Глава 14
Майе очень понравился вечер.
Как и соседи Вадима. Наверное, их даже можно назвать хорошими приятелями.
Компания собралась небольшая, как и говорил ранее Вадим. Совершенно не шумная, при этом веселая и активная.
Майю сразу же приняли в дружный небольшой женский коллектив. Она не сопротивлялась. Познакомится, понаблюдает со стороны. Большой инициативы Майя проявлять не планировала. Попросят – сделает.
Она несколько раз ловила на себе взгляды Вадима. Он точно проверял её местонахождение, чтобы убедиться, всё ли у неё хорошо. Ей нравились эти взгляды. Это внимание. И вскоре она сама уже начала искать их.
Майя помогала накрывать на стол. Возник спор, где продолжать посиделки: в пати или же перебраться в дом. Большинство выбрало первый вариант.
– Тогда нужны пледы и кофты.
– Где же я их возьму на всех? – добродушно засмеялся хозяин дома.
– Найдутся, Артурчик, хорош прибедняться.
Вадим, которого всё же заставили выпить штрафной, направился к машине и достал из багажника несколько пледов.
– Ого. Багов, ты как знал.
Самый теплый он протянул Майе.
– Если хотя бы немного замерзнешь – сразу же мне сообщи. Договорились?
Она не могла ответить отрицательно.
Чувствуя необычайную легкость, граничащую с кокетством, которое заложено в каждой девочке, Майя повернулась спиной к Вадиму. Тот понял её без лишних слов, раскрыл плед и накинул на плечи. Девушка, сама не понимая, насколько сильно кайфует от происходящего, от мужской заботы, подалась назад, стремясь продлить нечаянную заботу. Вадим не спешил убирать руки с её плеч.
– Шалишь, девочка? – спросил, обдав её горячим дыханием со сладковатым привкусом алкоголя.
– Есть такое дело.
– Тогда шали дальше, мне нравится.
В пати было, где расположиться: на больших угловых диванах или в креслах. Одна девушка, Лида, сделала более креативный выбор – покидала подушки на пол.
– Здесь удобнее, – заявила она, похлопывая по подушке рядом и улыбаясь мужу, что цедил пиво и жарил мясо.
Вадим с Майей выбрали диван. Вадим сел в углу, притянув девушку к себе. Она не возражала. После сытного ужина, где она старалась не перебарщивать, чтобы не возникла тяжесть, её потянуло в сон. Поэтому она с удовольствием устроилась в объятиях Вадима, не задумываясь, как это он может воспринять.
Всё потом.
Ей нравилось происходящее. Потрескивание костра, негромкая музыка, неспешные разговоры. Она словно целую вечность знала этих людей. Понимала шутки, порой переходящие грани приличия, и не находила их похабными.
В какой-то момент Майя почувствовала, как рука Вадима обвила её талию. Постаралась отреагировать спокойно, хотя сонливость исчезла в одно мгновение. Но Вадим пошёл дальше – положил руку на ее животик. Пусть он еще не выпирал, и объемная кофта скрывала беременность, но они-то знали.
Она и он.
Это был первый контакт Вадима с ребенком.
Он прикасался осторожно – это невозможно было не заметить. Аккуратно, чтобы не спугнуть Майю. Она и не собиралась пугаться.
Ей нравилось…
Здесь, среди малознакомых людей, происходило их сближение.
Майя потянула плед, накрылась сверху, таким образом спрятав руку Вадима от взглядов присутствующих.
Это только для неё.
– Не устала?
– Немного, – честно призналась Майя.
– Можем поехать домой, – так же негромко предложил Вадим.
– Если честно, то было бы здорово. Не рано? Мы не обидим Артура?
Майя обернулась, и их глаза встретились. Чуть захмелевшие, у Вадима они потемнели, и ей хотелось думать, что она тому причиной.
– Поверь, Артур сейчас не в том состоянии, чтобы обижаться на кого-то. Тем более, на меня.
Артура они нашли в доме. Тот разговаривал по телефону, вернее, ругался, обещая спустить всех собак на некого Саида, если тот будет лезть туда, куда не требуется.
