Глава 13

Да! Сейчас самое время все выяснить, пока я не влюбилась в него окончательно. Или уже поздно? Но пока я собираюсь с духом, меня опережают. Как говорят спортивные комментаторы, не забиваешь ты — забивают тебе.

— Макс? Максим Анатольевич? — женский голос, явно привыкший повелевать. Слышала его уже сегодня.

Генварский чуть нахмурился, по лицу пробежала еле заметная тень раздражения, но лишь на мгновение, вот он уже приветливо улыбается.

— Уже уходишь, Инна?

«А она симпатичная», — мелькает в голове непрошеная мысль. Классическая стерва, которая ходит по головам и всегда добивается своего. Лукьянову сложно назвать красавицей, в модели ее бы не взяли, но впечатляющий размер груди компенсирует и маленькие близко посаженные глаза, и тонкие губы, и непропорционально широкие бедра. Генварский, надо отдать должное, смотрит ей в глаза, а не в декольте. Уже неплохо.

— Я? — Она неторопливо, но очень уверенно подходит к нам, не обращая особого внимания на людей вокруг. — Мы с Денисом едем в «Эру», ты с нами?

«Эра» — это лучший ночной клуб города, просто так туда не попадешь, но мы с По там были, конечно. Отличное место для тех, кто умеет веселиться и у кого есть деньги.

— Хочешь в «Эру»? — Максим не смотрит на Лукьянову, он спрашивает у меня.

— Да, — я соглашаюсь сразу, потому что мне нравится этот клуб, там точно лучше, чем здесь. Весело, шумно, ярко, красочно и естественно. — А ты?

— Тогда поедем. Марина, ты знакома с Инной?

Ловлю удивленный взгляд Лукьяновой, весь ее вид показывает, что она точно не планировала со мной знакомиться. Понятно, наслышана я о таких. Кичатся своим умом, образованием и карьерой, а таких, как я, или По, или Марго, считают тупыми «вешалками», которые два слова связать не могут и способны лишь по команде ноги раздвигать.

— Нет, — медленно тянет Инна. — А надо?

— Конечно, Марина — начинающий художник, я думаю, вы будете часто встречаться. Инна — наше молодое дарование, очень способный архитектор.

— Здорово! — Лукьянова безразлично пожала плечами. — Тогда поехали? Денис?

Дугин уже стоит у нее за спиной, скрестив руки на груди. Расслабленный, насмешливый и очень привлекательный. Красивый блондин с длинными волосами, собранными в хвост, мужественными чертами лицами и сексуальной щетиной. Да, вот его Мих Мих точно бы хотел заполучить в свое агентство. Дугин — ровесник Максима, они вроде даже учились в одном вузе, если верить биографии, но выглядит чуть моложе Генварского. Максимум лет на двадцать восемь – тридцать.

— Денис? — Лукьянова нетерпеливо крутит головой и, наконец, замечает блондина. — Ну так поехали?

Тот лишь покорно кивает, переводит взгляд на меня и салютует бокалом.

— А не вы ли, Марина, как Золушка, обронившая туфельку, бежали с презентации Олиной книги?

Вежливо улыбаюсь, стараясь не принимать на свой счет снисходительный тон Дугина. Наверное, он сам по себе такой, любит стебать людей.

— Это была я, у вас хорошая память.

— Никогда не жаловался, — хмыкнул Денис, разглядывая меня с ног до головы. — Макс? Погнали? На тебе поедем?

Генварский кивает, берет мою руку в свою и ведет к выходу. А я понимаю, что, покидая эту пафосную вечеринку, я все равно остаюсь в Зазеркалье.

В машине все легко помещаемся: Денис сел впереди рядом с водителем, сзади — мы с Инной и Максим. Лукьянова трещит без умолку — рассказывает о каком-то проекте, сыплет терминами, я через слово понимаю, но вроде общую суть улавливаю. Только не очень ясно, зачем все это — мы же не на совещании, вечер четверга, мы едем развлекаться.

