Глава 51. Моя королева

Забыв об ободранных коленках и о том, что мазь мне никто так и не наложил, я тут же бросилась к кабинету Эргарда. Только бы отец не воспринял моего сурового северянина в штыки и не отказал, если тот решится попросить моей руки.

А он решится? Нужно ли это правителю? Я и так его. Наложница, гостья, не желающая убираться восвояси, влюблённая по самые уши дурочка, готовая ради него на что угодно. Сама напросилась остаться и помочь в поисках предателя. А он позволил, не более. Или нет?

Пока я бежала по коридорам, сердце колотилось так, что того и гляди выскочит из груди. Лестничный пролёт, поворот, ещё один пролёт. Да сколько же их ещё? Скорее бы добраться!

Последний коридор — и вот она заветная дверь. Остановилась в нерешительности. Имею ли право прервать разговор тет-а-тет двух правителей крупных стран? Могу ли ворваться, не сделав хуже?

Только подняла кулак, чтобы всё же учтиво постучать, как дверь распахнулась, и мне навстречу вышел отец, аккуратно закрывая её за собой. По его виду сложно было сказать, о чём он договорился с Эргардом, но благодаря своему дару я уловила от него приятные эмоции, больше похожие на удовлетворение и одобрение, нежели на недовольство.

— Диана? — родитель сделал вид, что удивлён моим появлением. Хотя такого, как он, сложно застать врасплох. — Ты как раз вовремя. Думаю, вам с Его Величеством нужно серьёзно поговорить, — он бросил взгляд за спину и улыбнулся. В таких же, как у меня, зеленых глазах заиграла свойственная отцу хитринка.

 — Всё в порядке? — спросила, боясь уловить хоть какой-то намёк на то, что мужчины не поладили.

— Да. В полном. У меня к тебе только один вопрос. И я бы хотел получить на него честный ответ, не прибегая к своему дару, — его слова заставили насторожиться. Отец наклонился к моему уху и едва слышно прошептал: — Наложница или всё-таки королева?

Возможно, я бы покраснела, если бы диал дал мне время среагировать, но он вдруг взял меня за руку и приложил мою ладонь к своему брачному браслету, который носил с самого дня их с мамой свадьбы. Такие украшения просто невозможно было снять. Замочек на них расстёгивался только в случае смерти одного из супругов. Ведь брак, скреплённый волей Пресветлых, нерасторжим.

— Учти, милая. Это навсегда. Наденешь и уже никогда от него не избавишься, — отец вдруг притянул меня к себе и крепко обнял. Поцеловал в макушку и отстранился. — Ты всегда будешь нашей с мамой малышкой. Но дети взрослеют, и нам пришла пора это принять. А тебе — прислушаться к своему сердцу. Оно не ошибается. Поверь, уж я-то знаю.

Правитель Дикеи потрепал меня по волосам, как делал это, когда я была ещё совсем ребенком, подмигнул мне и ушёл. С минуту я стояла и слушала его удаляющиеся шаги, эхом отдающиеся в пустом коридоре, а когда они стихли, решительно выдохнула и толкнула дверь кабинета. Конечно же, та легко поддалась, ведь никто её не запирал. Меня будто ждали.

И, сделав пару шагов, я тут же в этом убедилась. Не нужно было владеть ментальным даром, чтобы понять, какие именно эмоции испытывал Эргард при виде меня. Все они легко читались в его взгляде: нежность, забота, восторг и… желание?

Отец сказал, что разговор предстоит серьёзный. Значит, лишние свидетели нам ни к чему. Поэтому я предусмотрительно повернула ключ в дверном замке, чтобы нас уж точно никто не побеспокоил.

Осмотрелась. От моего внимания не укрылся новый большой добротный стол для игры в шахматы. Что-что, а в этом мой северянин был постоянен. Его любовь к этой игре не могла остаться незамеченной.

