Глава 19

Елена

В детстве, еще до развода с отцом, мама каждый вечер читала мне сказки. Содержание многих из них со временем стерлось из памяти. Но одну я помнила до сих пор. Она была о девочке Алисе, которая упала в кроличью нору и оказалась в другом мире.

Сейчас, открыв глаза, я ощутила себя героиней той истории. Все вокруг было незнакомым. Свет лился как-то иначе, не по-вечернему. Отдаленно напоминая дерево, рядом стояла капельница. А напротив огромной кровати, на которую меня кто-то заботливо уложил, находились сразу две двери.

Не такой «ассортимент», как в сказке. Впрочем, на мою квартиру это не было похоже вообще.

После этой мысли, наверное, стоило испугаться. Капельница, слабость, незнакомое место — поводов собралось хоть отбавляй. Но словно в голове сбились какие-то настройки, не получилось ни испугаться, ни удивиться.

Как лишенный эмоций овощ, я не ощущала ровным счетом ничего. Даже воспоминания об обмороке и газе не способны были вернуть в нормальное человеческое состояние.

«Может, я все-таки умерла?» — эта мысль так и напрашивалась.

«Или отравилась так сильно, что вижу галлюцинации?» — Вторая догадка тоже не радовала.

Проверять дальше, на что еще способна фантазия, я не стала. Убедившись, что ничто не держит, сбросила одеяло. Спустила ноги на пол. И попыталась сесть.

Из-за сильного головокружения принять вертикальное положение не вышло. Пришлось немного отлежаться. К счастью, следующая попытка закончилась удачно. Я не только села, а затем осторожно встала, но и смогла дойти до ближайшей двери.

Мошки перед глазами иногда мешали. Непривычно тяжелые ноги с трудом гнулись. Однако для человека, который минуту назад был уверен, что умер, передвигалась я ловко и быстро.

Еще пару шагов, и, вероятно, смогла бы выйти из этой комнаты... понять, где нахожусь. Но возле порога весь запас энергии неожиданно иссяк.

Совсем как дома, я по стеночке опустилась на пол. И жадно схватила ртом воздух, прощаясь с сознанием.

Следом должны были прийти тишина и темнота. Как на пороге квартиры. Только я все сидела, а свет перед глазами почему-то не гас. Ждала, когда отключусь, а вместо этого с каждой секундой чувствовала себя все лучше. И благодаря щели в дверном проеме удивлялась все больше.

Этого точно не могло быть!

Версия с раем выглядела во сто крат реальнее!

Проще было поверить, что папа воскрес и устроил мое спасение, чем в это... но комната за дверью была слишком хорошо знакома, чтобы надеяться на чудо.

Именно здесь день назад я стояла на коленях перед своим первым мужчиной.

Именно отсюда, пряча улыбку, ушла утром.

Мозг отказывался искать хоть какое-то объяснение происходящему. Однако раскинувшийся в кресле Денис Шахов выглядел слишком реальным, чтобы быть сном или галлюцинацией.

— Сторожишь?

Пока я ловила челюсть, в соседнюю комнату вошел высокий кучерявый мужчина в мятой майке, потертых джинсах и красных носках.

— А тебе чего в моем кабинете не спится? Рабочий диван уже не устраивает? Решил здесь бока отлеживать? — Будто не спал всю ночь, Денис громко зевнул.

— Поспишь с вами! В офисе всю ночь такая движуха! Твоя СБ словно корпоратив решила устроить. С ролевыми играми вместо алкоголя, — отмахнулся незнакомец. — А лучший друг с вечера то по чужим квартирам мотается, то по больницам. Волнуюсь, знаешь ли!

— Мне посочувствовать? — Денис снова зевнул.

— Сам знаешь, куда можешь засунуть свое сочувствие! Скажи лучше, что удалось узнать?

— Жду отчет Белова. Он с криминалистами обыскивает квартиру.

— А она как? — Незнакомец кивнул в мою сторону.

Меня он при этом не заметил, поэтому я решила временно не афишировать свое присутствие.

— В больнице проверили от и до. Док сказал, что угрозы для жизни нет. Так что Елена теперь отдыхает. Под успокоительными.

— В клинике оставлять не захотел? Не доверяешь? — Мистер Красные носки упал на диван напротив Дениса и сладко потянулся.

— С ней бригада здесь до утра была. Врачи, медсестры и скорая под домом. Никакой разницы с клиникой. А мне хоть об охране париться не пришлось.

