Глава 9
Сэт
На тренировке выложился на полную, старался отвлечься от мыслей об Аише. В противники взял лучшего бойца Мирвенте. Пытался усмирить свой пыл. И у меня почти получилось.
Мышцы приятно ломит, прошла вся дурь и необузданное желание обладать этой рабыней, даже после того, что я узнал о её сговоре с Аидом.
И тут доносится звонкий девичий смех.
Я иду на волшебный звук и вижу Аишу, играющую с грифоном. Гладит его, улыбается зверю легко и искренне. А я завидую животному. Со мной она напряжённая. Огрызается, сопротивляется. Играет свою игру. Ведет хитрую стратегию, которой наверняка научил этот змей. Аид.
Сейчас она сбросила маску. И со зверем Аиша настоящая.
Я хочу, чтобы так же завораживающе смеялась. Только для меня. Вместе со мной. Не с этим зверем, которого хочется задушить.
Докатился! Ревную к грифону!
Аиша подняла голову, её лицо тут же стало отстраненным. Пропала задорная улыбка.
– Как ты устроилась на новом месте Аиша-вентус-Сэт?
– Все хорошо. Спасибо вам за Тео. Я уже думала, что никогда его не увижу.
Грифон стащил с её головы платок, волосы рассыпались по плечам. Представил, как пропускаю шелковые пряди между пальцев, наматываю на кулак и притягиваю её к себе, целую.
То возбуждение, которое казалось я взял под контроль, вспыхнуло с новой силой.
– Аиша, – хочу взять ее прямо здесь и сейчас, разложить на этой траве, слушать её стоны, пробуя нежную кожу на вкус. Вижу, что она хочет того же самого. Хочет быть моей.
Шагаю вперед наблюдая как венка на шее начинает биться быстрее, а грудь часто вздыматься. Как магнитом тянет к ней.
Мне приходится напомнить себе, что это человек Аида. Что она здесь ради кольца, верно служит моему врагу.
– Хорошей ночи вам с моей подругой!
– Убежден, она таковой и будет, – с подругой? Я даже не знаю, кого мне выбрали на ночь. Какая разница.
Аиша ревнует? Отлично!
– И она будет более сговорчивой.
Ее взгляд сплошное пламя. Манит, завораживает. Злит. Беру за челюсть и шепчу возле губ:
– Наглая маленькая предательница!
– От предателя слышу! – уперлась руками в голую грудь. Прикосновения её рук такие нежные. Под тонкими пальчиками вспыхивает пламя, обхватает всё тело. Я стараюсь сопротивляться ее чарам.
Не получается.
– Отпустите! – сопротивление Аиши дает обратный эффект.
Ведь мозгами понимаю, что это игра. Недоступная девушка вдвойне желанна. Но ведусь, как последний дурак!
Прижимаю ее, такую хрупкую, маленькую к себе и целую. Нарушаю все запреты. Для этого есть вечер. Хочу нарушить больше.
Её стон – сгорают последние предохранители.
Возьму. Прямо сейчас. Сил больше терпеть нет.
Она сопротивляется. Но я же чувствую, что хочет не меньше меня.
А потом бьет по коленке.
Что?! Наглость какая! Да я должен был отправить её на казнь только за то, что отважилась подняться с колен без моего разрешения. А тут посмела ударить, рискнула сопротивляться мне!
И это всё на глазах у слуг. Асхат смотрит на меня с недоумением. Удивляется, почему я слишком много позволяю землянке.
А я больше всего на свете хочу пуститься в погоню. Догнать, опрокинуть ее на траву. И закончить то, что мы начали. Лишь усилием воли заставляю себя стоять на месте, смотреть как волосы черной вуалью развиваются на ветру.
Это будет слишком, если император погонится за рабыней.
– Кайзер Сэт-али-Амон! – объявляет слуга.
Я подхожу к маме, прогуливающейся по саду. Её служанки на коленях, а она улыбается, берет меня за руку.
– Сынок! Как я рада тебя видеть. Пойдем. Сядем в беседке. Отойдите, – велит служанкам. – Мне нужно поговорить с сыном, – девушки встают, не поднимая головы и отходят. – Слышала отличные новости! Боги наконец смилостивились и послали тебе наследника.
