Глава 26 Самый важный момент

— Пока, милая, береги себя. И хорошо отдохните там.

— Надеюсь, и вы без меня отдохнете, — счастливо улыбаюсь, обнимаю родителей и иду вместе с Зоей и Костей к стойке регистрации. Летим мы бизнес-классом, поэтому регистрируют нас быстро.

Напоследок оборачиваемся и все вместе машем моим родителям, а потом проходим предполетный досмотр.

В зоне вылета забуриваемся в кафе и заказываем кофе со всякими неполезными для фигуры вкусняшками.

— Ну, что, подруга, готова к приключениям? — подмигивает мне Зоя, как только Костя отходит позвонить.

— Давай без приключений, а? — отрицательно качаю головой. — Просто отдых, экскурсии, море.

— И горячие бессонные ночи? — подруга снова меня дразнит и я моментально вcпыхиваю, как сухой лист от зажженной спички.

— Зоя, блин!

— А что я такого сказала-то? Пляжи, бары, клубы, танцы до утра. Что в этом такого?

Ну да, конечно. Прекрасно я знаю, на что она намекает.

К счастью, появление брата отвлекает ее от двусмысленных шуток и мы просто пьем кофе и болтаем до тех пор, пока не объявляют посадку на наш рейс.

Когда самолет начинает взлетать, я крепко вцепляюсь руками в ручки кресла. Начинает жутко кружиться голова. Черт, неприятно-то как.

— Штормит? — спрашивает Костя, заботливо накрывая мою руку своей.

— Немного. Вестибулярка шалит.

— Закрой глаза и дыше глубже. Скоро полегчает.

Действительно, мне становится легче, как только самолет набирает высоту, но все равно большую часть полета я предпочитаю спать. Костя будит меня ближе к посадке, чтобы я полюбовалась на город.

— Красота, — выдыхаю, не отрывая взгляда от иллюминатора. Вид и правда открывается удивительный.

— Вблизи тебе понравится еще больше. Кстати, ты взяла с собой удобную обувь?

— Вроде бы да, — морщу нос, вспоминая, что я упаковала в чемодан. — Кроссовки взяла. А что?

— А то, что ходить мы будем много. И не только по улицам и площадям.

— Жду с нетерпением.

Что ж, эти две недели обещают быть весьма интересными. До сих пор удивляюсь, кстати, как Косте удалось убедить родителей отпустить меня с ними, но факт налицо. Я сижу в самолете, который готовится заходить на посадку, и предвкушаю море новых впечатлений, которые мне обязательно принесет эта поездка.

***

Первые дни пребывания в городе прошли в разъездах и экскурсиях. А посмотреть там было на что. Меня буквально разрывало от желания побывать везде. А каждое следующее посещенное место казалось красивее предыдущего. И если Зоя постоянно недовольно ворчала, не особо интересуясь местными красотами, видимо, они ей уже приелись, то я буквально наслаждалась любой мелочью. Красивым зданием театра, великолепными магнолиями или стройными кипарисами, интересной скульптурой или клумбой. И еще я фотографировала. Очень много фотографировала. Пейзажи, здания, море, Костю, морские суда и машины, забавных прохожих.

Наверное, с точки зрения профессионала мои снимки выглядят жутко любительскими, зато мне сам процесс съемки доставляет колоссальное удовольствие. А это уже неплохое начало.

Где мы только ни были — гуляли по набережным и бульварам, кипарисовым и пальмовым аллеям. Любовались красотой местных соборов. Посещали порт и выходили в море на яхте. Посещали смотровую площадку на горе Ахун и Навалищенское ущелье, любовались красотами тисо- самшитовой рощи и великолепием местных скал и водопадов.

Домой мы возвращались ближе к ночи, выбившиеся из сил и готовые заснуть на ходу. По крайней мере, я засыпала моментально, стоило лишь голове коснуться подушки, и спала беспробудным сном часов до восьми утра минимум. А потом все начиналось по новой.

На седьмой день у Зои кончилось терпение и она, взяв с собой кое-какие вещи, отправилась в гости к одной из местных приятельниц, с которой привыкла встречаться каждый год в это время.

— Надеюсь, она никуда не влипнет? — с определенной долей тревоги спросила я, когда мы отъезжали от дома, где оставили Зою.

— До этого все было нормально, — пожимает Костя плечами. — Да и думаю, что недавнего сидения за решеткой ей было достаточно. А если что вытворит опять — мигом отправится жить к родителям.

— Какой-ты суровый, — не удерживаюсь от легкого смешка.

— А каким с ней еще быть? — строго на меня смотрит. — А если вздумаешь ее покрывать в случае чего, то огребешь с ней заодно.

— И что ты сделаешь? — лукаво на него поглядываю. — Скажешь моим родителям, чтобы они меня дома заперли?

— О нет, — яростно сверкает глазами, отчего мне становится немного не по себе. — Выпорю. Больно. Так, что сидеть не сможешь.

