Бонус

Расстраивать старушку совсем не хотелось. Она походила на беззащитный и безобидный одуванчик. Белые мягкие волосы обрамляли сухонькое лицо, и казалось, только дунь, вся она рассыплется на пушинки и улетит подхваченная ветром.

– Скажите, а оживить вашу лягушку как-то возможно? – я маялась и все никак не находила в себе сил сообщить, что милейшая миссис Дудерхофф мне не подходит.

После свадьбы с Айдэном, которого наш монарх назначил новым генерал-губернатором, Флор, моя ближайшая подруга и главный партнер, никак не могла продолжать работать. Увы, не по статусу было жене правителя делать магических бабочек на заказ. А я не готова была вот так взять и расстаться с самостоятельной жизнью и вернуться под крыло папочки, который спал и видел выдать меня замуж за какого-нибудь престарелого аристократа, лишь бы я и мои дети, кроме огромных банковских счетов, получили еще и титул. И хоть характером я пошла в отца, стремлений стать на одну ступень с высшим обществом не унаследовала. Вот и крутилась в поисках того, кто бы смог заменить мою дорогую Флор и помочь мне продолжить дело.

Это было уже шестое собеседование, и с каждым новым надежды найти нужного мага во мне таяли все больше. Дело в том, что все они легко могли сотворить иллюзию, но вот сделать ее живой и заставить самостоятельно двигаться некоторое время не получалось ни у кого.

– Ну что вы, милочка, – снисходительно улыбнулась миссис Дудерхофф. – Это решительно невозможно. Оживлять иллюзии под силу лишь немногим магам, для этого нужен редкий дар. И хоть силы такое заклинание требует совсем крошечные, само по себе оно неподвластно большинству.

Я вздохнула. Похоже, если и удастся сохранить мое маленькое, но прибыльное дело, это будет сродни чуду. Возможно, настало время пораскинуть мозгами и придумать что-то другое, пускай и не столь эксклюзивное.

– Спасибо, – уже привычно вежливо улыбнулась я. – Мы обязательно пришлем вам телеграмму в случае положительного ответа, миссис Дудерхофф.

– Подумайте, душечка, – кивнула она. – Уверена, мы с вами отлично сработаемся. И не смотрите на мой возраст, внутри я чувствую себя так, словно мне все еще двадцать пять!

– Рада была знакомству, – я пожала сухую теплую ладошку и распрощалась с очередной кандидаткой в деловые партнеры.

Как только миссис Одуванчик покинула кафе, я схватилась за голову и позволила отчаянию проявиться на своем лице. Из всех откликнувшихся на объявление в газете осталась всего одна соискательница. Габриэль Нолан должна была явиться через пятнадцать минут, и, если она не сможет хотя бы заставить моргнуть свою иллюзию, я не знаю, что буду делать!

Он опаздывал. Не хорошо было, конечно, заставлять владелицу маленького, но так интересующего его предприятия ждать, однако и отменить свои дела было решительно невозможно. Еще и переодеться в простой костюм пришлось, на что тоже понадобилось время.

В довольно популярном среди горожан кафе было немноголюдно – сказывался самый разгар рабочего дня, когда обеденное время уже прошло, а вечернее еще не наступило. За столиком возле окна он обнаружил светловолосую довольно молодую девушку, с серьезным сосредоточенным видом перебиравшую бумаги. Перед ней стояла чашечка с чаем и блюдце с пирожным, к которому девушка так и не прикоснулась. Сама она была одета в строгий деловой костюм, волосы убраны в гладкий пучок и скреплены чуть ниже затылка. На чистом лице ни грамма косметики, но оно от этого не выглядело блеклым или безжизненным. Аккуратный носик, довольно полные губы и только хмурая морщинка пересекала высокий лоб, выдавая состояние хозяйки. Без раздумий он направился именно к этой незнакомке и не ошибся.

– Мисс Уилсон, – приветствовал он. Девушка подняла голову и непонимающим взглядом уставилась на него. – Я Габриэль Нолан, – пришлось пояснить и протянуть руку для приветствия. – Мы с вами договаривались о встрече.