– Да, мам.
– Нужно с этим делом не тянуть. Мне докладывали, что у тебя была только Джамиля и новая фаворитка, Аиша. Это плохо, сынок. Ты должен уделять больше времени другим сервус. Возможно, к концу месяца не только Джамиля будет беременна, но и другие наложницы. Мирвенте нужны достойные приемники. А один наследник это риск. Он может быть плохим кандидатом на роль императором. Глупым или не дай Бог больным. Чем больше претендентов на трон, тем лучше. – морщусь. Меня раздражает это правило, но такие требования к императору.
– Я знаю, мам. Сегодня придет другая наложница.
– Асхат говорил, что выбрал эльфийку? Достойная партия, – мама одобрительно кивает. Эльфийка, или кто-то еще. Какая разница? Я выполню долг перед империей, неважно с кем. Видел я ту эльфийку. Несмотря на то, что она такая же стройная и фигуристая, как Аиша, ни что во мне не всколыхнулось при виде неё.
– Если получится и она понесет, то ребенок будет сильным. Переймет магию матери.
– Я хотел поговорить о другом. В сокровищнице я нашел любопытное кольцо со змеёй, – мамины глаза вспыхнули гневом. – Это наложницы отца? Расскажи мне о ней.
– Я не хочу о ней говорить! Она предала императора! Твоего отца и он её выгнал. Она никогда не любила Амона! Как только вернулась к отцу, тут же родила от кого-то. Амон так горевал. Лишь только я была ему опорой! Утешеньем! Только я принесла первенца и единственного сына. Тебя! Только я по-настоящему любила его!
Мама так легко приглашает в мои покои новых наложниц, но между тем сама жутко ревновала отца. Даже сейчас, когда он умер, не хочет разговаривать о другой, которая чуть не заняла её место.
А слуги говорят, что Амон серьезно увлекся той наложницей. Даже хотел жениться на ней. В первые в истории. Он тоже подчинялся правилам. Обязан был проводить ночи с другими. Но когда появлялась дочка змеиного короля, отец забыл обо всех. Долгое время лишь она проводила ночи в покоях императора. Моя мама рисковала остаться не удел. Всего лишь матерью наследника и всю жизнь провести в одиночестве.
Не хочется думать о маме плохо, но возможно, именно она поспособствовала уходу змеиной принцессе.
– Но та наложница родила Амону сына, моего брата. Почему он её выгнал?
– Что ж тебя так интересует эта тема? Неужели непонятно что мне неприятно вспоминать события тех дней? Не было у Амона других наследников! Ясно? Только ты! Она предала императора переспав с захваченным в Серпии слугой. И это его ребенка она родила. Не от императора. Даже главный маг подтвердил этот факт. Не было в том ублюдке крови императора. Такого позора Амон стерпеть не мог. Мало того, что она ему изменила, так и сын, которого он так ждал от этой змеи, оказался не его. Он был в такой ярости, что чуть не разгромил дворец. Только мне удалось его успокоить.
– Но мне говорили, что она родила от него, – глаза матери почернели, а руки задрожали.
– Ты веришь беспочвенным слухам или мне? Я лично была свидетелем того! Но если моего слова тебе недостаточно, можешь отыскать в архиве документ главного мага, удостоверяющий, что сын змеиной принцессы не от Амона. И кто распространяет такие слухи? Скажи его имя и я тут же прикажу его казнить, – выдавать Амира я не собирался.
– Отец правда отдал приказ казнить сына той наложницы?
– Да, это так. И это было справедливое решение. Так поступить велел закон. И это было снисхождение с его стороны. По закону он должен был казнить вместе с отпрыском и предательницу. Но смилостивился. Просто выгнал.
– Почему этих всех событий нет в истории Мираенте?
– Так приказала я. Я уничтожила память о змее, предавшей моего императора. А Амон согласился с этим решением. Он так хотел стереть её из памяти. Долгие годы он страдал. Именно из-за неё подорвалось здоровье императора и он ушел от нас так рано.
