Глава 28.

Наш разговор прервало уведомление о том, что мой заказ доставлен адресату. Сам не знаю почему, но цветы и сладости я отправлял в больницу каждый день.

- И что там дальше? Это же явно не всё, что ты накопал, - спросил я у Влада, уставившись в телефон.

- Конечно не всё. Вот только есть нюанс. - Побарабанил пальцами по столу Влад. - А зачем?

- То есть? - не понял я.

- Три года прошло. У тебя своя жизнь, у неё своя, вы друг другу чужие люди. Тогда ты не захотел разбираться. И всё это время говорил, что ещё не хватало в дерьме ковыряться, - напомнил мне мои же слова Влад. - А сейчас вдруг решил всю эту муть со дна поднять. Причём мы тебе все дружно подтверждаем, что да, та ситуация была, как ты и говорил, дерьмом.

- Ты сам знаешь, что будешь делать с теми знаниями, которые получишь? - внимательно смотрел на меня Тайгир. - Всё, что мы узнаëм, меняет нашу жизнь.

- Как минимум, я хочу понять, где правда, а где ложь. Где она настоящая... - вырвалось у меня.

- Допустим, узнал ты, что был прав. Тебе легче станет? Или ты ищешь для себя тормоз, чтобы не впускать её в свою жизнь и жизнь твоего сына? - спросил Сабир. - Мне вот кажется, что как-то вы слишком близко общаетесь для тех людей, что говорят о ненависти друг к другу. Ну, по крайней мере один из них.

- А я врач, я привык вам, упёртым и слишком в себе уверенным, всё как есть говорить, - решил добавить мне спокойствия Упырь. - А представь, что ты всё это время ошибался и Дима не виновата.

- Но тогда выходит... - задумался я.

- Что ты г@ндон, Рома, - заявил Влад. - В глазах девочек так точно.

- Ты уже что-то знаешь? - сделал выводы из настроения Влада я.

- Немногое. Но такое... Наводящее на размышления. - Кивнул Влад. - Дело матери Марины было закрыто. Вроде бы всё. Но тут появляются подруги Марины.

- Не было у неё никаких подруг. Особенно этих. Уж этих истерящих хабалок я бы точно запомнил, - перекосило мою морду от одного упоминания этих девиц.

- Рома, я тебя как друга прошу, завалил бы ты хлебало, - подозрительно мягко улыбался Упырь. Обычно он с таким выражением на лице предупреждал, что сейчас будет "немножечко" больно. - Как минимум потому, что если бы не эти истерящие хабалки, то цветочки ты сейчас посылал не в палату больницы, а на кладбище. Только медик сможет понять, что сделала Лада, чтобы вытянуть Марину с того света.

- Вторая тоже немало сделала, - добавил Влад. - Мало того, что скорую вызвала именно Лена, так она помогла Марине восстановить фамилию и отчество отца. Зря твоя тёща в своё время бабло на взятку тратила. Более того, после того, как стало известно о смерти матери Марины, к самой Марине потянулись кредиторы. Всплыли нехилые кредиты покойной. Я нашёл информацию о четырёх судах, где Лена отстояла право Марины не принимать обязательства покойной. Хорошо, что девочка не вступала в права наследия, иначе совсем труба. Поэтому, именно благодаря Елене, у Марины осталось хоть какое-то жильё. Это я про квартиру её отца. Но это всё лирика. Тут куда интереснее проза.

- Да куда уж ещё интереснее, - офигивал я от картины, которую пытался представить.

- Ты на вот, пробегись глазками, - развернул он ко мне экран.

- Что это? - прикипел я взглядом к знакомой фамилии.

Следака, что вёл то дело, я запомнил на всю жизнь.

- Это то, куда затребовали документы по Марине из госпиталя. Елена добилась возбуждения дела о противоправных действиях следователя, применении недопустимых мер воздействия и причинении тяжкого физического вреда, - сложил руки на груди Влад. - Другими словами, девочку ломали, Гора. Травму она получила не около отдела, а во время допроса.

- Нет... Да нет же! - тряс я башкой. - Она же из богатой семьи, у неё мать... И...

- И что? Если бы следаку удалось раскрутить это дело, ведь денег-то так и не нашли, то у него бы и звание другое бы было, и премия, и место работы сильно выше. Он сам и дал показания суду, когда уже стало понятно, что не отвертится. - Пожал плечами Сабир, явно уже бывший в курсе находок Влада. - Да и потом, ты думаешь, раз с тобой обошлись таким образом, то с ней постеснялись?

- Её ломали, Гора. Серьёзно, не жалея. И те показания, что ты слышал, - мрачно произнёс Влад. - Ты не знаешь, чем ей угрожали, и что там происходило. Возможно, не оговори она тебя под запись, то и не выжила бы вообще.

