Глава 6. Колечко

Нам поверили. Стражники попереглядывались, похмыкали, но всё же пропустили нас. Пришпорив своих коней, мы проехали мимо них с невозмутимым видом, хотя я заметила, с каким облегчением вздохнул брат. Он не слыл сторонником конфликтов и бесцельного махания мечом. Дядя же был раздосадован, у него как раз руки так и чесались сломать кому-нибудь челюсть. Тоже мне известнейший лекарь!

— На следующем привале тебе придётся объяснить нам, откуда у тебя кольцо с оттиском семьи терсийского правителя. Уж изволь, — сказал он, когда мы уже довольно далеко отъехали от заставы.

Я только молча кивнула, понимая, что рано или поздно всё равно пришлось бы раскрыть свою тайну. Так уж лучше сделать это сейчас, пока мы ещё в дороге, нежели пытаться потом объяснять брату и дяде, что к чему. План-то у нас будет один на всех. А значит и тузы в рукаве тоже должны быть общие.

Сол нервничал, поглядывал на меня с тревогой не только на лице, но и в душе. Я ощущала это настолько явственно, будто меня саму что-то беспокоило. Устали мы знатно, а до ближайшего постоялого двора было ещё несколько часов пути. Погода испортилась вконец. Сильнейшие порывы ветра не просто доставляли беспокойство, а затрудняли передвижение. Нужно было что-то придумать, иначе нас бы просто занесло.

— Может, лучше ехать ближе к склону? — спросил брат.

— Нет! Это опасно. Здесь часто сходят лавины, — выкрикнул в ответ Эйнар и тут же очень некультурно выругался. — А ну врассыпную, живо!

Не успев сообразить, что случилось, пришпорила коня, как моего слуха достиг какой-то грохочущий звук. Была ли то та самая лавина, о которой говорил дядя, я не поняла, так как меня будто огромным одеялом чем-то накрыло и стало темно и тихо.

Глаза я разлепила только к полудню. Сегодня был замечательный день. Правящая чета Дикеи вместе с детьми, свитой и небольшим отрядом солдат отправилась на сезонную охоту к границе Терсии. Именно здесь водились огромные дикие кабаны, мясо которых славилось на всю страну. Поговаривали, что они приходили из северной страны, когда ту сковывали совсем уж нестерпимые холода, а затем возвращались обратно. Поэтому у нас их было так просто не сыскать.

Но не только этим была примечательна нынешняя поездка. Вчера на праздничном ужине по случаю выезда на охоту мой брат наконец-то обрёл дарованную душу, а вместе с ней и магию. Правда, случилось это не при совсем приятных обстоятельствах. Сол, конечно, и так бы запомнил этот вечер как особенный, но после произошедшего ему его точно не забыть.

Казус приключился знатный, ведь девушка, с которой он танцевал, ни с того ни с сего попросила его себя поцеловать. А затем влепила пощёчину, обвинив в том, что он применил к ней магию и убежала прочь.

Сол стоял, словно в воду опущенный, пребывая в шоке и смятении, в то время как приглашённые господа-диалы наперебой принялись поздравлять наследного принца с обретением второй души.

За всей этой “радостной” суетой нам так и не удалось поговорить. Он моего общества не искал, так как был мягко говоря не в себе, а обо мне и вовсе позабыли. Вот и сегодня никто не вспомнил о том, что помимо принца у Дикеи есть ещё и принцесса. Меня не то что к завтраку, даже к обеду не пригласили. Поэтому я решила устроить бунт. А именно — сбежать, насладиться свободой и вседозволенностью, пока всё внимание приковано к Солу.

Одевшись потеплее, оседлала любимого коня и отправилась, куда глаза глядят. Стражники по периметру стоянки валяли дурака и, равно как и все остальные, просто не обратили на меня внимания.

Дикая природа, чистейший морозный воздух предгорья и устланный снежным ковром пейзаж радовали сердце и душу. Решив, что нужно насладиться этим днём по полной, поскакала во весь опор прямо к подножию одной из ближайших гор. И всё бы было просто чудесно, если бы мой конь не оступился и я не полетела с него навзничь прямо в мягкий рыхлый снег.

