Эпилог

МИЛА.

Прошло две с половиной недели.

— ЯН! – воплю что есть мочи и захлопываю крышку ноутбука. – А ну, иди сюда, гад такой!! – одним прыжком поднимаюсь из кресла Барсова и мчусь в гостиную.

Там босса не нахожу, поэтому хватаю тяжёлую подушку с дивана и на цыпочках крадусь в нашу спальню.

Выглядываю из-за угла и закрываю рот рукой, чтобы смехом не выдать своё присутствие.

— Ну, не злись на меня, говнюк, – тихо бормочет мужчина, валяясь на кровати и прижимая к себе Кирюшу. – Мы с мамой ненадолго уезжаем. Ты даже не заметишь, что нас нет, – гладит недовольного кота против шерсти и заискивающе продолжает. – Ну, хочешь, я тебе девочку привезу? – поднимает Кирюшу над головой и заглядывает ему в глаза. – Самую лучшую киску подберу! Мужик, можешь на меня положиться, только не ссы в ботинки, я тебя умоляю…

Вжимаю лицо в подушку, чтобы заглушить звук рвущегося наружу ржача.

Вот хитрец. При мне шпыняет кота, а сам сюсюкается с ним втихаря.

— Да ладно, не кисни! Поживёшь пока с моим отцом, он такой же, как и я, тебе понравится, – щебечет Ян, утыкаясь носом в шерсть Кирюши. – Да-да… Мурр-мурр…

Больше не могу сдерживаться. Выхожу из укрытия и швыряю в наглецов подушку.

От неожиданности мужчина пугается и отбрасывает кота в сторону. Тот с шипением приземляется на ковёр и, удостоив хозяина господским взглядом, скрывается за дверью, предварительно потеревшись боком об мои ноги.

— Ну вот что ты наделала, Вольская! – обвинительно тянет босс. – Я же только с ним договорился… Всё. Пропали мои ботинки.

— Я специально попрошу его оставить тебе только белые тапочки, – фырчу я. – Иди сюда, зараза, я тебя сейчас убью! – набрасываюсь на него сверху и начинаю щипать. – Почему на ноуте до сих пароль «Очкастый монстр»? Мм?

— Рука не поднимается удалять правду! – смеётся мужчина, перехватывая мои руки и быстрым поворотом подминая меня под себя.

— Ну всё! – задыхаюсь от возмущения, когда Ян зубами стаскивает с моего носа оправу. – Я тебя в телефоне переименую на «Козлина бородатый».

— Ты же сама призналась, что я тебя возбуждаю с бородой, – укоризненно смотрит в мои глаза.

— Я была под кайфом, Барсов! – пыхчу от недовольства. – Меня старик Хоттабыч мороженым угощал!

— Обрили твоего старика Хоттабыча! – грозно заявляет он, с силой сдавливая мне ягодицу. – Теперь только я твои желания исполнять буду, а для этого тебе надо кое-что потереть… — нагло направляет мою руку к себе в джинсы.

Хохочу в голос:

— Давай, я лучше три волоса оттуда вырву?

— Ах ты, бесстыжая! – прикусывает зубами моё плечо. – Снимай шорты, ты наказана!

— Ян, у меня от твоих наказаний скоро ноги откажут! – устало выдыхаю я. – Сколько можно? Я не соображала, поэтому и позволила ему себя поцеловать…

— Это не оправдание, – глухо рычит босс, покрывая мою грудь мелкими укусами и торопливо опускаясь ниже.

— Всю жизнь теперь будешь наказывать? – бубню я, закатывая глаза, но помогая стягивать с себя одежду.

Барсов внезапно останавливается и поднимает голову, чтобы посмотреть мне в лицо. Несколько секунд пристально вглядывается, а потом вдруг расплывается в широкой улыбке.

— Всю, – подтверждает он, нежно целуя меня в пупок.

Улыбаюсь такому странному поведению и запускаю руку в его волосы.

— У нас мало времени, – поторапливаю я. – Скоро придёт твой… — резко замолкаю, когда слышу звонок в дверь, — …отец.