Мы когда в машину садились, Инна меня вперед пропустила, и теперь я сижу у левого окна, она посередине, а справа Максим. И сейчас, рассуждая о проекте, она чуть отвернулась вправо, полностью закрыв собой Генварского. Я не в обиде — пусть и дальше из кожи вон лезет, раз так хочется. Смотрю в окно и думаю о том, что не слишком это профессионально — ехать сейчас с клиентами в ночной клуб. Как ни крути, а Максим со своими коллегами — заказчики выставки, на которой я работала. Мих Мих точно не будет в восторге. Отношения за переделами делового договора не приветствуются. Хотя шеф кратко ответил «ОК» на мое сообщение, что я уехала с Генварским.

— Инна, поверь, шеф оценил твое рвение, — доносится с переднего кресла. — Может, поговорим о чем-нибудь более приятном? Марина, так вы художница или модель в агентстве Миши?

— И то и другое, но больше, конечно, художница.

— Круто! Если Генварский будет обижать, только скажите, Марина. Я его быстро приведу в порядок.

— На дорогу лучше смотри, хвостатый, — усмехнулся Максим, но в голосе зазвучало напряжение. — Приехали!

Около «Эры» толпится народ, но мы быстро проходим внутрь, я даже не успеваю замерзнуть в ночной прохладе. По меркам клуба сейчас только-только наступает время для движа, но людей много. Макс ведет к барной стойке, тут, на удивление, даже места есть.

— Что будешь? — спрашивает и, не дожидаясь моего ответа, зовет бармена, которого по дороге перехватывает другая веселая компания.

— Нравится здесь? Часто бываешь? — Дугин сидит рядом и задумчиво поглядывает на меня.

Как-то незаметно он перешел на «ты», но это совершенно не напрягает. С ним я не чувствую большой разницы в возрасте, как с Максом. Может, потому, что, несмотря на своеобразную манеру общения, Денис выглядит проще и понятнее. Любитель красивой жизни, но явно с мозгами. Я почему-то уверена, что у Генварского работают только одни профессионалы.

— Бывала пару раз. — Отвлекаюсь на коктейль, который рядом со мной ставит бармен. — Хорошее место. А вы часто сюда приходите?

— Когда слишком сильно достает суровая реальность, — ухмыляется Лукьянова. — Хочу танцевать! Макс, пойдем?

— Не сейчас. Возьми Дугина, а то он сегодня слишком шустрый. Направь его энергию подальше отсюда.

Блондин не сопротивляется, позволяет довольно быстро утащить себя на танцпол. Лукьянова и там его будет грузить работой или этот перформанс был только для Генварского?

— О чем думаешь? — Макс делает маленький глоток из круглого бокала. — Я не ожидал, что ты согласишься сюда поехать.

— А почему нет? Я здесь с сестрой бывала. Старшей.

Никакой реакции.

— Намного старше?

— Четыре года. Она в больнице сейчас, в тяжелом состоянии. Ее сбили на пешеходном переходе в тот день, когда мы… когда мы с тобой познакомились.

— Сочувствую.

Вот сейчас точно не место и не время. Но то ли коктейль сделал свое дело, то ли совесть продолжает жечь меня изнутри...

— Ты сказал тогда в машине, когда мы ехали с презентации книги, что рад, наконец, познакомиться. Почему «наконец»?

Он молчит, опустив глаза, внимательно рассматривает коричневую жидкость на дне бокала.

— Я тогда тебе не поверил, думал, ты играешь. Такая забавная игра, я был не против.

— Не понимаю.

— Неужели? Мне показалось, что я видел тебя прежде. И не раз. Как наваждение какое-то.

Он с шумом поставил на стойку пустой бокал.

— Наваждение, — тихо повторил он. Взгляд стал стеклянным, я даже испугалась. Я не понимала его реакции. — Я хотел его развеять. Сестра, говоришь, старшая?

Теперь молчала я. Значит, все-таки По.

— Мы с Полиной очень похожи друг на друга, — прошептала я, но он все равно услышал.

— Однажды, кажется, в феврале, я видел в ресторане девушку, очень похожую на тебя. В точно таком же платье, как на нашем свидании. Черное с алыми крупными розами. Трудно не запомнить. И когда я увидел тебя в нем на прошлой неделе, понял, что ошибся. И ты — не она.

— Поэтому ты назвал меня незнакомкой?

— Да. — Он пододвигается еще ближе, берет в ладони мое лицо и не дает мне и шанса отвести глаза в сторону. — Марина, мне жаль твою сестру, но я совершенно не жалею, что подошел именно к тебе.