Эпилог

Елена

Нормальные мужчины дарят избранницам кольца. А ненормальные — ювелирные магазины. Как-то так получилось, что мне достался ненормальный.

Вначале он, конечно, старался быть как все. Стоило нам с Тимом вернуться из чужого загородного дома в свою квартиру, Денис явился с цветами и кольцом. После четкого «нет» даже попытался надеть его мне на палец! А через пару дней исполнил номер на бис.

Но спустя неделю всю нормальность как ветром сдуло. Вместо кольца на стол легли документы — целая стопка бумажек, по которым выходило, что в мою собственность перешел один из крупнейших магазинов ювелирной сети Шахова. Со всем товаром, оборудованием и счетами в банках.

— Денис, может, тебе лекарства начать принимать?

Оба прошлых раза я прогнала его. Сейчас не смогла. Подошла к сидящему на стуле бедолаге. Обняла, прижав безумную голову к своему животу.

— Не нужны мне никакие лекарства! Можно просто сказать «да», — глядя куда-то в сторону, зло ответил этот упрямец.

— Я не могу «просто». Мне от одного только слова «брак» плохо становится. К тому же Тиму нужно время. Он винит себя в случившемся. Дни напролет проводит в детской комнате. Плохо ест и ни с кем не разговаривает.

Я почти не лгала. Да, Тим действительно редко выходил. Ел тоже через раз. Но хотя бы разговаривал. Мой умный мальчик много спрашивал о Славе, о настоящем отце и о том, почему мы с Денисом расстались.

Иногда казалось, что сын придумал собственную психотерапию. Вместо бесконечного проживания вины и потери заполнял жизнь новой информацией.

Периодически под допрос попадала даже бабушка. К счастью, после операции она чувствовала себя хорошо. А возможность рассказать, что думает о Мисюрове, определенно действовала на мою маму лучше любых лекарств.

— Вот свадьба его и отвлечет. — Денис как баран уперся рогом в свою идею. — Поедем куда-нибудь. Хочешь на Сейшелы? Или в Новую Зеландию?

— Я теперь хозяйка ювелирного магазина. Куда я поеду? Голова кругом. Не знаешь случайно, кому можно его передарить?

— БДСМ мы с тобой еще не пробовали... Похоже, пора!

Словно в подтверждение, мужская ладонь со звонким шлепком легла на мои ягодицы.

— Денис, ну правда... — Я попыталась отскочить. Не вышло.

— Я серьезно. Вначале отшлепаю тебя. Потом кольцо надену и в ЗАГС отведу. Отличный БДСМ!

— Послушай, и у меня, и у Тима много лет была другая жизнь. Не представляю, как это — жить рядом с тобой. Просыпаться каждый день в одной кровати. Завтракать и строить общие планы.

— Но неделю ведь как-то прожили. Было неплохо. — Он таки поднял голову и посмотрел мне в глаза.

— Прожили? Да мы все время... — Я оглянулась. Убедившись, что Тима нет рядом, продолжила: — ...сексом занимались. Как подростки, дорвавшиеся до запретного плода.

— Так ты боишься, что, надев кольцо, я перестану тебя трахать?

Руки этого наглеца скользнули по моим ногам под юбку и бесцеремонно погладили сквозь белье.

— И не надейся! Я с тобой по-взрослому еще и не начинал!

— Ты вроде с БДСМа хотел начать? — Я все же не удержалась и прыснула со смеху.

— Черт! Хоть разорвись! Всего с тобой хочется! — Денис потерся лбом о мой живот. — Десять лет так успешно бегал от серьезных отношений. А на тебе клинит.

— Это у вас, Денис Романович, возрастное, — копируя тон моего нудного заведующего, произнесла я. — Кризис среднего возраста.

— Не возраст это! А задница! — Будто устал играть в наши игры, Денис рывком усадил меня к себе на колени. — Мой ребенок рос без меня. Моя женщина жила с другим. И, как я ни пытаюсь все исправить, ничего не получается.

Он угрюмо уставился в сторону комнаты Тима. После гибели Славы они почти не разговаривали. Денис пытался. И с подарками. И без них. Плясал вокруг нашего мальчика еще настойчивее, чем вокруг меня с обручальными кольцами.

Пару раз даже думала, что не выдержит и взорвется от бессилия. Но время шло, а у этих двоих ничего не двигалось с мертвой точки.

Пока Шахова не было рядом, Тим без умолку трещал в основном о нем. Восхищался. Даже статьи из интернета показывал. А стоило Денису попытаться самому поговорить с сыном — тот терялся. Прятался под невидимый панцирь, как маленькая черепашка.

