Глава 8

Стася

Боже мой, что это такое? Что. Это. Такое?!

Я смотрела на подлый цветок, с виду казавшийся вполне милым, хоть и экзотическим весьма, и не могла понять, как меня угораздило.

Горанзия. Даже вспоминаю теперь, где слышала это название. Одна из девчонок в школе рассказывала, как ее в лесу покусала некая тварь растительного происхождения. Так вот, это горанзия была. Хищный цветок с дурным характером!

Курьер, как и накануне, доставил подарок от императора. Что это именно от Эроана, мне пришлось догадаться. Когда я, удивляясь наличию такой странной упаковки, сняла с цветка жесткую тканевую обертку, обнаружила только обрывки карточки. Не сразу поняла, кто ее ободрал. А вернее, пожевал. Зато когда подняла остатки бумажки, поняла, в чем дело. Эта гадость вцепилась в мою руку и укусила!

Теперь я рассматривала торчащий из горшка одинокий стебель. Правда, стебель больше всего походил на щупальце осьминога – странные наросты со всех сторон ассоциировались у меня с присосками. Как показала практика, стебель, завершающийся прекрасным цветком, очень гибок, а еще умеет извиваться, как змея.

Кусачая дрянь… Я погрозила ему здоровой рукой. Стебель покачнулся, как от дуновения ветра.

И что мне теперь с ним делать? Как в дом-то тащить?

Оставить его здесь до прихода служанки? Так вдруг цветок сожрет, когда она будет мимо проходить.

Покосилась на жесткую обертку. Вздохнула. И принялась за дело.

Цветок сопротивлялся. Всячески извивался, пытался укусить, но я все-таки справилась. Мысль, что я смогла совладать с цветком, гордости не добавила, а вот облегчение испытать удалось.

Куда тащить его, придумала не сразу. Кухню жалко – я потом туда не войду. И Жанна тоже. Немного поразмыслив, решила выделить цветку местечко у окна в гостиной. Поставила на подоконник, сдернула обертку и вовремя отскочила, пока цветок, резко изогнувшись в стебле, не тяпнул меня за руку во второй раз.

Какая дрянь, ну надо же! А с виду симпатичный. Стебель, конечно, странноват – торчит этакое щупальце прямо из земли. Но зато цветок похож на лилию ярко-желтого цвета, ближе к оранжевому, в черную полосочку. Красиво, экзотично. И чертовски неудобно. Видимо, Жанне придется купить перчатки, чтобы безбоязненно его поливать.

Кто бы мог подумать, что я так вляпаюсь с горанзиями!

С Жанной встретилась во дворе дома, когда уже собиралась выйти на прогулку. Служанка неожиданно пискнула и бросилась на землю. Моментально разревевшись, вцепилась в подол платья.

– Леди, простите! Простите меня, дуру такую… – Сквозь рыдания с трудом удалось разобрать слова.

– Жанна, успокойся! Да что стряслось? Объясни толком! Твоей маме удалось помочь?

Девчонка разрыдалась пуще прежнего. Я возвела глаза к небу. Сегодня, наверное, из-за жестоко покусанного пальца, я не испытала к ней сочувствия – только раздражение.

– Жанна, да что стряслось? Объясни наконец! – когда я прикрикнула, служанка наконец затихла.

– Я… я так виновата перед вами, – она уткнулась носом в землю. Теперь голос звучал, к тому же, глухо. – Ко мне обращалась незнакомая женщина, предлагала шпионить за вами. Докладывать, что и когда вы делаете. Когда уходите из дома, когда и с чем возвращаетесь. С кем встречаетесь.

– Что?.. – поразилась я.

– П-простите… – пролепетала Жанна, снова всхлипывая. – Я… сказала, что подумаю. Мне так были нужны деньги. Моя мама… вы же знаете…

– Как твоя мама? – отстраненно спросила я.

– Ей стало лучше, она почти здорова! Сегодня последний сеанс, – Жанна подняла на меня заплаканные глаза. – Вы спасли мою маму. Всю мою семью. Вы честно платили мне деньги и так хорошо со мной обращались. А я… я такая неблагодарная тварь…

Так, соображаем… срочно соображаем.

– Ты шпионила? Уже что-то успела рассказать?

– Нет! – испуганно воскликнула служанка. – Я сказала, что дам ответ сегодня. Но я ничего о вас не говорила. Я… мне так стыдно. Я думала о том, чтобы согласиться. Хотела помочь матери. Думала, что иного выхода нет. Я хотела предать вас, леди Вивьена! Я чудовище. Вы… теперь вы накажете меня? Изобьете и прогоните? – ее глаза наполнились новой порцией слез.

Господи, откуда таких ужасов понабралась. Хотя… наверное, некоторые господа и правда бьют своих слуг. А если они не уходят, не пытаются сменить работу, значит, для них это в порядке вещей.

– Поднимайся, Жанна, – велела я. – Платье не порви!

Сообразив, что по-прежнему цепляется за подол и пытается о него опереться, чтобы встать, Жанна взвизгнула, отпрянула от меня и грохнулась на попу. Спустя пару секунд все же поднялась, неловко отряхиваясь и вжимая голову в плечи. Думала, что теперь и за платье попадет. Ткань подозрительно треснула, но, к счастью, не порвалась.

– Я не стану тебя наказывать. Это очень хорошо, Жанна, что ты обо всем рассказала и не стала меня продавать.