Ясно одно. Прошлое отца полно неразгаданных тайн. И полно лжи. Одни говорят одно, другие другое. А я не знаю кому верить.
Как жаль, что предательство Аиши так очевидно. Я бы хотел ухватиться за ниточку и найти неопровержимые доказательства её невиновности.
Но всё ясно как белый день. Ей не нужен я, а лишь кольцо как билет на Землю.
Так почему бы не отпустить её? Ведь на самом деле Аид не единственный способ вернуть Аишу в её мир.
Ее вкус все еще на моих губах, а руки помнят как сладко обнимать ее, прижимать к себе. И всё во мне противиться. От одной мысли никогда больше не увидеть её – целый ураган в душе.
Не отпущу! Пусть предательница, но моя! В моей власти!
Поднимаюсь на второй этаж. В крыло фавориток. Прохожу мимо Аиши, она отворачивается, хочет пойти к себе.
Нахалка.
Возвращаюсь.
– Тебя не учили уважать императора? Почему ты игнорируешь непреложное правило вставать передо мной на колени?
– А разве оно касается фавориток?
– Оно касается всех! Ты всё еще моя рабыня. Ну! Я жду! – нависаю над ней. Аиша строит гримасу и опускается на колени. Ее плечи дрожат от едва сдерживаемой ярости. Я приподнимаю ее за подбородок, заставляя смотреть мне в глаза.
Ее взгляд – и получаю мощный удар под дых. Меня так ни к кому не тянуло. Это как разбушевавшаяся стихия – как буря в пустыне. Она беспощадна. И все что остается это покориться ей. Молиться, чтобы ни уничтожила, ни стерла в пыль.
Провожу по нижней, опухшей от моих поцелуев губе, меня буквально трясет от возбуждения. На столько это мощно и сильно.
Аиша тяжело выдыхает. Её глаза блестят как звёздное небо, нет сил оторваться.
Воздух между нами сгустился, искрится. Такая нежная, маленькая, а внутри прогнившая насквозь. Расчетливая, хитрая. Очаровала меня. Знает это, и бессовестно пользуется своей властью.
– Так? Мой, господин? – хриплым будоражащим голосом, полным ехидства спрашивает она.
– Да, Аиша, – поплыл! Из ее уст «мой господин» – как удар тока. – Помни! Я! Твой господин! – не Аид, которому ты так верно служишь. – И если ты хочешь то кольцо, порадуй своего императора.
Ее лицо багровеет от гнева. Злится, дикая кошка.
– Император? – радостным сиропом льется голос Джамили.
– Да, я к тебе шел, – Аиша резко отворачивается, вырывает свой подбородок из моих пальцев, чёрные прядки хлещут меня по руку.
Я подходу к Джамиле. Она опускается на колени и целует мою руку. Аиша презрительно фыркает. В ее глазах тысяча проклятий.
– И не стыдно вам, император, заставлять беременную женщину вставать перед вами на колени? – зло выплевывает Аиша.
Джамиля испуганно смотрит на сумасшедшую фаворитку, позволившую себе так фривольно разговаривать с императором.
– Ты можешь идти, Аиша-вентус-Сэт, – мне нравится называть её полным именем. Чтобы наконец до её дурной головки дошло, кому она принадлежит.
– Как ты? Как мой наследник? – поднимаю Джамилю на ноги. Она заливается румянцем, накрывая живот рукой. По её телосложению непонятно. Но раз я в поход ушел три месяца назад, то и беременность, примерно столько же.
– Я вижу вас – и мой день стал самым прекрасным!
Аиша уходит к себе изображая, что ее тошнит.
Надо бы взяться за ее воспитания. Джамиля говорит то, что чувствует, ничего не скрывая.
– Император, – Джамиля проводит по моим рукам, поднимает взгляд полный надежд. – Когда же мы увидимся? Я скучаю по вам. Три месяца прошло как вы не любили свою Джамилю.
В комнате дерзкой фаворитки, что-то падает и разбивается. Кажется, у кого-то слишком длинные уши.
– Твоя задача – выносить здорового наследника. Я не хочу навредить ему. Вот когда родишь, так сразу.
– Целых семь месяцев?