Ян стремительно с меня сползает и поправляет на себе штаны.

— Не переживай, милая, трахну тебя на парковке! – кидает он через плечо, спешно удаляясь из комнаты.

Пока отец с сыном разговаривают, быстро набираю номер Алисы, чтобы узнать, как проходит первый рабочий день в «Легионе».

— Мил, он меня достал! – сразу ворчит подруга, стоит мне сказать «алло».

— Березин? – хихикаю я.

— Стоит над душой постоянно, и мне показалось, что даже волосы мои нюхает… — делится впечатлениями Фадеева.

— Может, фетиш у него? Чистые волосы человека возбуждают, – насмешливо предполагаю я, осматривая комнату в поисках нужных вещей.

— Именно мои, да? – возмущается девушка. – Такое ощущение, что он прям выжидает, когда я совершу ошибку. Сразу кидается помощь свою предлагать.

— Радуйся, Алиса. Поверь, Березин более лояльный руководитель, чем Барсов, – изрекаю я, закидывая в сумку помаду.

— Да уж… — многозначительно выдаёт она. – Ты знаешь, я твоего парня побаиваюсь немного после того вечера. Случайно столкнулась с ним в фойе в тот день, когда в отдел кадров приходила. Так он так зыркнул на меня, еле ноги унесла…

— Зыркни в ответ и стой на месте, тогда зауважает, – поучительно говорю я.

— Обязательно об этом подумаю, когда буду делать лужу при следующей с ним встрече, – фыркает подруга. – Мил?

— Мм? – тащу чемодан в гостиную.

— Ты про Еву слышала? Она переезжает в другой город, – понижает до шёпота голос Алиса, когда на фоне стали слышны голоса других людей.

— Слышала, – останавливаюсь возле комнаты, не решаясь делать следующий шаг. – Мы с ней виделись четыре дня назад. Она пригласила в кафе, чтобы поговорить.

— И?

— Что и? – вздыхаю я. – Извинялась. Плакала.

— А ты? – сдавленно спрашивает Фадеева.

— Не могу, Алис, – честно признаюсь в ответ. – Просто не могу. Зла ей не желаю, но предательства не прощу.

Повисает тяжёлая пауза.

— Я согласна на все сто, Мил, – наконец произносит подруга. – Такое не забывается. И ты знаешь… мне даже немного страшно, что Березин крутится возле меня.

— Можешь расслабиться, – грустно улыбаюсь я. – После того, как Марк Миронович узнал о том, что случилось, спасибо Аристарху Семёновичу, в этом городе Авериной ничего не светит.

— Угрожал? – ахает Алиса.

— Не ей, – спешу успокоить. – Был серьёзный разговор с Богатырёвым… Марк Миронович посоветовал менять жизнь и лучше начать в другом месте. Я поддерживаю.

— Мудро, – заключает Фадеева. – А Богатырёв этот что?

— Уволился на днях. Ян был в бешенстве, но потом вроде смирился.

— Уедет с Евой? – спрашивает Алиса, чавкая мне в трубку.

— Да. Обед? – уточняю я, поглядывая на часы.

Пора выезжать.

— Угу, – мычит в трубку девушка. – Прячусь от босса в подсобке.

Представив эту картину, начинаю заливисто смеяться.

На шум приходят Барсовы.

— Ой, я побежала. Привет Игорю! – бубню я, улыбаясь генеральному.

И на удивление слышу в трубке голос Березина:

— Алиса, вот вы где? А я вас по всему офису ищу! Вы чего это пирожком одним обедаете, да ещё и водой запивая?! Ну-ка, собирайтесь! Тут рядом есть отличное бизнес-кафе!

— Тьфу на тебя, Вольская! Сглазила! – раздаётся гневный голос Фадеевой, прежде чем связь обрывается.

А я тут причём?

Хм, ну ладно…

— Привет, моя золотая! – заключает в объятия Барсов-старший.

