Глава 30. Каждый хочет найти правду, но только свою

— Лёш, да все предусмотрела. Билет взяла на обозначенную тобой дату. Первый отель на Дейре рядом с Золотым рынком, как ты просил. Три дня с момента моего прилёта мы проведём в Дубае. Да, потом едем на Фуджейру. Что значит, почему так далеко? Мы с тобой все Эмираты уже посетили, кроме Фуджейры. Да, отель отличный. Хочешь, ссылку пришлю? Ок. Через семь дней возвращаемся в Дубай. Отель — супер по цене и качеству. Расположен прямо на набережной Дубай Марины. Как я и хотела. Так, что значит не слишком ли дорого и жирно? Хочешь, закажу городской клоповник, как это было в Греции с отелем "Гермес". В смысле? Не ты ли мне скандал закатил на предмет: " Ты, Майя, деньги считать не привыкла". Нет, Алексей, не надо переобуваться на ходу, ещё слово и на этом мы, вообще, закончим разговор. Это не истерика. Ты работаешь, у тебя достойная зарплата. Я работаю, у меня хороший заработок. Дети выросли. Все куплено и построено. Мы ездим отдыхать теперь уже только раз в год, потому что с апреля по октябрь — дача. Нет, милый, в своём прекрасном возрасте хочу жить в хороших условиях. Так, все, мне твои маты и твой деструктив не нужны. Оплачу все сама со своей зарплатой карты. Да, согласна, у нас семья, и у меня нет своих личных денег. Да, да, ты как всегда прав. Знаешь, Лёш, развод решит все эти проблемы одним махом. Нет, не пугаю. Все пошла собаку гулять.

В психе бросаю трубку. Каждая наша поездка — бесконечные препирательства, главная причина которых — деньги. Чем старше Алексей становится, тем сложнее. Иду гулять пёселя, потом еду к своему ласковому и нежному зверю. Узнав, что я собираюсь к мужу в Эмираты и планирую там отдыхать почти три недели, Михаил после нашего разговора примчался из Германии утренней "кобылой". Уже десять дней ни на минуту не отпускает меня от себя. На работе бесконечные совместные поездки на объекты, обеды, совещания, встречи с важными людьми. Вечерами только успеваю домой заскочить, стариков навестить, пса погулять, с мужем поговорить. Уже боюсь разорваться на части.

Сегодня не планировала проводить вечер с Мишульком, о чем ему заявила в обед. Он остался в крайне удручающем состоянии, но обошелся без возражений и уговоров. Сейчас после разговора с Лехой позвонила, что хочу под медвежий бочек. Причину не стал уточнять, и то радует.

Буквально минуты через три после того, как я переступаю порог квартиры МедведЯ, на моем телефоне раздается звонок от Алексея. Миша выпускает меня из объятий. Принимаю звонок и ухожу на кухню.

— Да, погуляли. Нормально себя чувствую. Устала просто. Лёш, и не думаю нервничать. Ну, да, понимаю, не заводи свою шарманку. Я тебе все объяснила по стоимости. Если по твоему мнению, это слишком дорого, то мы можем отменить мою поездку, и вся печаль. Билет пока на брони висит. За него ещё не платила. Решай сам! Как решишь, так и будет. Ладно, хорошо. До завтра. Спокойной ночи.

Выхожу из кухни. Мишка сидит на диване, широко расставив ноги и облокотившись на колени локтями. Он пристально смотрит на меня, в его глазах напряжение.

— Нет, нет…Очень прошу, не начинай…Ничего мне не говори, — выключая телефон, приближаюсь к МедведЮ, опускаюсь перед ним на колени, смотрю снизу вверх, руки запускаю под резинку его домашних брюк.

— Это запрещённый прием, Пчелочка, — шепчет в губы мне топтышка и снимает с меня футболку и бюстгальтер, немного успевает погладить и поцеловать груди, — но тебе я позволяю его использовать, мне нравится. Крепче руку сжимай, сладкая моя! Вверх жестче — вниз мягче…О-о-о-ох-х-хо-хо! Повтори ещё языком снизу вверх. Так! И сразу в горячий ротик. Да, правильно! Если можешь глубже, то…О-о-о-о-о! Уф-ф-ф! Отлично! Ещё, пожалуйста, ещё-ё-ё-ё…Мне нравится…Ой, ты…чудная…мо-оя-я! Вау, извини-и-и, не могу больше держаться…блядь…блядь…блядь..

С громким стоном Мишка выбрасывает толчками терпкую струю. Рукой жёстко фиксирует мою голову. Освободившись полностью, поднимает меня к себе, глубоко целует. Одним движением снимает мои спортивные штаны и трусики, рукой проходится по промежности.