– Как семь? Три месяца назад я был в походе. От кого тогда твой ребенок?
– Простите, у меня плохо с математикой.
Я ушел к себе не переставая думать. А вдруг ни я отец? Ведь столько лет безуспешно старался завести ребёнка. Менял наложниц одну за другой. Но от меня не так уж просто забеременеть. Сущность драконья не позволяет. Редко кто подходит на роль матери.
Поэтому почти никого не осталось. Лишь мой дядюшка Тагир. Но тот слишком стар и за сто лет жизни ни одна девушка так и не забеременела от него. Не хотелось бы, чтобы на мне заканчивался драконий род.
Глупости! Джамилю отлично охраняют. При всем желании она просто не смогла бы мне изменить. Ни с Асхатом же. Он хоть и мужчина, но всё же евнух.
Вечером я лежал на кровати, ел виноград. Ждал без особого энтузиазма новую наложницу. А в голове как червяк поселилась Аиша.
Эльфийка вошла, послушно опустилась на колени и проползла весь путь задорно оттопыривая упругий зад.
– Император, – посмотрела на меня глазами полным желания.
И вот так сразу я должен на нее запрыгнуть? Я какой-то ненормальный, но мне нужно узнать ее получше. Дикость конечно. Вот только с Аишей…
Да что за черт! Я могу не думать хоть одну минуту о ней? Рядом со мной прекрасное эльфийское создание. С длинными белыми как песок пустыни волосами, с красивым лицом и манящими аппетитными формами, а меня как заклинило на Землянке.
– Садись… ?
– Диля, – подсказала она.
– Диля. Виноград будешь? – она пару раз хлопнула ресницами и сложила губы в букву «о».
– Зачем?
– Пообщаемся. Узнаем друг друга получше. Не бойся. Я не кусаюсь.
Она осторожно села на краешек кровати. Кажется, она ждала другое развитие событий.
– Откуда ты?
– Я из – Вириса.
– О, знаю про вас. Вы делаете самые лучшие мечи.
– Да, в последнее время только этим жили. С тех пор как пропала наша королева Антия. Без нее лес стал потихоньку умирать.
Пришла моя очередь удивляться. Не может быть такого совпадения! Вот значит откуда она была.
Благодаря моей наложнице, которую привез Крафт, мой народ перестал голодать. Удивительная девушка, с бесценной магией, могла вырастить тысячи растений за несколько часов. Именно за это я её ценил.
Значит она была королевой? Да, похоже на правду. В Антии чувствовалась порода и природная грация, когда-то покорившая мое сердце.
Я почти не слушал эльфийку, думал о полученной информации.
Она сбежала, но не пошла в свой лес. Куда же тогда делась?
Мое молчание Диля расценила как призыв к действию. Сняла ночную кружевную сорочку и откинула в сторону. Белые прядки волос прикрыли небольшие холмики, которые я едва успел рассмотреть. Боязливо подползла и схватилась за резинку штанов…
Аиша
Полночи не могла уснуть. Все ворочалась, и думала об одном. Он сейчас с ней. С моей подругой. А он голодный. По крайней мере с Джамилей он тогда не был. А она, чертовка, все трещала: какая у них незабываемая ночь была. Да уж. Скорее всего ей она надолго запомнилась. Позвал и не тронул.
Сэт сам по себе темпераментный мужчина, а тут красивая эльфийка. Ну вот почему именно Диля? Она проведёт с ним ночь, а потом он будет с другой. И на одну страдающую по императору станет больше. Не гарем, а дом боли и скорби!
И почему-то в груди всё крутит и вертит от одной мысли о нём и о другой.
Провела по губам, вспоминая как он целовал. Ничего подобного я не испытывала. А для него это обыденность. Смотрит на меня как на самую желанную, а потом зовёт другую. Козел! Как такого обольщать? Если мне больше всего на свете хочется его придушить.
Дурацкое украшение на руке сжалось, засветилось и передо мной появился Аид.
– Ты достала кольцо? – вместо приветствия накинулся с вопросом.