- Что касается отношения девочек к тебе, - решил походу добить меня Упырь. - То посмотри на ситуацию их глазами. Это ты решив, что тебя оболгали и предали, не стал разбираться и умчал на контракт. Но они-то знают, в какой ситуации ты испарился, оставив Диму наедине с проблемами и последствиями произвола.

Он говорил правильные и разумные вещи, но до меня они почти не доходили. Мозг реагировал только на её имя, воспринимая остальное, как шум. В башке сверлом бился вопрос, почему мне ни разу в голову не прилетело подозрение, что те показания из Маринки могли просто выбить? Что могла противопоставить здоровым мужикам девчонка, едва ставшая совершеннолетней? Почему я был так уверен, что раз её мать занимала такое положение, то Марине ничего не грозит.

Перед глазами застыла картинка тонкого шрамика на мочке.

- Тебя может отвезти? Куда ты такой, словно пыльным мешком стукнутый, за руль. - Предложил Влад.

- Я в норме, - ответил я.

- В зеркало посмотри, в норме он, - хмыкнул Шаман. - У тебя сейчас такое выражение морды, как будто к тебе архангел Гавриил явился с благой вестью, а ты сейчас пытаешься переварить как это ты сподобился и что теперь делать.

- Я же говорил, что прежде чем что-то узнавать, нужно подумать, не станет ли от этих знаний хуже, - напомнил Тайгир.

- Может ты с Матвеем сегодня к нам? - с сочувствием предложил Сабир.

- Совсем хреново выгляжу? - прямо спросил я.

- Просто я понимаю, что ты чувствуешь. Я ведь был уверен, что я бесплоден, а значит жена мне изменила. Как и ты считал, что меня предали. А потом решил поинтересоваться, как это выяснили. - Напомнил мне Сабир. - Да так хорошо выяснил, что чуть не сдох. Ты ведь сейчас думаешь к ней поехать?

- Да, - и не думал скрывать я. - Я спрошу, или наверное лучше всего самому начать рассказывать...

- Нет, - холодно и жёстко произнёс Упырь. - Я как врач тебе запрещаю это делать. Ты представляешь, как могут отразиться твои воспоминания на Марине?

- Волнение, нервы, а ей нельзя. И так в больнице, - согласился с ним я.

- Да ладно? С чего это тебя вдруг это волновать стало? - прищурился Влад. - Тебе напомнить о твоих горячих пожеланиях в адрес бывшей жены? А тут резко волноваться нельзя?

- Шаман, - вспылил я.

- Мой брат в такие моменты предлагает встретиться в зале, - спокойно и улыбаясь предложил Тайгир. - Сейчас в тебе говорят эмоции. Это хорошо. Волнение за других очищает душу и напоминает о том, кто ты сам, когда настоящий и без шелухи.

- Во мне сейчас не эмоции говорят, во мне бешенство орёт благим матом. Я сейчас башку снести могу любому желающему меня жизни поучить и морали почитать, - рычал я.

- Домой тебя и малого я сам отвезу, - положил конец спорам Сабир. - Морали читать не буду. Они не нужны, когда внутри вся привычная картина мира рушится. А у тебя будет возможность остыть.

- Монгола не хватает, - хмыкнул Влад. - Он бы сейчас завернул бы что-нибудь красивое про судьбу и предначертанное.

Сабир сел за руль. Вёл машину он молча, за что я был ему особенно благодарен.

- Мавр, что ты сделал, когда узнал правду о жене и о том, куда её отправила твоя мать? - спросил я, когда приехали.

- Не поверишь. Меня остановил дед для доброго напутствия. Он умеет так сказать, что каждое слово в цель и кажется очень мудрым. Он мне напомнил, что моя жена красавица, и то время, что она провела в борделе, могло навсегда её сломать. И спросил понимаю ли я это. - Посмотрел на меня Сабир.

- А ты? - уточнил я, понимая, что для него, с его менталитетом, с теми традициями в которых он вырос, с тем положением, которое он занимал, подобное было просто приговором.

- В тот момент я думал лишь об одном. Как можно скорее прекратить её муки, вырвать из того ада, куда она попала по моей вине. - Помрачнел Сабир. - Помнишь, когда ты узнал это всё, ты сказал, что к счастью, Кире не причинили вреда и она не пострадала. Но это не так. Я предал её. В тот момент, когда она должна была быть окружена моей заботой и вниманием. Я уничтожил её доверие к себе. Каждый раз, при любой фигне, я боюсь увидеть сомнение в её глазах.

- Подожди, но твоя Кира вроде даже не напоминает тебе о том периоде, - хмурился я.