Мисс Уилсон подскочила на ноги, едва не опрокинув стул, на котором сидела, и неуверенно ответила на рукопожатие. Его будущая деловая партнерша оказалась практически крохой – светловолосая макушка едва доставала до его подбородка. Изящные пальчики утонули в его ладони, хотя его руки совсем не были похожи на медвежьи. Определенно, работать с этой мисс окажется очень приятно.

– Габриэль Нолан? – удивленно переспросила мисс Уилсон. – Вы… – и тут же запнулась. – Вы мужчина? – щеки залились румянцем смущения. Интересно, как она при таком характере дела ведет? Он совсем не удивится, если окажется, что на ее маленькой конторке долгов висит как яблок у него в саду.

– А вы ждали кого-то другого? – он вздернул бровь.

Вообще-то имя было не его, как и костюм, но под своим настоящим именем Тристан Бушар столько раз пытался перекупить их дело, что теперь решил изловчиться.

– Нет-нет, что вы! Прошу простить это недоразумение, у меня сегодня выдался тяжелый день, – она потерла пальцами лоб и указала ему на стул. – Присаживайтесь.

Кажется, мисс Уилсон все-таки удалось взять себя в руки, потому как дальше она вела беседу более чем уверенно. Поинтересовалась его талантами, аккуратно вызнала про мотивацию. Похоже под ангельской безобидной внешностью скрывалась маленькая тигрица, которая через пару-тройку лет обещала стать серьезным противником.

И как ему повезло, что именно сейчас выдался момент прибрать к рукам так интересующую его контору. Когда в столице, где все более-менее легальные развлекательные и увеселительные заведения принадлежали ему одному, появились две предприимчивые особы, он даже бровью не повел. У всех его конкурентов был лишь один путь – разорение и забвение, но две удачливые упрямицы смогли его удивить. Они предложили горожанам то, чего не было до сих пор. Яркие, экзотические, даже более завлекательные, чем настоящие, бабочки сразу же снискали народную любовь. Они оказались доступны человеку любого достатка – вопрос упирался лишь в их количество, а выглядели как что-то эксклюзивное и предназначенное для королей. С помощью магических бабочек каждый мог почувствовать себя причастным к волшебству. И теперь ни одно торжество или свидание не обходилось без фирменной коробочки от Флоранс и Эммы.

Он не единожды пытался перекупить их дело, предлагал честные с его точки зрения деньги, но каждый раз получал от леди Бэрнетт холодный вежливый отказ. А вот с ее подружкой дела иметь еще не приходилось, и он надеялся на успех. Обаять милашку, показать, что без него она не справится и щедро протянуть руку помощи – он не раз проделывал подобное с конкурентами. Ну а прямо сейчас следовало убедить девочку, что он – именно тот, кто ей нужен.

– Дело в том, что мы ищем человека, который смог бы делать живых бабочек для наших клиентов. Продемонстрируйте, пожалуйста, ваши умения.

Что ж, с этим у него проблем точно не возникнет, тут мисс Уилсон обратилась точно по адресу. Он взмахнул рукой, и салфетка, лежащая на столе, взлетела в воздух, замахала белыми крылышками, описывая круг внутри зала, и выпорхнула в открывшуюся дверь.

– Дело в том, – наклонившись ближе к мисс Уилсон, доверительно сообщил он, – что я прекрасно владею иллюзорной магией, и знание вашего ноу-хау мне не требуется. Единственное, что меня останавливает, это патент, полученный вами на коммерческое использование живых бабочек.

Мисс Уилсон готовилась достойно ответить. Это было видно по ее полыхнувшим изумрудным глазам, но тут в кафе зашла парочка. Обоих он прекрасно знал, а потому опустил лицо как можно ниже и прикрыл ладонью, сделав вид, что потирает бровь.

