Глава 44

Через два дня Кира шла на работу на подгибающихся ногах. После возвращения с дачи они с Ильей ни разу не виделись, и она банально соскучилась. Конечно, он звонил ей каждый день, вечером, и они разговаривали: о прошедшем дне, о книгах, о фильмах. Еще он часто слал ей смс — провокационные, смущающие, возбуждающие.

«Ты где?» — «Перерыв между парами, в столовой». — «Мой член соскучился по твоему язычку».

К счастью, инцидент с разбитым носом в училище активно не обсуждался. За каникулы о нем успели подзабыть, да и «пострадавший», видимо, протрезвел и решил не устраивать разборок. А, может, был настолько пьян, что не помнил, с кем из девчонок закрылся в кабинете? В любом случае, Кира считала, что легко отделалась.

Вчера вечером Илья сказал, что на сегодня назначена съемка в студии, и Кира должна выйти на работу. Она уже приучила себя не спрашивать о больной ноге. Вернее, Илья отучил, раздражено рыкая каждый раз в ответ: «У меня сломана нога, а не голова». То есть, он вел себя, как обычно, и не собирался брать больничный на целый месяц.

Работа так работа. Кира даже была рада, потому что целый месяц без Ильи она бы не вынесла. И вскоре после телефонного звонка пришла смс-ка с новой инструкцией: «Возьми с собой юбку в клеточку, белую блузку навыпуск и чулки на резинке. Как придешь в студию — переоденешься. Из белья оставишь только бюстгальтер, трусики не надевай». Кира не успела ответить, как телефон снова брякнул: «И не вздумай так разгуливать по улице! Принеси с собой, переоденешься здесь». Она улыбнулась.

Илья редко включал «заботливого папочку», но всегда это было уместно и не раздражало, а согревало и умиляло, до бабочек в животе.

И вот теперь, поднимаясь в студию, Кира понимала, что одновременно испытывает и страх, и предвкушение. Разгуливать по студии без трусов в короткой юбочке — провокационно. И сладко-сладко от мысли, что Илья задумал какую-то новую игру. А еще она помнила о том, что он пообещал наказать ее во время следующей сессии. Лишь бы не при всех! В итоге, переодеваясь в туалете, Кира обнаружила, что ее трусики уже промокли от возбуждения.

В студии кипела работа. Носились ассистенты, то и дело раздавался спокойный и уверенный голос Ильи, щелкала камера, шуршали одеждой модели. Кира заглянула в зал, чтобы поздороваться со всеми. В первую очередь, конечно, чтобы показаться Илье.

— Здравствуйте, Илья Сергеевич.

Он бросил на нее взгляд, кивнул, довольно сощурившись, и вернулся к работе. К слову, устроился он с комфортом — разъезжал по залу в офисном кресле на колесиках. Кира обменялась улыбками с остальными членами команды и ушла на кухню, где уже успели устроить бардак.

Илья закончил серию снимков, отправил моделей переодеваться и потребовал кофе в кабинет. Кира понесла его сама, с трудом унимая дрожь в руках.

— Поставь, — Илья кивнул на столик рядом с диваном, на котором полулежал, вытянув ногу в гипсе. — Подойди поближе.

Она беспомощно оглянулась на приоткрытую дверь.

— Сама виновата, — хмыкнул Илья и засунул руку ей под юбку.

Кира замерла, прислушиваясь, не идет ли кто. Ассистенты собрались на кухне, выпить чаю в перерыв, но стилисты и модели переговаривались совсем рядом, в соседней с залом комнате.

— Кира, я соскучился, — признался Илья, стискивая сначала одну ягодицу, потом другую.

— Я тоже, — прошептала Кира, невольно расставляя ноги, потому что пальцы Ильи скользнули в лоно.

— Бесстыдница, — Илья легко шлепнул ее по попе. — Мокрая. Тебя даже готовить не надо. Оближи пальцы.

Кира снова оглянулась на приоткрытую дверь, судорожно перевела дыхание и опустилась на колени возле дивана. И тщательно, язычком, облизала пальцы, которые только что ласкали ее внутри.

— Умница. Поцелуй меня и иди, работай. Возьми журнал, там расписание до конца месяца. Обзвони агентства, пусть подтвердят заказ. Придешь ко мне в следующий перерыв, и если забудешь закрыть дверь, это будут твои проблемы.

Поцелуй был сладким, но коротким. Кира ушла из кабинета пунцовая, с лихорадочным блеском в глазах, и сразу уткнулась в журнал, чтобы никто не стал расспрашивать, отчего ее потряхивает.

Как только началась съемка, на кухню заглянул Антон. Кира улыбнулась ему, но он только кивнул, быстро напился воды из фильтра и вышел.

— Антон! — Кира выскочила следом, в прихожую. — Но почему…

— Я курить, — перебил он.

— Я с тобой.

— В таком прикиде? — он скептически приподнял бровь. — Судя по твоему взъерошенному виду, на тебе и трусов-то нет.