- А зачем? Я и сам всё прекрасно помню, - чуть улыбнулся Сабир. - Я просто украл её и не отпустил. Я убивал и готов убивать впредь за право быть рядом с ней и её покой.

- Мавр! Ты сам себе придумал якобы обиду твоей жены, причём ту, которую она сама тебе давно простила, - покачал я головой.

- Она простила, не знаю как, но простила. А вот я себе того дня простить не могу. - Посмотрел на меня Сабир.

- Хочешь сказать, что если мы сойдёмся с Мариной, то чтобы я был готов к тому, что буду бояться её недоверия? - уточнил, правильно ли понял причину этого рассказа, я.

- Ром, - вздохнул Сабир. - В моей жизни за время разлуки с женой не было других баб, у меня не появилось детей... А Амиран и Тайгир, которые всё это время исполняли мой долг и заботились о моей жене, всеми силами старались защитить мою жену. И лишь заранее гарантировали соблюдение её интересов. Марина же... Те девочки, Лена и Лада, заняли твоё место. Спасали, защищали, поддерживали. И они ненавидят тебя. Это очевидно. Но для твоей жены они самые близкие люди. Надёжные, проверенные, заменившие семью. Бесчеловечно ставить её перед выбором. Да и неизвестно, на чью сторону она встанет. При всех вводных, конечно, лучше оставить девочку в покое.

- Как тебе надо было оставить в покое Киру? - прямо спросил я.

- Я не мог, - ответил Сабир.

- Почему? - докапывался я.

- Потому что тогда бы я просто сдох, - пожал плечами Сабир. - Всё просто, Гора. А ты себе этого позволить не можешь. У тебя сын. И тебе надо думать ещё и о том, как лучше для него.

Эти слова друга вертелись в башке весь вечер. Даже вернувшаяся не вовремя мамаша с её визгами была просто выслана на х@й.

- Вот такие дела, Мотьк. То я сам разговаривать не хотел, а теперь этого просто нельзя. Не расскажешь ничего и не спросишь, - пытался унять головную боль, сжав виски, я. - Легко сказать, не ставь перед выбором и думай как лучше для сына. А если лучше, это повторить подвиг Сабира и украсть нам с тобой Белку. С нами пусть живёт!

В башке не хотела удерживаться мысль, что самой Белке ни я, ни я с Мотькой, вообще на хрен не сдались. И что может это я рисую себе что-то, а она просто проявила доброту.

Я как-то пропустил момент, когда мне стало насрать на то, что я слышал запись её показаний. Сейчас вспомнилось, что голос звучал как-то странно. Что-то такое было в выражении...

- Что, если эту запись сделали уже после травмы? - рассуждал я. - Моть, вот смотри какая дрянь в башке. Я ведь за эту запись её прибить хотел и забыть ко всем чертям. А сейчас, когда меня, как обоссавшегося котёнка натыкали носом... На черта она так долго тянула? Зачем доводила до такого? Раньше надо было соглашаться говорить всё, что угодно. Прикинь, единственное, что меня заботит, это почему она не дала нужные показания сразу?

Мотька перевернулся на живот и старательно изображал змейку или черепашку, стараясь доползти до края дивана.

- А знаешь, что мы с тобой сделаем, Моть? Дядя Упырь тут хвастался, что он завтра оперирует совместно со своей Упырицей. И пока эта Цербер будет занята, мы проскользнëм к Маринке. Да, малой? - решил я. - А то чего она всё одна и одна в этой своей палате лежит? И про всю эту хурму ни слова.

От этого решения как будто дышать стало легче в разы. Но оказалось, что одна хорошая мысль, приводит за собой вторую.

- Сабир, скажи пожалуйста, а твоя жена, умеет готовить фаршированные грибы? - позвонил я другу.

- Моя жена не только умеет их готовить, но и готова тебе помочь. Ты же для Марины? - ответил Сабир после небольшой тишины в трубке.

- Тише ты, если Влад услышит и дойдёт до Упыря, ты мне всю операцию по проникновению на территорию противника завалишь, - насторожился я.

- Гора, ты ж всё время в штормах ходил, а у тебя оказывается такой талант диверсанта, - заржал Сабир. - Приезжай, мы с женой и детьми одни дома. Никто не узнает. Переночуете у нас, мальчишки пообщаются. А утром у тебя наряд по кухне.

К обеду следующего дня, я, внимательно осматриваясь, миновал детское отделение, и по лестнице, о которой узнал в прошлый раз, поднялся на нужный мне этаж. Усмехнувшись отметил, что кругом толпы народа, но особенно внимания никто ни на кого не обращает. Чуть тормознул у знакомой палаты.