– П-правда? Но я думала… думала, что могу согласиться… Ради мамы…

– Обстоятельства так сложились, – я кивнула. – Ты хотела спасти родных людей. Но ничего непоправимого не произошло – это самое главное. А теперь пойдем в дом. Обсудим дальнейшие действия.

Я развернулась и первой зашагала к дому.

– Вы не будете меня наказывать? – пискнула Жанна с изумлением.

Но это еще ерунда. Девчонка чуть в обморок не грохнулась, когда я сказала:

– Ты поможешь узнать, кто эта женщина и что ей от меня нужно.

– Но как я могу? Леди…

– Очень просто. Женщина сказала, где и когда вы встречаетесь?

Мы уселись за столом на кухне. Я потребовала, чтобы Жанна налила нам обеим чай. Все происходящее настолько потрясло служанку, что она даже почти не смутилась от предложения выпить чаю вместе со мной.

– Нет. Она сказала, что сама меня найдет. Сегодня днем…

Как интересно. Днем, а не вечером. Совсем страх потеряла!

– Она ко мне собралась наведаться? Днем ты работаешь у меня.

– Я… я выхожу на улицу за покупками. В прошлый раз она поймала меня на овощном базаре.

За чаем Жанна стала чуть меньше мямлить. Хорошо.

– Рассказывай.

– Что? – Жанна округлила глаза.

– Как она выглядела, во что была одета. Какие приметы, на что можно обратить внимание?

Мысль, что за мной кто-то следит, причем явно не император – тот поручил слежку Даррэну – раздражала. Хотелось поскорее с этим разобраться.

– Она… – Жанна задумалась, – была одета в простое платье, но чистое, опрятное. Темно-русые волосы, карие глаза. Стройная, невысокая. Родинка над губой. Больше ничего мне не запомнилось.

– В руках что-то было?

– Нет… кажется, ничего.

На базар – и без сумки. Впрочем, нет сомнений: она пришла туда с единственной целью – поговорить с Жанной.

– Украшения?

– Серьги. Простые, боронитовые.

Боронит похож на нашу бронзу, только немного темнее. Украшения из него стоят недорого и распространены среди простолюдин, которые тоже хотят покрасоваться, а денег на что-то более красивое не хватает. На тот же серебристый сереор или золотистый озолит.

Но все это ничего не значит! Она может оказаться как простолюдинкой, так и аристократкой под маскировкой. Впрочем, простолюдинке не хватит денег нанять кого-то для слежки. Но зато ее саму мог кто-то нанять. А еще на ней может быть маскировка. Родинка, цвет глаз, цвет волос – все это можно создать своими руками, не понаслышке знаю.

Ясно одно: не император. Ни в службе безопасности, ни в его армии нет женщин. В этом мире в основном считается, что женщины не годны для войны и сражений. Забавно, орден в этом плане чуть ли не самый подвинутый. Еще есть одна небольшая страна с матриархатом и женщинами воинами, но они мною вряд ли заинтересовались. Если задание поручает Эроан – он доверяет только мужчине. Даже если не самому Даррэну, а кому-то менее важному. Все равно подчиненные Даррэна – исключительно мужчины.

А вот кто-то из орденцев вполне может быть! Маскируются они прекрасно. Кольца носят только на своих мероприятиях. По крайней мере, я так предполагаю. Не идиоты же они, чтобы постоянно носить на себе опознавательные знаки.

Или одна из поклонниц Эроана? Заметила его интерес ко мне? Но это странно. Пока – странно, потому что слишком рано. Что значит интерес императора? Лишь мимолетное увлечение и больше ничего!

– А сколько она предлагала? – полюбопытствовала я. Между прочим, важный вопрос.

– Сорок нельменов сразу, просто за согласие. Потом по пятнадцать каждые две недели. Если расскажу что-то важное – бонус в пять нельменов.

Какие интересные расценки! Вензели – самые мелкие монеты. Скажем, булку хлеба можно купить за двадцать вензелей. Сто вензелей – это один нельмен, средней стоимости монета. Самая дорогая – изар, из ста нельменов. Конечно, ценообразование здесь несколько иное, не как у нас. Поэтому подобрать аналоги сложно. Особенно учитывая, что в самом мире в разных местах разная ситуация. Вот, например, на островах или в холодных горах, где хлеб не делают сами, а только привозят, закупая у соседей, та же булка будет стоить уже под семьдесят, а то и восемьдесят вензелей.

Но сорок нельменов – это приличная сумма. Я снимаю дом за восемьдесят пять нельменов в месяц. Так что Жанне предложили сумму не баснословную, но такую, чтобы впечатлить простую служанку.

– Выходит, что работаешь ты в одном месте, а получаешь почти в два раза больше, – заключила я.

– Нет! Я не буду на нее работать! Я буду работать только на вас…

Такая преданность порадовала. Значит, я не ошиблась. Жанна умеет ценить добро.

– Ты встретишься с этой женщиной и скажешь, что принимаешь ее предложение.

– Но леди… как же так, – поразилась служанка.

– На самом деле ты будешь работать на меня. Будешь передавать ей только то, что скажу я. И докладывать все, что узнаешь из встреч с женщиной. Деньги у нее ты тоже будешь получать и приносить мне. Хотя некоторый процент с них я выделю тебе, – я улыбнулась.

– Леди Вивьена… я не понимаю… зачем вам это?

– Затем, что я хочу знать, кто она такая и что ей нужно от меня, – сказала жестко, напоминая, что Жанна – все еще моя служанка.

– Простите, – она склонила голову. – Сделаю все, как скажете. Мне не стоило задавать эти вопросы.

– Прекрасно. Тогда собирайся, тебе пора на базар.