– Арт, – окликнул его Вадим, давая понять, что он больше не один и что не помешало бы выбирать выражения.
Мужчина обернулся и быстро закончил разговор.
– Нам пора.
– Уже?
– Да.
– Слушайте, ребята, рано же, – начал было он, перевел взгляд с друга на Майю. Сначала посмотрел в лицо, потом перевел взгляд ниже – на живот.
То есть Майя зря скрывала свою беременность?
Хозяин дома проводил их до машины, но до этого заставил Вадима выпить ещё на посошок.
– Я с тобой сопьюсь, – засмеялся Вадим, принимая протянутый стакан.
Он немного захмелел и когда сел в машину, откинулся на спинку и сказал:
– Спасибо, что села за руль.
– Мне показалось, тебе надо было немного расслабиться. Ты очень напряжен последние дни.
– Много работы.
– Можно вопрос?
– Да.
Она тронулась, стараясь не выказать волнения. К своей машинке она привыкла, а у Вадима был кроссовер.
– Ты же не часто пьешь?
Это её беспокоило. Можно выпить один-два раза в месяц, к подобному она относилась лояльно, а если чаще?
– Нет, Майя. Я же, кажется, говорил.
– Я не помню, – стыдливо призналась Майя, кусая нижнюю губу. – Извини, у меня иногда рассеянное внимание и…
– Майя, не надо извиняться, – Вадим повернул к ней голову, и тут что-то изменилось. Его взгляд потяжелел, из него ушла беззаботность, беспечность. Майя насторожилась.
Она уже хотела поинтересоваться, в чем дело, Вадим опередил её, глухо произнеся:
– И так тоже не делай.
Она продолжала не понимать, о чем он. Вадим перешел к действиям. Нагнулся к ней, поднял руку и провел большим пальцем по губам.
– Не кусай губу. Меня это возбуждает. Сильно.
⁂
Она его возбуждает.
Майя снова и снова прокручивала в голове эти три слова.
Она знала, что Вадим испытывает к ней сексуальное влечение, тут не надо иметь семь пядей во лбу. Он говорил и ранее. Но почему сегодня её закружило от волнения? От некого предвкушения.
А она сама?.. Готова?
Ответ Майя получила уже дома.
Домой вернулись быстро. По приезду Вадим снова превратился в неулыбчивого бирюка.
– Майя, поднимайся к себе, я посижу на кухне еще немного.
Вот и всё.
Майя даже растерялась. Не то, чтобы она рассчитывала на продолжение. Но точно не на скупой равнодушный тон.
Что происходит с Баговым?! Она не понимала. Честно. Пыталась и у неё никак не получалось.
В комнате Майя разозлилась. Сколько можно?
Ей бы радоваться, что он её не трогает. Беременную, чужую, навязанную. Она же пришла к нему в дом ни в коем случае не с требованием на ней жениться. Тогда почему у неё слезы на глазах?
Майя постаралась. Она так не старалась, даже собираясь на встречу с друзьями Вадима. Приняла душ, нанесла на тело питательный бальзам, постояла голышом перед зеркалом, чтобы он полностью впитался. Волосы Майя просушила не до конца. Ей нравилось, когда они немного вились, будучи влажными. А что делать с лицом – она не знала. Подкраситься бы, совсем немного. Но накрашенными спать не ложатся. Пришлось ограничиться одним легким тоном.
Вниз Майя спускалась на дрожащих ногах.
Никогда не думала, что отважится на нечто подобное.
В доме стояла тишина. За окном ночь. Во дворе горели два фонаря, освещая территорию и давая немного света и в дом.
Одинокая полоска света простиралась в коридор и из кухни. Туда и направилась Майя. Вадим ещё не спал, рано для него. Да и она старалась действовать быстрее, чтобы мужчина не ушёл в гостевую. Прийти туда будет уже сложнее – повод придумывать надо.
Шелковая длинная сорочка мало что скрывала. Сверху Майя накинула тонкую шаль. Папин подарок… Знал бы отец, на что пойдет его подарок, когда преподносил!
