Глава 2

Я смотрела на него и не верила своим глазам. Совершенно не понимала, как он здесь оказался, ведь Макс транспортировал его на «отдых». Но удивило меня другое: взгляд парня был нормальным, а не таким, каким я видела его в доме отчима. Я невольно посмотрела на двухэтажный коттедж. Было такое ощущение, будто Макарский раздвоился.

— Тебя уже выпустили из-под конвоя? — сболтнула первое, что пришло на ум.

— А я под ним был? — парировал Макарский, изогнув бровь.

Сейчас я могла внимательно разглядеть парня. По его виду не скажешь, что этот индивид принадлежит к прослойке золотой молодежи. Хотя одна его футболка, наверняка, стоила как три моих гардероба, не говоря уже про джинсы, и бесспорно: вещи на его подтянутой фигуре сидели идеально. Взъерошенные темно-русые волосы торчали ежиком, в прищуренных глазах засело любопытство, а губы были изогнуты то ли в улыбке, то ли в усмешке. Единственное, что выдавало его с головой, это наручные часы. Явно дорогие. Не возьмусь судить какой марки, так как совершенно в них не разбираюсь. Пальцы рук, кроме больших, были засунуты в карманы джинсов, что не могло не радовать, ведь я прекрасно помнила, как он нагло прошелся по моей спине.

— Судя по тому, что ты выскочил на улицу чуть ли не в тапочках. — Я непрозрачно намекнула, что кое-кто не успел одеться. — То — да.

На мой ответ Макарский неожиданно рассмеялся, закинув голову назад.

— Рапунцель, ты первая, кто назвала самый популярный бренд кроссовок тапочками. Они тебе этого не простят!

— Как-нибудь переживу, — недовольно буркнула себе под нос, так как опять не получилось вызвать машину. — Вообще-то, меня зовут Ева, — напомнила этому невеже, но моим словам не придали никакого значения, а от ехидной улыбки, полученной вместо ответа, мне ужасно захотелось позаимствовать любимое оружие той самой Рапунцель, чтобы хоть немного осадить этого нахала.[3]

— Мне вот интересно, почему Макс отпустил тебя? Еще и одну. — Прозвучал вопрос совершенно серьезным тоном.

— А мне нужна нянька? — Я тоже изогнула бровь и отзеркалила усмешку, намекая на недавнюю сцену, которую он устроил.

Макарский хмыкнул.

— Ты меня еще больше удивляешь.

— Так ты из-за этого сбежал? — Глянула на него исподлобья.

— Да. Нет. Вообще-то, мы не договорили…

Что-то в его интонации заставило мое подсознание взбунтоваться. Я прекрасно помнила, как он «говорил», нагло лапая меня рукой.

— Да? А по-моему, тебе внятно сказали держаться от меня подальше. — Вздернула подбородок и уставилась в темно-серые глаза парня.

Тот спокойно, если не сказать уверенно, выдержал мой взгляд. А вот я начинала злиться, что стою здесь и ничего не могу сделать. Звонить деду, чтобы он меня забрал, как-то не хотелось.

Макарский нахмурился, а его взгляд потемнел.

— Ева!

— О! Ты даже имя смог запомнить. Прогресс налицо!

— Не нужно так со мной разговаривать. Я сам решаю, кого держать подальше, а с кем хочу познакомиться поближе, — прозвучало с нажимом в голосе.

Надо же! Какой «решительный»!

— А ты не простынешь? — спросила беспечно и сделала вид, что не заметила его интонации. — Насморк не подпортит твою «суровую» репутацию?

— Так обо мне печешься? — прилетело таким же тоном.

Мне показалось, он даже плечи развернул, выпячивая обтянутую белоснежной футболкой грудь, чтобы показать, что ему совершенно нехолодно. Только покрасневший кончик носа и торчавшие дыбом волоски на руках говорили не в его пользу. Позер!

— Пфф! Больно надо! — Я снова уткнулась в экран телефона.

— Ты вряд ли сможешь сейчас найти такси, — прозвучало с издевкой.

Вскинула на наглеца взгляд, ожидая объяснений.

— На «Арене» сегодня выступает солянка из рок-групп. Весь тусняк там.