Я решила, что пока отправлю Жанну одну. Следить за встречей слишком опасно. К тому же, мне все еще не хватает знаний для идеальной слежки, чтобы точно быть уверенной, что не попадусь и не спугну. Навыки – да. Могу шагать бесшумно, могу осторожно двигаться. Но, подозреваю, чтобы провернуть все чисто, навыков тела будет недостаточно.

Ладно, прослежу за их встречей в другой раз, когда нанимательница будет уверена, что все идет по плану, а от Жанны не стоит ждать подвоха.

Служанка явно боялась, когда уходила. Но не спорила и не отказывалась – она твердо решила во всем мне подчиняться. Еще и поблагодарила за то, что не стала наказывать.

– Перчатки купи! – крикнула ей вслед. А то ж мы теперь в одном доме с монстром живем.

В библиотеку я не пошла. Просто не смогла, зная, что Жанна на важном задании. Дожидалась ее возвращения, не переставая нервничать. Что если наш план сорвется? Если что-то вдруг пойдет не так.

Вернулась! Раскрасневшаяся, взволнованная, Жанна показала мне мешочек с деньгами. Сорок нельменов – я проверила.

– Как прошло?

– Я очень волновалась, заикалась немного… Но, наверное, это неплохо. Я решила, что она подумает, будто мне сложно соглашаться на такую нечестную, опасную работу. Но я сказала, что мне нужны такие хорошие деньги, поэтому согласна.

– Женщина была та же? Она представилась?

– Я спросила, как мне ее называть, но она сказала, что мы не должны использовать имена. Женщина была та же. Я не знаю ее. Никогда раньше не видела. Но она не прятала лицо и держалась уверенно, как будто не уговаривала меня вас предать.

Значит, либо маскировка, либо… нет, вряд ли она может быть настолько неосторожной.

– Я больше ничего не могу вам сказать, – Жанна вздохнула. – Ничего нового, никаких примет.

– Может, она дала указания? На что тебе стоит обратить внимание?

– Следить, когда вы уходите из дома и когда возвращаетесь. С кем общаетесь, приходят ли к вам гости. По возможности узнавать, куда именно вы уходите. Но при этом не вызывать подозрений.

– Обыскивать дом не нужно?

– Нет.

– Когда следующая встреча?

– Через неделю.

– Хорошо. Тогда работаешь дальше. Выполняй свои обычные обязанности. А к сроку придумаем, что именно ты доложишь своей нанимательнице.

– Все поняла. Я не подведу вас, леди Вивьена!

– Тогда за работу, – я поднялась из-за стола.

Жанна тоже подскочила, взяла кружки и отнесла к остальной посуде, принимаясь за мытье.

Я посмотрела на часы. Что ж, времени потратила немало, но оно того стоило. Придется подождать, прежде чем удастся выяснить, кто и с какой целью решил за мной последить, но главное, что процесс запущен!

Совсем не ожидала, что с наступлением вечера в дверь позвонят. Хотя… наверное, стоило догадаться. Ну, хотя бы предположить.

Я любовалась увлекательным зрелищем, как Жанна пытается совладать с горанзией. Облаченная в перчатки и закутанная в полотенца чуть ли не с ног до головы, служанка подбиралась к растению с разных сторон. К слову, как только горанзия поняла, что ее поливают, наконец успокоилась и прекратила попытки тяпнуть измученную девушку.

– Мне открыть? – встрепенулась она.

– Поливай горанзию. Я сама.

На пороге обнаружился император собственной персоной. Смерил меня оценивающим взглядом, приподнял бровь.

– Вы именно так собираетесь идти со мной на свидание? Или это отказ?

Я задумалась. Вроде бы неплохо выгляжу, не я же боролась с горанзией. А впрочем, платье домашнее. Вряд ли Эроан часто с таким сталкивался: чтобы пригласил девушку на свидание, а она вышла к нему в домашнем платье.

– Или… – его глаза загорелись интересом, – наоборот, альтернативное предложение?

Лучше бы молчал, честное слово!

Дикий вопль разорвал повисшую между нами тишину. Эроан тут же отодвинул меня и рванул в гостиную. Я поспешила за ним. Вошла как раз вовремя, чтобы увидеть застывшего у двери Эроана и Жанну с горанзией. Оказалось, что девушка расслабилась, когда цветок утихомирился. Видимо, зря. Потому что теперь горанзия жевала полотенце, стаскивая его с перепуганной служанки.

– Я думал, на вас нападают, – хмыкнул Эроан.

– Не на меня, но действительно нападают.

С визгом Жанна сбросила полотенце и отскочила от кровожадного растения.

– Простите, ле… ваше величество! – и бухнулась на колени.

– Поднимись, – велел Эроан.

– Можешь идти, Жанна. На кухню, – сказала я.

По идее, Жанна уже все сделала. Могла бы отправляться домой, но я решила, что оставаться с императором наедине может быть слишком опасно. Тем более у меня такой удобный диван прямо здесь, в нескольких шагах! А если подняться наверх… нет, о кровати лучше не вспоминать.

Жанна торопливо зашагала к выходу. А я прошла к столику, где бросила обрывки карточки, и продемонстрировала Эроану.

– Это все, что осталось от вашего приглашения. Так полагаю, оно было на сегодня?

– На сегодня. А вы так увлеклись новым питомцем, что забыли уточнить?

– А как я могла уточнить? – тут же заинтересовалась. Колкость о питомце решила не комментировать. Не привыкла еще, не смирилась, что этот монстр превращает гостиную в опасное местечко.