Вадим сидел на диване и смотрел телевизор. На столике, придвинутом к дивану, стоял ноутбук и стакан с водой. Майя застала мужа в тот момент, когда он откидывал голову назад, намереваясь, скорее всего, вздремнуть прямо тут.
Услышав шум её шагов, он обернулся на их звук.
Майя молча улыбнулась, сделав вид, что ничего экстраординарного не происходит. Подумаешь, ходит она по дому полуголая и что такого?
Позже девушка пожалела, что перестаралась игнорировать Вадима и не видела его выражения лица. А хотелось.
Майя подошла к шкафу, достала чистый стакан и налила себе воду. Тоже ничего необычного. Захотела попить, подумаешь.
Она слышала, как поднимается Вадим. Как он отодвигает столик, чтобы ему удобнее было вставать.
Майя прикрыла глаза.
Пожалуйста… Пожалуйста…
Он шел к ней. На неё. Ничего не говоря.
Девушка слышала стук собственного сердца, волнение стягивало тугим узлом низ живота, и рука едва не дрогнула, когда Майя ставила стакан в раковину.
Теперь надо развернуться и постараться быть нейтральной.
Майя развернулась.
Вадим стоял в метре от неё. Хмурый.
Смотрел пристально, не моргая.
Губы сжаты. Руки на пояснице, большие пальцы за поясом брюк.
Майя, увидев его сердитым и неприступным, немного стушевалась, растерянно моргнув. Она ожидала более лояльной встречи. Где-то в глубине души даже надеялась, что он подхватит её на руки и донесет до кровати. А там…
Холод в глазах заморозил Майю. Она повела плечами, пытаясь скинуть наваждение. Шаль немного сползла, Майя дернулась, чтобы её поправить, вернуть на место.
– Я не буду спать с тобой, Майя.
Она готова была услышать что угодно, но не подобное заявление, произнесенное четко, размеренно.
У неё даже рот приоткрылся от удивления. В голове образовалась пустота. Шок.
– Почему? – выдохнула Майя на автомате, не осознавая до конца, что говорит. – В смысле… Стой, а …
Она замолчала, наконец, услышав тот бессвязный бред, что говорила.
А дальше пришёл откат. Это как на море. Смотришь на волну, уходящую обратно в море, и не ожидаешь, что последующая неожиданно окажется сильнее и собьет тебя с ног.
Их взгляды встретились. Его и её. Пусть их и разделяло небольшое расстояние, Майе казалось, что её куда-то уносит. Далеко, безвозвратно, и не за что зацепиться, ухватиться. Нет спасательного круга и крепкой руки.
Ей только что дали звонкую оплеуху.
Майя вспыхнула, как спичка.
Багов наперед видел все её действия, считывал, как открытую книгу.
И…
Оттолкнул.
– Ты всё слышала, Майя.
Лучше бы он молчал.
Честное слово.
Ей хватило унижения с лихвой.
– Да пошёл ты нахер, Багов! – огрызнулась она, перестав себя контролировать.
Из двух зол необходимо было выбрать меньшее – слезы или злость. Она выбрала первое.
И не прогадала.
Вадим Багов не привык, чтобы его посылали. Он тоже оказался не готов к тому, что такая приличная девочка, как она может и умеет ругаться.
Но Майе было уже не до размышлений. Её колотило, и хорошо, что не от волнения. Она и так достаточно переволновалась.
Дура!
Прихорашивалась? Готовилась? Представляла, как ЭТО с ним?..
Вдвойне дура!
– Кого и куда ты послала?!
Она не ошиблась в своих предположениях. Вадим оскорбился, но ей было уже всё равно. Она хотела уйти. И не только с кухни.
Глубоко дыша и не смотря больше на мужа, Майя двинулась в сторону двери.
Сделала она ровно два шага.
Потому что сильная рука с темными волосами, с широким кожаным браслетом на кисти схватила её за локоть и рванула в сторону.
К себе.