– Тут слишком жарко, – капризно протянула леди Рой. Избалованная девчонка, которую папаша еле пристроил в руки печально известного маркиза. Тот проигрался и был нескончаемо рад размеру приданого невесты, а ее отец готов был сплавить дочурку любому, кто на добровольных началах согласится терпеть ее характер. – Пойдем отсюда, я хочу в ресторан!

– Но здесь самый вкусный кофе в столице, и я желаю его выпить, – маркиз попытался настоять на своем, но не преуспел.

– Это место для плебеев! – отрезала леди, даже не потрудившись понизить голос. – Ты только посмотри, кто тут сидит! Немедленно уводи меня отсюда…

Маркиза так разошлась в своем неподдельном возмущении, что муженьку пришлось уступить. Гадкое зрелище. Мисс Уилсон, похоже, была того же мнения, потому как ее носик миленько сморщился, а с губ сорвалось презрительное:

– Аристократы!

Кажется, он не прогадал, когда решил представиться простым парнем. Прекрасная Эмма встрепенулась, возвращая себе деловой вид, и обратилась к нему:

– Спасибо за встречу, мы свяжемся с вами в случае положительного решения, – кажется, мисс Уилсон только что вежливо отказала ему.

– Со мной этот фокус не пройдет, – он сложил руки на груди и откинулся на спинку стула. – Или договариваемся сейчас, или я открываю собственное дело и заменяю бабочек, к примеру, на фейерверки. Патент в этом случае на мою деятельность распространяться не будет, а людям в отсутствие вашей продукции придется соглашаться на мою. Вы же не сможете продолжать дело, поскольку найти нужного мага – не такая простая задача. Так что думайте, мисс Уилсон, решение за вами.

О! Она практически убила его взглядом. Что за жгучий темперамент скрывается за этой деловой прилизанной внешностью.

Он посмел мне угрожать! Этот хлыщ с женским именем только что продиктовал свои условия! Ох, как я понимала Флоранс, когда та не чаяла избавиться от Айдэна Бэрнетта, но в то же время не могла себе этого позволить. Правда потом все-таки вышла за него замуж, но это явно не мой случай. Первым порывом, конечно, было послать этого самодовольного типа куда подальше, но это означало возвращение под родительское крыло, а там и позорное замужество, постель со стариком и несчастная жизнь, пускай и с большими деньгами и титулом. Уж лучше этот проныра Нолан, он хотя бы не претендует на меня лично.

– Вы приняты на испытательный срок. Через месяц, если все сложится, обсудим условия дальнейшего сотрудничества, – я попыталась хотя бы сделать вид, что последнее слово осталось за мной, но мы оба понимали, что Габриэль Нолан обошел меня по всем фронтам, и выбора, как такового, не оставил.

Радует хотя бы, что он оказался достаточно тактичен, чтобы не продемонстрировать своего торжественного превосходства.

– Благодарю, мисс Уилсон, – серьезно кивнул он, будто и не было только что того снисходительного тона. – В таком случае встретимся завтра и начнем наше плодотворное сотрудничество. Позвольте, я оплачу наш счет.

И он действительно оплатил. Хотя даже себе даже ничего не заказывал. А я лишь хлопала глазами, как глупая собачонка, и ничего не предпринимала. В самом деле, не бороться же мне с Ноланом за право показать собственную независимость. Но, кажется, только что я совершила главную ошибку в своей жизни, и речь конечно же не о сэкономленных ассигнациях.

На ужин я напросилась к Бэрнеттам. Двери их дома всегда были открыты для меня, но все же я старалась не докучать счастливому семейству. Да и что говорить, при виде цветущей беременной Флор, довольного жизнью Айдэна и всегда радостного Алекса волей-неволей меня пробирали печаль и зависть. Это пронзительное, грустное состояние потом терзало меня ночами и напоминало, что лично мне подобного не видать. Ну кто, скажите, в нашем обществе клюнет на вечно занятую, чересчур самостоятельную девицу, которая добровольно отказалась от папиных денег? К сожалению, у нас в цене или обеспеченные наследницы, или тихие, удобные скромницы, готовые переносить любые тяготы жизни ради возлюбленного и от которых не услышишь и подобия жалобы.