— Ну да... Ситуация, конечно. По сути, если бы не твой острый приступ паранойи... — Не договорив, «носки» надул щеки и с шумом выдохнул. — Как ты вообще догадался, что ее попытаются отравить?

Словно не понял вопроса, Денис тряхнул головой.

— После разговора с Мисюровым ты с такой скоростью вылетел из кабинета, что и Белов не смог догнать, — пояснил кучерявый.

— А-а, это! Ты уже сам ответил. Паранойя, — равнодушно произнес Денис.

— Всем бы такую паранойю. Белов сказал, что ты дверь в квартиру вынес.

— Может, и вынес. Честно говоря, я уже не помню, как все происходило. Там такой запах газа стоял, что думать было некогда.

— Верю... — «Носки» притихли. — У Белова рабочая версия уже какая-нибудь есть?

— Сергей уверен, что это было покушение. Ручки с окон сняты ювелирно. Как и не было их никогда! Над замком тоже кто-то поколдовал.

Я не видела лица Дениса. С моей позиции можно было разглядеть лишь затылок, руки и длинные ноги, которые лежали на подставке возле кресла. Но то, как сжались его кулаки, я заметила.

От вида этих побелевших костяшек стало страшнее, чем от слов. Наверное, слова я еще могла пропустить мимо ушей, не поверить. Но чужая ярость снесла все сомнения качественно. Разрушила их как карточный домик. Покушение — значит покушение. Никаких сомнений или попыток найти другой ответ.

— Вероятно, Мисюров надеялся, что не придется отправлять сына вообще, — продолжил Денис.

— Избавиться от матери и стать единственным родителем... — Незнакомец присвистнул. — Жестоко, но с гарантией!

— Да. Вполне в духе этого урода.

Денис говорил так, словно знал моего бывшего мужа. Слишком хорошо знал! Не хуже меня.

— И какой сейчас план?

Ожидая ответа, кучерявый даже наклонился в сторону Дениса. Весь превратился в слух. Но, словно почувствовал каким-то нечеловеческим чутьем чужое присутствие, Шахов ничего не ответил.

Вместо того чтобы продолжить разговор, он повернул голову вбок и встретился со мной взглядом.

— Привет, — произнес медленно. — И долго ты уже слушаешь?

***

Денис

По ощущениям, меня будто каток переехал. За исключением плеча ничего не болело, но оторвать задницу от кресла было адски сложно. Адреналин, на котором крутился всю ночь, схлынул, и теперь хотелось пустить корни в сиденье.

Если бы не Костя, я, наверное, отключился бы. Хоть на час. Но теперь, похоже, об отдыхе не стоило и мечтать.

Елена не ответила. Поэтому пришлось переспросить:

— Так много ты услышала?

— Прости. — Она распахнула дверь. — Я не хотела.

— Верю, я тоже не очень люблю слушать этого парня, — признался я, покосившись на Костю. — Это мой партнер. Константин. Социофоб, гений и зануда.

— Приятно познакомиться. — Елена медленно поднялась с пола и, как сломанная кукла, осторожно сделала первый шаг в гостиную.

— Как себя чувствуешь?

Больше не было никакой усталости. Я быстро встал с кресла и помог ей дойти до дивана.

— Хорошо.

Елена коснулась лба. И, будто я застукал ее за чем-то неприличным, тут же убрала руку.

— А если серьезно?

Смотреть на нее, такую бледную и осунувшуюся, было трудно. Я только успокоил внутренних демонов, только сторговался с ними. Однако сейчас они снова потребовали крови Мисюрова. «Всю и срочно!»

— Мне, видимо, нужно поблагодарить тебя...

— За сломанную дверь? — Чертовски хотелось погладить ее по щеке. Рука так и тянулась.

Ни с кем не возникало такой потребности в прикосновениях. Сколько любовниц было до Елены и после нее — со всеми хватало стандартной постельной акробатики. Без щенячьей ласки. А с ней как бес попутал.

— И за дверь. — Елена сцепила пальцы в замок.

— Поблагодаришь обязательно. Позже.

Подтянув поближе пуфик, я уложил на него ее ноги. И, чтобы Костя не пялился на голые колени, набросил на свою княжну плед.

— Вы говорили о том, что произошло в квартире. Считаете, что газ — дело рук Славы? — Как бабочка, решившая временно снова превратиться в куколку, Елена натянула плед повыше и подоткнула края.

— Это всего лишь версия. Забудь!

— Ты говорил про ручки и замок... — Она подняла голову и посмотрела на меня своими голубыми, как озера, глазами.