– Нет. Думаю зря ты выбрал меня. Сэту нет никакого дела до меня. Столько наложниц кругом. Фаворитка беременная. Еще и подруга моя сейчас у него…
Воздух резко закончился в лёгких.
– Джамеля? Беременна? Почему?...
– Что почему? Потому что проводила в его покоях время. Это очевидно, что рано или поздно одна из них бы забеременела. Аид, отправь меня домой. Пожалуйста! Я не могу больше здесь находится! Я не справляюсь! – он хохотнул, оглядывая комнату.
– Ты себя недооцениваешь. Из инферио сразу в фаворитки. За такой короткий срок. Возможно и ребенка скоро принесешь императору.
– Какого ребенка? Ты бредишь? Во-первых, я так долго оставаться здесь не намеренна! Во-вторых, для этого нужно хотя бы раз переспать, а этого я делать не собираюсь!
– То есть, ты это всё получила и ничего такого не сделав?
– Сама в шоке. Аид, – попыталась схватить его за руку, но мои пальцы прошли сквозь него как сквозь дымку. – Расскажи, как там мама?
– Плохо твоя мама. Нужно поторопиться. Обольщай Сэта. Вскружи ему голову. Заставь доверять себе. Достань кольцо! Или скоро тебе некуда будет возвращаться!
– Что это значит? – крикнула в пустоту. Аид исчез.
Некуда возвращаться… У меня словно почва уходит из-под ног. Я живу, не позволяю себе расклеиваться только потому что у меня есть цель вернуться к маме. А если… Думать страшно, тогда зачем всё это? И даже мысли о Диле и Сэте уходят на второй план.
На завтраке аппетит пропадает напрочь. Диля за соседним столом хвастается новыми украшениями и смотрит на меня свысока. А внутри меня поселился злобный зверь. Грызет, рвет внутренности на куски. И к Диле я испытываю раздражение, граничащее с ненавистью.
– Эй, землянка! Смотри что мне Сэт подарил, – протягивает руку на котором красуется браслет с разноцветными камнями.
– Он даже дороже того кольца, что на тебе!
– Надеюсь ты не перетрудилась за такой подарок?
– Завидуешь?
– Безгранично! Гордись собой! Ты стоишь целого браслета! – улыбка с лица Дили пропадает. Она отворачивается не найдя в моем лице восхищенного слушателя.
Кроме меня отсутствием аппетита страдает Джамиля. Она сегодня какая-то бледная и что-то в её виде меня настораживает.
– Что это с ней? – спрашиваю у соседки.
– Беременность, – она пожимает плечами. – Но я думаю фаворитка не доходит до конца срока. У нее появляются те же признаки, что и у других, погибших наложниц.
– Какие признаки?
– Ест плохо. Тошнота с кровью. А главный лекарь только руками разводит. Видела как он сегодня приходил к ней утром.
Я пересаживаюсь к Джамиле.
– Расскажи, что с тобой? Мне говорят ты плохо себя чувствуешь?
– Тебе то какое дело? Ты первая обрадуешься, если я сдохну!
– Неправда. Джамиля, я на Земле училась на медика и кое-что понимаю. Я клятву давала людей спасать. Дай мне осмотреть тебя. Хуже то не будет. И если это то, что я думаю, то еще не всё потерянно.
– Хорошо, смотри, – я провожу по рукам наложницы.
– Когда появилась эти кровоподтеки?
– Вчера.
– Тошнота с кровью была только сегодня? Или еще были случаи?
– Только сегодня.
– В животе тянет? – она кивает. Беру ложку со стола и прощу открыть рот.
– Слизистая воспалена. А кровь из ушей, из носа шла?
– Да. – притихши подтверждает мои догадки. – Утром. Я испугалась и вызвала лекаря. Но он только руками развел. Сказал «крепитесь. Скоро это закончится».
– Это плохо.
– И что со мной?
– Отравление родентицидом.
– Что это? – в страхе спрашивает она, накрывая живот рукой.
– В моем мире так крыс травят.
– Откуда ты знаешь?
– На практике в морге нам прямо на трупе показывали. Но у того еще и из глаз кровь шла, – глаза Джамили в ужасе распахиваются.
– Труп?