– Действительно, вы ведь не знаете, где я живу, – хмыкнул император.

– Приглашаете в гости? – притворно поразилась я.

Эроан смерил меня подозрительным взглядом.

– Леди Вивьена, неужели вам настолько плевать на меня, что вы даже не удосужились подумать, как бы уточнить по поводу нашего свидания?

Он не выглядел оскорбленным и, кажется, по-прежнему играл. Просто не привык еще к мысли, что девушка может отказать.

– Ваше величество Эроан, – ответила той же монетой, – я с удовольствием схожу с вами на свидание, если вы озвучите детали. Очевидно, мое домашнее платье вас смутило и мне стоило бы подобрать что-то более подходящее? Что же касается уточнения по поводу вашего приглашения… боюсь, если бы я отправила вам письмо, оно бы затерялось среди признаний ваших поклонниц.

Эроан изогнул бровь. А я, между прочим, не наугад ляпнула. Модистка, с которой мы неплохо сдружились – кстати, надо бы зайти в гости – рассказывала о горах писем, которыми Эроана заваливают все испробованные и впоследствии отвергнутые девушки. Они еще на что-то надеются. Ну или, может, пытаются взять измором.

– Удивлен, Вивьена.

– Чем же, Эроан?

Император усмехнулся, явно заметив, что я обращаюсь к нему аналогично. Когда я «леди», он у меня становится «его величество». И наоборот.

– Если девушка получает от меня подарок, она, как правило, вытряхивает все подробности из курьера, договаривается с ним и забрасывает меня ответными письмами.

– Должно быть, курьеры процветают. Так мы на свидание не идем? Вы передумали, увидев меня в домашнем платье? Все настолько ужасно?

– О нет, что вы. – Эроан шагнул ко мне, обнял за талию. Проклятье! Меня опять насквозь током прошибло от этого прикосновения. – Мы обязательно пойдем с вами на свидание. Если это будет для вас предпочтительнее, чем игры с горанзией.

Да пусть отсохнет эта кошмарная горанзия.

– Горанзия мила, но вы мне милее, – проворковала я, на мгновение прильнув к груди императора. И тут же отстранилась. – Ну так что? Какая одежда подойдет?

Немного опешив от моего поведения, Эроан сказал:

– То, в чем вам будет удобно лазать по горам в поисках фениксов.

Пришел мой черед удивляться. Он серьезно?! Искать фениксов?

– Светлых или темных? – выпалила я. Все, что пришло в голову.

– Я бы предложил темных, если вы не против. Темные интереснее.

– Хорошо, начнем с темных. Подождите, пока я подготовлюсь к скалолазанию.

Я выпорхнула из гостиной и поспешила по лестнице вверх.

Он серьезно насчет фениксов?!

И зачем их искать… неужели сам император не знает, где они живут?

Я выбрала костюм для верховой езды. Ничего более подходящего для прогулок по горам в моем гардеробе не нашлось. Но тут хотя бы под подол поддувать не будет. И ткань достаточно прочная. Есть шанс, что выдержит приключения в горах.

Когда я вернулась в гостиную, обнаружила императора за странным занятием. Он… поглаживал чертову горанзию. Та трепетала и буквально льнула к его руке лепестками! Нет, это уже никуда не годится. Почему мое домашнее чудовище льнет к какому-то императору?! Или он, как маг крови, по совместительству еще и повелитель горанзий?

– Что-то не так? – Эроан повернулся ко мне.

– Я готова. Но если вам милее мой новый питомец…

– Новый? А что стало со старым?

– Вам лучше не знать, – сказала зловеще. – Слишком любил ластиться к одному лорду…

– Боюсь спросить, кого из них постигла худшая участь. – Эроан улыбнулся. – Мне кажется, или мы оба ревнуем к растению?

– Ну, если вы так говорите… Вам виднее, – я тоже улыбнулась, оставляя за императором право ревновать меня к горанзии. Хотя ему, в отличие от растения, совсем не хочется что-нибудь свернуть.

Эроан подошел ко мне, подал руку. Принимая ее, мимолетно отметила, что укусов на коже нет.

– Жанна, можешь идти, как закончишь с делами! – крикнула я.

– С делами? Я о чем-то забыла, леди? – перепугалась служанка, выскакивая из кухни. Застыла, переводя перепуганный взгляд с меня на императора и обратно. Все-таки его сила пробирает до дрожи – этого не отнять.

– Если ты все сделала – можешь идти, – я вздохнула.

Эроан ухмыльнулся, выводя меня на улицу. Догадался ведь, почему не отпускала служанку. А она, глупышка, не поняла намека, пока прямым текстом не сказала. Могла бы для виду притвориться, что задерживалась из-за каких-то дел.

Хм… надеюсь, она не подведет меня в общении с нанимательницей.

– Я удивлен, Вивьена, что вы не побоялись прибыть в столицу одни. Сами наняли служанку, а какое-то время и вовсе жили одни. Очень решительный шаг, требующий немало самостоятельности.

– У меня не было выбора. Вернее, выбор, конечно, был. Но другие варианты нравились мне гораздо меньше, чем самостоятельная поездка в столицу.

– Не беспокойтесь. Теперь вы здесь не одна. Знайте, Вивьена, вы всегда можете обратиться за помощью ко мне.

И стоимость этой помощи – постель?

Я улыбнулась.

– Благодарю, Эроан.

Но стоит признать, предложение великодушное. Будь я на самом деле аристократкой из обедневшей семьи, я бы, наверное, поспешила воспользоваться.