— А не боишься, что после такого я от тебя сбегу?

— А ты попробуй — поймаю и накажу еще раз.

— Маньяк, — ворчу и отворачиваюсь к окну. Ну вот, Костя опять за свои фокусы. Нравится ему выводить меня из равновесия.

— Тая, я хочу, чтобы вы обе не искали себе приключений на пятую точку. Вам они не понравятся. Ведите себя нормально и репрессий не будет. И не надо обижаться. Все ради вашей же безопасности.

Некоторое время мы едем молча, и я по здравом размышлении прихожу к выводу, что Костя прав. Сейчас такие времена, что в неприятности можно попасть на ровном месте. Поэтому нарываться лишний раз не стоит.

— Какие планы на сегодня? — спрашиваю, когда мы паркуемся на стоянке возле дома.

— А ты чего хочешь?

Бросаю взгляд в сторону моря и понимаю, что очень хочу купаться.

— Пошли на пляж?

— Давай. А потом съездим в какой-нибудь ресторан.

Мы быстро переодеваемся и топаем на пляж. Он тут и правда близко. Буквально сотня — другая метров от коттеджа до берега.

Первым делом расчехляю фотоаппарат, который ко мне буквально уже прирос, и ношусь по берегу, снимая все подряд. Костя же греется на песочке и тихо посмеивается, глядя на меня.

Вдоволь налюбовавшись сим зрелищем, он наконец просто отбирает фотоаппарат и тащит меня в воду. Я не сопротивляюсь, сама очень хочу охладиться. Сегодня как-то уж слишком жарко.

Плаваем долго и увлеченно, до тех пор, пока у меня не начинают дрожать ноги. Костя же, пользуясь моментом, прижимает меня к себе, помогая добраться до берега, и жарко шепчет на ухо:

— Сегодня вечером, Тая…

От этого обещания внутри живота сразу начинает болезненно тянуть. Тело давно уже готово к тому, чтобы открыть для себя новые горизонты, а мозг все еще волнуется. Но я понимаю, что дальше тянуть некуда. Мы и так сколько недель уже находимся на взводе. Если честно, вообще удивляюсь Костиной выдержке. Другой на его месте уже давно бы склонил к интиму или послал куда подальше. А он понимает мое состояние и поэтому ждет. Но ждать вечно не будет никто. Даже я сама. Пора сделать решительный шаг во взрослую жизнь.

О том, что будет после секса, я предпочитаю не думать. Продолжим ли мы встречаться или я потеряю для мужчины всякий интерес? Учитывая все, что с нами произошло за эти месяцы, я склонна доверять Косте. Думаю, не стал бы он заморачиваться с сюрпризами, подарками и разговорами с предками, если бы хотел только одноразового секса. Да он взял бы меня в первый день знакомства, если бы пошел напролом, как ни стыдно это признавать.

Поэтому отбрасываю все лишние сомнения, оставляя в душе место лишь для ожиданий и радостных грез.

Вечер проходит замечательно и неумолимо быстро. Приятная обстановка, вкусная еда, красивые виды за окном и неотразимый мужчина рядом, который буквально пожирает меня глазами. С течением времени его прикосновения становятся все откровеннее, взгляды все горячее и я боюсь, что на мне скоро загорится платье — настолько накалена атмосфера между нами.

— Поедем домой? — охрипшим голосом наконец спрашивает Костя и я киваю. А через пять минут мы уже мчим по улицам, спеша оказаться наедине. И в этот раз красивые виды за окном остаются незамеченными.

Костя целиком сосредоточен на дороге, но я буквально чувствую его напряжение и страсть, которая исходит от его тела, грозя испепелить меня. Да и я сама натянута как тетива, чуть тронь — и лопну. В голове даже начинают тикать часики, словно начиная обратный отсчет.

Когда мы наконец оказываемся в спальне, я замираю, чувствуя себя в неком ступоре. Как лань, которая замирает статуей при виде света фар несущегося на нее на полном ходу автомобиля.

Не знаю, что нужно говорить, и что делать, просто стою и тяжело дышу, облизываю пересохшие губы.

— Не бойся, воробушек, — Костя подходит, распускает мои волосы, ласково касается моего лица, легонько целует в губы. — Мы же уже многое делали вместе. И тебе нравилось, не так ли?

Я лишь молча киваю в ответ. О да, мне действительно было хорошо.

— Сегодня мы просто дойдем до конца. И настоящий акт тебе понравится еще больше, просто сначала надо немного потерпеть. А я все сделаю в лучшем виде.

— Защита есть? — единственное, что у меня получается спросить.

— Все при мне, не волнуйся.

Он снова меня целует, пытаясь расслабить, и в какой-то мере это получается. Затем отходит в сторону и просит меня раздеться.

Немного помявшись, медленно скидываю с себя туфли, позволяю платью соскользнуть вниз лужицей блестящего шелка. Заметив реакцию мужчины, напрягшиеся мышцы, бурно вздымающуюся грудь, хищно подергивающиеся ноздри, я неожиданно для себя самой набираюсь смелости и какой-то раскованности.

