Глава 25.

Вернувшись домой, я первым делом позвонил Упырю. Попросив сообщить мне, что с Мариной и когда она придёт в себя, я занялся Мотькой.

Башка гудела от мыслей, словно в ней неожиданно проснулся целый рой диких пчёл. Мне казалось, что если я сейчас же не выплесну всю эту кашу хоть куда-то, то к вечеру просто попрощаюсь с кукухой.

- Короче, Моть, кроме тебя поговорить пока не с кем, так что терпи. И морду мне тут не корчи. Ты мужик или кто? - сел я рядом с сыном.

Малой вообще был в прекрасном настроении, улыбался и задирал ноги, пытаясь схватить самого себя за ступни. Ноги перевешивали, и он сам себя переворачивал на бок, что веселило его неимоверно.

- Ты надо мной что ли угораешь? - вздохнул я. - Я бы и сам с себя поржал, но чую, что походу муть какая-то. Вот смотри, что выходит.

Мотя слушал внимательно, ни разу не перебил плачем или ворчанием, напоминая о своих проблемах.

- Я точно знаю, что Марина дала против меня ложные показания. Дело даже не в том, что я дозвониться до неё не смог, что в больницу ко мне ни разу не пришла, что следак тогда утверждал, что она на Мальдивах с матерью за какого-то мудака замуж выходит. - Объяснял я сыну, замечая, как он каждый раз реагирует на имя Марины. - Мало того, что у меня перед носом постоянно были её заверенные показания. Это знаешь не вот тебе бумажка какая-то. Я в живую слышал, как она даёт эти клятые показания. Это точно был её голос, я её и три года узнал, стоило ей рядом одно слово сказать. А вот дальше начинаются непонятки. Забрали меня в пятницу, в ночь на субботу меня ломали, а в воскресенье, я уже очухался в госпитале. И в тот же день, в соседнюю палату, привезли какую-то девчонку, которая находилась почти при смерти. Её состояние часто обсуждали в коридоре лечащая врач и какая-то подружка поступившей. Врачом была Лада, на которую запал наш дядя Упырь, что там за подруга я понятия не имею. Но вот той девчонкой была наша Маринка, прикинь? По инфе, что нам нарыл Дэн, Марина поступила как раз в один день со мной. Сегодня, когда ей стало плохо, её поместили в палату рядом с той, где лежал я. Прямо через стенку. И одна из медсестёр сказала, что Марина постоянный житель той палаты. Если дословно, как привезли сюда, так постоянно сюда и попадает. Оно понятно, там похоже специальная аппаратура стоит. Но картинка вырисовывается, что пи@дец.

Мотька случайно в этот момент кивнул головой. Но выглядело это совпадение совсем неслучайно.

- Чего ты тут башкой киваешь? Можно подумать, понимаешь что-то, - вздохнул я. - Теперь давай дальше думать. Привезли Марину от того самого отдела, где меня держали. И вот откуда эта травма взялась? Могла Маринка не по своей воле дать те показания? Мамашка её той ещё тварью была. И руки распускала будь здоров, я лично видел, как она Маринке оплеухи навешивала только в путь. Или как вариант, заставили девчонку по приказу мамаши дать показания и отпустили, а она вернулась забрать, а её там и поджидали или следак сообщил. Вот её и отоварили. Не зря ведь мне привет от тёщи передавали? Ты как думаешь?

Мотька, привыкший, что я с ним вошкаюсь при любой возможности, схватил меня за руку и потянул на себя. Он последнее время всё, что видел, начинал тянуть в рот.

- Значит так, раз дядя Упырь нам помочь с инфой не может, то потревожим дядю Шамана, чтоб он там по-свойски пошаманил. Он круче любой гадалки, серьёзно. Куда-то там посмотрит и всё, что было, что есть и чем сердце успокоится расскажет. И даже ручку позолотить не попросит. Его знаешь, сколько раз от нас забрать хотели. Мол, разведка по тебе плачет, Маск ты наш местного розлива. - Составлял я в закипавшей башке план действий. - А потом надо с Мариной поговорить по душам. Не так, как сегодня. Сегодня я как бы помягче сказать...

Мотька нахмурился, явно тужась, и сразу стало понятно, что нам нужно идти в ванну.

- Вот-вот, именно это я и сделал, - хмыкнул я.

Потом пришлось идти в магазин. Выбирая ягоды Мотьке на морс, увидел пакет с вишней. Вспомнил наши разговоры с Мариной во время совместной жизни и её планы по весне украсить окна корзинами с петуниями.

- Ничего не петушиное название, - фыркала она. - Зато красивые, цветут всё время и аромат очень нежный.