С некоторых пор он так делает с завидной регулярностью. Как раз с того момента, как узнал, что я ходячий магнит для неприятностей. Добрый дядя-врач без зазрения совести сдал нас всех своему другу с потрохами. И отговорка классная:

— Кто-то должен прекратить это безобразие! Сами вы не справляетесь! В следующий раз я жду от вас звонка, что вы беременны, а не тонете в дерьме!

Просто придавил плитой авторитета.

Ох, как злился генеральный… Я потом задницу Яна проверяла на наличие синяков от ремня.

Честное слово!

Так ругался мужик!

Ух!

Первый раз такое зрелище заценила. Зато Ян все крики выслушал с таким покерфейсом, что я начала невольно завидовать.

Когда мне прилетело от Марка Мироновича, я чуть в слёзы не ударилась.

Этим взрыв и потушили. Больше на меня никто не кричит, только жалеют.

Кроме Яна, конечно… Этот меня винит во всех бедах, типа: «Собрала вокруг себя идиотов, а я должен от них отбиваться!»

Ага. Жила себе спокойно много лет, пока его не встретила.

Так ему и сказала:

— Весь кавардак в жизни после тебя начался, просто я удары на себя принимаю.

— Привет, – обнимаю Барсова-старшего в ответ.

— Пап, я тебе про зверюгу уже всё объяснил, так что мы поехали, – забирает наши чемоданы Ян. – Не названивай, пожалуйста, очень тебя прошу. Если с нами что-то случится, тебе сами позвонят, – добавляет он с дурацкой улыбкой на лице.

— Ян, – кручу пальцем у виска.

— Всё нормально, Милочка, – гладит меня по плечу мужчина. – Он когда ещё карапузом был, я понял, что у него язык поганый, – показывает пальцем на лицо сына. — Вот с таким же выражением лица рта не закрывал и орал, как резаный.

— Кормить меня надо было вовремя, тогда и проблем бы не было, – колко отвечает Ян, разворачиваясь и выходя с вещами из квартиры.

— Надо это записать! – шучу я. – Марк Миронович, приглядывайте за котом, пожалуйста.

— Беги-беги! – кивает директор и подталкивает к двери. – Хорошего отпуска!

Искренне благодарю, порывисто обнимаю и, кинув на прощание лёгкое «Пока», догоняю нервного босса.

— Всё-таки я хочу на работу… — хнычу я, когда мы, погрузившись в машину, проезжаем указатель, указывающий на то, что наш город остаётся позади.

— Тебе запрещено, пока не отдохнёшь, – не отвлекаясь от дороги, отрезает Ян.

— Это нечестно! – вспыхиваю я. — Твой отец просто выдвинул условие, даже не спрашивая, хочу ли я сейчас бросить все свои труды и уехать на море.

— Не обсуждается, – категорично заявляет Барсов, возбуждённо поглядывая на наручные часы.

— Диктаторы, – обиженно кидаю я, отворачиваясь к окну.

Нужно выдохнуть, а то ехать больше десяти часов. Не знаю, почему Ян остановился именно на этом способе передвижения, но уверена, что к выбору он подошёл как всегда ответственно.

— Мил, тебе страшно? – словно проникнув в голову, вдруг спрашивает босс. – Ехать со мной на машине…

— Нет, – удивлённо на него посмотрев, говорю правду.

— А мне да… — хмуро произносит он. – Всё самое страшное, что случилось в моей жизни, произошло на дороге…

Обдумываю, как мягко выразить сожаление, но Ян, расценив мою заминку, как непонимание, печально добавляет:

— Мама… ты…

— Со мной всё в порядке, – поправляю я.

— Да, – соглашается он. – Но я ночами не могу спать из-за этого страха, снится тот день…

Становлюсь мрачнее тучи. Не знала, что родной человек мучается. И эта новость совершенно не радует.

— Всё будет хорошо, – дотрагиваюсь пальцами до его затылка и ласково перебираю волосы. – Время лечит. Постепенно станет легче.

Мы останавливаемся на светофоре, и Ян устремляет на меня туманный взгляд:

— Я бы хотел перекрыть все те ужасы счастливыми моментами. Чтобы дорога ассоциировалась с радостью. Хочу забыть твой безжизненный образ, а видеть перед глазами только улыбку и блестящие глаза.