Что ж, я была не такой, поэтому оставалось только смириться с общепринятым положением вещей, продолжать гнуть свою линию и двигаться вперед. Естественно, мне, как и любой другой девушке, хотелось бы обзавестись семьей, родить детишек, но без человека, который бы затронул мое сердце, все это было бессмысленно. А я такого пока не повстречала, так что порой даже начинала сомневаться в его существовании.

Флор светилась. Ее улыбка стала расслабленной и радушной, в глазах поселилась любовь, и даже движения из резковатых и немного нервных сделались плавными. Айдэн весь вечер не отводил от нее восторженных влюбленных глаз, отчего выглядел временами глуповато. Алекс же болтал без умолку, желая поведать обо всем на свете сначала маме, потом папе, а после даже и мне. В основном, дело касалось его подружки Анны и их совместных забав. Хотя Алекс перешел в школу для избранных, свою первую любовь он не забыл и стойко переносил издевки сверстников по этому поводу. Зато противный братец Анны, Калем, моего любимца больше не доставал.

– У тебя все в порядке? – Флор читала меня как открытую книгу, но это не значило, что я буду сваливать на голову беременной подруги свои проблемы.

– Все прекрасно, – я широко улыбнулась и махнула рукой. – Устала немного сегодня – столько собеседований провела. Зато нашла того, кто способен тебя заменить и создавать живых бабочек. Знаешь, твой талант, оказывается, крайне редкий.

– Ох, прости, Эм! – подруга чуть сжала мою руку, а в ее глазах заблестели самые настоящие слезы. – Мне так жаль, что я больше не могу работать с тобой. Эта беременность меня такой плаксой сделала! – пожаловалась она.

– Прекрати, – я обняла Флор. – Ты не обязана ставить мои интересы выше своей семьи. Тем более, что я прекрасно справляюсь. Знаешь, как бы ни хотела я тебе польстить, на поверку ты не оказалась незаменимой, подружка.

– Ты у меня самая лучшая подруга, – опять всхлипнула Флор. – Я уже говорила?

– Тысячу раз. Но все равно можешь повторять, сколько хочешь.

Айдэн с добродушным видом наблюдал за нами, но не зря он занимал пост генерал-губернатора нашей метрополии. Провожая меня домой, перед тем как помочь забраться в экипаж, он спросил:

– У тебя точно все в порядке?

– Конечно, – убежденно кивнула я.

– Если тебе удалось провести мою жену, Эм, это не значит, что и я поверил в твои улыбки.

Я вздохнула.

– Наладить мои отношения с семьей и залатать внутренние раны не под силу даже тебе, Айдэн, а в остальном у меня полный порядок. Но спасибо за беспокойство.

– Хорошо, – он принял мой ответ. – Но знай, если вдруг понадобится помощь, ты всегда можешь ко мне обратиться. Я слишком высоко ценю то, что ты поддерживала Флоранс в самые трудные для нее времена.

– Ты – хороший муж, Дэн, моей подруге повезло. Спасибо за вечер.

Дорога домой прошла под светлые думы с налетом грусти. А уже на следующий день меня ждала работа с Ноланом. И это сотрудничество открыло новую страницу моей жизни.

Работать с Габриэлем было тяжело. Он постоянно спорил со мной, норовил забрать первенство и тыкал носом в ошибки, как желторотого птенца. При этом бабочек он делал такой красоты и в таких непомерных количествах, что мы были способны охватить не только столицу, но и все соседние города.

– А я тебе говорю, что раздавать пробные коробочки на Дне летнего солнцестояния бесплатно – это отличная идея! Таким образом мы заинтересуем и привлечем гораздо больше покупателей, – давил партнер. – В столицу на праздник съедется весь свет, да и простого народа будет не мало.

– Но я не собираюсь раздавать свой труд бесплатно! – возражала я. – Не для этого я столько лет работала и зарабатывала репутацию.