Переступив через платье, тянусь к застежкам бюстгальтера и снимаю его, отбрасывая на спинку кресла. Мягко касаюсь руками шеи, обхватываю ладонями груди и слегка сжимаю, поглаживаю живот и скольжу ладонями ниже, к кромке белья.

И от этого процесса сама начинаю возбуждаться. Соски напряжены так, что больно дотронуться, а на ткани трусиков остались следы моих соков. Про Костю уж молчу, явно держится на одной силе воли. Выглядит он сейчас как зверь, готовый к прыжку…

Когда я остаюсь полностью обнаженной, то невольно прикрываю глаза, ожидая дальнейших действий. Слух резко обостряется и я слышу все, что происходит в спальне, — как с легким стуком на тумбочку ложатся часы, как шуршит ткань сорочки, как звякает пряжка ремня…

А в следующий миг меня накрывает настоящий ураган, увлекая за собой в пучину страсти. Горячие губы терзают мой рот, давая вдохнуть лишь жалкие крохи воздуха. Взвизгиваю, когда меня резко опрокидывают на кровать, но тут же начинаю плыть под умелыми ласками мужчины.

Шея, грудь, живот, ноги — все оказывается обласканным и зацелованным. Я извиваюсь, изнемогая от охватившего тело желания. Мне уже не боязно, я хочу получить все удовольствие по полной программе.

Но Костя не торопится, продолжая свои игры — кусает соски так, что они начинают болезненно ныть, его пальцы ласкают промежность, разводят мои складки, гладят, дразнят, массируют, заставляя обильно истекать смазкой.

Всхлипываю, когда он раздвигает мне ноги и начинает ласкать языком. Выгибаюсь от удовольствия, теребя в ладонях ткань простыни, и рефлекторно сжимаю бедрами его голову, чтобы не отстранялся.

Нахлынувшая волна оргазма неожиданно накрывает, заставляя дрожать и блаженно постанывать.

Но полностью расслабиться и размякнуть мне не дают — не успеваю перевести дыхание, как тяжелое тело накрывает меня сверху. Я вздрагиваю, когда чувствую, как налитая головка члена начинает раздвигать складки, стремясь проникнуть внутрь.

Распахиваю глаза и в панике обвиваю руками спину мужчины, крепче прижимая к себе.

— Тихо, Тая, Тихо. — черные глаза затуманены страстью, мышцы напряжены, видно, что Котя с трудом себя контролирует. — Не напрягайся, а то больнее будет.

Киваю и отвлекаюсь на глубокий поцелуй, который он мне дарит, а в это время Костя делает резкий толчок, прорываясь внутрь.

— Ааа, — тело пронзает приступ острой боли, я вдавливаю ногти в мужские плечи, ощущая как член с трудом протискивается в узкое лоно, дорывая остатки плевы и растягивая стенки.

Еще одно движение, чуть менее болезненное — и по моим щекам стекают соленые капли.

— Уже все, милая, все кончилось. — Костя останавливается, дав мне передохнуть, и целует в висок. — Cейчас боль уйдет и будет лучше.

Я продолжаю мелко подрагивать, привыкая к новым ощущениям. Слышу ласковые слова, ощущаю нежные поглаживания и мне понемногу становится лучше. Костя начинает двигаться снова, заставляя морщиться, но и эти отзвуки боли скоро проходят.

— Тая, черт, какая же ты узкая. — он буквально рычит, начиная потихоньку набирать темп. — Невыносимо. Боюсь, сейчас это будет быстро, прости.

Постепенно член начал входить свободнее и я стала постанывать от удовольствия. Сперва тихонько, а потом все громче. Во мне стали просыпаться неведомые прежде желания, стало казаться мало того, что мне дают. Инстинктивно закинула ноги на спину Косте, стремясь принять его глубже в себя.

— Тая, сладкая моя, держись, — кажется, от моих действий Костю окончательно унесло и он включил какой-то бешеный темп, тараня мое тело на полную. Но мне не было больно, а совсем даже наоборот. Я стонала, выгибалась и царапала ему спину, ощущая, как внизу живота готовится сдетонировать снаряд.

С каждым толчком он проникал все глубже и я стала подаваться навстречу, полностью отдавая себя этим чувственным утехам.

— Даа, Костя, да, пожалуйста, — я не понимала, чего именно прошу, но зато понял он.

Рыкнув, чуть замедлил фрикции, начав одновременно ритмично стимулировать клитор пальцами — и все. Меня прошило насквозь острой волной удовольствия.

Оглушенная откатом, я бессильно распласталась на кровати, лишь тихо охнув, когда Костя полностью навалился на меня. Еще пара рывков — и его тело застыло, содрогаясь в сладких спазмах. И отголоски его наслаждения по касательной задели и меня, заставив закрыть глаза и уплыть в туман…