Майя ахнула, а потом, когда её впечатали спиной в твердую, сравнимую с гранитом, грудную клетку, рванулась снова куда-то. Вперед, в коридор – да не имело значения! Подальше от мужа с его заскоками! Слезы всё же застлали глаза, обида распирала грудь.
– Пусти!
– Нет. Ты разве не за этим пришла сюда? Спровоцировать меня?
– Пусти, я сказала!
Она начала вырываться. Её держали крепко, не поспоришь. Из рук Вадима сложно вырваться, но она постарается. И больше не будет такой идиоткой, придумавшей себе черте что!
– Тихо, я сказал, – неласково рыкнул Вадим, но её уже несло.
Какого черта он её удерживает? Оттолкнул, а теперь сжимает?
– Ребенку навредишь, дурочка!
Стоило ему упомянуть про ребенка, как она сразу же замерла. Сердце продолжало оглушать своим стуком, отдаваясь в виски. Майя до боли прикусила губу. Дыши, девочка, дыши… Сейчас Вадим её отпустит, и она поднимется к себе, запрется, ляжет на кровать и немного поплачет.
Но её планам не суждено было осуществиться.
– Значит, ты решила меня соблазнить, Майюшка, да? – голос Вадима понизился до хрипотцы, она, настолько поглощенная собственными переживаниями, этого не заметила.
Девушку больше волновали руки мужа, которые по-прежнему с силой удерживали её. В пылу легкой борьбы шаль сползла с плеч и теперь задержалась на пояснице, между их телами.
Майя ничего не ответила, нащупала одну его руку и постаралась оторвать от себя.
Тщетно.
– Что произошло в твоей голове, девочка? Где и когда перемкнуло? – каждое его слово отдавало жесткостью, не оставляя шанса на смягчение.
Оно ей и не требовалось.
– Ты сама мне рассказывала про своего женишка. Как не хотела по долгу!.. – к Вадиму снова вернулись рычащие нотки, но, как ни странно, они её не пугали. Хотя и должны были. Ситуация не из простых. Она прижата спиной к очень разгневанному мужчине. А то, что Багов зол, сомневаться не приходилось.
Ну и пусть! Позлится немного, может, дури поуменьшится.
Она упрямо сжала губы, не желая больше с ним разговаривать.
– Что он тебя принуждал, а ты… Что сейчас произошло, Майя? Такие девочки как ты, ложатся в постель только по любви. Это я уже понял, выводы сделал. Полюбить ты меня никак за это время не могла! Поэтому я и спрашиваю, что ты надумала?
Майя откинула голову назад, не без злого умысла. Хотела врезать затылком ему. Хоть куда-то.
– Ничего я не надумала. Кровь приливает к матке и… Проблемы у меня из-за этого, больно, дискомфортно! Но раз муж не хочет удовлетворить потребности жены, я найду того, кто… Ай!
Её развернули настолько резко, что она запуталась в собственных ногах, и если бы крепкие руки мужа не удерживали бы её, она точно позорно упала бы. Пришлось даже вцепиться в плечи Вадима.
Но тот и сам не собирался её отпускать.
О, нет!
Он усилил захват, поймав её подбородок, крепко сжал и заставил смотреть себе в лицо.
– Кого ты себе там найдешь?!
Если Майя раньше думала, что она разозлила Багова и даже, наивная, этому радовалась, то она сильно заблуждалась. Очень сильно.
Потому что то, что она увидела в потемневших глазах мужа, иначе, как бешенством, назвать было нельзя. Они яростно пылали, обещая испепелить её, неся угрозу и гнев. Возможно, даже разрушение. Она видела его срывающемся, видела орущим.
Но таким…
Казалось, она из теплой уютной кухни в одночасье перенеслась в горы и стоит у самого обрыва, где внизу бушует горная река, скрывающая острые камни. Упадет – и от неё ничего не останется. Сразу же разобьется.
Пальцы Вадима крепко держали её подбородок, и между тем не причиняли боли. Он всё же контролировал себя.
– Никого, – выдохнула Майя, не замечая, как сминает его футболку.