Точь-в-точь как в детстве, когда Дед Мороз приносил ему подарки, и от счастья мой замечательный малыш терял дар речи.

— Наверное, нам всем нужно привыкнуть. Мне — к тому, что рядом с мужчиной можно чувствовать себя счастливой. Тиму — к тому, что ты его отец и тебе можно доверять.

— Растянем наше объединение еще лет на десять? — горько усмехнулся Шахов.

— За десять тебя окружит такое количество красивых и бойких женщин, что я стану ненужной.

До этого момента и не задумывалась, что он всерьез может исчезнуть. Переживала за сына больше, чем за себя. А теперь... сердце кольнуло.

— Они уже пытались. Не вышло. — Денис прихватил меня за мочку уха и легонько укусил. — Я как собака. Всегда возвращаюсь к одной. К женщине, от которой рвет крышу и хочется в ЗАГС.

— Даже не знаю... Посочувствовать тебе или порадоваться за себя. — Мои губы предательски расплылись в улыбке.

— Просто скажи «да». Одно слово.

— А подождать совсем никак?

— Когда будешь с кольцом и фамилией Шахова, смогу ждать, сколько пожелаешь!

— Тогда будет поздно.

— Поздно было уже давно. Еще в Москве. Когда я отбил тебя у бандитов возле грязного кабака.

— Еще скажи, что уже тогда в меня влюбился. — Уши вспыхнули, а спустя пару секунд загорелись и щеки.

— Нет, не тогда! — Денис прошелся внимательным взглядом по моим ногам. Скользнул по груди и остановился на глазах. — Влюбился я позже. Когда после спасения подружки ты ко мне на колени взобралась и сама поцеловала. Чуть инфаркт не заработал. Держал тебя в объятиях и думал лишь о том, как не трахнуть прямо в салоне под окном отцовского дома. А штуковиной за ребрами чувствовал, что пропал. Что хана мне!

— Очень романтично. — Переносицу защипало, и слова прозвучали глухо.

— Я вообще-то в любви тебе признался, — покачал головой Денис, но руки с талии не убрал.

— Хочешь, чтобы и я призналась? — просипела сквозь ком в горле.

— Замуж идти ты отказываешься. Откуда мне знать, было ли что-то... или богатым я тебе нравлюсь меньше, чем бедным?

— Шахов, у тебя ни совести, ни терпения. — Чтобы совсем не опозориться, я аккуратно промокнула слезы в уголках глаз и выпрямила спину.

— Это не больно. Хочешь, можно по слогам. Повторяй! — сказал он командным тоном. — Я.

— Я... — Не стоило играть в эту игру, только ослушаться было невозможно.

— Тебя! — продолжил Денис.

— Тебя... — сдалась я совсем.

— Люблю!

— Люблю.

— И согласна выйти замуж, — прозвучало быстро, как скороговорка.

Можно было сказать «нет». Говорила же как-то раньше. Ничего с тех пор не изменилось. Сейчас тоже с губ так и рвался прежний ответ. Но что-то остановило.

Может, взгляд Дениса. Уставший и все же сияющий. Теплый.

Может, собственная слабость... желание стать счастливой, пробившееся сквозь все табу и болезненный опыт.

Может, задумчивое лицо моего мальчика. И его короткий кивок.

Я не сразу заметила Тима. До этого момента дверь в детскую комнату была закрытой. А сейчас я смотрела и будто видела сына в первый раз.

Никогда еще Тим не был так похож на своего отца. Такой же собранный, такой же серьезный. Со складкой между бровей и сжатыми губами.

Настоящая копия, сделанная с любовью, несмотря на все обиды и стену из лжи.

Обещание любить и верить, которое превратилось в самого красивого на свете ребенка.

— Я выйду за тебя замуж.

Слезы хлынули из глаз. И от облегчения все тело тряхнуло, как от электрического разряда.

— Имей в виду, это навсегда! — Этот невозможный, нереальный мужчина еще пытался меня запугать.

— Денис Шахов, можно подумать, с тобой бывает иначе?! — Я жестом позвала к себе сына. И утонула в двойных объятиях. — Ты как бульдозер прошелся по моей жизни. Перекопал под себя еще в девятнадцать. И исчез.

— Значит, пришла пора всё восстанавливать. — Денис, будто успокаивая, начал гладить меня и Тима по головам. — Как ты просила, без спешки. Сначала свадьба. Потом путешествие. Втроем. После дом. Просторный, с запасом. И никаких больше расставаний. Ни с кем из вас! Никогда!

Конец