– Прости. Не хотела тебя волновать. Действие у него отложенное. И концентрация того, что дают тебе невелика. Я так думаю, что тебя начали травить дней пять назад. Скорее всего добавляют в еду. Нужно сделать промывание желудка. Раствор соды или соли хорошо помогает. Не знаю как у вас, мы даем антидот витамин К1.
– Ты можешь всё это повторить лекарю?
– Конечно. Нечто похожее я и подозревала. Это же классика. Травить соперницу ядом. И так по-женски.
После завтрака, который я по понятным причинам отказалась есть, идем к лекарю. Седой дядечка выслушав меня, дает Джамиле противоядие. И говорит, что теперь, когда он знает, что стало причиной недуга Джамили – с ней будет всё в порядке. Она ловит меня за руку.
– Спасибо тебе, – благодарно шепчет она, поглаживая живот и вытирает слезы. – Ты спасла меня и малыша. А я ведь твоя главная конкурентка. Могла бы подождать и путь к покоям императора был бы свободен.
– Такой ценой? Смертью ребенка и женщины. И не нужен мне Сэт!
– Ну, у тебя есть причины злиться на меня. Я ведь отходила тебя плеткой.
– Я понимаю, почему ты так сделала. Я бы тоже злилась, если бы мой мужчина проводил время с другой. Но прибить бы мне хотелось его. И кроме тебя у него еще много других. Диля например.
– Эльфийка? – хохотнула она. – Да не было у них ничего!
– Откуда ты знаешь?
– А говорила, что не нужен, – хитро улыбается она. – А сама ревнуешь.
– Ничего я не ревную!
– Ага. Мне то не рассказывай!
– Не было у них ничего! Сэт обязан был предоставить Асхату доказательства. Простынь, испачканную кровью. И тут два варианта. Или Диля уже не была невинной, или он её не взял. Первый вариант отпадает. Потому что её бы в таком случае казнили, – у них ничего не было!
Может и слухи о Сэте, как о бабнике сильно преувеличены? И что-то в животе радостно бабочки запорхали, и щеки запылали.
– Зачем тогда Сэт её пригашал к себе?
– Потому что должен был. Он не имеет права обделять наложниц вниманием. И я это понимаю, но ничего не могу поделать с собой. Хотя меня с раннего детства учили быть правильной, послушной наложницей. А я ревную. И знаешь, иногда хочется все бросить и поверить в сказку, что мужчина может быть только моим. Чтобы любил только меня.
– В смысле с детства?
– Когда я родилась, родители увидели, что я красивая и решили продать меня в гарем. Откармливали меня. Потому что настоящая наложница должна быть в теле. Это признак здоровья.
– Поверь мне как будущему медику. Это не так!
– Однако и ты следуешь этому правилу. С тех пор как ты здесь, начала поправляться. Скоро будешь такой же красавицей как я и тогда Сэт совсем забудет обо мне, – с грустью закончила она.
Джамиля завидует. И что это за глупости? Я не могу поправиться! Я с детства следила за питанием, занималась танцами. Диетами себя не истязала, но и не ела ничего жирного. А здесь и правда может разнести как пороховую бочку. Кормят на убой, двигаться не дают.
Придя к себе в комнату, скинула платье и придирчиво посмотрела в зеркало.
– Ох, Боги! А Джамиля права!
Мой некогда впалый живот стал округляться.
– Еще пару месяцев такой жизни и я ног своих не увижу из-за пуза! – Повернулась спиной. – А что за задница?!
– По-моему, отличная, – послышался ироничный голос Сэта.
Он закрыл дверь и с жадностью оголодавшего зверя смотрел на меня.
Стоит мерзавец, пошло улыбается почёсывая бороду. А я перед ним в одном белье! Дрожу от негодования. Приличный мужчина бы отвернулся, извинился. А он! Варвар!
– Отвернитесь! – обхватываю себя руками, прячу дрожащие пальцы под подмышки.
– Аиша, перестань, – разговаривает со мной как с маленькой девочкой.
– Отвернитесь! – жестче повторяю я. Он закатывает глаза и выполняет. Хватаю платье, пытаюсь найти ворот.