Когда мы вышли за порог, я едва успела удивиться отсутствию кареты и какого-либо иного транспорта. Эроан щелкнул пальцами. И перед нами возник Даррэн.

Господи… я не ожидала этого и так перепугалась, что шарахнулась к Эроану. Прежде чем поняла, кто возник в клубах тьмы и что это всего лишь перемещение сквозь пространство при помощи магии, я уже спряталась в объятиях императора.

Но мозги включились быстро.

– Вы?! – выпалила я.

– Значит, вы все-таки не знали, что я работаю на его величество? – Даррэн изогнул бровь в удивлении.

Да, его неожиданное появление сыграло мне на руку. И Эроану тоже, потому как он с удовольствием воспользовался возможностью и прижал меня к себе.

– Даррэн-Даррэн… – император качнул головой. – Все же не умеешь ты с девушками.

– Очень даже умею, – тот кривовато усмехнулся. – Только обычно не разговаривать…

А потом клубы тьмы окутали нас троих. Я ощутила холод. Несколько жутких, пугающих секунд этот холод пробирался в меня. Даже почудилось, будто он сжимает сердце холодными пальцами! И я задыхаюсь, а земля выскальзывает из-под ног.

– Вивьена? Вивьена, что с вами?! – Эроан прижал меня к себе еще плотнее, не давая упасть.

Я не сразу пришла в себя. Перед глазами плыло, а изнутри меня наполнял пугающий холод. Пока тьма не рассеялась. Вместе с уходом тьмы вернулась способность соображать.

– Вивьена, вы в порядке?

– Д-да… я еще никогда не перемещалась при помощи такой магии. Только портальными арками…

Всмотревшись в мое лицо, Эроан поднял взгляд. Они с Даррэном странно переглянулись.

– Приятного вечера, – отчеканил глава безопасности и растворился во тьме.

Я только сейчас смогла осмотреться. А мы… в горах!

– Предлагаю отложить поиски фениксов на потом, – сказал император. Осторожно придерживая меня за талию одной рукой, второй снял с себя жакет и уложил его поверх едва поросшего травой каменного плато.

Сел сам, утянул меня за собой. Хм… прямо на колени.

Я предпочла пока не возмущаться наглостью Эроана. В конце концов, сидеть на его коленях гораздо теплее, чем на жакете поверх поросшего жидкой травой горного камня.

Отметила, что мы не на самой вершине горы. На ровной площадке, тянущейся вдоль склона и открывающей вид на острые, резные хребты с такими же площадками – они встречаются то в одном месте, то в другом. То большие, как наша, то совсем крохотные, настолько, что и пару шагов сделать страшно. Все вокруг испещрено горными хребтами, а далеко внизу виднеется долина. Что это там поблескивает? Кажется, речушка?

– Вивьена… – позвал Эроан, коснувшись моего лица. Осторожно погладил, убирая волосы.

Я посмотрела на него. Поймала в глазах задумчивые огоньки.

– Как ты?

– Я… не могу понять, что это было. Почему…

По телу прошла дрожь от воспоминания о холодных прикосновениях тьмы. Она же насквозь пробирала! И так жутко…

Эроан прижал меня к себе плотнее. Жар от его тела стал еще ощутимее.

Что ж, спишем мое поведение на испуг и растерянность.

– Почему – хороший вопрос, – взгляд Эроана сделался внимательным, проникновенным. Но зато горячим, в отличие от ледяной магии тьмы. – Портальные арки строятся на магии темной воды или светлой воды. Именно примесь воды позволяет создать подобный артефакт. Не буду вдаваться в теоретические подробности, но вода обладает необходимыми для перемещения свойствами. И потому воды в артефакте больше, чем тьмы или света. У вас в роду были светлые маги.

Это не прозвучало как вопрос, но я на всякий случай кивнула.

– Вероятно, раньше ты почти не контактировала с темной магией. Такая реакция бывает в первый раз. Редко, но бывает.

– Спасибо за объяснение, – я вцепилась в рубашку Эроана. Так, нужно успокоиться и взять себя в руки. Хватит трястись! Как вспомню это ощущение – сразу становится нехорошо. Нужно отвлечься. – Я уже видела Даррэна.

– Знаю, – император усмехнулся. Обе его руки уютно устроились на моей талии. – Более того, это я отправил его к вам.

– Проследить?

Устраивать разбирательства не хотелось, но… будет странно, если я не задам эти вопросы.

– Присмотреть, – поправил Эроан с улыбкой. – У меня были на то причины. Лорд Кархот показал себя с отвратительной стороны. Я не хотел, чтобы он вам навредил.

– Даррэн сказал, что лорд Кархот в темнице.

– Подловили, – император широко улыбнулся. – Я волновался за вас. Не хотел, чтобы случилось что-нибудь неприятное. И как выяснилось, не зря. Хм… любопытно. Не вижу возмущения на вашем лице, Вивьена.

– Ну что вы, Эроан. Как можно возмущаться из-за проявления заботы, – я улыбнулась.

– Вам это льстит?

– Немного.

– А если я начну допытываться, почему вы гуляете одна по ночам?

А вот это уже опасно! Я могу придумать отговорку, но если Эроан все разузнал? Наверняка разузнал! А если он захочет проверить, нет ли на мне какого маячка? И наткнется на метку ордена?! Он же силой мысли остановит мое сердце. Или сначала выпытает все подробности, а потом убьет. Как Алоэну в показанном богиней видении.

– Вивьена? Я напугал тебя?

