Глава 13. Шахматная фигурка

Эргард Решительный 

Очередной серый день, наполненный подозрениями, сомнениями и одиночеством. Я сидел за рабочим столом и пытался сосредоточиться на документах, которые требовалось рассмотреть. Только выходило это из рук вон плохо. Взгляд то и дело цеплялся за игральный столик с оставленными на нём шахматной доской и фигурами. 

Больше года я уже не садился за когда-то горячо любимую мной игру. Долгих четырнадцать месяцев моя дарованная душа отказывалась вступать в симбиоз с изначальной. И если до той роковой поездки в Дикею дела обстояли скверно, но терпимо, то после неё между моими душами будто бездна разверзлась.

— Что? Интересно? Соскучился? — уловив колебания силы дарованного, с сарказмом обратился сам к себе.

Встал и подошёл к игральной доске. Фигурки стояли всё так же недвижно, как и пару недель назад. Никакого желания подходить к ней у меня не возникало уже много месяцев. Но сегодня что-то переменилось.

— Слабак! Тебя обвели вокруг пальца, а ты всё про игрушки свои думаешь, —  раздраженно посетовал на свою же отрешённость от проблем. Если бы меньше витал в облаках, заметил бы неладное раньше. Поздно. Валерия мертва, и её не вернуть, чтобы узнать все. Я лишился законной супруги, а вместе с ней и возможности сдержать слово, данное отцу.

— Ваше Величество, — в кабинет учтиво постучал главный советник, господин Райн. Лучший друг моего отца и его верный соратник был одним из немногих, кто поддержал меня после утраты. — Если хотите, я могу сам разобрать донесения и оставить для вас только самые важные. Ни к чему вам тратить время на мелочи, — статный генерал в прошлом, он до сих пор являлся примером для подражания и в тактике, и в умении держать лицо.

Мой родитель очень его ценил и всегда ставил мне его в пример как опытного тактика, замечательного военного, верного товарища и ценного советника. Отца больше нет, его место на троне занял я. И хвала Пресветлым, что Райн не ушёл на покой, а продолжает служить стране, как и подобает примерному диалу.

 — Я сам. Есть новости из Дикеи? Нашу депешу с претензией они уже должны были получить. Неужели никак на это не ответили?  — меня начинало раздражать то, что южане тянули время.

Признали бы свою вину и откупились беритом. Но нет, они уперлись рогом и ни в какую не хотели сознаваться в содеянном. Пришлось даже припугнуть их военным конфликтом, но и это не помогло расшевелить некогда дружелюбно настроенного правителя горной державы.

— К великому сожалению, вестей нет, Ваше Величество. Дикейцы молчат, поток торговцев на границе мельчает. Скоро все наши соглашения и налоговые выгоды сойдут на нет. Если ничего не предпринять, мы выставим себя в невыгодном свете. Ведь весь мир полагает, что именно мы виноваты в случившемся. Не стоит ли нам обнародовать факты?

— Их выставление напоказ сделает только хуже. Я хочу решить вопрос на уровне руководителей государств, не вовлекая в это свой народ и жителей Дикеи. Смертные тут ни при чём. Ни солдаты, ни мирное население. Мне не нужна война, Райн, — понимая, что к ней-то как раз и идёт, вздохнул, вспоминая свои охотничьи угодья на границе. Их боевыми действиями сметёт в первую очередь.

— Согласен, не в том вы сейчас состоянии, чтобы вести армию в бой, — всё же уколол меня тем, что моя магия в последнее время крайне нестабильна. Если не сказать хуже.

— Следи за словами, — жестко произнес я.

Уважение уважением, но фамильярности я не допускаю. Райн едва заметно, только уголком губ усмехнулся, но голову склонил.

 — Могу предложить своего сына на пост генерала армии. Уверяю вас, он прекрасно обучен и справится с любой поставленной задачей, в точности исполняя ваши приказы.

Валиан. Опять этот молодой выскочка. Всем хорош, паршивец, но что-то в нём меня очень раздражает. Никогда он не давал повода в себе усомниться, брался за любое, даже самое грязное поручение и выполнял его без сучка без задоринки. А я никак не мог понять, что же в нём не так. Насколько примерен и надёжен его отец, настолько сомнителен и скользок сын.

 — Нет! — ответил неожиданно резко. — Если кто-то и поведёт моих людей в бой, то это буду я сам. После такого изощрённого предательства я никому не верю, уж извини. Даже тебе. — Да что там? Я сам себе не доверяю. Не хотел, но высказал то, чего не следовало. — Подождём ещё пару дней. Если дикейцы не ответят, будем действовать жёстче.