– Могли бы постучаться! Некрасиво с вашей стороны врываться так к девушке в комнату.
– К наложнице! К моей наложнице! – нет у меня для него цензурных слов, на ум идет один мат.
– В моем мире так не поступают.
– Ты сейчас не в своём мире! А в Мирвенте! В моём дворце. И должна подчиняться моим правилам! – собственник етить-колотить. Завел опять старую шарманку. – Ты никогда не вернёшься назад. Привыкай жить здесь, – сердце больно кольнуло. Никогда не вернуться к прежней жизни? Не увижу маму. Ну это мы еще посмотрим!
– Есть же какие-то правила приличия? У меня должны быть личное пространство. И что это за комната, что нет замка на двери? А если войдет кто-то другой?
– Не войдет. Если попробует – его ждет смерть. На мою наложницу могу смотреть только я.
– А если убить кто-то захочет? Как Джамилю? Всё, можете поворачиваться. Чему обязана? – скрещиваю руки на груди. Император преодолевает расстояние между нами.
– Я хотел тебя поблагодарить, – голос пропитанный теплыми человеческими нотками. Неожиданно. Я даже теряюсь.
– За что?
– Благодаря тебе жива Джамиля и мой наследник, – берет мои руки в свои. Они такие мозолистые и горячие.
– Да не за что. Так бы поступил любой человек.
– Нет. Ты не права. Во дворце всегда идёт соперничество не на жизнь, а на смерть, за расположения императора. И любая другая бы только порадовалась смерти соперницы. Дело в тебе, – он приглаживает волосы и по коже разбегаются бешеные мурашки. – Просто ты другая. Добрая девушка.
– Я не добрая. Вы меня с утра просто не видели, – Сэт улыбается, а внутри меня расползаются солнечные лучи.
– Я благодарен тебе. Проси что угодно, – и только я открываю рот, как он тут же поправляется: – Кроме возвращения на родину. – Хмурюсь. – Дорогие украшение, золото, наряды. Что угодно!
– Есть одна просьба. Я на ваших харчах поправляться знатно начала.
– И что? Это же чудесно! Я люблю девушек в теле.
– Любите вы сколько хотите! А я не собираюсь в угоду вам превращаться в толстого поросенка.
– Что ты хочешь?
– Я хочу бегать по утрам. И мне нужны мужские брюки. Как у вас.
– Что?! Чтобы моя наложница бегала и услаждала взор других?
– Наверняка есть какое-то уединённое место. Подальше от чужих глаз. Обещаю, что до туда буду добираться в платье. Или ваше слово ничего не значит? – глаза Сэта опасно блеснули.
– Хорошо. Скажешь Асхату – он сделает.
– А что с отравителем? Это же кто-то из наложниц. Чувствуется женская рука.
– Почему ты так решила? – пригладил бороду.
– Мужчина бы лучше прирезал. А этот способ убийства более коварный. Женский.
– Не поспоришь. Женщины коварны, – это камушек в мой огород? – Что ж. Наверное ты права. – Сэт посмотрел наклонив голову. Задумчиво изучая меня. Я начинала нервничать, заправила волосы за ухо, теребя край платка.
– Что-то еще, господин? – мне пришлось опустить голову, нет больше сил выдерживать его проникновенный взгляд. Да и задрав голову верх неудобно стоять, шею свело. Изучала пуговицы на груди камзола, расшитого серебряными нитями.
– Я буду ждать тебя сегодня. В своих покоях, – вскинула голову и поджала губы. Только начали нормально общаться и тут он всё испортил! – Не бойся. Ничего не будет, если не захочешь. Я наберусь терпения. Буду ждать, когда ты сама попросишь тебя взять.
– Долго же вам придется ждать! Ну, я думаю, вас есть кому утешить в это время. Один вариант из тысячи скрасит ваш вечер, – я прикусила язык. Моя речь больше походила на обвинительную. Сэт мог подумать, что я ревную. Это не так! Меня просто возмущает полная бесправность женщин в этом мире. А сердце дико стучит в груди и вены плавятся от горячей крови – это все из-за возмущения.
Но его ухмылка говорит о другом. Он принял все на свой счёт.