– Я… могу кое-о-чем вас попросить?

– Я же сказал. Если что-то нужно – обращай…ся. Ко мне можно на «ты». – И в знак, видимо, сближения, его руки заскользили по моей спине, ласково и пока еще ненавязчиво поглаживая.

Ох и сложно же с ним! Каждый раз приходится думать, как себя повести, какую тактику выбрать. Особенно сложно, когда от его прикосновений бросает в жар.

В этом молодом теле с бешеными гормонами все ощущается как-то подозрительно ярко.

– Проблема, с которой я ходила к магу… она личная. Я бы хотела решить ее сама.

Эроан удивленно вздернул бровь.

– Когда ты заговорила о просьбе, я совсем не ожидал, что она будет о том, чтобы я не вмешивался в твою жизнь.

– Чужое вмешательство порой может стоить слишком дорого, – я сдержанно улыбнулась.

Какое-то время Эроан всматривался в мое лицо. Наконец кивнул:

– Хорошо. Думаю, я найду другую возможность что-нибудь тебе подарить.

Надеюсь, это будет не горанзия.

– Не сомневаюсь.

Очередной проникновенный взгляд. И вот уже император тянется к моим губам. Мое дыхание сбивается от предвкушения, я даже подаюсь навстречу… И прикладываю палец к горячим губам, шепотом спрашивая:

– А вдруг за нами фениксы наблюдают?

Потрясенное лицо Эроана нужно было видеть! Я полюбовалась. Даже залюбовалась, пытаясь отвлечься от ощущения его губ на кончиках пальцев. Поспешила убрать руку.

Возможно, я даже позволю себя поцеловать. Возможно… К концу вечера. Это будет достаточно заманчиво, чтобы поддержать интерес. И чего уж греха таить, мне самой безумно хочется снова ощутить поцелуй императора.

– Если хочешь, мы можем заглянуть вон за тот валун и проверить, нет ли там феникса, – предложил он.

– Давай проверим! – обрадовалась я, торопливо вскакивая на ноги.

Первой поспешила к гигантскому валуну, обошла его. Хм… если бы я увидела горшок с очередной горанзией, я бы не удивилась так сильно.

– Вивьена, что такое? Феникса увидела?

Эроан подошел, тоже заглянул за валун. Застыл потрясенно.

– Это… сюрприз такой, да? – поинтересовалась я.

– Нет, Вивьена. Я всего лишь шутил.

– То есть это не ты его сюда положил?

– Не я.

Мы недоверчиво переглянулись. Снова посмотрели на яйцо, одиноко лежащее в ямке за валуном. На гнездо не похоже. Такое ощущение, будто яйцо вышло погулять и заблудилось. Или кто-то его сюда притащил.

Сделалось жутковато. Тем более с каждым мгновением сумерки становились все гуще.

Я схватила Эроана за руку. Он сжал мои пальцы в ответ.

– Все в порядке, Вивьена. Это… странно. Но тебе нечего бояться.

– Но кто-то принес сюда это яйцо? Что если хищник? Что если он вот-вот появится?

– Если хищник появится и попытается на нас напасть, у него в тот же миг остановится сердце.

Да, точно. Магия крови и все такое. Перенервничала, видимо!

Но что это за яйцо? Здесь водятся драконы? А фениксы не из яиц, случайно, вылупляются?

– Ты ведь не догадываешься, что это? – спросил Эроан.

– Нет, – я мотнула головой.

– Это раах. Спутник феникса. Но его не должно быть здесь. Раахи очень ценны. Ими так не разбрасываются.

– Эроан, я не понимаю. Что происходит?

Кто такие раахи? Почему яйцо рааха валяется здесь? Неужели похитили? Но почему тогда бросили?

Я посмотрела на Эроана. И чуть не вскрикнула. Потому что в его глазах кипела лава! Нет, не лава… это магия крови окрашивает янтарь в алые краски.

Глаза Эроана стали привычного цвета. Он посмотрел на меня, обнял за плечи.

– Все хорошо. Поблизости никого нет – я проверил.

Значит, глаза императора становятся алыми, когда он обращается к магии крови? Но… они не меняли цвет, когда Эроан наказывал Кархота.

– Очевидно, это яйцо похитили. Оно не могло оказаться здесь просто так. Возможно, его унес крупный зверь. Горный саргал, например. Решил, что это подходящая добыча, но разбить скорлупу яйца рааха невозможно. Скорее всего, так и было. Повозился и бросил. Но вот что странно… Фениксов поблизости тоже нет.

– А саргал не мог утащить яйцо слишком далеко, – заключила я. – Ты, конечно, не собирался искать фениксов?

– Ну… – Эроан странно улыбнулся, – фениксы живут где-то в этих горах. Горы огромны, так что любое их посещение можно назвать поиском фениксов. Однако здесь их точно нет. Если же яйцо похитил человек… нет, фениксы не допустили бы этого.

– А если все же человек? Он мог заметить наше появление… А нет, не сходится. Он бы переместился вместе с яйцом. Или нет?

– Или нет. Раахи – очень необычные существа. Перемещаться вместе с раахом может только феникс, которого раах избрал своим спутником. То же самое касается яиц. Но поскольку они еще никого выбрать не могли, яйца, по сути, перемещению не поддаются.

– Значит… мы просто уйдем? Оставим его здесь?

– Мы не можем, – Эроан качнул головой. – Я не могу. Это слишком ценная находка. А ты, Вивьена, отправишься домой. Прости, свидание не удалось. В другой раз.