Черт! Точно! Я помню, еще удивилась, что Макса это не заинтересовало. Но он ответил, что так даже лучше — половина народа отсеется. Только, судя по количеству сегодняшних гостей, концерт рок-звезд оказался менее популярным. Но там, наверняка, собрался весь город, который на такие мероприятия добирается исключительно на такси. И, что вполне ожидаемо, таксисты тоже крутятся в ближайшем районе.

— Могу предложить два варианта. — Макарский подался чуть ближе, заставляя меня отступить на шаг.

— Что-то мне ни один из них уже не нравится. — Я еще увеличила расстояние между нами.

— Ты даже не знаешь какие! — Сколько самодовольства сквозило в его наглых, но красивых глазах.

— И каких же? — Я сложила руки перед грудью, ежась от одного вида полураздетого парня. В конце концов, выслушать-то его я могу.

— Ты называешь мне адрес, и я с радостью доставлю тебя, куда скажешь. — Загадочно улыбается паршивец. — Или мы можем сначала прокатиться по городу…

***

Нет, ну не нахал ли?! Буквально минут двадцать назад его вело и шатало, а сейчас он готов прыгнуть за руль?

— А права не жалко?

— В каком смысле? — Макарский на секунду растерялся.

— В прямом! Водительские права у тебя что, лишние?

— А-а, — протянул он и широко улыбнулся. — У меня их нет, — заявил горделиво.

Блеск!

— Рапунцель…

— Меня зовут Ева!

— Ладно-ладно! — Коварная улыбка изогнула красиво очерченные губы. — Ева, для таких случаев существуют личные водители, — шепотом, словно поведал самый главный секрет, поделился Макарский.

Он наклонился, и я смогла уловить ненавязчивый запах мужского парфюма. Не резкий, а такой приятный, свежий. Цитрусовый с нотками кедрового леса.

— Какая прелесть! — фыркнула, хотя руки так и чесались смазать довольную улыбочку с одного наглого лица, и на ум почему-то опять пришла знаменитая сковорода. — Знаешь… Пожалуй, я готова принять твое предложение, но с небольшой поправкой.

— Какой? — оживился бедолага.

Явно замерз ведь! На улице было не больше пяти градусов.

— Я воспользуюсь услугами твоего водителя, а тебя он заберет потом, — сообщила, скопировав его широкую улыбку.

Макарский снова рассмеялся.

— Теперь я понимаю, почему Тимохин так тщательно тебя скрывал.

Я нахмурилась, так как не совсем поняла, что он хотел этим сказать.

— Макс, наверное, тебя потерял, — намекнула, чтобы этот отмороженный вернулся к другу, у которого, вроде как, сегодня день рождения.

— Переживет, — отрезал Макарский и достал из заднего кармана айфон. Судя по движениям руки, писал сообщение. Айфон почти сразу завибрировал от входящего звонка, и парень небрежно поднес телефон к уху. — Да, — бросил коротко. — Прямо сейчас.

— Я с тобой никуда не поеду! — заявила громко. Уж лучше позвонить Красновой — она что-нибудь точно придумает. Или деду.

Макарский скользнул по моему лицу медленным, неотрывным, изучающим взглядом.

— Боишься?

— Не доверяю.

— И правильно делаешь. — Вдруг согласился, но не прервал зрительный контакт.

— Зачем ты прикидывался нетрезвым? — задала вопрос в лоб.

— Чтобы усыпить бдительность Макса.

Непонятный ответ.

— Зачем?

— Уж очень было любопытно на тебя посмотреть.

Стало еще непонятнее, но уточнять, с чего вдруг проснулось такое любопытство, я не стала.

— Посмотрел?

— Не совсем, — протянул он, раскачиваясь с пятки на носок.

Точно замерз! И мозги последние еще отморозит. Я снова залезла в приложение, но «Пожалуйста, подождите! Мы ищем машину для вас!» никак не радовало.

— Ева, я же сказал, что тебя отвезут.

Я опять перевела взгляд на Андрея. Возможно, первое впечатление было ошибочным, и он не такой засранец, каким хотел показаться вначале?

— Тогда, может, тебе стоит пойти в дом? — предложила ему.

— Посажу тебя в машину и пойду. Или тебе не терпится от меня избавиться?

