцы, некоторые из них пытаются себя вести как хозяева жизни. Но такое поведение очень сильно порицается обществом.

— У них в крови ненависть к угнетению. Они воспитывались на равенстве всех людей. Вы задели их за живое — сказал Герхард.

— Ну наорали бы на нас в ответ, зачем же на меч лезть? — возмущался брат.

— Ну они и нашипели — сказала Алиса со смешком, вспоминая как девочки издавали шипящие звуки от злости. И мы все расхохотались. Через смех нервы немного успокоились.

В этот момент дверь в купели открывается, и заходит император со словами: «что у вас тут случилось?».

— Ваше высочество! — крикнула Алиса возмущенно. Она тоже разделась и осталась в сорочке, когда мы придвинули ширму. Мы то ее не видели, а вот мой братец, который по моему мнению к ней явно испытывает симпатию, хоть и не признает своих чувств, увидел все ее прелести.

Он смутился, покраснел и перешел быстро на нашу сторону за ширму. Уселся на табурет вместе с нами. Мы ему все рассказали во всех подробностях. Он был невероятно удивлен, хотя моего брата мало что может удивить.

Через какое-то время Юлиан вышел из купели, не оборачиваясь на Алису, и пошел командовать сборами награбленного сокровища из морской деревни.

Спустя пару часов мы уложили девушек в их постели. Когда я заносил Таню в ее комнату, Руби спавший на полочке перед зеркалом вскочил и стал спрашивать, что случилось. Мы с Алисой ему рассказали ужасную историю. Он также, как и мы, был в шоке.

Мы с братом решили стеречь этих горесамоубийц ночью. Мало ли, что опять выкинут проснувшись? Из комнат Леон велел слугам унести все колюще-режущие предметы.

Кровать в покоях была одна, но широкая. Я лег спать вместе с Таней. Руби сказал, что не будет спать, будет следить за иномирянкой, и если она проснется раньше меня, то он сразу начнет бить тревогу.

— Вот сумасшедшая девчонка — сказал я ей. Но она лишь мирно дремала.