— Девочка моя, ты так возбуждена, что у нас настоящий потоп! Варианта два — течь заткнуть или вылизать. Какой выбираешь? — как кот, мурлычет Мишулек и пальчиками водит вверх-вниз, в верхней точке играя клитором, в нижней немного надавливая на вход в лоно и вводя в него пальцы.

Дышу тяжело, прерывисто, сглатывая слюну. Меня мелко и дробно потряхивает. От внутренних спазмов хочется свести бедра вместе, а лучше скрестить ноги.

— Вто-ро-о-о-ой, — проскуливаю и протяжно выдыхаю, потому что этот чертов Мишка-заебишка два своих длинных и очень не тонких пальца одним движением до самого упора в ладонь вводит в меня. Обратно вынимает, медленно проводя по передней стенке с усилием и поглаживанием по ребристому месту точки G. Я кричу от удовольствия и кончаю.

В какой-то момент у меня гаснет и свет, а вместе с ним и сознание. Всего мгновение, а потом лёгкость во всем теле. Лежу рядом с Мишкой на диване. Моя голова на его плече.

— Мне очень нравится твой запах, — шепчу, засовывая свой нос ему подмышку и делая глубокий вдох. — Знаешь про магию запаха между мужчиной и женщиной? Если они на уровне запахов совпали, то у мужчины увеличивается количество гормона тестостерона, изменяется аура и энергетический потенциал. В свою очередь, при получении соответствующего ответного сигнала в виде запаха мужчины и его биотоков, у женщины увеличивается количество гормона эстрогена, и она становится благосклонной и восприимчивой к ухаживаниям этого мужчины.

— Да, я читал о сложном механизме «подсознательного общения». Это когда на первой стадии общения мужчина и женщина вначале присматриваются, как бы «вынюхивают» друг друга. Если эти "вынюхивания" совпали, то именно это часто и называют «любовью с первого взгляда». Ты мне зубы не заговаривай, самочка моя. Может все же не поедешь в Эмираты? Майечка, и может пора решаться и ставить точки над "i"? — продолжая мою мысль, с надеждой в голосе произносит Михаил.

— Миш, ты опять пытаешься меня продавить. Все не просто, понимаешь. Все не просто, как ты думаешь! Такие вещи с кондачка не решаются. В наших отношениях с мужем есть незакрытые гештальты. Дома нам это будет сделать тяжелее.

Спустя неделю Михаил рано утром везёт меня в аэропорт. Несмотря на нежнейшую и сладчайшую близость, которой мы наслаждались ночь напролет, в машине висит вязкая и гнетущая тишина.

— Майечка моя, я ужасно боюсь тебя потерять! — нежно, но жестко прижимая меня к себе, с тоской в голосе выдыхает Миша. — Знаешь, однажды Степаныч мне сказал, что ты относишься к незаменимым людям. И он совершенно прав! Я никогда и кем не смогу тебя заменить! Ты моя истинная пара!

— Ну, привеД, МедвеД! Прекрати! Я просто уезжаю на несколько недель. По возможности буду писать, и даже, фотки слать, откровенно-неприличного содержания, — пытаюсь шутить, выбираясь из его объятий. — Люблю тебя, мое чудовище! Все будет хорошо! Просто помни об этом!

В Дубай прилетаю уже во второй половине дня, оформляюсь, разбираю вещи в номере. Получаю сообщение от мужа, что будет ближе к вечеру. Обедаю в индийском ресторане отеля. Знаю, что кормят вкусно, потому что мы со свекровью уже жили здесь несколько дней перед вылетом года три назад.

Насытив себя индийской едой, иду гулять. Улицы Дейры, одного из старейших районов Дубая, достаточно многолюдны и грязноваты. Основное их население индийцы, пакистанцы, малазийцы, иранцы. Сам район безопасен для туристов. Женщина здесь может гулять без опасения за свою жизнь. В ожидании Лехи брожу по маленьким магазинчикам.

Дохожу до Золотого рынка. В одном из ювелирных бутиков присматриваю очень симпатичные стильные золотые запонки с редкими сапфирами янтарного цвета. Долго на них смотрю, кручу в руках, взвешиваю все "за" и "против" и покупаю Мишке в презент на его юбилей. Подарок Лехе на его днюшку, настоящий белый катер с каютой и подвесным мотором, уже ожидает своего именинника в ангаре на берегу озера.

Вечером приезжает мой муж, наша встреча идёт по традиционному сценарию, отточенному и отработанному 35-летним опытом семейной жизни. Мне не грустно и не смешно, просто и понятно. Отпуск также проводим по разработанному мной плану с некоторыми корректировками на запросы и пожелания Алексея.