– Ты не понимаешь, это же залог на будущее. Пусть мы не получим денег прямо сейчас, зато потом все вложения окупятся с лихвой.

– Знаешь, я человек приземленный, и предпочитаю синицу в руке, а не журавля в небе. Поэтому я говорю нет. Тем более, что твой испытательный срок заканчивается только через несколько дней, а значит все решения пока еще принимаю я. Вот как станешь полноправным партнером, тогда и поговорим.

– Поверить не могу! Эмма Уилсон бежит от неудобного разговора. Или ты просто боишься рискнуть и взять от жизни больше? – сам того не понимая, Габ надавил на больную мозоль.

– Да я боюсь! – взорвалась я. – Рискнуть всем, чтобы проиграть и вернуться в отчий дом, расписаться в своей несостоятельности и позорно выйти замуж за старика с титулом, которого подобрал для меня отец! Да я лучше в монастырь подамся, чем соглашусь на такую жизнь, понял? А чем рискуешь ты? Очередной непыльной работенкой?

– Прости, я не знал, – Нолан поднял руки, как бы сдаваясь. – Твой отец действительно собирается отдать тебя старику?

– Как только я переступлю порог его дома с чемоданами, не разбирая их, сразу же отправлюсь к жениху, – устало вздохнула я. – Делец Уилсон – мой папа, если ты когда-нибудь слышал о таком.

Нолан закашлялся – похоже, он был в курсе.

– Нет, прости, не знаю такого, – покачал он головой, а я нахмурилась – надо же, ошиблась. – Тогда позволь мне заработать для нас чуть больше денег. Ты же видишь, я могу творить гораздо больше бабочек, чем мы сейчас продаем. Не следует закрываться от перспективы.

– Я не знаю, – покачала я головой. В разговоре с Габом это было практически равноценно поражению, и мы оба прекрасно это понимали.

– Давай же, Эм, – он встал у меня за спиной и принялся разминать плечи. Сильные пальцы дарили мышцам расслабление, прогоняли неуверенность и чуть ли не заставляли стонать от удовольствия. – Рискни, как рискнула однажды, когда ушла ни с чем из дома и выиграла.

– Но мой отец до сих пор не сдался, – заметила я и ахнула, когда Нолан надавил на особо чувствительную точку.

– Это совершенно не важно, ведь ты уже никогда не вернешься домой под крыло родителей и не позволишь решать за себя.

– В этом ты прав, Габриэль.

– Так поверь мне и в другом, – зашептал на ухо он. – В конце концов, что мы теряем, кроме денег?

– Ладно, Нолан, твоя взяла, – проворчала я. – Но, если разоримся, будешь содержать меня до конца твоих дней.

– Уверен, мне понравится, – на удивление хрипло согласился он.

Лорд Тристан Бушар не мог перестать над собой смеяться. Надо же! Его малышка Эмма, от общения с которой он вот уже почти месяц получал ни с чем несравнимое удовольствие, оказалась той самой дочуркой торговца Томаса Уилсона. Девчонкой, что папаша предлагал каждому встречному аристократу, лишь бы получить для нее и ее отпрысков титул. И Уилсон даже нашел такого придурка. В то время как приличные лорды отказывались от малозаманчивого предложения, обнищавший на старости лет барон Ромвель с радостью согласился обзавестись женушкой из простолюдинок, зато с папашиным внушительным состоянием за плечами.

Когда-то и сам Тристан не без иронии отверг предложение осмелевшего Уилсона, а теперь увязал в девчонке с каждым днем все сильнее. Его в ней манило буквально все: блестящие волосы, благоухание кожи, смешивающееся с запахом ванильных духов и создающее поистине неповторимый аромат, чистый высокий лоб, пронзительные изумрудные глаза, пухлые губы, которые так и манили завладеть ими. Единственное, что служило препятствием для Тристана – это чрезвычайная серьезность Эммы. Переступить через нее оказалось неожиданно сложно. Она не подпускала его близко к себе и даже не видела в нем мужчину, что уж говорить про привлекательного мужчину. Оставалось сводить все к шуткам и каждый раз пытаться пробить оборону основательной не по годам девчонки.