— Криминалисты еще только начали работу.

— Не лги, пожалуйста.

— Начальник моей службы безопасности всё контролирует. Если какие-то улики можно найти, то его люди их найдут.

Ни в самом начале, ни сейчас я не планировал посвящать Елену в результаты расследования. После того как нашел ее, еле живую, на полу квартиры, стало не до планов. Больше не хотелось никаких переговоров или сделок с ее бывшим мужем.

Прежнее желание стереть гада в порошок превратилось в навязчивую идею, в задачу номер один. Только Елене знать об этом не стоило. Ее связь с Мисюровым по-прежнему была для меня загадкой. А заставлять свою княжну нервничать еще сильнее я не собирался.

— Мм... — Словно я перестал ее интересовать, Елена вдруг повернулась к Косте. — Он непробиваемый? — спросила с самым несчастным выражением лица, какое я когда-либо у нее видел.

Друг еще более пристально, чем вначале, посмотрел на мою гостью. Затем на меня.

— Я бы сказал, упрямый как баран, — не стал выгораживать меня этот предатель.

— И он всерьез может думать, будто я не знаю, на что способен Слава? — со вздохом продолжила Елена.

— Полагаю, что догадывается. — Костя постучал указательным пальцем по губам. — Нет, скорее, уверен. Но иногда у Шахова включается режим бульдозера. Хрен в чем-то переубедишь. Проще пристрелить.

— Да… Над некоторыми время не властно.

— Совсем!

— Ничего, что я рядом? — все же не выдержал я и вмешался.

— А мы о тебе только хорошее! — Костя расплылся в улыбке.

— Как о покойнике. — Я усмехнулся.

— Жизнь показала, что тебя не так просто закатать в асфальт. — Словно рядом были все свои, друг окончательно расслабился. Закинул ногу на колено. И почесал породу. — Но удивить ты еще способен. Лично я в легком ахере. А уж сколько сразу догадок появилось…

— Оставь их, пожалуйста, при себе!

Судя по внимательному взгляду на Елену, все догадки Кости касались именно ее персоны. Умник так и напрашивался на принудительное укорачивание носа. За любопытство!

К сожалению, заняться этим видом психотерапии я не успел. Только открыл рот, чтобы ответить, как на кофейном столике зазвонил телефон.

— О, Белов!

Как Костя за три метра заметил надпись, так и осталось загадкой. Но заставлять своего начбеза ждать я не стал.

— Слушаю, — произнес в трубку.

— Для нас тоже, пожалуйста! — Елена сложила руки в молитвенном жесте.

Костя, будто тренировался превращаться в жирафа, вытянул шею. И пришлось сдаться.

— Сергей, я по громкой связи. — Нехотя нажал на кнопку и положил телефон обратно на столик. — Здесь Елена и Костя.

— Принято.

Хотя бы Белову не пришлось ничего разъяснять.

— Мисюрову уже сообщили, что с бывшей женой все в порядке? — начал я с самого главного вопроса.

— Судя по истерике, которую он закатил своим подчиненным, да. Знает где-то с середины ночи.

— Хреновые у него специалисты. За качеством работы совсем не следят.

Счет в нашу пользу был уже два — ноль.

— Нам на руку, — подтвердил мою мысль Белов.

— А что с Тимуром? Его собираются везти в аэропорт? Или папаша успел сдать билет?

Я внимательно посмотрел на Елену. Лучше было подготовить ее. Всякое могло случиться. Но кто ж знал, что она так быстро придет в себя?

— Нет, билет не сдан. Это мы проверили. Но как сейчас поступит Мисюров, я не возьмусь предсказать.

— Предсказывать и не нужно.

— Хотите позвонить ему?

— Нет. Я просчитался, решив, что компроматом заставлю его играть честно. Пора принимать другие меры.

— Хорошо. — Белов снова показал класс и не стал задавать никаких вопросов. — Тогда о встрече мальчика не беспокойтесь. Если рейс прежний, я отправлю ребят.

— Нет, я сама встречу сына, — вмешалась вдруг Елена. — Я смогу.

Словно собралась прямо сейчас в аэропорт, она сбросила плед. Поднялась. И тут же упала в кресло.

— Твоего сына встречу я, — пришлось ее осадить. — И это не обсуждается!

— Денис… — Моя княжна еще больше побелела.

— Попробуешь спорить — вколю новую дозу успокоительного и запру в комнате. В этот раз на ключ.