– Через месяц? – я нервно хмыкнула. – Или полгода?

Как знать, сколько отсюда добираться до столицы империи? Мы ведь даже не в империи!

– Если по воздуху, то пару месяцев. Я, конечно, тоже не смогу оставить империю так надолго, но… мы с Даррэном вполне можем сменять друг друга. – Последнее прозвучало как размышления вслух.

А мне вдруг показалось, что в опустившейся темноте скорлупа странно переливается. Каким-то удивительным фиолетовым светом!

– Эроан… – тихо позвала я.

– Да?

– Ты видишь то же, что и я?

– Ты что-то еще видишь в этой темноте?

Он вытащил из кармана крохотный шарик, и тот загорелся теплым оранжевым светом.

Яйцо сделалось самым обычным, темно-серым. Без переливов.

Значит, Эроан не видел? Или это мне уже кажется?

Вот не знаю, что мною руководило в этот момент. То ли мозги все отшибло, то ли еще какая ерунда. Я потянулась к яйцу. Безумно захотелось прикоснуться к нему, узнать, какова скорлупа на ощупь.

– Вивьена, не трогай! – воскликнул Эроан.

Он схватил меня за руку, но было уже поздно. Второй рукой я коснулась яйца. Оно заполыхало фиолетовым огнем! И моя рука потонула в огне, но больно не было. Ни жара, ни холода я не ощутила – лишь приятное тепло.

Эроан издал какой-то невнятный звук и отпустил меня. Я потеряла равновесие и грохнулась на колени рядом с яйцом. Сквозь боль в ободранных коленях – все-таки на каменную крошку приземлилась – я протянула уже обе руки к яйцу и схватила его в охапку.

Сознание прояснилось. Сообразила, что сижу на камне, прижимая к себе яйцо. Крупное такое… с две ладони высотой, пузатое. Оно уже не полыхает огнем, но тихонечко светится. Эроан изумленно взирает на меня сверху вниз.

– Ты не можешь быть темным фениксом. Ты не темный феникс, – император качнул головой.

– Я не… конечно нет! И вообще… я не хотела!

– Не хотела? Тогда прямо сейчас ты передашь это яйцо мне.

– Нет.

– Нет?

– Не отдам.

Ощущение такое, будто Эроан требует что-то… невозможное. И плевать, если император разозлится. Не отдам яйцо!

– Вероятно, мы еще сможем переместиться вместе с ним, – неожиданно сказал Эроан. – Поднимайся.

И не дожидаясь, когда я соизволю встать, помог подняться. Правда, я занервничала и еще теснее прижала к себе яйцо.

Не нравится мне это. Никогда подобного за собой не замечала. А тут веду себя неадекватно. И яйцо отдавать не хочу!

Даррэн возник неожиданно. Я снова отскочила от него к Эроану. Тот с готовностью подхватил меня в крепкие объятия. Я выругалась.

– Чтоб тебя горанзия сожрала, – пробормотала, чувствуя, что начинает дергаться глаз.

– Яйцо рааха?! – поразился Даррэн.

– И нам нужно, чтобы ты помог перенестись вместе с ним в столицу. Во дворец, – сказал Эроан.

Я снова занервничала. Не отдам яйцо! А во дворце его точно попытаются отнять!

Да что со мной происходит?!

– Ты уверен, что это хорошая идея? – поинтересовался Даррэн. – Ты сейчас видишь только макушку Вивьены, но честно скажу, она выглядит как курица-наседка.

Сволочь хамская.

Эроан развернул меня лицом к себе, всмотрелся в глаза. Отметил, как я вцепилась в несчастное яйцо. Но оно крепкое, оно не сломается. Зато точно никому не позволю его отобрать.

– М-да… – хмыкнул император. – Вивьена, я приглашаю тебя ко мне в гости. Тебя и это яйцо.

Странно звучит, да? А уж что творится с моими чувствами…

Где мой мозг? Где адекватные мысли?

– Я не готова переезжать к вам, ваше величество. Я хочу домой к себе. Вместе с яйцом.

Кто-нибудь, стукните меня по голове, а?

– Перемещай, Даррэн, – сказал Эроан.

– Куда? – уточнил темный маг.

– К Вивьене.

Слова императора меня слегка успокоили. Если только это не шифр, который на самом деле означает дворец или что похуже.

Я вцепилась в яйцо еще крепче, готовясь ощутить пробирающий насквозь холод. Эроан прижал меня к себе, как будто хотел успокоить, поддержать. Тьма окутала всех троих. Яйцо засветилось фиолетовым. Это все же не галлюцинации!

Мужчины с изумлением смотрели, как светится яйцо, причем в этот раз явно видели оба, не только я. Тьма коснулась кожи, попыталась проникнуть глубже, но… по какой-то причине не смогла. А потом все прекратилось. Тьма рассеялась, и мы очутились на пороге моего дома. Что интересно, именно на пороге дома, а не возле калитки. Но я решила не придираться, сейчас не до отстаивания границ. Лишь бы яйцо не отобрали. Тьфу!

– Жду приказа, ваше величество, – произнес Даррэн, внезапно вспоминая о субординации. А впрочем, я уже заметила, что у этих двоих гораздо более неформальные отношения.

– Свободен, – сказал Эроан.

– Вы полагаете, будет безопасно оставить яйцо рааха без присмотра?

Конечно, если бы между ними были строгие отношения «император и его подчиненный», Даррэн не стал бы задавать подобный вопрос. Это я тоже отметила. Вот! Уже адекватные мысли пробиваются.

– Конечно нет. Я останусь с Вивьеной.