— Вообще-то, я переживаю за твое здоровье, но ты можешь думать, как хочешь.

— Не сердись, Ева. Просто ты… — Макарский вдруг замолчал на полуслове.

— Что я? — Не вытерпела я.

— Неважно. — И снова загадочная улыбка, увидев которую, я закатила глаза. — Странные у вас с Максом отношения. Я бы никогда не отпустил свою девушку одну…

— Что? — переспросила в недоумении. Мне показалось, что я не так истолковала его фразу.

— Как бы это всегда было принято: провожать девушек, — пояснил Андрей.

А ведь официально нас не представили. Нет, я, конечно, знала, как его зовут, и давно знала, но Макс нас почему-то не познакомил.

— И бросить кучу гостей? — привела довод.

— Я бы бросил.

Кто кого бы бросил, Макарский объяснить не успел. Буквально перед нами резко остановился черный глянцевый седан с такими начищенными дисками, что в них можно было смотреть как в зеркало. Честно говоря, никогда не думала, что личный водитель может так торопиться. Хотя в данном случае, учитывая, что кое-кто явно подмерз, это было очень кстати. Тонированное стекло плавно опустилось и поверх темных очков на нас смотрела девушка, которой вряд ли было можно дать больше двадцати лет.

— Прошу! — кивнула она мне.

Я перевела взгляд на Андрея.

— Идем, — предложил он.

— Я же сказала, что с тобой не поеду, — буркнула тихо, но девушка явно услышала, потому что я заметила, как она хмыкнула.

— Ева, я всего лишь посажу тебя в машину! — Теперь Макарский закатил глаза.

— Я и сама прекрасно сяду! — огрызнулась, почувствовав на своей талии его руку.

— Все-таки ты сильно одичала в своей башне, Рапунцель. — Андрей распахнул передо мной переднюю дверцу машины и закрыл ее, когда я села.

***

Сжала губы, чтобы ничего не ответить. Но, окутанная теплом роскошного салона, я почувствовала острый укол совести. Ведь этот недоделанный Флин Райдер в одной футболочке остался на улице, и вряд ли от марки бренда в ней становится теплее.

Нажав на кнопку стеклоподъемника, я опустила стекло.

— Спасибо! — поблагодарила Макарского. — Пожалуйста, вернись в дом, — снова попросила его, но этот упрямец продолжил стоять на месте, лишь уголок губ приподнял в легкой улыбке.

Ну и пусть мерзнет, если ему нравится!

Закрыла окно и заставила себя смотреть вперед, чтобы не видеть его наглую улыбку, и мечтала поскорее уехать. Но девушка, которая личный водитель, наоборот, никуда не спешила. Я перевела взгляд на нее.

— Мы поедем? — поинтересовалась. — Может, тогда этот чудик перестанет морозить свой нос.

— Конечно! — с готовностью ответила она, изогнув губы в такой же полуулыбке-полуусмешке. — Как только я буду знать, куда ехать.

Я дала себе мысленный подзатыльник и назвала адрес. Девушка повторила его в телефон, служащий вместо навигатора, выстраивая маршрут. Когда машина отъехала, я не удержалась и бросила взгляд в зеркало заднего вида — Макарский стоял на месте. Вот что за упрямый человек?

— Не бери в голову. Он всегда делает только то, что хочет.

— Что? — переспросила я, нахмурившись. Слишком много непонятного для одного дня. Но вместо ответа на лице девушки блуждала загадочная улыбка.

Вот тоже — такая молодая и личный водитель? Я без задней мысли разглядывала ее, и, видимо, мой интерес не остался не замечен.

— Можешь прямо спросить, что тебя интересует, — предложила она, даже не повернувшись в мою сторону. — Я сегодня добрая.

В ее коротких волосах, цвета шоколада, играл блик. Девушка следила за дорогой и вполне уверенно чувствовала себя за рулем, по крайней мере, ее поза не была напряженной. Мы как раз приближались к выезду из коттеджного района.

— Ты давно работаешь водителем? — спросила я чисто из интереса, чтобы примерно прикинуть ее возраст.

На мой вопрос она неожиданно и заразительно рассмеялась.

— С чего ты взяла? — переспросила, просмеявшись.