В Дубае на Золотом рынке на мой предстоящий юбилей у знакомого ювелира мы покупаем мне шикарный комплект — кольцо, серьги, подвеска — с очень крупными рубинами редкого цвета "голубиная кровь" круглой бриллиантовой огранки в 57 граней. На наше 35-летие совместной жизни муж дарит мне традиционный бриллиант в подвеске. Ещё я долго кручусь около красивой броской реплики известного бренда. Стоит недорого, а смотрится на охулиард. Показываю Лёшке, примеряю серьги и кольцо с нежнейшими цветочками и россыпью бриллиантовой крошки, создающей иллюзию целых камушков в центре.

— Май, классный набор, согласен. И все же он слишком девчачий что-ли. Посмотри в зеркало, на тебе сейчас тот же Cartier только взрослый оригинал. Мы его купили тебе вместе с новой обручалкой Bulgari на прошлый юбилей. Мне нравится этот цветочный комплект. Ты подумай, если решишь, то купим на обратном пути.

На Фуджейре у нас привычный сугубо пляжный отдых. Один раз с большим скрипом выбираемся на морскую прогулку. Вечернее время как обычно проводим на террасе нашего люксового номера. В какой-то из вечеров при свете месяца, лежащего на спине, "за рюмкой чая" у нас с мужем завязывается разговор по душам. При чем инициатива "а поговорить" всегда исходит только от Лехи. Я эти пьяные "душно-душевные" откровения с молодости не люблю, но мужика моего после третьей рюмки вечно прёт поговорить за "жисть только держисть".

— Майка, ты у меня самая дорогая женщина. В этом году в твоей коллекции ровно 35 бриллиантов. Помнишь самое первое колечко на годовщину свадьбы в виде подковки с маленьким камушком. Вроде так, если не ошибаюсь. Хотел тебе сразу такие же серьги купить, но сама знаешь, у нас с тобой тяжеловато с деньгами тогда было. Я один работал, ты то с малым дома сидела.

— Лёш, помню я все. Да, колечко дома лежит вместе с серьгами, которые ты спустя много лет заказал у ювелира в подарок за второго сына. Сейчас даже и не знаю, решилась бы я, имея нынешний ум, родить во время учёбы в институте ребёнка и продолжить учиться на дневном отделении. Потом через год после диплома стать матерью двоих детей, — задумчиво произношу, пригубив шампанское. — Только в молодости такие подвиги возможны. Если помнишь со вторым, я вышла на работу, когда младшему не было и года. Пахала на полную ставку, а по выходным ещё и репетиторство брала. Ужас прямо!

— Да, ладно тебе, Майка, ты это все из вредности делала. Все время что-то пыталась мне и другим доказать. Корчила из себя сильную и независимую. Уж и не знаю, чего ты, Май, всю жизнь бесишься?! Чего тебе неймется?! Я что тебя обижал когда, разве хоть раз руку поднял? — муж, попивая вискарь, выстреливает череду риторических вопросов. — Нет. Просто у моей девочки вот такая женская натура: "Хочу так, как я хочу!" Майе приспичило получить еще образование, пожалста, вот тебе денежки. Хочет дубленку, шубу, брендовые часики, на любой курорт, да не вопрос. Май, у тебя не жизнь, а рай на земле. Ну, да, характер, может, у меня не сахар, тяжеловатый. Да, несдержан в словах, могу и лишнего сказать в порыве злости, и обругать почем зря. Здесь меня и потерпеть, ведь, можно, и принять, и понять. Это все, милая моя, издержки профессии, нервы.

— Ойц, Алексей, это ни издержки профессии. Это распущенность и вседозволенность. Люди на работе с тобой как с богом с Олимпа. На все, что ты ни скажешь, они гривой машут. Делают это, потому что тебе как начальнику не имеют возможности ответить. Зависят они от тебя, Леш. Одно твоё слово, и могут остаться без работы. В профессии ты — король, который казнит и милует. И ты прекрасно это знаешь, потому держишь марку, форсишь своей порядочностью, играешь роль справедливого руководителя. А домой ты возвращаешься на этих же лыжах. Вот он — я, принимайте меня таким, какой есть. Одним словом — ахуйтенахуйте. Если уж говорить лично про меня, хотя нет, в принципе, про женщин в целом, Лех, то твой шовинизм с молодости не знал границ. В вашей компании всегда бытовала эта дебильная фраза "курица не птица — баба — не человек". У всех друзей твоей молодости жены были или только после школы, или с корочками ссуза. Мы эту тему тысячи раз с тобой муссировали, не хочу продолжать.

