Глава 16

Я честно рассказала обо всём, что произошло, вплоть до того момента, как из чайной вышел последний посетитель – всё равно ректору обо всём этом уже доложили. Свидетелей-то было полно. Если хоть что-то утаю – это будет выглядеть очень подозрительно.

– …А потом в зале резко похолодало, и инквизитор вышел прочь, а тётушка велела мне идти в свою комнату. Это всё.

Видимо, ректор не услышал ничего для себя ценного – выглядел он недовольным.

– А что насчёт вашего ассистента? – внезапно спросил он, кинув взгляд на Лиана. Я едва не вздрогнула, но потом сообразила, что именно он имеет в виду.

– Он весь вечер проспал в своей комнате, – поморщилась я, будто досадовала, что мы ничем не можем помочь. – Так что всю историю он знает лишь с моих слов.

– Ясно… что ж, спасибо. Простите, дорогая, но, боюсь, наш обед придётся прервать – появились срочные дела. Но мы обязательно продолжим в следующий раз.

Было заметно, что временно он потерял ко мне всяческий интерес. Услышанные от помощника новости сильно его встревожили, и им обоим явно не терпелось остаться наедине и всё обсудить.

Я молча встала и направилась к выходу. Лиан покинул комнату первым, а когда я вышла следом, внезапно дёрнул меня в сторону и, закрыв ладонью рот, прижал спиной к стене. Сам же при этом встал прямо передо мной, так близко, как это только было возможно.

Вокруг нас заклубилась серая мгла.

Через минуту помощник ректора выглянул наружу и оглядел коридор, но нас, стоящих прямо перед ним, не увидел.

– Ушли, – удовлетворённо пробормотал он и плотно закрыл дверь.

До меня дошло, что серая мгла – это завеса невидимости. А в следующий миг над ухом раздался негромкий, но отчётливый голос ректора:

– Выкладывай, что ещё тебе рассказали о главном инквизиторе?

Я удивлённо вскинула голову, чтобы посмотреть на Лиана – голос звучал так, будто ректор стоял прямо за плечом.

– Жучок, – коротко пояснил Лиан, убирая ладонь с моего лица.

Я с уважением кивнула, а потом удивилась – надо же, и здесь есть такие технологии подслушивания?

Тем временем разговор ректора и его помощника продолжался.

– Значит, так, – начал докладывать помощник, – он значительно сильнее остальных инквизиторов. Ходят слухи, что до обращения он был полководцем в одном из миров, а потом его правитель предал его и он ушёл в инквизиторы. Сила главаря такова, что при обращении в инквизитора он, в отличие от остальных, не утратил свою сущность и облик, а, наоборот, сам поглотил потустороннюю тварь и овладел её способностями. Поэтому он легко может вновь становиться человеком.

Я поражённо слушала доклад, изнывая от желания спросить у Лиана, правда ли это. Хотя чутьё подсказывало, что правда. Хуже всего то, что они теперь знали о том, что Лиан выжил! И знали, что теперь он не похож на инквизитора. Теперь его наверняка начнут искать.

Ректор затейливо выругался.

– Ты хоть понимаешь, что это значит? – прошипел он. – Этот гад вполне может сейчас разгуливать по нашей школе, притворяясь человеком! Или он вот-вот сюда проникнет и наверняка начнёт вести расследование. Нельзя этого допустить! Есть информация о том, как он выглядит в человеческом облике?

– Описание не особенно подробное – главный инквизитор предпочитает прятать своё человеческое лицо. Его видели только сразу после того, как в него подселили тварь, но с тех пор он мог сильно измениться. А в тот момент он был светловолосым и, как мне сказали, весьма миловидным. Его осанка и манеры выдавали аристократа.

– Этих сведений недостаточно! И как же нам быть? Тебе что-нибудь сказали по этому поводу?