Кира ахнула и прикрыла рот рукой. И это Антон? Точно, тот самый? Хорошо, рядом никого не было, и его грубых слов никто не слышал. Она обиделась чуть ли не до слез, но все же натянула куртку и вышла вслед за ним в подъезд.

— Что происходит? — спросила она.

Антон пожал плечами и отвернулся к окну.

— В чем моя вина? — продолжала настаивать Кира.

— Ты уже здесь. А сказал, на кухне подождешь! — из студии вышел еще один стилист, приятель Антона. — О, Кир, ты тоже тут. Куришь?

— Нет, я… — Кира поняла, что разговора не получится. Антон обрадовался, когда появился третий, обратился к нему с каким-то вопросом. — Я уже ухожу… — добавила она и поднялась наверх.

Несколько слезинок все же стекли по щеке, когда никто не видел. Странно, непонятно… и жгуче обидно. А, может, Антон получил какой-нибудь глупый приказ от своего Дома? От Сержа? Ну не мог же он измениться так резко!

Время до очередного перерыва тянулось мучительно долго. Илья давал ей новые поручения, и все было как обычно. За исключением того, что на душе скребли кошки. Антон казался ей добрым, отзывчивым, дружелюбным. И такой поворот. Вспомнилась фраза, произнесенная им на даче: «А меня Серж взял, потому что Илья попросил. Тебе, для компании». Он обиделся на это? Но почему на нее, на Киру? Она даже не знала!

Илья сразу заметил перемену в настроении Киры. Она принесла ему бутерброды, тщательно заперла дверь и замерла около дивана.

— И что ты успела себе напридумывать? — вздохнул он.

— Я? В смысле? Ничего…

— Кира, прекрати. Я прекрасно знаю этот взгляд побитой собаки. Чем я успел тебя обидеть?

— Ничем, Илья Сергеевич. Не вы.

— А кто?

Запинаясь, она вкратце рассказала об Антоне.

— Замечательно… — процедил Илья. — Я с ума схожу по тебе, а ты — об Антоне.

— Да не в этом же смысле! — испуганно пискнула Кира.

— Если бы в этом, выпорол бы, — нарочито ласково пообещал Илья, потемнев. — Прямо сейчас. Но ничего, я научу тебя, о ком нужно думать, когда рядом Дом. Тем более, тебе полагается наказание за прошлый раз.

— Илья Сергеевич… — она даже попятилась.

— Я не расслышал? — В его голосе появилась угроза. — Или мне приказать открыть дверь перед наказанием?

— Прошу прощения, господин, — пролепетала Кира. — Пожалуйста, не надо… дверь…

— Возьми ключ, — Илья вытащил его из кармана, — открой нижний ящик моего стола. Достань синий мешочек. Закрой ящик, отдай мне ключ.

Из мешочка он достал два шарика, сцепленных друг с другом ниткой.

— Знаешь, что это? — он показал шарики Кире.

— Н-нет…

— Наша новая игрушка и твое сегодняшнее наказание. Это влагалищные шарики. Повернись ко мне спиной, наклонись и раздвинь ноги. Ближе ко мне, Кира!

Она дрожала, не понимая, что ее ожидает. Унизительная поза, как обычно, подействовала возбуждающе. Кира чувствовала, как Илья пальцем проверяет, не сухо ли у нее в лоне, а потом пропихивает внутрь влагалища шарик. Она дернулась, потом прислушалась к каким-то новым и необычным ощущениям.

— Стой спокойно!

Ее шлепнули по попе. Кира всхлипнула и стоически терпела, пока внутрь засовывали второй шарик.

— Выпрямись. — Илья откинулся на спинку дивана. — Пройдись. Как ощущения?

Кира послушно засеменила к двери и обратно. Шарики перекатывались внутри, но не мешали и не причиняли боль. Скорее, они причиняли возбуждение, раздражая стенки влагалища.

— Мне кажется, я могу кончить в любой момент, — призналась она. — И еще… боюсь, что они выпадут.

— Бойся, — усмехнулся Илья. — Ведь тебе предстоит носить их в себе до конца дня. Но это еще не все. Как теперь?

Он взял в руки маленький пульт и нажал кнопку. Шарики внутри завибрировали. Кира охнула, схватилась руками за низ живота и еле удержалась на ногах. Илья вопросительно приподнял бровь, ожидая ответа.

— Потрясающе… — выдавила она. — Я… я не смогу…

Илья выключил вибрацию.

— Девочка, к концу дня ты запомнишь, о ком должна думать, — довольно пообещал он. — Смотри, я кладу пульт в карман, и буду включать его, когда сочту нужным. В любой момент. Ты поняла?

— Да, господин.

А что ей оставалось делать? Только согласиться. О-о-о… А что будет, если кто-нибудь услышит? Догадается? Она не переживет! Умрет прямо на месте! Даже появилась трусливая мысль воспользоваться стоп-словом. Но все же Кира убедила себя, что справится. Она отсидится на кухне. Все равно там проходит большая часть ее рабочего времени.

— Иди, Кира, у тебя еще есть время выпить чаю и перекусить. Потом я хочу видеть тебя в зале.