А ещё она любила вишнёвое суфле. По крайней мере, именно такие конфеты и пирожные она выбирала и с удовольствием лопала.

К вечеру отзвонился Дэн с новостями, что Марина пришла в себя. Усталость, волнение последних дней, смена погоды сделали свое чёрное дело. Оказывается ещё несколько дней назад у неё были носовые кровотечения. Её подруга упоминала капельницы перед сменой. А тут ещё и я с Мотькой. И ведь ответила, приехала, выходила мне пацана...

Следующий день я начал с пожелания доброго утра на телефон Марины. Просто так. Без подтекста. Ещё с утра организовал доставку в больницу в палату цветов и пирожных. Назывались они "Вишнёвый сон". На тонком слое теста были крупные вишни, вываренные в собственном соку и почти без сахара.

Фируза, какая-то дальняя родственница Сабира по жене, не смотря на сопливый возраст постоянно придумывала что-то этакое. Тайгир, муж сводной сестры Фирузы, решил, что самое лучшее, что он может сделать для девчонки, это помочь ей открыть своё кафе. И оказался прав, почти сразу это кафе стало известно и очень популярно.

Надо отдать должное, что у девчонки действительно была словно чуйка какая-то на необычные сочетания. Кисловатая ароматная вишня, нежнейшее вишнёвое суфле, и слой хрустящего тёмного шоколада. Равнодушным остаться было сложно. Вон, даже один из помощников Сабира всё время отирался у кафе. Хотя заподозрить сладкоежку в бородатом бугае было сложно.

С цветами было сложно. Далеко не сразу я смог найти магазин с доставкой цветов, где были в ассортименте эти самые петунии. Словно по наитию я решил проверить тот самый цветочный, где три года назад работала Марина. Он благополучно работал и процветал. И букетики петуний в специальных пластиковых горшочках стояли на полках. Выбранные мною разноцветные букетики установили в корзину, туда же аккуратно добавили контейнер с пирожными и при мне отправили курьера.

Отчитавшись Мотьке, послушно и спокойно ждущему в машине, что задание номер один выполнено, я поехал в офис Сабира. Ещё едва проснувшись, я набрал Влада и договорился встретиться.

- Ну, что? Смотрю сыну лучше? - встретил нас Сабир.

- Да, думаю, что можно и на работу выходить, - кивнул я. - Маринка быстро на ноги подняла.

- Маринка? - переглянулись Влад и Сабир, зная о моём отношении к бывшей жене.

- Не удивляйтесь. Я собственно по этому поводу и обратился. Нужно добыть инфу о страной херне, что произошла три года назад, - помрачнел я.

- Ага, а вводные будут? - пошевелил пальцами, словно разминая, Влад.

- Нужно найти всю инфу по Марине. Особенно по той травме, которую она получила где-то во время моего так сказать допроса. А ещё, почему историю её болезни со всеми выписками затребовал какой-то суд, - сформулировал вопрос я.

- А ты этого не знал? - нахмурился Сабир. - И о какой травме речь, если ты всё время говорил, что она сразу укатила на моря.

- Я так думал, ну, мне сказали, - признался я, не собираясь скрывать чего-то от друзей.

- То есть... Ты знаешь только то, что тебе кто-то там сказал, а подтверждения у тебя нет? А как ты тогда в этом всём разбирался? - удивился Влад.

- Никак. Я не стал разбираться, и так всё было вроде очевидно. Документы, аудиозапись с её голосом... А потом бухал не просыхая до самой отправки. И не только бухал. - Честно ответил я.

- Ты серьёзно? - закаменел взгляд Влада. - Ты девку три года поласкал последними словами, даже не разобравшись, что вообще произошло? Гора, я сейчас всё про неё найду. Вот носом землю рыть буду, как кабан в поисках трюфелей. А ты молись, брат, молись, чтобы она хотя бы на треть оказалась той с@кой, какой ты её описывал. Потому что если девчонка не виновата, а ты её за чужие косяки или подставы, три года тухлой дыркой называл и желал, чтоб её во все дыхательные-пихательные ... Я ж лично тебе морду набью.

- Тогда прям с этого и начинай, - кивнул я. - Потому что в то, что она с@ка, не верю даже я.

- Это с чего такие перемены? - заинтересовался Сабир. - Из-за помощи Матвею?

- Дело не только в этом. Она эту помощь оказала после... Короче, вы же в курсе, что я когда бухаю, потом мало что помню. Если вообще помню. Ну, вот. Это видео с регистратора моей машины, примерно через неделю после корпората, где я её встретил, - протянул я флешку Владу.