Знать бы тогда, кто именно лежит через стенку! Увидь я Марину в таком состоянии тогда, сразу бы мозги на место встали. Уж соотнести её состояние и странные показания я бы смог.

Прежде, чем войти, прислушался. Вроде за дверью тишина. Поэтому я осторожно приоткрыл дверь и пролез в палату, прикрывая за собой створку.

- Фух, к тебе не пробраться, - обернулся я к Марине, с любопытством следящей за мной.

Машинально отметил, что заметив выглядывающего из-за лямок эргорюкзака Мотьку, Белка заулыбалась, я чуть выдохнул.

- Я тут подумал, что сладкое тебе наверное уже надоело, - протянул я ей стеклянный контейнер с грибами. - И вот, это гранатовый сок какой-то супер-присупер. Первый отжим и сразу в моментальной заморозке. Так что пей аккуратно, он холодный. Это мой друг для своей жены раздобыл. Мол, всё, что в магазине это уже не полезный сок, а гранатовый уксус. Кислота одна.

- Ты готовил грибы? - удивилась Марина, протянув руки к Мотьке.

Я конечно сразу ей его передал. Малой тоже заметно повеселел, увидев Маринку.

- Конечно, - кивнул я. - Под присмотром конечно. Но сам. Вырезал ножки, смазал всю шляпку майонезом, потом забил смесью ветчины, жареного лука, тёртого чеснока и сыра. В духовку на пятнадцать минут. Потом на каждый положил половину ломтика плавленного сыра и посыпал грецким орехом. И ещё на минут пять в духовку. Ты вроде также делала.

- Да, просто удивилась, что ты запомнил. - Кивнула Белка, щекоча Мотьку.

Тот применил запрещённый приём и полез громко целоваться к Маринке. Та засмеялась. Всё её внимание было сосредоточено на малом, поэтому она и не заметила, с каким выражением на морде я за ней наблюдаю. Она всегда была красивой. И даже худоба её не испортила. Она просто стала казаться ещё беззащитнее, чем была.

Я несколько раз напомнил Белке, чтобы она поела. Даже пришлось забрать Мотьку, с которым она играла. Марина подробно расспрашивала о его самочувствии.

- Не переживай, последствий прививки не осталось. Снова вечно голодный. Куда только столько влезает, - хмыкал я.

- Он не наедается. Ему эта смесь... Ну вот если тебя месяц кормить огурцами. И даже без хлеба. Вот что питательного и полезного может быть в ложке порошка, разведённого водой? А у Матвея сейчас самая активная фаза роста. И вон, всё в рот тянет. Плюс обильное слюноотделение. Похоже скоро зубки начнут появляться, - чуть нахмурилась Марина.

- Да, я помню, ты говорила, что надо вводить прикорм. Боюсь я с этим не справлюсь. Объяснишь, если что? - ухватился я за повод продолжить общение.

- Конечно, мне не сложно, - улыбалась Марина.

Уходить не хотелось, но пришлось.

- А то сейчас прилетит твоя гар... Главная подруга, и опять будет ругаться, - хмыкнул я, уходя.

Во второй раз мы с Мотькой хотели навестить Марину в день назначенного нам приёма. И оказалось, что приехали мы как никогда кстати. Марина выходила с вещами, её выписали домой. Поэтому она снова побыла с нами у врача, а потом мы отвезли её домой.

По дороге я зарулил на рынок, и мы пошли за продуктами. Я таскал сумки, а Марина держала Мотьку. Конечно я помог поднять сумки в квартиру. Знакомые стены, обои, которые я клеил в подарок Маринке к новому году, идеально чистая белая плитка на кухне... Всё накрыло волной воспоминаний и чувством ноющей пустоты.

Сложно было оказаться случайным гостем в том месте, где ощущал себя счастливым и нужным. Я думал, как бы напроситься, чтобы остаться здесь на чуть-чуть подольше, когда раздался звонок.

Звонил Сабир с сообщением, что какой-то урод украл Алину, девочку Влада.

- Подробности на месте, - мрачно сказал Мавр. - Матвея вези сюда. Поедет к деду. Не переживай, присмотр будет надёжным.

- Сейчас буду, - помрачнел я.

- Что случилось? - сразу поняла Марина.

- Большие проблемы у одного из моих братьев. Тех, с кем я служил. Нужна моя помощь, - ответил я, начиная собираться.

- А как же Матвей? Куда? - прижимала она малого к себе.

- Дед Мавра присмотрит, - не скрывал я и замер. - Марин, а... А может...

- Да, оставляй. Я справлюсь! - кивнула она даже не дослушав.

- Спасибо, Марин, - я на минуту прижал её и Мотьку к себе.

Быстро поцеловал в щёку сначала сына, потом Белку, пока она не пришла в себя и рванул в офис Сабира.