И вот теперь оказалось, что стоило всего-то принять предложение Уилсона и милашка Эм была бы давно в руках Тристана. О ее покорности мечтать, конечно, не приходилось, но ему слишком нравились их пикировки, чтобы страдать из-за отсутствия должного почтения со стороны девушки. Она была остра на язык, решительна, самостоятельна и при этом бесконечно ранима и беззащитна, хоть и не любила показывать этого.

Ради такого их общения Тристан продолжал играть роль простого горожанина с дурацким именем и не спешил сбрасывать инкогнито. Документы придется подписывать только по истечении испытательного срока, а больше узнать правду о нем Эмме было неоткуда. И с каждым последующим днем, пропитанным ложью, он понимал, что зашел уже слишком далеко, чтобы безболезненно сообщить о подлоге. Мисс Уилсон точно не поймет и уж тем более не примет, вот и приходилось изобретать всякие авантюры, лишь бы прелестная деловая партнерша не задумывалась о его документах. О том, чтобы поглотить маленькое дело, лорд Бушар уже и не мечтал. Все его грезы теперь сводились к одной мисс, горячили кровь и заставляли ночами вертеться на бывших когда-то удобными простынях.

Колокольчик на двери сообщил о приходе нового посетителя. Мы с Ноланом никого не ждали, а потому лично я встречала незнакомца настороженным взглядом. И, как впоследствии выяснилось, не напрасно! Тощий паренек в коричневом костюме, который сидел на тщедушной фигуре, как на корове седло, оказался курьером.

– Мисс Эмма Уилсон? – обратился он ко мне.

Если учесть, что в небольшой конторе, которую пришлось нам с Ноланом арендовать, кроме меня находился только Габриэль, удивляться прозорливости паренька не приходилось. Я кивнула, подтверждая, что он пришел по адресу. Курьер вытащил из потертой суконной сумки, висящей на плече, белый конверт и вручил его мне.

– Вот здесь распишитесь, пожалуйста, о получении.

Я чиркнула пером в указанной графе, дождалась, когда курьер покинет помещение и специальным ножом из слоновой кости вскрыла конверт. За плечом как по мановению волшебной палочки образовался Габ.

– Я так понимаю, просить тебя тактично не совать нос в мою почту бесполезно?

– Как твой деловой партнер я просто обязан следить за твоим благополучием. А вдруг там угрозы? Или шантаж? Или вообще кто-то хочет тебя переманить? Я не могу допустить этого, я уже к тебе прикипел, свыкся и не собираюсь подстраиваться ни под кого другого.

– Напомни, почему я до сих пор терплю тебя? – вздохнула я тяжко.

– Потому что в этом городе больше нет подходящего мага, так же страстно желающего трудиться бок о бок с тобой, – послушно просветил меня Нолан. – Да и вообще хотя бы просто желающего. То ли дело я – на все готов ради твоего благополучия.

– Это приглашение, – во все глаза уставилась я на прямоугольник из плотной бумаги.

– Оно на две персоны, – подсказал Габ, хотя я и сама уже прочитала. – Там еще какая-то бумага в конверте лежит.

– Вижу, – я подцепила пальцами листок и развернула его.

Отец любезно приглашал на прием в честь дня рождения матери и напоминал, что, если я явлюсь одна, без подходящего по статусу жениха, мне предоставят его по собственному выбору. Посадят рядом за столом и заставят весь вечер провести в его компании, танцевать, беседовать и вежливо улыбаться. Похоже, терпение родственников подходило к концу, и они решили окончательно превратить мою жизнь в ад!

– Я просто не пойду! – я отбросила от себя письмо, будто оно было ядовитым, и сложила руки на груди.

– И пропустишь день рождения матери? – подлил масла в огонь Нолан.

– Ну родители же отчего-то считают, что могут поступать, как захотят, не оглядываясь на мои чувства.