— Ты пришла, — не спросил, а констатировал правитель, стоявший до этого у окна, и в пару размашистых шагов оказался рядом. Быстрый взгляд — и он недовольно нахмурил брови. — Неужели лекари о тебе не позаботились? Почему служанки не принесли новое платье?

Он явно имел в виду мои ободранные колени и наряд, почти превратившийся в лохмотья. Подумала, что правитель снова уйдёт от разговора, используя это как аргумент, и у меня внутри всё сжалось. Но он не стал звать слуг. Молча подошёл к окну, где на подоконнике стоял небольшой горшочек с неизвестным мне растением, и отломил от него веточку.

— Знаешь, как называется этот цветок? — приблизился ко мне и показал пару зеленых листков.

Я отрицательно покачала головой.

— Это кальцифея северная. В период цветения абсолютно бесполезное растение с огромными голубыми бутонами, но вне его — отличное подручное средство для обработки небольших ран и ушибов у смертных. Позволишь? — указал на видневшиеся из дыры на платье ссадины на коленке.

— Может, сначала поговорим? — ответила вопросом на вопрос, понимая, как неуместно это прозвучало.

— Поговорим, но сперва обработаем твои раны, — Эргард указал мне на стул возле шахматного стола. Я послушно на него присела.

Диал сбросил камзол, тоже, кстати, довольно сильно пострадавший в недавней потасовке, и встал передо мной на одно колено.

— Ты ведь не против? — спросил, а я на миг задумалась, о чём он. О том, чтобы задрать мне подол для получения доступа к ссадинам или… Хотя какая разница? Его близость так будоражила кровь, что я готова была согласиться на что угодно, лишь бы только он не переставал так на меня смотреть и испытывать при этом целый спектр ярких эмоций, которые кружили голову получше хвойного взвара.

Вот только вместо ответа у меня вырвалось непонятное “мхм”, когда Эргард аккуратно провёл по моей ноге от щиколотки к колену, поднимая ткань платья.

— Мне очень жаль, что ты пострадала, Диана, — с заметной хрипотцой в голосе сказал правитель. — Я не сдержал слово. Обещал же, что ты больше не подвергнешься опасности в моём замке. Ты простишь меня? — его рука скользила по второй ноге, вызывая мурашки по всему телу.

— Конечно, я ведь сама…

— …сказала, что поможешь мне найти предателя, и сделала это. Пошла на такой риск, чтобы решить мою проблему.

Эргард разжевал листочки во рту и приложил полученную кашицу к ссадине на одной коленке и остаток ко второй. Кожу защипало, но неприятное ощущение быстро пропало, потому что меня накрыло дикой волной желания, исходящего от мага.

— Больно? — спросил он, глядя мне в глаза и удивляя изумительным балансом обеих душ, которые наконец нашли точку соприкосновения. И, по всей видимости, ею оказалась я.

— Нет, — шепнула, не в силах говорить громко, так как мне казалось, что если я это сделаю, то всё волшебство момента улетучится без следа.

— А замуж за меня пойдёшь? — ошарашил следующим вопросом правитель, и у меня перехватило дыхание.

Открыла было рот, чтобы ответить, но не смогла, потому что терпению Эргарда пришёл конец, и он смял мои губы пламенным чувственным поцелуем.

Так как сказать я ничего не могла, постаралась ответить ему не менее пылко, прихватывая его горячие губы своими и проводя по ним языком. А затем и вовсе приоткрыла рот, разрешая ему проникнуть внутрь.

Любимый уже делал так раньше, но тогда меня это удивило, а теперь я сама этого хотела. Без тени смущения играла с его языком своим, лаская и смело касаясь так, что всё тело содрогалось от сладкой истомы. Внизу живота затянуло, и мне дико захотелось свести вместе ноги, что я и сделала, но это не помогло. Стало только хуже, и я застонала, не в силах противостоять усиливающемуся желанию.

— Это же да? — ненадолго прерывая поцелуй и отстраняясь, спросил Эргард.

— Да! — ответила, пытаясь восстановить дыхание.