И представить не могла, что от удара потеряю сознание, но в себя я пришла в совершенно незнакомом месте. Лёжа на постели, укутанная тёплым меховым одеялом, в хижине или сторожке. Где-то совсем рядом потрескивали в очаге дрова, пахло древесиной, хвоей и чем-то очень и очень аппетитным.

— Проснулась? — скрипнула дверь, и в домик зашёл мужчина с охапкой дров. — Я думал, до утра глаз не откроешь. А ты крепкий орешек. Надо же было так упасть и умудриться ничего не сломать и не вывихнуть!

То, что он не человек, я поняла сразу. Равно как и то, что этот диал не из местных. Высокий рост, широкие плечи, тёмные волосы и невероятного цвета глаза, лучащиеся силой, выдавали в нём уроженица северных земель.

Незнакомец аккуратно сложил поленья возле очага, отряхнул меховую накидку от снега и повесил её у входной двери. По-хозяйски вымыл руки у умывальника, обтерев их махровым полотенцем, достал из сундука, стоявшего в углу, небольшой котелок и пару походных кружек.

Под тонкой шелковой рубашкой очень хорошо были заметны тяжи крепких, тренированных мышц, которые плавно перекатывались при каждом движении диала. Я таких еще никогда не видела и залюбовалась, отчего, кажется, покраснела до кончиков ушей.

Мне и без того было некомфортно, что я тут очутилась и лежала теперь на постели (чужой) перед совершенно незнакомым мужчиной. Но когда маг совершенно спокойно принялся заваривать хвойную настойку, и подал её мне, для укрепления сил, как он выразился, я и вовсе стушевалась.

— Простите, я, должно быть, доставила вам неудобства, — едва не пискнула, пытаясь удержать горячую чашку в трясущихся от волнения руках.

Мужчина, усевшийся на простой деревянный табурет возле постели, заливисто рассмеялся, взял из моих рук чашку и провёл по её кромке пальцем.

— Неудобство — это когда пара рёбер сломаны, резерв почти на нуле, а тебе нужно во что бы то ни было одолеть врага. Твоё появление здесь навряд ли можно с этим сравнить, — диал улыбнулся и подал мне чашку, которая стала заметно прохладнее. — Меня зовут Эргард. А это — мой охотничий домик, красавица. А как твоё имя? И откуда ты на мою голову такая взялась?

Интерес, с которым меня рассматривал диал, не укрылся ни от моего взора, ни от дара, о котором я старалась никому не говорить. Приятное тёплое чувство, которое Эргард испытывал в тот момент, походило на родительскую заботу, но какую-то иную.

 — Диана, — буркнула, попивая отвар, который на удивление оказался очень приятным на вкус. — И не свалилась я, а упала. С коня. Он, кстати, ногу не подвернул? Жалко забивать такого жеребца. Я ведь только покататься хотела.

— Жив твой конь. Целёхонек. Но недельку-другую придётся ему отдохнуть. А тебе дома поскучать, — ответил Эргард, а я тут же представила, как расстроится отец, ведь жеребец-то был его. Ух и влетит мне!

— Да не печалься ты так. Вот, держи, — диал протянул мне перстень с огромным алмазом, а я чуть отваром не подавилась. Таких драгоценных камней не было даже в кладохранилище под дикейским дворцом. — Купишь себе нового жеребца. Повыносливее.

— Да разве можно? Во-первых, не стала бы я у незнакомого такое дорогое украшение брать, а во-вторых, перстенёк этот стоит таких денег, на которые целую деревню накормить можно. Холодает, народу скоро есть нечего будет. Тут камешек такой, что муки подводы две оплатить можно, — выдала, не задумываясь. Отец всегда учил думать сначала о нуждах простого народа и только затем о собственных.

— Вот как? — задумчиво разглядывая кольцо, спросил маг. — Интересно мыслишь, Диана. Вот бы мне такая разумная на пути повстречалась. Женился бы, не задумываясь!

— Ну наконец-то, Ди. Как ты нас напугала! — склонившись надо мной, произнес Сол.

Я же поняла, что всё это в который уже раз мне просто приснилось или привиделось в бреду.