— Как пожелаете, — поклонился господин Райн. — Тогда может хотите развлечься? Ко двору привезли новых девушек на отбор наложниц. Как раз набралось достаточно, чтобы можно было выбрать парочку. Есть даже блондинка, как вы любите. И что примечательно…зеленоглазая.

Советник отлично меня знал. В том числе, и мои слабости. А в данный момент использовал самую тайную, запрятанную в глубины даже не изначальной, а дарованной души. Той, что самолично отправилась в забвение, лишь бы не принимать участие в моей жизни, той, которая ей пришлась не по нраву. Не подчиняться более сильной и волевой сущности, каковой являлась та, что родилась вместе с телом. Немаг Эргард, недиал.

— Пожалуй, — согласился с умудрённым опытом Райном.

Сам не заметил, как прихватил пешку с игральной доски, направляясь в зал, куда обычно приводили девушек для смотрин. Осознал это, лишь когда занял своё место в кресле, расположившись так, чтобы видеть всех предлагаемых на продажу красавиц.

Райн-старший не обманул. Светловолосая и зеленоглазая девушка действительно была в числе тех, кого привели в помещение вместе с остальными. В груди ёкнуло, до того оказалась она похожа на дикейку, которая была повинна в разладе, что творился теперь у меня внутри.

Вместе со жгучим чувством вины в глубине моего естества вспыхнула магия. Резко, неожиданно и почти неуправляемо. Если бы не долгие годы сосуществования с дарованной душой, не сдержал бы её, и всем присутствующим в том зале грозила бы неминуемая смерть.

А потом заявился Валиан и… потребовал незнакомку себе. И если до этого мне показалось, что я с трудом предотвратил катастрофу, то на этот всё было в разы хуже. Вторая душа заявила о себе вполне открыто, потому что по несчастной фигурке в моей руке поползли едва заметные дорожки инея. Хорошо, что девушка сама проявила инициативу и отвлекла внимание присутствующих на себя. Моё, к слову, тоже.

Эта отчаянная зеленоглазая девчонка решила меня удивить. И, будь я проклят, если ей это не удалось. Танец — вот что она решила использовать, чтобы получить пропуск в мой гарем. Дикейская задорная пляска, которую смертные крестьяне той страны любили и танцевали при любом удобном случае. Только вышла она у неё далеко не такой угловатой и резкой, какой я её помнил. Каждое движение златовласки было наполнено грацией и изящностью, а то подобие платья, что было на ней, так и манило взгляд к тонкому стану, длинным ножкам…

“Треклятая сила! Что происходит?”

Меня словно парализовало. Я сидел на месте не в силах пошевелиться. И всё потому, что контроль над нашим общим телом внезапно перешёл ко второй моей душе, которая не могла оторвать от незнакомки глаз.

“Это она! Дочка дикейского правителя! Я уверен! — услышал мысли дарованного. — Почему она здесь? Как? Кто посмел использовать аристократку как товар?” — ярость вскипела внутри.

Да, моя вторая половина была чересчур зациклена на кодексе чести, в отличие от меня. Мне было плевать на то, кто торгует девушками. Ведь они шли на это не по принуждению, а из желания попасть в мой гарем. Захотела — пошла на отбор, нет — никто не неволит. И не она это! Не может такого быть, что в критический для обеих стран момент прямо мне в руки попала бы…

“Диана!” — меня даже тряхнуло, когда дикейка сняла вуаль, а вторая душа чуть было не рванула к ней.

Быть не может! Не может!

 — Покупаю!  — опередила меня дарованная душа. — Плачу втрое больше, чем за неё просят, — в тот момент мягкотелый идиот готов был отдать за неё полказны, если не больше.

— Только передайте тем, кто её привёл, что золотые я отдам им лично. Никуда их не выпускать, пока я сам с ними не переговорю, — задвигая дарованного на задворки Забвения, сказал уже я сам.

Нужно было срочно выяснить, как в моём дворце очутилась принцесса недружественного нам государства. Если её привели силой — её проводникам крышка. Если же пришла сама и вздумала шпионить — крышка ей. Хотя нет. Она же рвалась в гарем? Будет ей гарем!

— Девушку в гарем! Немедленно! — не унималась моя вторая душа, загоревшаяся желанием спрятать незваную гостью от посторонних глаз. Но с ним я планировал разобраться позже. Впервые за много месяцев мне стало любопытно и мир из серого стал похож на некое подобие того, который я видел раньше. Обогатился блёклыми, но всё же красками, напоминая мне то, каким он был прежде, до смерти отца.