— Мне так сказали, — ответила я, начиная еще больше злиться на Макарского. Десять минут общения с этим индивидуумом, даже толком не знакомы, а эмоции уже через край!

— Кто? Андрей?

Она так легко назвала его по имени, что у меня возникла совершенно другая мысль, однако озвучивать ее я не стала, чтобы не вызвать еще один приступ смеха. А-то, мало ли, дохохочется и лбом об руль стукнется, а мне потом отвечай.

— Да.

— Вот, балабол! Спасибо, что рассказала! — Чему-то обрадовалась она.

Я же чувствовала себя не в своей тарелке. Мало того, что он из-за меня выдернул человека, так еще и самому потом ждать ее возвращения.

— Не обижайся, — смягчилась шатенка. — Этот упрямый балабол — мой брат.

— Оу! — Короткое междометие — это все, на что меня хватило.

Вопросов появилось еще больше, но я стойко молчала. Хватит! Чувствую, все и так надо мной зачетно посмеялись.

— И что? Тебе ничего не интересно? — сестра Макарского не оставила попытку разговорить меня.

— Почему? Интересно. Например, как ты так быстро приехала?

— Ты серьезно?! — Она повернулась, вздернув брови в недоумении.

Да что такое?! Я чувствовала себя круглой дурочкой.

— Можешь объяснить, что я опять не так спросила или сказала? — Я глубоко вдохнула, пытаясь взять себя в руки, но все равно вопрос прозвучал с вызовом.

Макарская подняла солнцезащитные очки на лоб и смотрела на меня изучающим взглядом.

— Просто мы как бы соседи с Тимохиным, — сказала она после продолжительной паузы, когда я уже решила, что ответа не будет. — Там ехать-то — ворота открыть.

Это капец! Я отвернулась в окно, борясь с эмоциями, представляя, как потешался надо мной Макарский.

— Ты не знала? — прозвучало, как мне показалось, с сомнением.

— А должна была? — отбила вопросом на вопрос.

— Ну-у, — протянула сестра недоделанного разбойника. — Как правило, об этом все знают.

Я почему-то была уверена, что так и есть. Краснова явно бы пробила все явки и пароли своего кумира, а мне почему-то это даже и в голову не пришло.

— Похоже, я исключение из правил, — пробубнила себе под нос. А точнее — недоразумение, которому лучше сидеть там, где я всегда сидела, а не пытаться пристроиться хотя бы в хвостик золотой молодежи.

Машина плавно остановилась на светофоре. Рядом, справа от нас, капот в капот встала еще одна иномарка.

— Да пошел ты! — Вдруг выругалась шатенка и опустила очки на нос.

Я посмотрела через нее на соседнюю машину. Стекла тонированы — ничего не видно.

— Знакомый? — решила уточнить. Одним глупым вопросом больше, одним меньше — уже не смертельно.

— Угу.

— Я могу выйти, — предложила ей. Доставлять кому-то неудобства мне хотелось меньше всего.

— Еще чего! Кстати, я — Ксения. Для друзей — Ксю.

— Очень приятно. Я Ева.

Загорелся зеленый, но Ксения не стала соревноваться со своим знакомым, и мы спокойно доехали до моего дома. Она задавала мне ничего незначащие вопросы, на которые я отвечала. Какой цвет мне нравится, самое любимое блюдо, чем занимаюсь в свободное время — ничего особенного.

Остановившись возле единственного подъезда с этой стороны моего дома, она посмотрела вверх на шестнадцатиэтажную свечку.

— И на каком этаже ты живешь?

— На самом верхнем, — призналась я, смутившись, так как в памяти всплыли слова, сказанные ее братом: «Все-таки ты сильно одичала в своей башне, Рапунцель!». И теперь у меня точно засядет в мозгу именно такая ассоциация. — Ксения, — позвала я девушку.

— А? — Она первая вышла из машины и стояла, опираясь на открытую дверцу.

— Мне очень неудобно, что тебе пришлось из-за меня отвлекаться… — Я не знала, как спросить об оплате, а Ксения озиралась по сторонам, словно впервые видела обычный двор. — Я могу…

— Стоп! Мне ничего не нужно — это точно, но если тебе так хочется, давай как-нибудь вместе поедим мороженого. Идет?

— Идет.

— И зови меня Ксю.