Мужчина дышал тяжело. Рваные, скупые звуки срывались с его рта, крылья носа раздувались. Кадык дернулся.
– Майя, – глухо прошептал он, второй рукой вдавливаясь ей в поясницу и направляя к себе. Девушка испуганно интуитивно подалась назад, сопротивляясь и тем самым прогибаясь в пояснице.
Дальше и дальше.
Чтобы убежать от глаз и от тех сумасшедших волн, что исходили от мужчины.
– Ты точно не понимаешь, что творишь, – всё ещё срывающимся голосом сказал он.
На этом Багов решил, что хватит разговоров. И впился в её губы.
Майя протестующе пискнула. Ну уж нет! Не хочет её – не надо! Обойдется! У неё тоже есть гордость, которая сильно пострадала от его слов. Девушку до сих пор потряхивало.
Она упрямо сжала губы, не желая пускать его язык внутрь. Нет! Она сказала нет…
Вадим усилил напор губ. Он яростно что-то прорычал или ей это только показалось?
А потом напор исчез. Исчезло и давление на поясницу.
Майя не успела понять, что и к чему, как её подхватили на руки. Она испуганно вскрикнула, одной рукой пытаясь поймать шаль, что скользнула на пол, второй интуитивно обняла шею Вадима.
Чтобы не упасть…
Других причин не было.
И то, что Вадим её ни за что не уронил бы, не в счет.
Майя успокоилась. Странное дело, но вся обида и гнев ушли. Испарились так же быстро, как и вспыхнули. Эмоциональные качели беременной в действии. Даже говорить ничего не хотелось.
Вадиму, кажется, тоже.
Он шёл быстро, надежно удерживая её. Она же нелегкая, весит прилично, сейчас все пятьдесят, а он её несет с такой легкостью, словно она пушинка. Майя прикрыла глаза. Как же хотелось опустить голову ему на плечо!.. Но подобные действия могли показаться полной капитуляцией с её стороны. Нельзя давать подобной власти Багову. Уже достаточно и того, что она перестала вырываться и притихла.
Она знала, куда он её нес.
В её спальню.
Маленькая поправка – в их.
Уходя, Майя не выключила прикроватные светильники.
Она надеялась… предполагала…
И всё же оказалась совершенно неготовой.
Девушка затаилась. Сейчас Багов занесет её в спальню, поставит на пол и уйдет.
Туда ему и дорожка! Так кричала обиженная гордость.
Она будет плакать. Шептала душа.
Вадим распахнул дверь плечом. Толкнул. Решительно вошел в комнату, а дальше всё, как и думала Майя.
Только он донёс её почти до кровати.
Где успешно и поставил на ноги.
С того момента, как она пришла к нему на кухню, и между ними вспыхнула ссора, ноги крепче не стали. Так же предательски дрожали.
Шаль осталась на кухне. На полу. Как напоминание, правда, непонятно пока чего.
Майя не намеревалась больше ничего говорить. Сжала руки в кулачки, не замечая, как ноготки впиваются в нежную плоть.
Вадим не смотрел на неё.
Повернулся и направился к двери.
Майя в очередной раз за этот вечер прикусила губы. А кто-то говорил, что его возбуждает подобное. Слезы защипали в глазах.
Везет ей, ничего не скажешь. Как потеряла девственность – не помнит. Решилась на повторный секс – и снова неудача. Боль растекалась огненным цветком в груди. Но Майя не расплачется до тех пор, пока Вадим не уйдет.
Он подошёл к двери. И прикрыл её. Но не за собой.
Майя моргнула.
Потом ещё.
Вадим развернулся и снова выдвинулся в её сторону. Майю от удивления, от легкого шока, от недоверия даже повело.
Она перестала что-либо понимать.
Мужчина приблизился к ней, снова возвышаясь башней.
И не говоря ни слова, опустился сначала на одно колено, потом на другое. Его руки легли ей на талию, потянули к себе. И в следующую секунду Майя почувствовала, как горячие губы, вкус которых она до сих пор ощущала на своих припухших губах, коснулись её округлого животика.