— Конечно, Май, давай уж чего там, макай меня в дерьмо. Ты же это очень любишь делать, при чем так изощренно вежливо. Вроде, и ничего не сказала, а запах идет. Да, я не отрицаю, ни у кого из жён моих друзей нет трех верхних красных дипломов, как у тебя. И что, и что?! Для тебя учиться всегда было легко и увлекательно. Развлечение, Май, у тебя такое. ГовноЛеха достал, все, уйду с головой в учёбу. Кстати, милая, напоминаю, училась ты за деньги твоего мужа. Ах, да, сейчас ты ещё должна меня уколоть тем, что ты единственная из всех бабс нашего круга достигла уровня руководителя. Ты же и сейчас из вредности на работу ходишь, потому что Майя — целый директор, а не хухры-мухры. Да, мне всегда было чихать на твой профессиональный статус. Меня женщина, мать, хозяйка устраивает. Да, я примитивен в этом плане. Мне главное — чисто, сытно, спокойно. И, дорогая моя, заработанных тобой копеек никогда в семейном бюджете я не учитывал и сейчас этого не делаю. Куда ты эти деньги тратишь, мне не ведомо.

— Ладно, Алексей, все не заводись дальше. Разговор этот тупиковый, давай спать. Ты — молодец! Все!

— Нет, Май, не все! Не смотря на твои вечные заебоны, я с тобой и с сыновьями остался. Хотя мог уйти к другой какой-нибудь, но остался с вами.

— Все, Алексей, для меня этот разговор становится утомительным и неприятным.

— А чего, милая моя женушка, давай обсудим хоть сейчас вопросы, на которые у тебя времени и желания дома нет. Ты же у нас птица высокого полета, вечно занята. У тебя всю жизнь то работа, то учёба, то спорт, то еще какая-нибудь хуйня.

— Алексей, вечно какая-нибудь хуйня — это у тебя! Вдаваться в подробности твоих половых приключений я перестала на третьем году нашей совместной жизни, когда разбила свое сердце о твою измену. Не знаю, первая она была или десятая. Это все не важно. Нам сразу надо было развестись, Лёш. Я предлагала. Если тебе память не изменяет. Ты клялся и божился, что больше такого не повторится. И оно на самом деле не повторялось, потому что женщины каждый раз были другими. Это как в одну и ту же реку нельзя ступить дважды, но в одно и тоже говно влегкую. Алексей, все, финиш. Поговорили.

— Чего это финиш, дорогая моя?! Мы же только начали разговаривать по душам, — повышая на меня голос, громким шепотом продолжает говорить Алексей. — Отчего же ты, милая, никогда не задумалась над тем, почему твой муж ищет плотских утех на стороне? А я тебе отвечу, потому что его жена всегда занята собой, детьми, работой, учёбой, блядь, еще какой-нибудь хней. Тебе до меня лично никогда не было дела. Ты, Майя, всегда мне позволяла тебя любить и к допускала к своему телу только тогда, когда решала, что уже надо…ну или может хотела близости. У нас и сейчас та же история! Майя решила, секс есть! Не решила, сиди и жди высочайшего соизволения!

— Лёш, иди ты на гору Кхуям. Если тебе так было плохо со мной, строил бы свою жизнь. Мы с тобой почти 15 лет жили "гостевым браком". Я тебе не мешала от слова совсем. Почему, Алексей, ты не остался ни с одной из своих женщин?

— Почему, Май? Почему?! Да потому что любил тебя и сейчас люблю. И, вообще, как я могу уйти от идеальной жены и матери. Ага, такое сокровище и в чужие руки отдать. Щаз-з-з-з! Вон твой начальник жену свою больную не бросает. Как её зовут? Гретта, если не ошибаюсь. Судя по её виду, она очень серьёзно нездорова. Ты же вроде сама говорила, что они много лет с её заболеванием борются. И ничего, мужик терпит. Он то, вообще, ещё молодой и крепкий, и женщина ему физически нужна. Думаешь, его жена не в курсе, что он где-то на стороне удовлетворяет свои мужские потребности. Я уверен, есть у него, кому присунуть, а может постоянной любовницей давно обзавёлся или второй семьей. Ладно, шут с ним. Пусть ебется, как хочет. Это его головняк. Я, кстати, после того мероприятия долго загонялся по поводу нашего слишком тесного общения с его больной женой.

— Лёша, все хватит ерунду нести. Твои патологические страхи — мнительность, впечатлительность, нервозность — в части твоего здоровья задолбали уже всех. Знаешь, Лёх, я думаю о том, что если бы со мной произошла такая история, как с тобой пять лет назад, то ты бы уже пять раз пирожками аппетитно чавкал и цветочки с конфетками на черный мрамор клал. Даже боюсь представить такое.

— А ты, Май, лучше не представляй. Ни к чему это. Да, не отрицаю, что только благодаря твоей общительности и оперативности мне успели операцию на сердце сделать. Я благодарен тебе! А как иначе, Май? Мы же с тобой семья! И не надо больше мне разводом в нос тыкать. Не получишь ты развод, Майя! Слишком ты мне дорога!