– А ты совсем-совсем не хочешь замуж? – вкрадчиво поинтересовался Габ. – Это необычно для молодой девушки.

– За тех, кого родители предложат? – фыркнула я. – Точно не хочу. Если и создам семью, то только с тем, кого сама выберу и кого смогу полюбить. Но что-то такого человека пока не наблюдается поблизости.

– Может, ты просто плохо смотришь?

– Что? – нахмурилась я, совсем не понимая, к чему ведет Нолан. Если он о том пареньке-курьере, то этот вариант точно мимо. Мне нужен кто-то серьезный, в ком я буду уверена и на кого всегда смогу положиться.

– Так и быть, я смогу пойти с тобой на праздник. Притворюсь твоим женихом, а ты прибавишь мне зарплату, – подмигнул Габ, а я пригляделась внимательнее к деловому партнеру и будто увидела его в первый раз.

За несерьезным, отвратительным характером и дешевым костюмом скрывалась вполне привлекательная внешность. Классическая стрижка, густой темный волос, чистое открытое лицо с прямым носом и красивой, четкой линией подбородка, не слишком выдающейся, но и не смазанной, невнятной. Теплые карие глаза в тот момент светились вызовом и иронией, а на довольно пухлых губах играла легкая улыбка. Габриэль Нолан был высок, широк в плечах и, что скрывать, симпатичен. Почему я раньше этого не замечала?

– А что, это хорошая идея. Но только если ты обещаешь большей частью молчать и не позорить меня. И еще не раздражать глупыми комментариями.

– Думаю, мы договоримся, – Габ подмигнул мне.

– Ладно, – окончательно сдалась я. – Я куплю тебе приличный костюм, тот, что на тебе сейчас, совершенно не годится.

– Не стоит, у меня есть подходящий, – Нолан улыбнулся хищно, и я заподозрила, что собственноручно вляпалась во что-то, что скорее всего не придется мне по душе.

Габриэль заехал за мной на шикарной карете с откидным верхом, запряженной ни много ни мало шестеркой лошадей. Галантно помог усесться и окинул оценивающим взглядом.

– Прекрасно выглядишь, Эм, – похвалил он. – Это лиловое платье невероятно оттеняет твои изумрудные глаза.

Сам Нолан был одет с иголочки. Дорогущий костюм – откуда только взял? – идеально облегал крепкую фигуру, Габ в нем смотрелся выше, старше и внушительнее. В таком виде он совсем не походил на моего помощника и простого мага, только и занимающегося оживлением бабочек. В компании нового Габриэля Нолана я терялась и не знала, куда деться от охватившего меня смущения. С кем я провела бок о бок целый месяц и как не заметила ЭТОЙ его стороны? Я больше не могла свободно пикироваться с Габом, а потому предпочла и вовсе замолчать. Он явно не понимал, что со мной происходит, и всю дорогу до особняка родителей сверлил меня испытующим взглядом.

Прием, что устроил отец в мамину честь, был поистине роскошным. Кажется, за этот год родители разбогатели еще больше. Количество гостей я и сосчитать не бралась, все были одеты настолько помпезно, будто явились на праздник во дворце. Нанятые музыканты негромко играли на инструментах, огромный зал сверкал огнями, официанты разносили напитки и крошечные угощения. Наше с Габриэлем появление определенно произвело фурор.

– Эм, я должен признаться тебе кое в чем, – шепнул мне на ухо он, но я была слишком взвинчена, чтобы прямо сейчас слушать его. Удивленные взгляды и всеобщие шепотки гораздо больше волновали меня.

– Давай потом поговорим, – отмахнулась я.

– Потом уже может быть поздно. Я и не думал, что тут будет столько народу…

– Не сейчас, Габ, – нервно шикнула я, мы вплотную приблизились к родителям.

– Эмма! – расцеловала меня мама, от папы же достался довольно сухой кивок. – Как я рада тебя видеть! Представь нам своего спутника.