— Теперь так и будет! – эмоционально восклицаю я, наклоняюсь к нему и оставляю на его губах до глубины души чувственный поцелуй.

— Да, будет, – задумчиво подтверждает мужчина и глубоко вздыхает. – Послушаем радио? – нажимает несколько кнопок на приборной панели.

Участливо устраиваюсь поудобнее на сидении и, размышляя о том, как помочь любимому, прислушиваюсь к зажигательной музыке.

— Сейчас будут новости, – вкрадчиво поясняет Ян, прибавляя громкость.

— В этот раз дослушаем до конца? – в шутку спрашиваю я.

— Обязательно, – поднимает уголок губы Барсов, снова проверяя время.

— «Отличное начало дня с новинкой, лидирующей во всех Топ чартах!» — звучит бодрый голос радиоведущего, и я с интересом прислушиваюсь. – «Друзья, перед тем, как мы узнаем последние новости и события этой недели, прервёмся на короткое вступление! К нам в студию поступил звонок с необычной просьбой, и мы просто не смогли остаться равнодушными! Итак, это обращение для некой Милы Вольской!» — несколько раз глупо моргаю, думая, что мне показалось. – «Дорогая Мила, во-первых, хочу сказать, что у тебя классный парень, раз придумал такую идею, а во-вторых, слушай внимательно, что он просил тебе передать!» — перевожу на Яна оцепенелый взгляд и чувствую, как сердце поднимается к самому горлу. – «Милая, я вдруг сейчас понял, что ещё ни разу не сказал тебе, что к тебе чувствую! Ни разу не признался, какие эмоции ты во мне вызываешь, и не выразил словами, что ты для меня значишь… Я совершенно точно осознал, что теперь нас двое и дорога у нас одна. По-настоящему верю, что отныне вместе и навсегда. Искренне надеюсь, что дальше наши чувства будут только сильнее, глубже и крепче. Клятвенно обещаю, что буду беречь то заветное, что мы создали. Сейчас нет никаких сомнений и догадок, что это. Это любовь, и я говорю это осознанно! Я не просто хочу тебя, а я ЛЮБЛЮ тебя! Между нами больше не будет никаких секретов и незаданных вопросов… Хотя нет. Остался один неозвученный, с которым я живу уже долгое время. Он простой… и от тебя нужен лишь ответ «да»… Вольская… — ведущий выжидает драматическую паузу, а я с выпученными глазами и открытым ртом смотрю на серьёзное лицо своего мужчины. – Ты станешь моей женой?»

Кажется, я теряю сознание…

Подозреваю, что у меня остановилось сердце от счастья… Так ведь бывает?

— Мил? – сиплым от волнения голосом спрашивает Ян. – Станешь моей женой?

Набираю в лёгкие воздух, чтобы громко и пронзительно ответить, но получается только едва слышное, но такое сносящее все барьеры «Да», что в машине наступает неподдельно волнующая тишина.

Глаза Яна бегают по моему лицу, пытаясь найти хоть какое-то колебание, но моя счастливая улыбка разрушает все опасения.

— Уверена? – дотрагивается до моей щеки костяшками пальцев.

— Да! – более твёрдое. – А знаешь почему? – льну щекой к его ладони. – Потому что я тоже тебя люблю, Барсов!

Не успеваю сделать вздох, как босс резко поворачивает машину на обочину, и я оказываюсь прижатой к сидению, а в слух врезаются недовольные гудки водителей, проезжающих мимо.

Нас накрывает такая мощная волна страсти, что отстраняемся друг от друга, только когда разделяем на двоих последний глоток воздуха.

— У меня для тебя кое-что есть… — с замиранием сердца шепчет Ян, доставая из кармана бархатную коробочку. – Наручник на палец!

— Это приговор? – целую его в губы.

— Да, – надевает кольцо на мой палец и произносит самым тёплым голосом, который я от него слышала. – На любовь. Пожизненно.

Конец!