– Да. Вам приказано найти его любой ценой и как можно быстрее от него избавиться. Сегодня вечером вам пришлют из секретного хранилища особый амулет правды, единственный в своём роде. Его создал в своё время Великий шутник. С ним вам никто не сможет солгать, даже архимаг. Более того, даже если у человека стёрты воспоминания, амулет заставит его всё рассказать.

Я занервничала. С этим амулетом нас быстро выведут на чистую воду! Ректор ведь наверняка снова будет меня допрашивать и в этот раз соврать не выйдет. А когда он допросит хозяйку чайной, она расскажет, что я вовсе не её родственница. Дело приняло опасный оборот.

– О, я слышал об этом амулете! – изумлённо воскликнул ректор. – Но я думал, что это лишь легенда. Что ж, это очень кстати. Мы ещё раз допросим всех, кто сталкивался с инквизитором. Если он кому-то подтёр память, мы это узнаем.

– Но что нам делать, если мы его найдём, раз его не взял растворитель сущности?

– У меня есть кое-что посильнее. Он не представляет, доступ к каким ресурсам мне дали, и не будет к этому готов.

Мне и вовсе стало не по себе. Ещё этого не хватало! Мало того, что теперь ректор знает, с кем имеет дело, так у него ещё и какие-то жуткие средства припасены. Будто мало было костяных псов и растворителя сущности!

– И ещё эта девушка, Инга… – вдруг задумчиво протянул ректор, заставив меня вздрогнуть. – Инквизитор её выделил среди остальных. Она восхитила его. Возможно, он, как и я, решил её как-то использовать. Первым делом с амулетом правды допросим её.

От звука своего имени я вздрогнула и вдруг почувствовала, как у меня жжёт ладони. Приподняв их, я увидела, что из них всё быстрее сочится тьма. Я дёрнулась и встряхнула руками, будто это могло как-то помочь. Жжение всё усиливалось – тьма начала бить небольшим фонтаном. Удивление сменилось испугом.

Лиан среагировал быстро. Он перехватил запястья и прижал их к стене над моей головой, а сам шагнул ещё ближе, буквально размазав меня по своему телу.

– Тихо, не дёргайся, – шепнул он, наклонившись так низко, что я чувствовала его дыхание. – Доверься мне. Не нужно нервничать.

– Жжёт…

– Сейчас перестанет. Наклони голову вправо – я выпью тьму. Давление снова снизится.

Я послушалась, подставляя ему шею будто бы для укуса. И снова он даже не дотронулся до неё, однако я почти сразу ощутила, как по телу побежали горячие мурашки, скапливаясь где-то внизу живота. Страх растворился в совершенно других эмоциях, за которые мне потом наверняка будет стыдно. Но сейчас было неимоверно приятно, и становилось приятнее с каждой секундой. Удовольствие накатывало волнами и ощущалось ещё острее и ярче, чем в первый раз.

Я мелко вздрагивала и прерывисто дышала, изо всех сил стараясь не издать ни звука.

Дверь резко раскрылась, выпуская помощника ректора, но мне вдруг стало плевать и на него, и на их разговор.

Помощник, так и не заметив нас, ушёл быстрым шагом, что-то бормоча себе под нос.

Лиан как будто с усилием отстранился, отпуская запястья. Я едва совладала с желанием притянуть его обратно, но в последний момент опомнилась и встряхнула головой, сбрасывая остатки сладковатого тумана, который, казалось, заволок все мысли.

Напряжение уходило, сменяясь томной, вязкой расслабленностью. Лениво глянув на руки, я убедилась, что тьма из них больше не хлещет.

– Надо идти, – то ли мне, то ли себе сказал Лиан. – У нас много дел.

– Да, – собралась я. – Идём.

До комнаты мы добрались почти бегом. Как оказалось, моё иллюзорное платье растворилось во время недавнего безумства. А может, раньше. От волнения я этого даже не заметила. Хорошо хоть, продержалось до конца обеда с ректором.

На дверь мы ругались вяло. Поначалу она не захотела открываться, но потом Лиан шагнул ближе, наклонился и что-то процедил сквозь зубы угрожающим тоном. Я не расслышала, что именно, но дверь распахнулась очень поспешно. Кажется, ему удалось здорово её напугать.