И только я раскрыла рот, чтобы произнести вслух дурацкое имя Габриэля, как отец опередил меня:

– Лорд Тристан Бушар, – он немного склонил голову, выказывая почтение. – Большая честь видеть вас на нашем скромном празднике, – отец улыбнулся, а я словно одеревенела и приросла к полу.

Я точно не ослышалась? Да нет, скорее всего папа просто перепутал. Это досадное недоразумение, и прямо сейчас Габ все исправит. Но затянувшаяся пауза убивала мои надежды.

– Благодарю за приглашение, – наконец, ответил Нолан с совершенно незнакомыми мне интонациями. Или вернее будет сказать – Тристан Бушар. – Примите мои искренние поздравления.

Они еще продолжали беседовать, а я не разбирала чужих слов и чувствовала себя полнейшей дурочкой, доверчивой и обманутой.

– Вы это все специально подстроили? – спросила я убитым голосом, когда бывший партнер отвел меня в сторонку и сунул в руки бокал с водой.

– Нет, Эм, это не так. Прости, – он потер лоб и выглядел до того несчастным и виноватым, что любое сердце могло дрогнуть. Любое, но не мое. – Я правда хотел все тебе рассказать, но в карете ты была сама не своя, а тут и рта не дала мне открыть. Я не хотел, чтобы все получилось именно так.

– Зачем? Что именно тебе от меня нужно, Габ? То есть, Тристан, – горько усмехнулась я.

– Давай выйдем на балкон, и я все тебе расскажу, – он потянул меня в сторону, и я послушно пошла. – Понимаешь, я давно интересовался вашими бабочками, неоднократно пытался перекупить дело у твоей подруги, Флоранс Бэрнетт, но она каждый раз отказывалась.

– Конечно, – рассеяно кивнула я. – Ей важно было иметь стабильный доход, чтобы содержать сына, а не единоразовую прибыль.

– И вот, когда ты осталась одна, я решил, что пришел мой час. Под своим настоящим именем я не рискнул к тебе приходить – кто его знает, как много всего тебе рассказывала Флоранс. Потому и выбрал псевдоним.

– И что теперь? Отнимешь у меня дело и заставишь вернуться к родителям? – от предательства было нестерпимо больно.

– Нет же, Эм, – Тристан схватил меня за плечи и немного встряхнул. – Дай же мне договорить.

– А это что-то изменит? – мне казалось, меня заморозили – настолько звонко и пусто было внутри.

– Я не смог подмять тебя под себя, понимаешь? – Бушар заглянул мне в глаза. – Влюбился в тебя почти сразу, как какой-то мальчишка, и каждый вечер с нетерпением ждал утра, чтобы снова увидеть чарующую Эм. И как-то очень быстро все зашло так далеко, что я уже не знал, как можно это исправить. Я любил тебя, но ты не видела во мне мужчину, отдавая весь свой азарт делу. И я не придумал ничего умнее, кроме как поддержать тебя в этом. Играл роль такого же увлеченного простака и сам не заметил, как проиграл. Я люблю тебя, Эмма Уилсон, – бывший партнер встал на колени и уперся лбом в мой живот.

Блистательный лорд Тристан Бушар просил прощения у девчонки без титула практически у всех на виду и ни капли этого не смущался.

– Бушар, ты идиот! – сообщила я, почувствовав, как слезы потекли из глаз.

– Согласен, – кивнул он и поднялся на ноги.

– Клоун, паяц, подлец, – продолжила я, и Тристан кивал в такт каждому слову. – Негодяй и обманщик…

– Так ты простишь меня? – он нежным движением стер влагу с моих щек, и оказалось, что такому деловому партнеру я не могу противостоять.

– Тебе придется долго искупать свою вину, – я шмыгнула носом воинственно, а Тристан широко улыбнулся и принялся действовать.

Его губы решительно примкнули к моим, руки прижали мой стан к себе, а язык вдруг начал хозяйничать у меня во рту. Лорд Бушар заявлял на меня свои права, и в этом случае с матримониальной волей родителей я склонна была согласиться.