Даррэн скептически хмыкнул. Оба посмотрели на меня.

А я… я подумала, что под странным действием яйца мне точно не захочется совращать императора. Что же касается репутации, то она меня особо не беспокоит. Как успела заметить, не так уж сильно портится эта репутация у девушек, побывавших в постели императора. Интересно, а если наоборот? Если император побывает в постели девушки?

Ужас, что за мысли лезут в голову!

– Вивьена, ты не против? – уточнил Эроан, не дождавшись от меня реакции.

– Я полагаю, это наилучшее предложение, на которое можно рассчитывать, – наконец сказала, собравшись с мыслями. – Поэтому приглашаю тебя ко мне в гости. Правда, служанка уже ушла…

– Думаю, я смогу отыскать полотенце в шкафу без помощи служанки, – хмыкнул Эроан.

– А постель расправить?

Господи, когда уже этот день закончится. То совершаю какие-то глупости, то говорю не подумав. Проклятое яйцо совсем мозгов лишило!

– Я постараюсь, – усмехнулся Эроан. – Но если не справлюсь – попрошу о помощи тебя.

– Без проблем, – согласилась я. – Ты, я и яйцо посередине – интересный расклад.

Даррэн что-то сдавленно хрюкнул и растворился в клубах тьмы. А я развернулась к дому и открыла дверь. Вошла первая, включила свет. Эроан последовал за мной.

– Боюсь, я не уверена, что гостевая спальня готова к приему гостей, – заметила я.

– Веди. Разберемся.

Я зашагала по лестнице вверх. Кожей ощутила внимательный взгляд на спине.

На втором этаже три спальни. Одна моя, две гостевые. Я выбрала комнату с дверью напротив. Включила свет, осмотрелась. Кажется, застелено. Жанна молодец, хорошо работает. Судя по отсутствию пыли, за гостевыми комнатами тоже присматривает.

– Доброй ночи, – пожелала я и вышла из комнаты.

– Доброй, – хмыкнул Эроан, провожая меня взглядом.

Я поспешила скрыться в своей комнате. Конечно, после всего произошедшего уже не до романтики, но это странно – чувствовать, что Эроан здесь, совсем рядом, в соседней спальне. И наверняка прислушивается к биению моего сердца.

Слишком уставшая за день, я решила оставить размышления на потом. В ванну забраться не рискнула. Слишком остро ощущаю присутствие Эроана! Это, наверное, опять магия крови. Я чувствую опасного мага даже сквозь стены.

Пока ополаскивалась под душем, яйцо лежало рядом. На тумбе в ванной комнате. Обтеревшись и облачившись в ночную сорочку, взяла яйцо с собой в спальню. Так в обнимку с ним и забралась в постель.

Последняя мысль, посетившая меня, прежде чем провалиться в сон, была странноватая: «Я и правда очень похожа на наседку». Так себе ощущения!

Эроан Арк-Каран

– Надеюсь, не помешал? – поинтересовался Даррэн, осматриваясь в комнате.

Эроан застегивал рубашку после душа, когда темный маг появился в клубах тьмы.

– Какие уж там постельные утехи, если Вивьена вцепилась в это яйцо, – император кривовато усмехнулся.

– Мне показалось, она не шутила, когда говорила о яйце в постели.

– Не показалось. Уверен, сегодня Вивьена будет спать с яйцом в обнимку.

– А лучше бы с тобой? Не ревнуешь? – развеселился Даррэн, по-хозяйски разваливаясь в кресле.

– Слишком много развелось этих всяких… к кому можно ревновать, – пробормотал Эроан, вспоминая горанзию. Ну и вкусы у девчонки!

– Что?

– Так, ничего.

Застегнув пару пуговиц, Эроан присел на кровать.

– Что думаешь по поводу всего произошедшего?

– А начать, так полагаю, стоит со странной реакции Вивьены на мою магию?

– Правильно полагаешь. Я слушаю, – император кивнул.

– Впервые такое вижу, – признался Даррэн. – Сильные светлые маги плохо реагируют на перемещения при помощи моей тьмы. Но насколько мне известно, Вивьена магией не обладает. Последние вводные и вовсе вызывают недоумение. Светлые раахи выбирают светлых фениксов. Темные раахи выбирают темных фениксов. Вивьена совершенно точно не может быть темным фениксом. Да и светлым тоже.

– Но у тебя есть предположения.

– Есть. Скорее всего, такие же, как у тебя. В магии раахов разбираются только сами фениксы. Нам остается предполагать и догадываться. Возможно, яйцо выбрало Вивьену как транспорт. Ему нужно было оказаться в безопасности. И оно выбрало Вивьену, чтобы та доставила яйцо в безопасное место. Поэтому нам удалось переместиться. А то, что мы не к фениксам перенесли яйцо… так оно всего лишь яйцо, откуда ему просчитать наши действия.

– Похоже на правду, – Эроан кивнул. – Но если все так, у нее должна быть магия. Хотя бы немного.

– Да. Полагаю, должна. Не понимаю только одного. Почему именно Вивьена? Почему не ты? И не я?

– Я позвал тебя уже после того, как яйцо сделало выбор. Очевидно, оно предпочло слабую светлую магию. Потому как магию крови мало кто любит. И несмотря на близость к первозданной тьме, магия крови – не чистая тьма. Она – проклятие.

– А от проклятия все интуитивно стараются держаться подальше. Даже яйца раахов, – заключил Даррэн. – Мне проверить Вивьену?

– Ты, как всегда, догадлив.