Глава 20.

Утром мы проспали. Летел в госпиталь я как мог быстро, чтобы не опоздать по времени. Уже предчувствуя, сколько штрафов соберу.

Мотька, то ли из-за суматошного утра, то ли предчувствуя, что не просто кататься едем, куксился и недовольно выгибался. В больнице и вовсе, едва я положил его на пеленальный столик, чтобы раздеть, закатил истерику.

- Где тут прививки делают? - спросил я у наблюдавшей всё это пожилой медсестры.

- В процедурной конечно, - подошла она ко мне.

- И куда идти? - уточнил я, пытаясь одновременно угомонить Мотьку.

- В грязной обуви, с которой течёт, без бахил, в верхней одежде? - посмотрела на меня, как на последнего идиота, медсестра. - Я бы конечно подсказала, но вы же потом жаловаться пойдëте. Так, давайте сюда ваше сокровище, сейчас педиатр быстро осмотрит перед прививкой, сделаем и вернëм.

Матвей, едва оказавшись на чужих руках снова расплакался.

- Ну что такое? Старая бабка куда-то тащит, да? - беседовала с ним медсестра. - Боишься, что я тебе прививку делать буду? А не буду, я здесь только вот детишек принимаю и к доктору несу. А прививку, если всё в порядке и вовсе другая медсестра делает. Да, добрая и красивая. Вон, ты уже и успокоился. Правда-правда красивая. Мы сейчас для такого героя самую красивую во всём госпитале найдём.

Мотька и в самом деле замолчал и внимательно слушал, словно и правда подействовало обещание, что медсестра будет красивой.

- Мужик растёт, - усмехнулся я, садясь у стены.

После осмотра, Мотьку та же бабуля перенесла в соседний кабинет, где и была процедурка. Вот тут малой снова дал рëву, едва успел оглядеться.

- А что такое? Что у нас случилось? - услышал я голос, от которого чуть не подскочил на стуле.

Со злости, я долбанулся затылком о стену. Ведь надо же было так совпасть! Дэн же рассказывал, что бывшая как раз и пасётся в детском отделении. И как раз вспоминал про уколы и прививки.

- Как нас зовут? - продолжала ворковать лярва.

- Матвей, - сообщила медсестра.

- Какое имя красивое! Да? - надо отдать должное, от её бесконечной говорильни Мотька действительно замолчал. - Вот смотри, ты такой красивый и наверное сильный, и чтобы ты таким и оставался, надо немножко потерпеть. Зато будет защита от всяких неприятностей. Давай потерпим, да? Я аккуратненько... Нет, ножки задирать не надо. Давай, я в ручку немножко уколю.

С удивлением услышал, что Мотька начал изображать машину и смеяться.

- Так, вот и всё, - произнесла бывшая. - Елена Фёдоровна, можете забирать героя.

И тут Мотька заорал так, что я подпрыгнул. Пулей подлетел к процедурному кабинету и распахнул дверь. Сын лежал на столе, бывшая отошла к окну, где был журнал и лежала вскрытая ампула. А пожилая медсестра собиралась поднять Матвея на руки, чтобы выносить обратно.

- Папаша! Ну, вы куда? А потом кричите, что это в больнице вас заразили, - недовольно высказала она мне.

- Вы так печëтесь о чистоте и чтобы вам родители инфекции не принесли, а у самих в процедурке помойка, - почти выплюнул я, не сводя взгляда с бывшей.

- Так а куда салфетки, и прочее девать? - медсестра решила, что я говорю о небольшой закрытой корзине для мусора.

- Грязь дело такое, как ни старайся вычищать, всё равно возвращается. С ветром наверное, - вздëрнула подбородок бывшая. - И ребёнка успокойте. Прививка не тяжёлая, но мальчик должен быть под наблюдением. Обильное питьё, не мочить руку, и конечно не плакать.

- Вот я ещё не выслушивал, как мне за собственным сыном следить, - начал я.

- Вам рекомендации совершенно верные дали! А если сами всё знаете, зачем вообще приходите? Сами и следите, и растите тогда. Ещё и хамят. Забирайте, - сунула она мне в руки Мотьку и указала рукой на дверь. - До свидания.

Сын хоть и ревел, но всё оборачивался на Марину. И в машине хмурился и всхлипывал.

- Что, понравилась? - обернулся я к нему. - Я тоже когда-то на неё запал. Вот как ты поплыл. Но это только видимость. На самом деле она актриса и конченая тварь. Поверь мне. Впрочем, если бы не она, то тебя наверное и не было бы.

Самому себе врать было бесполезно. Вытравить до конца воспоминания о жизни в те несколько месяцев и о ней я так и не смог. Даже уже нажравшись дерьма из-за её пи@дабольства и попытки вместе с мамашей подставить меня, я всё равно точно знал, что то время в моей жизни хоть было насквозь лживым, но я воспринимал его как самые счастливые дни.

Затереть память о том, что, как я считал, было между нами, не вышло. Ощущения, что испытывал с ней, больше не повторялись. Едва встав на ноги, я с бл@дей не слезал. Но того кайфа больше не было.

- Да просто неразработанная дырка, плюс голодовка, что я себе устроил. Ничего более, - непонятно к чему ответил я вслух, пытаясь загнать воспоминания обратно.

После выписки, я свалил на контракт. А где наёмники, там деньги. В этот раз, я не верил, что вернусь. Я уже возвращался и урок усвоил, в обычной цивильной жизни такие, как я, не нужны. Некуда нас приспособить. У нас иные взгляды, иные ценности. Мы не ведёмся на гниль. Потому что знаем, чем это может обернуться и какую цену придётся заплатить за доверенную продажным сук@м спину. Деньгами я сорил щедро. Оплачивая в том числе и баб. Тех, с которыми просто. Заплатил оговорëнную сумму, развернул мордой в стол, и получил удовлетворение. Всё. О чувствах, обязательствах и внимании даже речи нет.

И когда моя постоянная шалава попросила о разговоре, я сильно удивился. У таких баб рабочий век недолог. Да и лишние проблемы им не нужны. Узнав о её залëте я сначала конечно поржал. Потом крепко задумался.

Парни уже не раз били мне морду после выхода. Мол, хочу сдохнуть? Пожалуйста, но не когда они рядом. Потому что подставляясь, я подставляю их. Мы одно целое. А я как мог объяснял, что нахрена мне выживать? Мне, в отличии от них, возвращаться некуда. И вдруг залёт шалавы... Нет, я не сильно сомневался, в конце концов, я ей доплачивал за "здоровье". Всё-таки в общую дырку лезть было брезгливо, поэтому долгое время я был у неё единственным клиентом. Плюс накидывал за трах без г@ндона.

Кто она там была по национальности, меня не волновало. Кожа светлая, хоть и загорелая, на русском худо бедно говорила. Я предложил проверку, я ли отец, всё-таки при её способе работы без доказательств верить в подобные утверждения глупо. Сгоняли с девкой в ближайший крупный город, сделали тест ДНК ещё во время беременности. Тогда я предложил ей выносить и родить ребёнка, которого я заберу. Девка чуть ли не визжала от радости, все говорила, что сможет долго не работать, и её младшей сестре не придётся ехать на работу, как ей самой.

Я содержал её до родов и, забрав Мотьку, оставил оговоренную сумму. Но уже после повторного теста на отцовство. Впрочем, сам Матвей был подтверждением моего авторства. Там морда была один в один срисована.

- Ничего, малой. Прорвёмся. Будем с тобой друг у друга. - Посмотрел я на притихшего сына.