Оказавшись в покоях, я обессиленно упала в кресло. Несмотря на эмоциональное опустошение после выматывающего обеда, в теле гуляло остаточное удовольствие. Этот процесс вытягивания из меня тьмы оставлял какое-то двоякое послевкусие. Был и стыд, и облегчение, и… желание повторить. Но в последнем я стеснялась признаться даже себе. Странно, вроде бы раньше меня почти невозможно было смутить. Я вполне могла честно и прямолинейно обсуждать с парнями любые темы. Такой трепет был нехарактерен для меня. С другой стороны, Лиан отличался от моих прежних приятелей во всём. На него я смотрела будто снизу вверх, безоговорочно признавая лидерство.

– Ты почти ничего не поела, – неожиданно сказал он. – Если не хочешь, чтобы тьма непроизвольно выплёскивалась, нужно поддерживать себя в хорошем состоянии. Иначе с ней не совладать.

Я хотела ответить, что после таких новостей нет аппетита, но промолчала. Последний довод показался мне очень веским.

Лиан подошёл к столу, на котором недавно сидели замковые духи, и постучал по столешнице.

– Эй, мелочь, вы слышите? Достаньте-ка нам еду, – распорядился он, как будто не сомневался, что имеет право о таком просить.

Что интересно, это сработало. На столе начали возникать блюда. Духи не появились, но я заметила, как из столешницы высунулась мохнатая лапка и поправила одно из блюд, стоящее на самом краю.

Лиан взял тарелку, положил на неё понемногу из каждого блюда и вместе с приборами подал мне.

– Ты ведь совершенно не обязан ухаживать за мной, пока никто не видит.

– Я забочусь о своей напарнице, – мягко, но веско отозвался он, даже не улыбнувшись. Похоже, моего мнения не спрашивают – просто ставят перед фактом. – И буду продолжать это делать. Ты добровольно согласилась идти со мной до конца, так что просто прими это. А теперь ешь. Разговор подождёт.

Аппетит и правда внезапно разыгрался, будто даже организм счёл за лучшее подчиниться Лиану.

Пока я ела, Лиан, устроившись в соседнем кресле, о чём-то сосредоточенно размышлял. Заговорил он лишь тогда, когда моя тарелка опустела.

– Всё серьёзнее, чем мы думали.

– Это и так ясно. С этим амулетом они вычислят нас очень быстро!

– Амулет – ерунда. Не в нём дело. Та информация обо мне… к ней нет доступа даже у членов правительства Совета магических миров. Она известна только двум высшим наставникам нашего ордена инквизиторов. Это люди, которым я безоговорочно доверял. Они стоят в основе всей системы правосудия, и именно они готовят новых инквизиторов. Выходит, заговор проник намного глубже, чем мы думали.

Он задумчиво постучал пальцами по подлокотнику.

– Ты совсем не выглядишь испуганным! – вырвалось у меня. – Или это маска?

– Нет. Я и в самом деле не боюсь, – хмыкнул он. – Просто работы стало чуть больше, чем мне казалось изначально. Но есть и хорошая новость. Наставники тоже не знают всего. Они понятия не имеют, как именно я изменился с момента обращения в инквизитора и какую силу набрал. Они могут только предполагать. Наш план не меняется – мы постараемся выяснить, какие тайны скрывает ректор и с кем именно он связан. Судя по всему, эта школа волшебства играет большую роль в планах заговорщиков. Может, даже основную. Так что необходимо разобраться, почему здесь с такой тщательностью избавляются от инквизиторов.

– А как же амулет правды? С ним что будем делать?

– Не волнуйся об этом. Мы его выкрадем. Его доставят вечером, значит, на дело пойдём ночью. Постараюсь проследить за ректором, хотя почти уверен, что всё самое важное он прячет в своих покоях – там самая сильная защита, это ощущалось даже из обеденного зала.